Красный Дьявол и Каменная чаша

  

   По проселочной дороге неслась черная карета, запряженная двумя гнедыми жеребцами. Попадавшиеся пешеходы, заслышав шум, поспешно отходили в сторону, провожая взглядом экипаж. На козлах сидел высокий, худой мужчина в темно-коричневой мантии ордена. Его лицо было бесстрастно, плечи расслаблены и лишь изредка, на извилистых поворотах, он сильнее сжимал поводья, но затем вновь расслаблял руки и переводил взгляд с дороги куда-то вдаль.

Популярные книги в жанре Фэнтези

Его рассказы о сверхъестественном отвергают как аллегорические толкования, так и научные объяснения. Их нельзя свести ни к Эзопу, ни к Г. Дж. Уэллсу. Еще меньше они нуждаются в многозначительных толкованиях болтунов-психоаналитиков. Они просто волшебны.

Жизнь нас ничему не учит; так говорят, но какая же это глупость.

Сегодня очень чистое небо. Надо сказать, редкость для этих мест: ни облачка, не говоря уж о тучах. Солнца, впрочем, тоже нет, но как раз это неудивительно.

Здесь его никогда не бывает.

Я выхожу во двор, на ходу поднимаю воротник плаща, по-прежнему смотрю на небо. Странное небо, до чего же странное. Нет, я уже давно перестал воспринимать подобные мелочи как счастливое предзнаменование. Смешно, раньше я любую ерунду принимал за благоприятный знак. Не сразу, конечно: только когда здешняя зараза въелась в меня до мозга костей. Чёрт, да тут ведь все верят в предзнаменования.

-Это всё пустое дело. Нас что, за придурков считают?!

Б'рак прекрасно слышал эти слова, бывшие не больше, чем шипением. Он был абсолютно согласен, но ему - командиру патруля - не пристало выражать свои чувства.

Другие тоже услышали неудовольствие.

- Если ты не можешь построить своих солдат, капитан, я сделаю это за тебя!

Б'рак злобно зашипел на высокую фигуру, закутанную в чёрное. Если уж он и был в чём-то согласен с людьми, так это в том, что магам не стоит доверять, а тем более доверяться. Но у него не было выбора: они назначались во все патрули. Он развернул крылья, чтобы выразить своё неудовольствие участием волшебника в разведке. Металлическая серебряная шкура капитана заблестела в свете солнца, когда он указал на мага когтем.

Полнолуние. То магическое время, когда оживают полузабытые сказания и легенды, а нереальные днем слухи кажутся привычной явью. Полнолуние. То время, когда душа тянется к неведомому, презрев инстинктивный страх. Особенно, когда рядом или почти рядом есть МЕСТА. Полнолуние. Время, когда открываются двери в потусторонье и запределье. Двери, ждущие, когда через них пройдут, уводящие в никуда, исчезающие при каждом неверном шаге. Но увидят ли их те двое, кто залег совсем близко, вон в том лесочке…

Дождь застал их в городском парке. Даже не дождь, а гроза. Одна из тех летних гроз, которые внезапно заполняют своей чернотой лазурный небосклон, прогоняя солнце, и быстро, с громом и молниями, извергают вниз мощные потоки воды. Шумные ручьи разливаются чуть ли не на половину дороги, а одежда на случайных прохожих промокает за пять секунд. Но нет в них тягучей безысходности осенней серой пелены, потому что, то тут, то там весело проглядывают кусочки неба, а вынырнувшее солнце дарит на черном грозовом фоне семицветный мостик радуги, а то и два за раз.

А главная проблема всех нефоров — гопники, черт их дери. Даже страшно сказать, сколько вокруг гопников развелось. Прохода нет. Вон, вон один идет. Зажрался. Сто рублей старухе сунул. Мне бы кто так. Пойти у него денег нааскать что-ли. Не сто рублей. Сразу пять штук попрошу. А лучше десять. Ага, нааскал. Как дал он мне по фэйсу. Бабушке небось не врезал. Побоялся. А бедного нефора любой обидеть норовит. О, толпа идет. Затылки бритые. Морды кирпичом. Натуральные гопники. Тут ударом по морде не отделаешься. Ой, бить будут. Ногами. А ботиночки то подкованные. И бежать некуда. Все. Поздняк метаться. Сейчас за шиворот сгребут и… Мимо прошли. И не посмотрел на меня никто даже. Вот гады. А все равно гопники. Не ударили, так хотели. А не хотели, так подумали. Не рискнули только. Правильно. Куда им. Я если разойдусь, то… Вот этими самыми руками стенку каменную порушу. Да прямо сейчас, если захочу. Не хочу только. Устал. В троллейбус влез. Сел. В окно смотрю. Что значит, дедушке место уступи?! Ладно, ладно, садись, не гнусавь над ухом только. Ну гопник старый. А разве не гопник? Я может о смысле жизни думал, а он — "место уступи". Теперь вот стой из-за него. А стоя о смысле жизни как-то не думается. Какой тут смысл жизни, когда со всех сторон давка. Рука тяжеленная на плечо легла. Поворачиваюсь — точно гопник. Ну кто еще кроме гопника будет абонемент у нефора проверять? Ну все, кончилось мое терпение. Теперь держитесь… Уехал троллейбус. А я здесь остался. Холодно тут и сыро. Да ладно, все равно через две остановки выходить. Или через пять. Наплевать! Вон свои люди идут. Сейчас у них сигаретку стрельнем. А повезет, так и косячок забьем. Хотя еще посмотреть надо, какие это свои. Первый то — гопник. Денег мне вчера отказался занять. Говорит, не отдаешь никогда. Так в этом же весь и кайф! Занять, и не отдать! Сегодня я у тебя займу, завтра ты у меня. Жизнь! А второй не только гопник, но и жлоб. Не захотел менять свою косуху на мою именную фенечку. Да такой второй фенечки во всей вселенной не существует. А он в свою паршивую косуху вцепился. Крохобор. И третий тоже гопник. Зря что ли с этими двумя путается. Нет, не пойду я к ним. Чего я у гопников не видел? Один буду. Один! Потому что кругом только гопники. Потому что я — единственный истинный нефор! И пусть все знают об этом!..

