Корона, Огонь и Медные Крылья

Давно обещанный любовно-авантюрный роман про то, как муж любил жену)) А если серьезно — мир Некроманта, двести-двести пятьдесят лет спустя. Дело происходит в других странах и с другими людьми. Итак, юная принцесса отправляется за море, чтобы вступить в брак, но…

Отрывок из произведения:

Мне едва исполнилось шестнадцать лет, когда я увидела медный лик своей Судьбы, а Судьба взглянула на меня. Дождь полился с земли на небо, дерево выросло вверх корнями, я посмотрела на образ Господа Всезрящего, а он улыбнулся и подмигнул — вот до такой степени все стало странно и нелепо, хотя начиналось чрезвычайно обыденно, самым, что ни на есть, ожидаемым образом.

Я воспитывалась в монастыре Великомученицы Ангелины, потому что так пожелали мой отец, государь Северного Приморья, и отец моего жениха, государь Трех Островов. Жизнь моя текла однообразно и неспешно, так же, как медленная и ленивая равнинная река, на которую я каждый день смотрела из окна моей кельи. Мои дни отличались от дней прочих монахинь только тем, что дважды в неделю ко мне приходили учительница танцев с наставницей в языке Трех Островов и придворном этикете, а трижды — старенький профессор истории и права, который говорил любопытнейшие вещи, когда не кашлял. Все прочее время было совершенно обыкновенно. Я тоже вышивала наалтарные покрывала, я тоже пела в монастырском хоре, я тоже гуляла в саду — разве что мне было отказано в удовольствии ухаживать за цветами, дабы грубый крестьянский труд не испортил моих рук. И скучный мир царил в моей душе — я знала наперед все, что произойдет со мной в моей дальнейшей жизни.

Другие книги автора Максим Андреевич Далин

Надо же было хоть раз в жизни написать фэнтези о попаданце! Все пишут)))

Что думает герой, отправляясь на битву со злодеем, всем давно известно. А что в это время думает злодей? Тёмный властелин? Тот самый, кого мечтают убить бесчисленные рыцари?

Жестокий тиран. Командир мёртвых легионов. Коварный интриган. Безжалостный убийца. Извращенец и насильник. Он вообще думает о чём-нибудь?

Он — чёрный маг на троне. Он ночами строит козни и совершает чудовищные обряды. Он мечтает о чужих землях. Он водит шашни с выходцами из преисподней.

Он — Дольф Некромант. О чём он может думать? В этой книге он расскажет об этом сам.

Статья Максима Далина "Да сохранят пиратов небеса! О цене на вдохновение и рукописи" мне очень понравилась, но, к сожалению, ввиду малого объёма она не вместила очень много тонкостей и нюансов, многие интересные мысли были высказаны в комментариях, которые привожу как есть. Думающие и разумные люди найдут для себя здесь много интересного.

Планета Нги-Унг-Лян – эволюционный курьез. Высшие организмы, обитающие на ней, не знают земного деления на два пола, совмещая признаки обоих в одном теле. Изначально обладающие как мужскими, так и (подавленными) женскими признаками, достигая зрелости, особи определяют свою принадлежность в индивидуальной схватке. Мир – настоящий биологический рай… работу земных ученых осложняет одно: венец нги-унг-лянской эволюции, при всех фундаментальных физиологических отличиях слишком похож на земного человека…

Уникальный ход эволюции порождает сильнейшее любопытство, внешнее сходство с homo sapiens  местных разумных  – и их красота – дезориентируют, а уклад и психология –  вызывают шок, и настоящую фобию.

Землянину Николаю, этнографу, предстоит попытаться разгадать тайны этого невозможного мира. Его дело – наблюдать, избегая вмешательства, за бытом и психологией «людей» в период средневекового феодализма. Он должен стать почти «своим»,  но, в конечном счете, лишенным сопереживания; быть в центре событий – оставаясь в стороне.

Почему-то именно этот кусок «записок» показался издателю самым крамольным… А казалось бы — сравнительно простая история. Жанр — «феминистическая космоопера», Мери-Сью))

Они пожирают нас. Они воруют наши чувства, наше время, наши души…

И, может быть, только Вечность — настоящий Шанс спастись. Шанс первый, и последний, и единственный. Только Вечность. А что можно отдать за вечную жизнь? Душу? Кому нужна душа, выставленная на продажу… Совесть? А где она…

А что у нас ещё есть? И с чем мы пойдём в эту Вечность? Как нам там будет — на пиру Вечных Князей и Хозяев Ночи?

