Космонавты

Космонавт — представитель самой молодой, пока редко встречающейся, но очень популярной профессии. Широко известны первые прославленные герои космоса — Юрий Алексеевич Гагарин и Герман Степанович Титов. Известно и то, что вместе с «небесными братьями» готовились и продолжают готовиться к новым стартам в космос их друзья — группа советских космонавтов.

Многие читатели, и особенно молодежь, проявляют большой интерес к людям, которым предстоит развить и приумножить достижения Гагарина и Титова.

Кто они, эти люди? Как живут? Как работают и готовятся к очередным космическим полетам? Эти и многие другие вопросы, то есть все то, что можно знать о космонавтах, интересует не только любознательных, но и тех, кто уже по-серьезному мечтает о романтической профессии и уже теперь стремится во всем подражать космонавтам.

Многое о советских космонавтах читатель узнает из записок руководителя группы советских космонавтов Е. Петрова.

Отрывок из произведения:

Тому, кто знаком с чувством, возникающим при восхождении на высокую гору, хорошо известно, как с приближением вершины учащеннее бьется сердце. Происходит это не только потому, что путь труден, подъем крут, но прежде всего из-за того, что грудь теснит волнение: вот-вот взору откроется необъятный простор, раздвинется горизонт. Да, при этом мир предстает в новых, более зримых чертах, будто приближаясь и обдавая тебя своим живым, горячим дыханием.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

Товия Божиковский

СРЕДИ ПАДАЮЩИХ СТЕН

Перевод с иврита ЦИЛИ КЛЕПФИШ

Оглавление

Об авторе и его книге

Варшавское Гетто в борьбе

Дневник с "Арийской" стороны

Августовское Восстание в Варшаве

Снова в Бездне

Об авторе и его книге

Автор этой книги, Товия Божиковский, родился в 1911 году, в Лодзи (Польша). Детство и нелегкие юношеские годы провел в местечке Радомско. С ранних лет он примкнул к молодежной сионистско-социалистической организации "Фрайхайт" и особенно выделялся своей активной деятельностью на культурном фронте. Он преподавал в кружках историю еврейской литературы и историю общего и еврейского рабочего движения.

Валентина Васильевна Чудакова

Разведка

Ноги мои как ватные. Каждая клеточка тела вопит об усталости. Меня точно расчленили, и все я чувствую отдельно: голову, руки, спину... На секунду закрываю глаза и сразу же вижу подушку. Огромная, в ситцевой наволочке с голубыми цветочками. Она, как живая, сама услужливо лезет под голову. Наваждение. Как строевой конь, встряхиваю головой. При чем здесь подушка? Какая? Ах да, подушка из моего детства, из довоенного далека. Пуховая, набитая сладостной дремой и небылицами. Теплая, бабушкина... Когда это было? И было ли?..

Давтян С.М.

Пятая воздушная

{1}Так обозначены ссылки на примечания. Примечания после текста каждой главы.

Hoaxer: Военно-исторический очерк боевого пути 5-й воздушной армии в годы Великой Отечественной войны.

Содержание

В боях за Кавказ

На Степном фронте

В битве за Днепр

Над Правобережной Украиной

В Ясско-Кишиневской операции

При выполнении освободительной миссии

Заключение

А.Елистратова

Предисловие к книге Джеймс Генри "Повести и рассказы"

ПРЕДИСЛОВИЕ

-1

В странах английского языка за Генри Джеймсом уже давно установилась репутация признанного классика, мастера тонкого психологического анализа, внимательного и иронического наблюдателя жизни, художника, открывшего новые познавательные и изобразительные возможности романа и новеллы.

Если в нашей стране его до сих пор знали сравнительно мало, то это в значительной степени объясняется, вероятно, тем, что чрезвычайно своеобразная литературная манера Джеймса представляет зачастую большие трудности для перевода. Это относится в особенности к поздним его произведениям. Стремясь запечатлеть в точнейшей словесной форме мимолетные, неуловимые оттенки и переливы мыслей и настроений своих героев, он создает нередко необычайно сложные синтаксические конструкции, пользуется намеками, рассчитанными на возникновение мгновенных ассоциативных связей в воображении читателя, скользит иногда по самому лезвию грани, отделяющей буквальное значение слова от иронического или переносного.

Ефим ЭТКИНД

Маркиз де Лапюнез

Профессор Мокульский, окончив очередную лекцию о французском классицизме, развернул записку и прочел вслух: "Можете ли вы сказать, что написал маркиз де Лапюнез в прозе?" Он кашлянул и произнес: "Насколько я знаю, у Лапюнеза нет прозы".

Нам ничего другого и не надо было, ответ нас удовлетворил. Мы оба были счастливы, Элеазар Кревер и я. Маркиз де Лапюнез получил право на существование. Профессор Мокульский сам загнал себя в ловушку...

