Коврик, или Сказка о том, как важно быть нужным

Созданная в традиции «святочного рассказа» сказка Светланы Усачёвой относится к произведениям, в которых «оживают» окружающие нас вещи. Трогательная, немного грустная и очень симпатичная история подаренного на Новый год коврика, который прожил в доме немало лет, много узнал, повидал и, наконец, стал «старым и потертым», о многом говорит чуткой душе. Пожалуй, эта сказка, не столько «о том, как важно быть нужным», сколько о том, как важно быть любимым и как важно сохранить верность тем, кого любишь.

Отрывок из произведения:

Настя и Никита ввалились с мороза в переднюю…

— Мам, мы пришли! — крикнула Настя.

Сыпались льдинки с промокших варежек. Весело бухнулись на пол коньки… Сегодня Сочельник, а за ним Рождество, оно совсем близко. Осталось немного вечера и тихая ясная Величавая ночь…

За столом уже были папа и старшие брат с сестрой Володя и Оля. Мама внесла блюдо с сочивом: отваренный рис с курагой и орешками, политый мёдом. Настя и Никита занимали свои места, прислушиваясь к начавшемуся до них разговору.

Рекомендуем почитать

Первое жизнеописание в рубрике «Биографии», с которым знакомятся маленькие читатели детской серии журнала «Фома», посвящено Сергию Радонежскому. Однажды Настя и Никита играли в волшебников. Им сильно хотелось чего-нибудь необыкновенного. С людьми, считали они, такого не случается. И тогда папа протянул им стоявшую на столе иконку: «Раз уж вас так занимает всё удивительное, то вот вам удивительнейший человек». События жизни великого святого русской земли, свидетельства его роли в истории России, его духовные подвиги, происходившие с ним чудеса, — всё это, под пером известного православного писателя Максима Яковлева, складывается в очень зримые, объемные и волнующие картины, объединенные образом Великого Молитвенника и Заступника Земли Русской.

Иван Кулибин — легенда и гордость русской культуры, нижегородский мастер-самоучка, создатель уникальных механизмов, изобретатель, идеи которого обогнали свое время. Иностранцы охотились за его чертежами, а он всю свою жизнь думал не о личной выгоде, а о славе Отечества. Может быть, впервые жизнь и судьба русского гения в этой книге предстают так живо, доступно и по-человечески тепло.

Веселые и смешные стихи новосибирского автора Алексея Ерошина порадуют и детей, и взрослых. Похожие на забавные игры со словами и буквами, они всегда поучительны и неназойливо полезны. Ведь прочитав и запомнив эти строчки, ребенок поймёт, что нельзя быть задирой и жить без друзей («Динозавр»), посмеётся над теми, кто «превращая стрижку в драму», ходит с нечёсаной гривой («Лохматый Лева»), узнает, как плохо быть некультурным («Неграмотный пират») и разбрасывать свои вещи («Прятки»). И ещё он немножко пожалеет маленького обжору («Жадина»), задумается о печальных последствиях игр на автомобильной дороге («Хоккеисты»), научится побеждать ночные страхи («Фонарик»). И просто откроет в окружающем мире множество удивительных вещей («Мартышки», «Про портняжку», «Про лису и колбасу», «Паук и бабушка», «Магнит»).

«Прощай, Терминатор!» - очень жизненная история мальчика, который захотел спасти израненную злыми ребятами ворону. И не просто захотел, а с помощью мамы и папы вернул птицу к жизни. Для этого от него потребовались и мужество, и терпение, и смекалка, а главное доброта и любовь. Написанный в лучших традициях отечественной прозы рассказ Максима Яковлева тонко передает душевное состояние ребенка, то, как он воспринимает окружающий мир, учится бережному и ответственному к нему отношению.

Сказку «Тайна старого сундука» Настя и Никита услышали по телевизору. И читал ее не кто-нибудь, а президент России. Он получил от ребят письма, в которых они просили сделать так, чтобы в стране было много хороших детских фильмов, мультиков и новых сказок. Именно такую современную сказку о волшебных и таинственных приключениях, случившихся в жизни школьника Вовки, написала Наталья Щерба. И еще эта сказка — о том, как важно победить страх и неуверенность в своих силах, как научиться поступать правильно — так, как подсказывает тебе совесть.

Протоиерей Николай Агафонов — профессиональный литератор, автор целого ряда художественных книг, рассказов, киносценариев. Сказка "Про колокол Бим" из числа тех произведений, прочитав которые, запоминаешь их навсегда. Ведь в этой, берущей за сердце, истории семьи церковных колоколов, как в капле воды, отразилось недавнее прошлое нашей страны, судьба нескольких поколений, выбор народа, который когда-то захотел свободы и отрекся от Церкви, а спустя десятилетия начал возрождать храмы. Без всякой назидательности, просто и очень понятно книга рассказывает ребенку о самом главном — о вере и любви к Богу.

