Красная бетономешалка

Красная бетономешалка
Автор:
Перевод: Е Костюкова, А Соколинская
Жанр: Современная проза

Наверху чужой мужчина рылся в ее вещах.

Она слышала, как, устало поскрипывая, выдвигаются и задвигаются ящики комода.

— Не насильник — и то хорошо, — подумала она.

Наверху зазвенело — судя по всему, он добрался до шкатулки с украшениями. Ее слух обострился настолько, что она могла по звуку отличить свое обручальное кольцо от маминой брошки.

Звяканье не прекращалось: должно быть, он перебирал украшения, чтобы взять самое ценное. Странно, зачем он это делает? Почему не возьмет все сразу и не разберется потом? Она уже готова была подняться на второй этаж и помочь ему. Объяснить, что ее бывший муж ходил к оценщику, чтобы застраховать драгоценности, и что список лежит в шкафчике под карандашами и ручками, а шкафчик стоит в столовой. Она была рационалисткой, и ее раздражало бестолковое поведение этого человека, терявшего драгоценное время на возню с кулонами и кольцами. Ведь в любой момент в дом могла ворваться полиция: все-таки был выстрел.

Другие книги автора Мишель Фейбер

Это несентиментальная история девятнадцатилетней проститутки по имени Конфетка, события которой разворачиваются в викторианском Лондоне.

В центре этой «мелодрамы без мелодрам» — стремление юной женщины не быть товаром, вырвать свое тело и душу из трущоб. Мы близко познакомимся с наследником процветающего парфюмерного дела Уильямом Рэкхэмом и его невинной, хрупкого душевного устройства женой Агнес, с его «спрятанной» дочерью Софи и набожным братом Генри, мучимым конфликтом между мирским и безгреховным. Мы встретимся также с эрудированными распутниками, слугами себе на уме, беспризорниками, уличными девками, реформаторами из Общества спасения.

Мишель Фейбер начал «Лепесток» еще студентом и трижды переписывал его на протяжении двадцати лет. Этот объемный, диккенсовского масштаба роман — живое, пестрое, прихотливое даже, повествование о людях, предрассудках, запретах, свычаях и обычаях Англии девятнадцатого века. Помимо прочего это просто необыкновенно увлекательное чтение.

Название книги "The Crimson Petal and the White" восходит к стихотворению Альфреда Теннисона 1847 года "Now Sleeps the Crimson Petal", вводная строка у которого "Now sleeps the crimson petal, now the white".

«Побудь в моей шкуре» – второй роман Мишеля Фейбера. Ездит по дороге А-9 в Шотландии женщина по имени Иссерли и подбирает автостопщиков. Только мужчин. А потом тем, кто заинтересовал ее, вкалывает загадочную инъекцию… Эта парадоксальная книга сочетает в себе притчу и хоррор, фантастику и психологический роман, в очередной раз заставляя задуматься над вечным вопросом: что такое человек? Лихорадочное желание переворачивать одну страницу за другой подкрадывается тихо и незаметно по мере того, как Фейбер открывает разнообразные грани образа своей странной героини.

Впервые на русском — новейший роман от автора таких международных бестселлеров, как «Багровый лепесток и белый» и «Побудь в моей шкуре» (книга экранизирована в 2013 г. со Скарлет Йохансон в главной роли). На «Книгу Странных Новых Вещей» у Фейбера ушло более десяти лет, и, по словам прославленного шотландца, это будет его последний роман.

Священник Питер Ли получает предложение, от которого не в силах отказаться, — и отправляется миссионером в невероятную даль, оставив дома самое дорогое, что у него есть: любимую жену Беатрис и кота Джошуа. Путь его лежит в неведомую землю, аборигены которой жаждут приобщиться к учению Библии — «Книги Странных Новых Вещей».

Этот удивительный, и удивительно оригинальный роман повествует о приключениях тела и духа, о вере и неверии перед лицом величайших катастроф, о силе и слабости тех невидимых нитей, что связывают двух любящих людей, разделенных целой вселенной.

Одинокая женщина колесит по дорогам шотландских нагорий в поисках атлетически сложенных самцов. Почему ее молодое тело испещрено рубцами и шрамиками, покрыто чужеродными впадинками? Кто те нелюдимы, работающие на ферме, где она ночует? Кто такой Амлисс Весс, прибытия которого все они с тревогой ожидают?

В своем новом сборнике рассказов Мишель Фейбер проливает свет на будущее героев романа «Багровый лепесток и белый», и знакомит с некоторыми эпизодами их жизни до описываемых в нем событий. После внезапного расставания с героями романа осталось много загадок. Однако те, кто уже знаком с Фейбером, знают: не стоит ждать ответов на все вопросы. Мелодрамы не будет. Будет приключение.

Интеллектуальные триллеры?