Заключительная часть романа — война или мир между Севером и Югом?

Планета Нги-Унг-Лян — эволюционный курьез. Высшие организмы, обитающие на ней, не знают земного деления на два пола, совмещая признаки обоих в одном теле. Мир — настоящий биологический рай… работу земных ученых осложняет одно: венец нги-унг-лянской эволюции, при всех фундаментальных физиологических отличиях слишком похож на земного человека…

Популярные книги в жанре Фэнтези

Чужестранцы-аллемани, вторгшиеся в земли колдуний шари'а, обещали мир и покровительство… и жестоко лгали. Ныне шари'а — бесправные рабы суровых завоевателей, их столица — Колдовское Ущелье — лежит в жалких руинах, а магия — даже самая невинная — объявлена ВНЕ ЗАКОНА и карается смертью. Нелегко выжить в этом мире юной целительнице Брилли Мефелл, ежеминутно ждущей ареста и казни. Но все чаще являются ей в видениях давно погибшие великие волшебницы из Колдовского Ущелья, зовущие ее Избранной и утверждающие, что ее предназначение — возродить былое могущество магического народа…

Капитан. Доброе утречко, привет-привет-приветик, мои наилучшие пожелания всем и каждому! Сколько же нас всего здесь, на борту нашего славного звездолета? Давайте-ка разберемся. С вами говорит, натурально, капитан — собственной персоной. Есть еще Первый помощник, с которым не все… как бы это помягче… ну, словом, он не совсем такой, как другие. Впрочем, с ушами у него все в полном ажуре. Доводилось мне встречать первых помощников с чертовски забавными лопухами, но к нашему такое определенно не относится. Значится, так… Еще имеется Бортинженер, запас слов у которого сводится к перечислению признаков износа клапанов, а также Чокнутый Второй помощник, который, запертый в кают-компании, выдирает там набивку из мебели и расстреливает заготовленными впрок комками шерсти приборы рассеянного освещения. Затем следует Связист, неизменно склоненный над своим вечно свистящим радиоприемником и всегда в наушниках. Бульканье и шипение, в которые он так внимательно вслушивается, по-моему, самый что ни на есть обычный звездный фон. Там ведь очень шумно — снаружи… Все, что ли? Никто больше на ум не приходит. Доблестный наш экипаж весьма невелик, зато все в нем как на подбор — одни офицеры. Сколько всего получается? Вроде бы шесть?

Он был хорошим мужем, хорошим отцом. И я не понимаю. Не верю. Не могу поверить в то, что случилось. Я видела, как все произошло, но это неправда. Невозможно, невероятно. Он всегда был таким добрым. Если бы вы только видели, как он играл с детьми, — любой, кто увидел бы его с детьми, с уверенностью сказал бы, что в нем нет ничего плохого, ни капельки.

Когда я впервые встретила его, он все еще жил со своей мамой, недалеко от Весеннего озера. Я часто видела их вместе, мать и сыновей, и думаю, что не знала другого такого, у кого были бы настолько хорошие отношения с семьей. Однажды я гуляла в лесу и увидела, как он возвращался с охоты. Он не поймал даже полевой мышки, но отсутствие добычи не повергло его в уныние. Наслаждаясь утренним воздухом, он весело шагал по тропинке. И это