Как решиться по собственной воле отдать другому то, что тебе очень, очень дорого? Как научиться искреннему сочувствию? В какой момент человеку открывается то, что в жизни важнее всего? Это внимательный читатель поймет и прочувствует, знакомясь с талантливо написанным, психологически точным рассказом протоиерея Николая Агафонова «Щенок Засоня». События, развернувшиеся здесь, начинаются в тот момент, когда сбылась «главная мечта» школьника Лёши Понамарёва — в день рождения ему подарили маленького щенка…

Пять небольших «технических» сказок составили эту книгу: «Сказка о подводной лодке», «Сказка о маленьком самолетике», «Сказка об одном тракторе», «Сказка о маленьком грузовичке», «Сказка о двух тракторах». Казалось бы, сухой перечень транспортных средств. Но за каждым из этих названий — по-настоящему интересная, просто и доходчиво рассказанная жизненная история, в которой маленькие, скромные «персонажи» добросовестно трудятся, выполняют свой долг, совершают героические поступки, учатся не делать ошибки, понимать и уважать других. Ребенок как бы проникает в мир ожившей техники, начинает любить и ценить ее, а заодно получает уроки мужества, самоотверженности, умения чувствовать себя нужным и полезным в жизни.

Популярные книги в жанре Сказка

Неподалеку от реки Гуден по Силькеборгскому лесу проходит горный кряж, вроде большого вала. У подножия его, с западной стороны, стоял, да и теперь стоит крестьянский домик. Почва тут скудная; песок так и просвечивает сквозь редкую рожь и ячмень. Тому минуло уже много лет. Хозяева домика засевали маленькое поле, держали трех овец, свинью да двух волов — словом, кормились кое-как; что есть — хорошо, а нет — и не спрашивай! Могли бы они держать и пару лошадей, да говорили, как и другие тамошние крестьяне:

Мотылек вздумал жениться. Естественно, ему хотелось взять за себя хорошенький цветочек.

Он посмотрел вокруг: цветки сидели на своих стебельках тихо, как и подобает еще не просватанным барышням. Но выбрать было ужасно трудно, так много их тут росло.

Мотыльку надоело раздумывать, и он порхнул к полевой ромашке. Французы зовут ее Маргаритой и уверяют, что она умеет ворожить, и она вправду умеет ворожить. Влюбленные берут ее и обрывают лепесток за лепестком, приговаривая: «Любит? Не любит?» — или что-либо в этом духе. Каждый спрашивает на родном языке. Вот и мотылек тоже обратился к ромашке, но обрывать лепестков не стал, а перецеловал их, считая, что всегда лучше брать лаской.

Из Португалии — а кто говорит, из Испании, но это все едино — вывезли утку. Прозвали ее Португалкою. Она несла яйца, потом ее зарезали, зажарили и подали на стол — вот и вся ее история. Выводков из ее яиц тоже звали Португалками, и это кое-что да значило. Наконец из всего потомства первой Португалки осталась на утином дворе только одна утка. На этот утиный двор допускались и куры с петухом, неимоверно задиравшим нос.

— Он просто оскорбляет меня своим неистовым криком! — говорила Португалка. — Но он красив — этого у него не отнимешь, хоть и не сравнится с селезнем. Ему бы следовало быть посдержаннее, но сдержанность — это искусство, требующее высшего образования. Этим отличаются певчие птички, что гнездятся вон там, в соседском саду на липах. Как мило они поют! В их пении есть что-то такое трогательное, португальское — так я это называю. Будь у меня такая певчая птичка, я бы заменила ей мать, была бы с нею ласкова, добра! Это уж у меня в крови, в моем португальстве.

Городской судья стоял у открытого окна; на нем была крахмальная рубашка, в манишке красовалась дорогая булавка, выбрит он был безукоризненно — сам всегда брился. На этот раз он, впрочем, как-то порезался, и царапинка была заклеена клочком газетной бумаги.

— Эй ты, малый! — закричал он.

«Малый» был не кто иной, как прачкин сынишка; он проходил мимо, но тут остановился и почтительно снял фуражку с переломанным козырьком, — тем удобнее было совать ее в карман. Одет мальчуган был бедно, но чисто; на все дыры были аккуратно наложены заплатки; обут он был в тяжелые деревянные башмаки и стоял перед городским судьей навытяжку, словно перед самим королем.

Рассказ этот состоит, собственно, из двух частей: первую можно бы, пожалуй, и пропустить, да в ней содержатся кое-какие предварительные сведения, а они небесполезны.