Готические — точнее, готские — романы?

Злая контркультурная пародия на «массовую» литературу?

Критики попросту сходят с ума, пытаясь подобрать определение для работ «enfant terrible» современной англоязычной прозы Мишеля Фейбера — однако много ли стоят определения, если проза эта ЭФФЕКТНА, ЭКСТРАВАГАНТНА и ОТКРОВЕННО, через край ТАЛАНТЛИВА?

Тео Грипенкерль — мелкий ученый с эго олимпийского бога. Случайно обнаружив древние арамейские свитки, фактически пятое Евангелие, он, не задумываясь о последствиях, публикует их, раздает автографы и интервью, смеется над коллегами-неудачниками, а в итоге оказывается привязанным к стулу в логове террористов… Таков он, современный Прометей!

Сюжет об ученом, по воле случая покусившемся на основы христианской религии, мягко говоря, не нов… Но Мишель Фейбер (один из авторов международного проекта «Мифы») и не ставит своей целью поразить читателя оригинальностью — он создает пародию, едкую и острую сатиру на современную книгу и современного героя.

Фотограф Joachim Lapotre

© Michel Faber; The Apple by Michel Faber was first published in Great Britain by Canongate Books

Миссис Тремейн открывает дверь своего дома в Фицровии и видит стоящего на его пороге одетого по всей форме джентльмена: глаза его мутны, облик свидетельствует о том, что он близок к отчаянию. Само по себе это не такая уж и редкость, хотя одиннадцать утра — час для клиента не вполне обычный. В это время дня большая часть мужчин, коих одолевает вдруг страстная потребность в шлюхе, находит таковую на улице и совершает свое дело в каком-нибудь закоулке, тем более что дни стоят благоуханные, летние и простудиться эти господа почти не рискуют. Лишь вечерами, когда джентльмены пьют по своим клубам портвейн и читают порнографические издания, а обильный обед обращает их мысли к сигарам и фелляции, дом миссис Тремейн становится центром притяжения, и весьма оживленным.

Популярные книги в жанре Современная проза

"ДЕНЬ и НОЧЬ" Литературный журнал для семейного чтения (c) N 3-4 2004 г.

Разрыв Света переживала тяжело. Ее постоянно преследовали видения — Серегин вихрастый затылок в толпе, запах его туалетной воды в утренней троллейбусной давке, его ехидный хрипловатый смешок в уличной толпе… Временами ей начинало казаться, что она сходит с ума. Иногда эту мысль она воспринимала со страхом, а иногда с надеждой, как избавление от такого наваждения, что пугало ее еще больше…

За считанные недели она похудела, подурнела, под глазами поселились иссиза-голубые тени, глаза утратили прежний блеск. Света перестала следить за собой: не выглаженная одежда, сбитые каблуки, не ухоженные ногти, не всегда причесанная… Из франтоватой барышни – предмета явной и скрытой зависти однокурсниц и объекта обожания однокурсников — Света превратилась в одну из толпы, заполнявшей на переменах университетские коридоры.

В аудитории осталась последняя троица. Наглядно Игорь их знал — на его лекциях они всегда сидели на галерке и занимались какими-то более важными делами. Впрочем, особых претензий он к ним не имел – они не шушукались, не смыкали окружающих и не мешали ему, посему Игорь до поры до времени их не трогал. Но сейчас подошло время все же выяснить отношения, и давать им спуску у него намерения не было.

Как он и ожидал, ничего сверхъестественного не произошло. Все трое по очереди «заплывали» на каждом вопросе билета, и, глядя коровьими глазами, поскуливающими голосами пытались уверить его, что на троечку они все же знают.

Создатель, зорко посматривая из-под нахмуренных кустистых седых бровей, терпеливо ожидал, пока созванные приближенные рассядутся и угомонятся. Он понимал их взбудораженность: для столь срочного совещания должно было произойти что-то, с их точки зрения, экстраординарное. Впрочем, по его мнению, тема заседания того заслуживала.

В непосредственной близости от него устроились серафимы, аккуратно, с чувством собственной значимости сложив свою шестикрылость. За ними, чуть поодаль и левее, но явно выказывая исключительность своего статуса, разместились херувимы. Правее серафимов, несколько особняком, также претендуя на особую роль, расположились престолы, всем своим видом являя эталон внимания и благоговения.

Ода эгоизму?

Альтруизм – это патология. Можно даже сказать, извращение. Разве нормальный современный человек бросит свои дела, пусть даже и не самые неотложные, и займется решением многочисленных, пусть даже и архиважных проблем человечества? Или хотя бы какой-либо отдельной общности людских особей? Нормальный — нет.

Альтруизм истинный, рафинированный, не притворный (напускной, лицемерный тоже зачастую встречается, особенно много подобных «альтруистов» среди политиков всех рангов) не попадается то и дело. Обычно после смерти таких причисляют к святым.