Солнечный свет, как всегда в октябре, желтыми полосами ложился поперек улицы; сотни сухих золотистых полудней шуршали под ногами. Лишь почтенный возраст спасал сикоморы от излишней назойливости. Зато в течение нескольких кварталов ее буквально преследовали фамильярно-дружески настроенные тени знакомых кирпичных стен и балконов. Фонтаны разговаривали с ней так, словно она никуда и не уезжала. Ее не было здесь восемь лет, а этот дурацкий город даже не заметил ее отсутствия; залитый солнечным светом, наполненный шумом множества фонтанов, он обступал ее со всех сторон, точно стены родного дома. Смущенная и обиженная, она прошла мимо дома номер 18 по улице Рейн, даже не взглянув ни на дверь в парадном, ни на ограду сада, хотя каким-то образом — не глазами — все-таки заметила, что и дверь, и калитка в сад заперты. После этого город постепенно отступился и оставил ее наконец в покое. Через один-два квартала он ее уже практически не узнавал. Фонтаны теперь разговаривали с кем-то другим. Теперь ее охватило иное смущение: она не узнавала ни перекрестков, ни подъездов домов, ни окон, ни витрин магазинов и, стыдясь, вынуждена была обращаться с вопросами к уличным указателям и табличкам с номерами домов, а когда отыскала нужный дом и в нем оказалось несколько подъездов, то пришлось войти и сперва спросить у открытых дверей, туда ли она попала. Неубранные постели, семейные ссоры, не до конца застегнутые платья отослали ее наверх, на четвертый этаж, но там на ее стук ответила лишь изящная надпись на дверной табличке: Ф.Л.ПАНИН. Она заглянула внутрь. Комната в мансарде была забита тяжелыми диванами и столами и имела вид разоренного жилища; комната казалась абсолютно чужой, залитой солнцем, душной и беззащитной.

Солли была космическим ребенком — дочерью посланников-мобилей, которые жили то на одном, то на другом корабле, мотаясь по разным мирам и планетам. К десяти годам она налетала пятьсот световых лет, а к двадцати пяти прошла через альтерранскую революцию, научилась айджи на Терре и прозорливому мышлению у старого хилфера на Роканане, закончила хайнанский университет, получила ранг наблюдателя и выжила в командировке на смертоносной умирающей Кеаке, проскочив при этом на предельной скорости еще полтысячи световых. Несмотря на молодость она повидала многое.

На морском берегу стоял он, глядя поверх длинных пенистых валов вдаль, туда, где можно было увидеть или, вернее, угадать высящиеся в туманной дымке Острова. Там, говорил он морю, там находится мое королевство. Море в ответ говорило ему то, что говорит оно каждому. Когда вечер надвинулся из-за его спины на водные просторы, пенные валы побледнели, а ветер притих, далеко на западе зажглась звезда. Возможно это было светом маяка, а возможно — всего лишь его желанием такой свет увидеть.

Большинство людей «живут в тихом отчаянии», и многие рассказы рождаются им же. Мы были в Англии, шел ноябрь месяц, на улице темнело в два часа дня, шел дождь, мой чемодан с рукописями потерялся где-то в Саутхэмптоне, я несколько месяцев ничего не писала, я не могла понять, что говорит зеленщик, а он не понимал меня. Это было отчаяние, только тихое — гордость, вы же понимаете. Так что я села и принялась безнадежно царапать бумагу. Слова, слова, слова. Я дошла до фразы «Попробуй побыть Амандой, — с кислым видом предложил тот, кто был рядом» и застряла. Год спустя («Бритиш Рэйл», к их чести, вернула мне чемодан, мы вернулись в Орегон, шел дождь) я нашла рукопись, и продолжала писать, и дошла до конца. Я так и не выяснила, как же должен называться рассказ — название, к моему восхищению, подобрала Вирджиния Кидд, мой агент.

Необычайный мир открывается перед нами в этой книге — «опыте археологии будущего». Много веков прошло с тех пор, как человечество, оглянувшись на искореженную землю, отказалось от высоких технологий и больше того, — от образа мыслей, что едва не уничтожил род людской. Мириады местных культур, связанных лишь Пунктами обмена Информации существуют в бывшей Калифорнийской долине. И когда воины Кондора — реликт прежних времен — сталкиваются с народом Кеш они оказываются не в силах понять, что движет этими людьми. Как и сами Кеш не могут понять, что заставляет детей Кондора стремиться подчинить всех своей воле…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Меня в очередной раз не пустили в дом Рунны Ижвель. 'Не пустили' — это мягко сказано, точнее дали по шее и вышвырнули вон. Гады! Встала, осмотрелась, постаралась проигнорировать откровенный ржач многочисленных папарацци. Эти парни с высокоскоростными снимателями иной раз раздражают.

— Лика, птица обломинго родилась с тобой в один день, и даже в одном родильном зале! — заорал фотограф из журнала 'Жизнь за гранью', который был давно знаком с одной из самых бесшабашных журналисток современности.