Тимур Гайдар

Голиков Аркадий из Арзамаса

Данила Голиков, крепостной князей Голицыных, двадцати лет был отдан в рекруты, в сорок пять стал вольным человеком, получил надел, начал крестьянствовать. Как ни тяжела была служба, вспоминал и хорошее: друзей, удачные стрельбы, костры на бивуаках... Слова "солдат", "солдатское" произносились в доме с уважением.

Сын Данилы - Исидор научился столярничать. Женившись, перебрался в ближний от родного села городок Щигры. Мастер был отменный, особенно славился прялками, которых готовил к ярмарке великое множество.

Герои второй части книги «Пушкин. Бродский. Империя и судьба» – один из наиболее значительных русских поэтов XX века Иосиф Бродский, глубокий исторический романист Юрий Давыдов и великий просветитель историк Натан Эйдельман. У каждого из них была своя органичная связь с Пушкиным. Каждый из них по-своему осмыслял судьбу Российской империи и империи советской. У каждого была своя империя, свое представление о сути имперской идеи и свой творческий метод ее осмысления. Их объединяло и еще одно немаловажное для сюжета книги обстоятельство – автор книги был связан с каждым из них многолетней дружбой. И потому в повествовании помимо аналитического присутствует еще и значительный мемуарный аспект. Цель книги – попытка очертить личности и судьбы трех ярко талантливых и оригинально мыслящих людей, положивших свои жизни на служение русской культуре и сыгравших в ней роль еще не понятую до конца.

Стенографический отчет процесса над Иосифом Бродским. По журналу Воздушные пути 1965 04.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Должен сказать, что полемики со статьей уважаемого Евгения Берковича у меня не получится.

Ну, разумеется, я не утверждал, что «все немцы» «должны» были эмигрировать из гитлеровской Германии.

Во-первых, это технически невозможно.

Во-вторых, куда им было ехать – в 1930-е годы во всем мире был кризис, безработица и их нигде не ждали.

В-третьих, зачем им было уезжать? Нацистский режим пользовался, действительно огромной, абсолютно искренней поддержкой населения. И немудрено: кончилась безработица, строили дороги, выпускался «народный автомобиль» – «фольксваген». Власти расчесывали национальное тщеславие немцев, объясняя, что «арийская раса – первого класса», Германия «встала с колен» и «возвращала себе ведущую роль в Европе», молодежь была в восторге и т. д. Что в таком режиме может не нравиться нормальному человеку?

Чем больше я читаю и интересуюсь темой Россия (СССР) – евреи (Израиль) тем в большем омерзении я нахожусь. Мне лично, как еврею, сугубо противна российская сторона. Россия является по определению самой антиеврейской и тем более антиизраильской страной мира (включая Иран). Позиция России никогда, подчёркиваю, никогда не была даже на ёту близка позиции Израиля. Россия это источник всего антисемитского и по праву может спорить и соревноваться с таким игроком мировой политики как Гитлероваская Германия. Я лично сожалею, что по сложившимся обстоятельствам мне "посчастливилось" жить 13 лет на территории этого государства. Тот факт что евреи вообще интересуются и спорят с Россией я считаю глубоко ошибочным. Спор господа здесь неуместен. Россия и "православие" не только глубоко чужды и враждебны еврейской доктрине и иудейским ценностям, что сам факт споров напоминает дискуссию глухих. Мы пытаемся им понравиться? Мы пытаемся выловить в их речах что-то позитивное? Кхм. Полноте. Это бесполезно. Приходится с сожалением наблюдать, что Россия Израилю выгодна только в одном варианте – "перестроечно-Ельцинская"- разрушенная униженность. Когда русские думают о хлебе насущном, а их "великодержавность" равна нулю – от них вреда мало. Eсли же, не дай б-г, россия действительно поднимется с колен (ой как не хотелось бы) она опять безусловно станет очагом антисемитизма (вот мерзкое понятие) и так же безусловно будет помогать нашим врагам. Для себя я давно решил, что Россия это враг номер один для нашей страны, и вообще для нашего народа. Единственная возможная позиция к России Израиля – это отдалённая торговля. Eвреям к россии надо относиться как к прокажённым. Как можно дальше и как можно отдалённее. Естественно я, родившийся в тех землях человек, имею дружеские отношения с некоторыми представителями той страны. Безусловно хорошие и интересные люди, достойные уважения и даже преклонения есть и там, но государство как таковое – враг. Я не пророню ни одной слезы, если в один прекрасный день эта страна развалится и исчезнет так же, как исчез СССР. Этот день я буду справлять как особый праздник. А пока: меньше нюхайте говна – меньше будет вонять, господа евреи…

Когда мир подходит к точке невозврата и близится последняя война, остается или победить, или умереть. Но возможно, есть третий путь?

 Русскими учеными найден способ уйти в параллельную реальность, увести с собой миллионы своих людей и тем самым предотвратить их гибель в безнадежной войне. Однако на пути реализации этого грандиозного плана возникают трудности. Именно их должен преодолеть экипаж крейсера "Мурманск", первым отправившийся в иной мир с билетами в один конец...

Опубликован в журнале «Полдень. XXI век»

Июль 2009 г.