Коснувшись неба

Лазарь Львович Лазарев

(Лазарь Львович Лифшиц)

Коснувшись неба

От автора

Повесть "Коснувшись неба" - вторая книга задуманной автором трилогии "Взлет" (первая книга "Взлет" вышла в издательстве Профиздат в 1978 году), посвященной ученикам отца русской авиации профессора Н.Е. Жуковского.

В основу этой книги легли помимо документальных источников также личные воспоминания А.А. Архангельского и его друзей и товарищей по работе в ОКБ, которым руководил А.Н. Туполев: С.М. Егера, Д.С. Маркова, Г.Е. Болотова, Г.И. Зальцмана, М.М. Егорова, А.С. Благовещенского, академика А.А. Микулина, А.А. Кобзарева, М.П. Кочеткова, жены - Н.Д. Архангельской и его друга выдающегося советского поэта Сергея Михалкова, которым автор приносит глубокую признательность.

Популярные книги в жанре История

Это русское издание воспоминаний бурского генерала Христиана де Вета было сделано по оригиналу на африкаансе. Возможно на Милитере появятся и воспоминания де Вета на английском, 1903 г. издания — там не 34, а 20 глав, причем их названия совпадают с названиями глав в данном издании, так что английское издание (Christian Rudolf de Wet, Three Years' War, 1903) более позднее и сокращённое. Особенно рекомендуется тем, кто в детстве был в восторге от буссенаровского Сорви-головы и тем, кто не любит Англии. Да вообще «Трансвааль, Трансвааль, страна моя горит в огне…».

Вопросъ рѣшается. — Неожиданный пунктъ нападенiя. — Капитанъ Семсъ. — Инструкцiи президента. — Созданiе флота. — Отъ стараго къ новому. — Важное порученiе. — Назначенiе на Сэмтеръ. — Дѣйствительный характеръ конфедеративнаго «пирата».

Президентъ конфедеративныхъ штатовъ приступилъ къ формированiю армiи для защиты свободы Юга. Въ странѣ, гдѣ преобладаетъ единодушiе, и доблесть есть одно изъ нацiональныхъ качествъ — формированiе армiи не представляетъ большихъ затрудненiй. Нельзя сказать того же относительно флота. Кровные Южане, служившiе въ рядахъ армiи, перешли на сторону своихъ штатовъ; матросы же привязаны къ судамъ своимъ также, какъ и къ отечеству, и считаютъ одною изъ своихъ священныхъ обязанностей не измѣнять имъ. Несмотря на это, г. Дэвисъ если и не имѣлъ большаго выбора въ офицерахъ, въ числѣ соотечественниковъ своихъ онъ нашелъ много достойныхъ людей, какъ это достаточно показала недавняя исторiя Юга. Найти опытныхъ и надежныхъ моряковъ оказалось легче, чѣмъ дать имъ какое-нибудь назначенiе. Аталантическiй океанъ и порты Америки находились въ то время исключительно во власти президента Линкольна. Югъ не имѣлъ никакого голоса на моряхъ. Купцы Нью-Iорка и Бостона были увѣрены, что война мало ихъ касается, и, вотируя въ пользу вторженiя въ Южные штаты, они не допускали и мысли о возможности вреда для себя. Суда ихъ гордо входили въ гавани и безпрепятственно плавали по океану. Несмотря на предстоявшую войну, страховыя конторы довольствовались премiями мирнаго времени. Да и въ самомъ дѣлѣ, чего было бояться? Югъ не имѣлъ ни одного судна. Кое-гдѣ нашелся бы еще пароходъ, который можно было бы вооружить; но что сдѣлалъ бы онъ противъ такихъ ходкихъ и грозныхъ судовъ, какъ Brooklyn, Powhattan, Niagara и дюжины другихъ? По мнѣнiю американскихъ негоцiантовъ, положенiе было вполнѣ безопасное; Южнанамъ предстояло жестокое пораженiе безъ всякой возможности съ своей стороны нанести вредъ противнику.