ОглавлениеИнтервью

Издатель Александр Кононов об электронных и обычных книгах Автор: Юрий Ильин

Терралаб

Первый взгляд на Opera 11 Автор: Евгений Крестников

Колумнисты

Василий Щепетнёв: Опыт катастроф Автор: Василий Щепетнев

Кафедра Ваннаха: Об отладочных режимах и суверенитете Автор: Ваннах Михаил

Анатолий Вассерман: Разветвление Unix Автор: Анатолий Вассерман

Василий Щепетнёв: Билет для ревизора Автор: Василий Щепетнев

Голубятня-Онлайн

Голубятня: Logitech Rechargeable Speaker S715i Автор: Сергей Голубицкий

Ноутбуки

Тест ноутбука Dell Inspiron N5010 Автор: Фёдор Кустов

История ноутбуков: из шкафа в карман — 1 Автор: Роман Бобков

Тест семнадцатидюймового MacBook Pro Автор: Фёдор Кустов

«Дуэ́ль» — еженедельная российская газета (8 полос формата А2 в двух цветах), выходившая с 1996 по 19 мая 2009 года. Позиционировала себя как «Газета борьбы общественных идей — для тех, кто любит думать». Фактически была печатным органом общероссийских общественно-политических движений «Армия Воли Народа» (и.о. лидера Ю. И. Мухин).

Частые авторы: Ю. И. Мухин, В. С. Бушин, С.Г.Кара-Мурза. Публиковались также работы Максима Калашникова (В. А. Кучеренко), С. Г. Кара-Мурзы, А. П. Паршева, Д. Ю. Пучкова и др. Художник — Р. А. Еркимбаев

Первый номер газеты вышел 9 февраля 1996 года. До этой даты коллектив редакции выпускал газету «Аль-Кодс» (учредитель — Шаабан Хафез Шаабан). Главную цель новой газеты издатели газеты изложили в программной статье «Учимся Думать»[1].

В 2007 году Замоскворецкий районный суд города Москвы принял незаконное решение [2] об отзыве свидетельства о регистрации газеты. Решение вступило в силу в мае 2009 года, печать газеты прекращена. Коллектив редакции, не пропустив ни одного номера, продолжил выпуск новой газеты «К барьеру!», продолжающей традиции закрытой газеты «Дуэль».

[1] См.Статью «Учимся Думать» http://www.duel.ru/199601/?1_1_1

[2] Кремлевский режим и лобби одного маленького государства в России руками лоббистов этого маленького государства в судах России ..." http://www.kbarieru.info/200901/?01_1_1

«Дуэ́ль» — еженедельная российская газета (8 полос формата А2 в двух цветах), выходившая с 1996 по 19 мая 2009 года. Позиционировала себя как «Газета борьбы общественных идей — для тех, кто любит думать». Фактически была печатным органом общероссийских общественно-политических движений «Армия Воли Народа» (и.о. лидера Ю. И. Мухин).

Частые авторы: Ю. И. Мухин, В. С. Бушин, С.Г.Кара-Мурза. Публиковались также работы Максима Калашникова (В. А. Кучеренко), С. Г. Кара-Мурзы, А. П. Паршева, Д. Ю. Пучкова и др. Художник — Р. А. Еркимбаев

Первый номер газеты вышел 9 февраля 1996 года. До этой даты коллектив редакции выпускал газету «Аль-Кодс» (учредитель — Шаабан Хафез Шаабан). Главную цель новой газеты издатели газеты изложили в программной статье «Учимся Думать»[1].

В 2007 году Замоскворецкий районный суд города Москвы принял незаконное решение [2] об отзыве свидетельства о регистрации газеты. Решение вступило в силу в мае 2009 года, печать газеты прекращена. Коллектив редакции, не пропустив ни одного номера, продолжил выпуск новой газеты «К барьеру!», продолжающей традиции закрытой газеты «Дуэль».

[1] См.Статью «Учимся Думать» http://www.duel.ru/199601/?1_1_1

[2] Кремлевский режим и лобби одного маленького государства в России руками лоббистов этого маленького государства в судах России ..." http://www.kbarieru.info/200901/?01_1_1