Что ответить, если вопрос задаст девушка ветра? А-а… Вам представляется картинка, где красуется некий Ветер, у которого есть девушка, вопрошающая пустоту, куда какими-то обстоятельствами занесло и вас. В мозгу сразу складывается десяток вариантов. В одном вы получаете от Ветра по физии. В другом нахально уводите девушку из под его носа, чтобы не хлопал ушами. В третьем расстилаетесь перед девушкой ковровой дорожкой…

А все не так…

В день рождения лил дождь. Небо делало вид, что страдает, отгородясь от мира косыми струями. Когда вокруг холодно и мокро, кажется, что весь мир скорбит вместе с тобой по исчезнувшему году. И на душе в этот день скребли безжалостные кошки. Много кошек, и если про них помнить, никогда не почувствуешь себя одиноким и позаброшенным. В компании скребущих когтей жизнь ворочается уныло и неохотно. Особенно, когда над головой небо, забрызганное цементом, а ветер оборачивается стаей до омерзения скользких и противных слизняков. Я боялся, что и встреча окажется склизкой. Встречи и расставанья подчиняются незримым законам. В тот день я выучил один из них. Простейший, надо сказать, закон. Сначала дует ветер, потом приходит девушка. Но нам кажется, что мы живем в мире, где ветра нескончаемы.

Гора стояла не слишком далеко от поселка, но все же в достаточном отдалении, чтобы неискушенный путник принял ее за надвигающееся кучевое облако, готовое закрыть все небо, но пока еще не развернувшееся во всем могуществе. Со мной так и произошло. И пробираясь по нешироким улочкам поселка, я думал о горе, как о чем-то отстраненном, воздушном, эфемерном.

Поселок утопал в зелени и казался в свете солнечного полдня райским уголком. Я внезапно очутился на главной улице, и гора величаво предстала передо мной во всей своей красе. Но до нее по-прежнему было нереально далеко, и я сконцентрировался на более близких вещах. По центральной улице протянулась прерывистая цепочка магазинчиков и кабачков, а также различных строений сферы обслуживания. Я разглядел огромные ножницы, обозначавшие наличие парикмахерской, но равнодушно прошел мимо. Не для того годами росли мои черные, как уголь, волосы, чтобы остаться в безвестной парикмахерской, затерявшись на помойке.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Путин вознамерился создать Великий евразийский союз. На территории разгромленного СССР, среди имперских обломков, на осиротелых обрывках исчезнувшего Красного царства Путин обещает возвести новую имперскую общность. Соединить в геостратегическое целое Россию, Белоруссию, Казахстан. Сложить потенциалы их промышленных центров, месторождений, коммуникаций, пересекающих континенты. Запустить новый грандиозный проект по созданию Пятой империи.

Можно ли верить этим заявлениям? Не являются ли они предвыборной пропагандистской доктриной, предназначенной для того, чтобы завлечь в воронку миллионы истосковавшихся по великому государству людей? Не являются ли эти заверения блефом, который продержится несколько месяцев по завершении выборов, а потом лопнет, как перламутровый мыльный пузырь?

Юмор химический.

ОСТОРОЖНО! ВЗРЫВООПАСНО! Беречь от детей! Не использовать в закрытых помещениях!

Если ты вырос на обломках цивилизации, видишь как медленно вырождается и умирает твой мир, жестокий, уродливый, но знакомый и родной, а судьба вдруг подбрасывает невероятный шанс начать все сначала… Ты ухватишься за него руками и ногами. Ускользнешь от смрада и злобы окружающих тебя с рождения, уйдешь в другие миры и увидишь, что и там не все в порядке. И в благополучных на первый взгляд странах, также зреет зло, ненависть, жадность. Так стоило ли менять одно на другое?

Тимм считает, что стоит. Там, в гибнущем от радиационного заражения и мутаций мире, осталась только могила единственного родного человека, даже имени которого он не знал. А здесь… Здесь нет термоядерных зарядов, химического и бактериологического оружия, и до беды еще ой как далеко. А если она все же придет, ей навстречу, рядом с Тиммом, плечом к плечу встанут друзья-побратимы. И пусть среди них нет ни одного человека, пусть их зовут отродьями Хаоса и Детьми Ночи, какое это имеет значение, если они преданы друг другу, и всегда помогут выкарабкаться из любой передряги…

Война Рардена и Ниарона продолжается. Битвы идут на море, на суше и в воздухе. Под Нежинском всё ещё пылает пламень масштабного сражения, к Монерону выдвигается эскадра вторжения, с десантом на борту. Противник превосходит рарденцев и качеством, и количеством, а значит им нужна победа любой ценой. Но не слишком ли большой она окажется, когда придёт час расплаты?.. П.С. Ранее - главы 7-12 "Без объявления войны", плюс небольшое дополнение. Текст разбит в связи с возможностью издания.