Мы гостили у знакомых в имении. Случилось так, что наши хозяева уехали куда-то на день, и как раз в этот самый день из ближайшего городка приехала пожилая вдова с мопсом. Она объявила, что желает продать нашему хозяину несколько акций своего кожевенного завода. Бумаги были у нее с собой, и мы посоветовали ей оставить их в конверте с надписью: «Его превосходительству генерал-провиант-комиссару…» и прочее.

Жила-была монетка. Она только что вышла из чеканки — чистенькая, светленькая, — покатилась и зазвенела:

— Ура! Теперь пойду гулять по белу свету!

И пошла.

Ребенок крепко сжимал ее в своем тепленьком кулачке, скряга тискал холодными липкими пальцами, люди постарше вертели и поворачивали много раз, а у молодых она не задерживалась и живо катилась дальше.

Монетка была серебряная, меди в ней было очень мало, и вот она целый год гуляла по белу свету, то есть в той стране, где была отчеканена. Потом она отправилась за границу и оказалась последней родной монеткой в кошельке путешественника. Но он и не подозревал о ее существовании, пока она сама не попала к нему в пальцы.

Жил-был старый поэт, настоящий хороший поэт и очень добрый. Раз вечером сидел он дома, а на дворе разыгралась непогода. Дождь лил как из ведра, но старому поэту было так уютно и тепло возле кафельной печки, где ярко горел огонь и, весело шипя, пеклись яблоки.

— Плохо попасть в такую непогоду — нитки сухой не останется! — сказал он. Он был очень добрый.

— Впустите, впустите меня! Я озяб и весь промок! закричал вдруг за дверями ребенок.

Был назначен приз, и даже два, один большой, другой малый, за наибольшую быстроту — не на состязании, а вообще в течение целого года.

— Я получил первый приз! — сказал заяц. — По-моему, уж можно ожидать справедливости, если судьи — твои близкие друзья и родные. Однако присудить второй приз улитке? Мне это даже обидно!

— Но ведь надо же принимать во внимание и усердие, и добрую волю, как справедливо рассудили высокоуважаемые судьи, и я вполне разделяю их мнение! — заметил заборный столб, бывший свидетелем присуждения призов. — Улитке понадобилось полгода, чтобы переползти через порог, но всетаки она спешила на совесть и даже сломала себе второпях бедренную кость! Она душой и телом отдавалась своему делу, да еще тащила на спине свой дом! Такое усердие достойно всяческого поощрения, вот почему ей и присужден второй приз.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Тринадцать лет прошло со дня помолвки Грейстила Монтгомери и Велвет Кавендиш. Однако Велвет с детства воспринимает эту помолвку как обычную семейную сделку и поэтому не отвергает ухаживаний других мужчин, в том числе и короля Карла II, к которому давно испытывает искреннюю симпатию.

Грейстил, влюбленный в свою прекрасную невесту со всем пылом страсти, не намерен уступать ее монарху. Но завоевать сердце Велвет будет непросто…

Что ж, в любви, как и на войне, позволено все!

Луи Шарпантье посвятил свой труд памятникам древнейшей цивилизации гигантов, прибывших на Землю в незапамятные времена и оставивших нам знания в виде символов, которые прошли сквозь века с помощью друидов и строителей соборов.

«Гиганты и тайна их происхождения» освещает путь этой традиции, поднимающейся из тьмы далеких эпох.

Роман воссоздает события первых месяцев Великой Отечественной войны - наступление гитлеровцев под Москвой осенью 1941 года и отпор, который дали ему советские воины. Автор показывает, как порой трудно и запутанно складываются человеческие судьбы. Одни становятся героями, другие встают на гибельный путь предательства. Через все произведение проходит образ белой березы - любимого дерева на Руси. Первое издание романа вышло в 1947 году и вскоре получило Сталинскую премию 1-й степени и поистине всенародное признание.

Добрая познавательная сказка Игоря Малышева занимательно, в неожиданном ракурсе раскрывает ребенку то, как устроен окружающий мир. Ее герои — маленькие человечки (десятилетний мальчик Корнюшон и его взрослая тетя Рылейка), путешествующие на тополиных пушинках. Сделав привал в старом саду, они гуляют по веткам, рассматривают пчел и кузнечиков. Капля росы может окатить их с головы до ног, а ягоду земляники они режут на дольки, как мы арбуз. Но главные (и опасные) приключения ждут их под землей, в вырытой кротом норе, куда они провалились. Увидеть подземный мир изнутри, рассмотреть корешки трав и деревьев, затеряться в лабиринте ходов и искать пути к свету и свежему воздуху, — всё это предстоит испытать читателям вместе с героями сказки. И еще задуматься о том, что красота живой природы прекраснее любых подземных сокровищ.