.

Перескажу то, что слышал от Аркадия Акимовича Штейнберга (1907–1984) – поэта, переводчика Мильтона и Ван Вэя, художника. В 1930-м он заканчивал ВХУТЕИН (бывший ВХУТЕМАС).

 

Аркадий Акимович Штейнберг

БУРЖУЙСКАЯ КВАРТИРА(рассказ Акимыча)
Хрусталь смотрелся в зеркало паркета.
Хозяйку звали Мина или Инна.
На дне рожденья (у Никитских где-то)
гуляли дипломанты ВХУТЕИНа.

В книге рассказывается о героической борьбе русского народа, мужественно отстаивавшего свои исконные земли от нашествий печенегов, половцев, хазар, монголо-татарских орд и других завоевателей. Автор описывает многочисленные битвы и сражения, убедительно показывает, как в многолетной борьбе выковывалась идея политического и военного единства Руси. Книга рассчитана на широкий круг читателей, прежде всего на молодежь.

Данный сборник — попытка показать многообразие низовых практик, которые русский народ вырабатывал и приспосабливал к изменяющимся внешним условиям на протяжении всей своей истории. Помимо известных форм народной самоорганизации (община, артель и вольное казачество) в книге рассмотрены и другие, не менее интересные явления: бродяжничество и странничество, разбойничьи шайки и партизанские отряды, сектантство и борьба за старую веру, а также поиск утопического Беловодья.

К маю 1943 года рота связи, составлявшая команду телефонно-телеграфного узла в В., уже третий год находилась в опорном пункте на южном берегу Коринфского залива, но до сих пор еще ни разу не имела боевого соприкосновения с партизанами. К югу от побережья Коринфского залива действовали партизаны. Они то и дело перерезали провода, которые вели к узлу, обстреливали направлявшиеся к нему катера, но солдатам узла связи не удалось взять в плен ни одного партизана. Наконец командир роты обер-лейтенант Гольц, решив, что у партизан, вероятно, неподалеку от узла связи, однако вне пределов прямой видимости, есть свой сигнальный пункт на морском берегу, выслал дозор в составе фельдфебеля Г., унтер-офицера В., обер-ефрейтора Б. и радиста А. Дозору было приказано пробыть несколько дней в засаде на берегу, вблизи предполагаемого сигнального пункта. Два дня и три ночи дозор скрывался в расщелине, образованной в прибрежном утесе корнями вековой маслины, но за это время не произошло ничего подозрительного. Наконец на рассвете третьего дня срок, установленный приказом, истек, и фельдфебель дал команду возвращаться, но, когда солдаты, окоченелые и продрогшие, стали выходить из своего логова, им послышался вдалеке хруст песка под ногами. Солдаты замерли, застыли, как неподвижные глыбы, стальные стволы словно вырастали из этих глыб. На мгновение хруст затих, солдаты затаили дыхание; хруст стал громче, с тихим шелестом начали осыпаться камни, и из зарослей смоквы вышел и стал спускаться к морю человек-черная тень в солнечном свете; солдатам была видна лишь его спина.

В данной работе изложение восточных походов греко-македонских войск не имеет самодовлеющего значения. Это лишь исторический фон для рассмотрения основной проблемы: восточной политики Александра Македонского. Буржуазные историки не выработали понятия «восточная политика». Они ограничиваются изложением отдельных частных мероприятий в организаторской и государственной деятельности Александра в ходе восточных походов, руководствуясь при этом не столько причинами объективного характера, сколько личными качествами македонского завоевателя. Введя в этой работе впервые понятие «восточная политика», мы имеем в виду анализировать ее в качестве самостоятельного объекта, раскрывающего пути и способы, посредством которых Александр надеялся осуществить мировое господство и создать огромное государство. В публикуемой работе, в сущности, рассматривается одна проблема восточной политики с целым рядом ее аспектов. Мы хорошо осознаем трудность поставленной задачи. При наличии огромной литературы об Александре Македонском во всех странах само знакомство с ней представляет немалые сложности. Сказать что-то новое или иначе, чем другие — еще сложнее. Сумели ли мы достигнуть того, чего хотели, об этом судить не нам. Но хотим заверить читателя, что к этому мы стремились с особой старательностью на протяжении ряда лет.