- И кого же это черти несут в такое время! — в сердцах ругнулся Антон, услышав дверной звонок. По дороге к двери он глянул на часы — без малого одиннадцать вечера.

Рывком распахнув дверь, Антон увидел за порогом соседку. С Галиной Анатольевной он дружбу никогда не водил, но, правда, регулярно раскланивался, встречаясь на лестничной площадке.

- Антон, миленький, тысячу извинений за столь поздний визит, но дело у меня к вам очень важное и очень-очень срочное, — запричитала соседка.

Уже стоя в очереди в кассу, Виктор в очередной раз пробежал глазами мятый листочек со списком необходимых покупок.

- Сахар взял, сметану тоже, сыр есть… — бормотал он. — О! А батон?! Черт, батон забыл…

Обернувшись, он попросил расфуфыренную даму, стоявшую за ним:

- Я быстренько смотаюсь и вернусь, хорошо?

Та в ответ лишь высокомерно наклонила голову, не удостоив слова. Чертыхнувшись про себя, Виктор все же решил не учить ее хорошим манерам и рванул обратно, в клубящееся человеческое столпотворение.

Синдром порядочности

Автор предупреждает, что любые совпадения с реальными лицами и событиями являются случайными, а само произведение не может быть использовано в ходе судебного разбирательства.

Требуется кандидат экономических наук для написания кандидатской диссертации под руководством автора.

Объявление на сайте

Оператор все чаще показывал то раскачивающегося Лобановского, то вскакивающего Романцева, как бы подчеркивая этим, что кульминационный момент уже близок. И действительно, Шевченко в очередной раз попытался прорваться к воротам спартаковцев, но уже в самой штрафной площадки был снесен защитниками. Пенальти!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Темп быстрый. Язык простой. Не описывать комнаты и мебель.

Герою за семьдесят. Живой ум, несмотря на возраст. Легок на подъем.

Варианты имени: Энсон? Или лучше Бэзил? Грег?

Он не хочет умирать в одиночестве.

Мало того, он хочет, чтобы в момент смерти его окружало много людей. Чем больше, тем лучше. Удастся ли это ему? И как — об этом и история.

Почему он хочет умереть среди людей? Причин много, но одна из главных, конечно же, страх. Кроме того, людей он любит. Любит заводить новые знакомства. Для него нет большей радости, чем познакомиться с пятью десятками человек на дню, например, на церковном пикнике или при сборе подписей под какой-нибудь петицией. Ложась спать, не выключает телевизор — этот мотив проходит через весь рассказ. Многие из нас спят с включенным телевизором (правда, некоторые — лишь при ночевке в гостинице). Но почему мы это делаем, почему мы это делали в детстве? Почему, когда мы были маленькими, нам спокойнее всего было засыпать прямо под обеденным столом, за которым сидят гости? Или на диване с кусачей обивкой, под боком у старших, которые смотрят кино? Наверно, дело в том, что сон — это расставание с реальностью. Страшно проваливаться в неведомое, когда рядом никого.

В написании этого фантастического остросюжетного романа автор использовал материалы по оккультизму, в романе он детализировано описывает существующие в реальности магические обряды и заклинания против Зла.

Несчастье грозит всплывшему миру. Страна за страной попадают под иго Тирана и его армии монстров. Только одна девочка способна предотвратить гибель мира: Ниал, Всадница Драконов из Страны Ветра. Ниал — особенная. Наверное, нет никого более, кто мог бы уподобиться ей: большие фиолетовые глаза, острые уши и синие волосы. Ее воспитал воин, живущий в Стране Ветра в Городе Башен. Она играла со своими друзьями, те даже выбрали ее своей предводительницей за силу и ловкость. Детство Ниал прошло беззаботно, только ее странные мысли бросали тень на нее. Почему же она так отличается от других? Почему никто не говорит о ее матери, о которой она ничего не знает?

Тиранно приближался к осуществлению своей цели, он завладел большей частью свободных Земель. Используя колдовство, Тиранно вызывал духов мертвых воинов и пополнял ими свою армию. С ужасом защитники свободных Земель узнавали среди врагов своих убитых товарищей, многие погибли, не имея сил поднять против них оружие, а те, кто решились, поняли, что фантомов невозможно уничтожить. Ниал тяжело ранил призрак Фена, воина, которого она любила. Соана вынуждена была обратиться к запретной магии, она заколдовала мечи, и призраки стали рассыпаться под их ударами, но силы были на исходе. Тогда Совет Магов принял решение - послать советника Сеннара, одного из самых талантливых магов и волшебников свободных Земель, с просьбой о помощи в Затонувший Мир. В отчаянии Ниал провожает своего лучшего друга в опасное путешествие, откуда никто не возвращался живым.