Концерт Д. M. Леоновой

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

Отрывок из произведения:

Концерт этот состоится во вторник, 13 марта, но мне случилось быть сегодня на репетиции, и я скажу, что кто любит русскую музыкальную школу, кто способен понимать талантливость и значение новых русских музыкальных произведений, хорошо сделает, если пойдет в этот концерт. Кроме двух пьес, весь концерт составлен из произведений исключительно русских, да еще каких: все даровитых и интересных! Это будет, значит, еще один новый громовый отпор тем молодцам, что так ловко распорядились прошлым летом на всемирной выставке, набрали три вороха плохих вещей, при самой умеренной дозе важного и истинно хорошего, и точно присягу дали убедить Европу, что в последнее время нет у нас вовсе ни талантливых музыкантов, ни талантливых сочинений, хоть шаром покати. Однако посмотрите, сколько тут, в концерте Д. М. Леоновой, набралось истинно прекрасного, в самом деле нашего, и, однако, не слыханного и не виданного прошлым летом в Париже. Сначала увертюра Ц. А. Кюи к «Кавказскому пленнику», вещь чрезвычайно талантливая и изящная, инструментованная прелестно, точь-в-точь à la Балакирев; увертюра самого Балакирева «Король Лир», конечно, потому и не исполняемая в концертах музыкального общества, что в ней сидит громадное дарование и гораздо приличнее, разумеется, играть там невесть какую бездарщину всяких чехов и немцев; «Сербская фантазия» Н. А. Римского-Корсакова — сочинение горячее, живое, чудесно-красивое, как все создаваемое этим автором, и блестящим образом инструментованное; наконец, — «Малороссийский казачок» Даргомыжского, который хотя и был сыгран в Париже, но как несчастно исковеркан! Вот это по части инструментальных вещей. По части певческих: великолепная «Сказка про царевну Ладу», из «Псковитянки», которую, бывало, всегда так чудесно исполняла на сцене Д. М. Леонова; песнь раскольницы Марфы из оперы «Хованщина» М. П. Мусоргского — одно из лучших созданий этого автора за последнее время; несколько романсов Глинки и гг. Балакирева и Мусоргского, баллада «Застонало сине море» из «Рогнеды» Серова и, наконец, еще молитва с хором «В минуту жизни трудную» Глинки, полную инструментованную партитуру которой сам автор подарил 23 года тому назад Д. М. Леоновой навеки в полную собственность. Иностранных пьес, как я уже сказал, — две, и обе капитальные: романс Нищей Фидесы из «Пророка» Мейербера, и «Лесной царь» Франце Шуберта, чудесно инструментованный Листом. Обе эти вещи Д. М. Леонова исполняет истинно отлично, и в особенности меня поразило то глубоко драматическое выражение, с каким она произносит последние слова баллады Шуберта: «…в его объятьях ребенок был — мертв!!!». Я сто раз слыхал эту балладу и у нас, и за границей, и должен признаться, ни у кого никогда не слыхал подобного выражения. Что касается до исполнения остальных вещей, голосовых сочинений собственно русской школы, не может не быть тут много хорошего, отличного, когда вспомнишь, что Д. М. Леонова, при прекрасном даровании своем, много лет пользовалась советами и указанием самих Глинки и Даргомыжского, а в последние годы — всех новых русских композиторов.

Рекомендуем почитать

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

Другие книги автора Владимир Васильевич Стасов

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

I глава (из 2-х) написана собственно Марией Ватсон по материалам и указаниям В. В. Стасова, а потом просмотрена и редактирована последним.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

Популярные книги в жанре Критика

«…отчего великие художники иногда оставляли недоконченными свои создания, иногда прерывали свою работу и с томительным страданием искали в себе силы докончить ее и, не находя этой силы, иногда уничтожали с отчаяния свое прекрасно начатое творение? – оттого, что вдохновение, как всякая благодать, не в воле человека, и еще оттого, что великие художники никогда не доделывают своих произведений, если не могут их досоздать. Но как бы то ни было, а г. Бернет владеет истинным поэтическим дарованием, и по этому самому нам неприятно говорить о его «Елене»…»

«…Все согласились в том, что в народной речи есть своя свежесть, энергия, живописность, а в народных песнях и даже сказках – своя жизнь и поэзия и что не только не должно их презирать, но еще и должно их собирать, как живые факты истории языка, характера народа. Но вместе с этим теперь никто уже не будет преувеличивать дела и в народной поэзии видеть что-нибудь больше, кроме младенческого лепета народа, имеющего свою относительную важность, свое относительное достоинство…»

«Целая библиотека повестей! Запас на целую зиму для иного семейства, погребенного в глуши провинции! В самом деле, есть чего почитать! Мы не боимся нисколько нарушить приличия и показаться нескромными, сказавши, что эти повести имеют достоинство: издатель «Телескопа» их только издал, а не сочинил…»

Белинский придавал большое значение изданию книг для народного чтения. Этим объясняется прежде всего и его интерес к изданию книжек «Сельского чтения», предпринятому в 1840-х гг. В. Ф. Одоевским и А. П. Заблоцким-Десятовским. Данной рецензии предшествовало в отделе «Библиографические и журнальные известия» сообщение о выходе 2-й книжки.

«…Поэтому-то мы представляем здесь «предисловия» из обеих книг, как пресловутому «Димитрию Самозванцу», трагедии Александра Сумарокова, так и к переводу «Юлия Цезаря» безвестного переводчика. Первое покажет нам в Сумарокове плохого литератора, бездарного и самохвального стихотворца, бессильного и ничтожного мыслителя в деле искусства, хотя, в то же время, человека с здравым смыслом и благородным образом суждения в обыкновенных предметах человеческой мысли; а второе покажет человека, который, своими понятиями об искусстве, далеко обогнал свое время и поэтому заслуживает не только наше внимание, но и удивление…»

Драма В. Гюго «Бургграфы», о которой преимущественно идет речь в заметке, по справедливому замечанию исследователей его творчества, представляет «пример падения таланта писателя, пошедшего по ложному пути». Белинский был прав, подвергнув критике ее искусственные построения. Подвергает критике Белинский и один из принципов романтической поэтики Гюго: о совмещении «прекрасного» и «уродливого».

«…Итак, желаем нашему поэту не успеха, потому что в успехе мы не сомневаемся, а терпения, потому что классический род очень тяжелый и скучный. Смотря по роду и духу своих стихотворений, г. Эврипидин будет подписываться под ними разными именами, но с удержанием имени «Эврипидина», потому что, несмотря на всё разнообразие его таланта, главный его элемент есть драматический; а собственное его имя останется до времени тайною для нашей публики…»

Рецензия на издание перевода «Парижских тайн» Э. Сю уже по существу не дополняла разбора романа, данного в статье о нем в той же книжке «Отечественных записок». Критик использовал рецензию для нанесения ответного удара по Я. К. Гроту в связи с его выступлением против Белинского и в защиту романа Ф. Бремер «Семейство». Белинский смело защищает занятые им позиции и подчеркивает реакционный смысл статьи Грота, ее «доносительное» назначение.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.