Джозеф Дэйвис – личный друг Рузвельта, посол к Сталину в 1937-38 годах. В книге совершенно секретные донесения Белому дому, письма и личные дневники посла о России. Посол даёт взгляд на репрессии, гигантские стройки СССР, Советское искусство и быт. Описаны переговоры со Сталиным, Черчиллем, руководителями нацистской Германии. Дэйвис награждён высшим орденом СССР – Орденом Ленина за помощь в ленд-лизе и открытии второго фронта. В книге большое число бытовых заметок посла – от посещения Артека, до дегустации вин в Массандре или секретных кладовых Эрмитажа со скифским золотом.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Лазарь Лазарев

О Василе Быкове

Начну с цитаты:

"Наверное, ангел справедливости всегда опаздывает.

Снова и в который раз мы оказываемся перед тем малорадостным фактом, когда истинное признание пророка происходит за пределами его земной жизни, когда по отношению к нему приходится употреблять глагол "был" вместо "есть". Хотя, что касается Виктора Некрасова, это утверждение справедливо лишь отчасти: все-таки, не в пример многим другим, он изведал при жизни и читательскую признательность, и писательскую славу, и даже эфемерное, изменчивое и кратковременное одобрение властей. Но все же, все же... Как было бы хорошо, если бы не было того, что, к сожалению, было, если бы наша литература развивалась так, как ей полагалось бы развиваться в условиях цивилизованного, истинно демократического общества на основе единственно возможной для нее ценности - масштаба личности и таланта. Увы! Талант, как это у нас повелось с некоторых (впрочем, весьма давних) пор, - не гарант признания, а чаще причина и повод для поношения, побивания камнями".

Александр ЛАЗАРЕВИЧ

КОРОТКОХВОСТИК

Давно.

Очень давно.

Тогда, когда труд еще не успел сделать из обезьяны человека.

Стадо первобытных обезьян резвится на лужайке.

Малыши срывают плоды с дикой яблони.

Точнее даже: предка дикой яблони.

Грызут их, широко раскрывая маленькие ротики,

кидаются огрызками друг в друга.

Обезьяны постарше греют на солнце

свои распухшие от яблок,

Александр ЛАЗАРЕВИЧ

ПЕСНЯ ПТЕНЦА

...В бескрайней ледяной пустыне два странных существа, не похожие ни на животных, которые жили на десяток миллионов лет раньше, ни на тех, которые жили на десяток миллионов лет позже. Два десятка миллионов лет мгновение в истории Земли, почти не оставившее следов для палеонтологов, которые долгое время так и не догадывались о том, что эти причудливые твари когда-либо существовали. Они не были ни динозаврами, ни птицами, ни млекопитающими. Так, нечто промежуточное, преходящее, не получившее отражения в биологической классификации...

Р.А.ЛЭФФЕРТИ

ПЛАНЕТА МЕДВЕДЕЙ-ВОРИШЕК

1

Минуй меня судьба лихая

И вороватых мишек стая

Джон Чансел

То, что происходит на планете медведей-воришек, явно нуждается в объяснении. Потому что, как однажды сформулировал великий Реджиналд Хот, "Аномалии - это непорядок".

Примерно раз в десять лет кто-то одержимый страстью к систематизации затевал масштабную работу с целью составления каталога "Указатель планет и их расположения" и предпринимал новое исследование аномалий. Это исследование никоим образом не могло миновать планету медведей-воришек.