Комментарий к романам Жюля Верна "Путешествие к центру Земли", "Путешествие и приключения капитана Гаттераса"

Комментарий к романам Жюля Верна "Путешествие к центру Земли", "Путешествие и приключения капитана Гаттераса"

Комментарий к романам, вошедшим во 2 том "Двенадцатитомного собрания сочинений Жюля Верна". Несмотря на то, что данные по геологическому строению земного шара, которые приводит академик Д.И. Щербаков, сильно устарели, в статье дается много интересной информации, не потерявшей своей актуальности и в наше время.

Отрывок из произведения:

Почти на двадцать пять километров над поверхностью Земли поднялся человек в кабине стратостата. Своих механических разведчиков — ракеты, снабженные автоматическими приборами, — он сумел забросить на высоту четырехсот с лишним километров. На четыре тысячи метров спустился он под поверхность моря. А с помощью приборов он достал пробы грунта, образцы флоры и фауны со дна глубочайших впадин мирового океана, с глубины свыше десяти тысяч метров.

Но всего на два километра смог он углубиться в недра Земли. Даже буровые скважины в редких случаях удалось ему пробурить глубже, чем на пять километров.

Сейчас файлы книги недоступны. Мы работаем над их добавлением.
Другие книги автора Евгений Павлович Брандис

Литературная деятельность Жюля Верна продолжалась около шестидесяти лет. Если собрать все его сочинения – стихи, пьесы, романы, рассказы, географические труды, статьи и очерки – составится библиотека приблизительно из 120–130 томов. Библиотека, написанная одним человеком! Но значение писателя определяется не количеством опубликованных книг, а новизной его творчества, богатством идей, художественными открытиями, которые делают его непохожим на других. В этом отношении Жюль Верн уникален. В истории мировой литературы он – первый классик научно-фантастического романа, замечательный мастер романа путешествий и приключений, блестящий пропагандист науки и ее грядущих завоеваний.

Жюль Верн был и остался неумирающим спутником юности. И книга о его творческом подвиге предназначена тем, кто увлекается Жюлем Верном сегодня или увлекался вчера.

Библиографическая статья Евгения Брандиса, была напечатанна в 12 томе Собрания сочинений, изданного Государственным издательством художественной литературы в 1954-57 годах. В сатье собран огромный объем данных: исторические события и события личной жизни писателя, даты и обстоятельства написания произведений, постановки пьес и критические отзывы.

Вот уже много лет Жюль Верн не выезжает из Амьена и все реже выходит из дому.

«Я теперь совсем не двигаюсь и стал таким же домоседом, как раньше был легок на подъем. Возраст, недомогание, заботы – все это приковывает меня к дому. Ах, дружище Поль! – жаловался он брату незадолго до своего семидесятилетнего юбилея. – Хорошее было время, когда мы вместе плавали по морям. Оно уже никогда не вернется…»

«Я вижу все хуже и хуже, моя дорогая сестра, – писал он в 1903 году. – Операции катаракты еще не было… Кроме того, я оглох на одно ухо. Итак, я в состоянии теперь слышать только половину глупостей и злопыхательств, которые ходят по свету, и это меня немало утешает!»

Статья Евгения Брандиса, рассказывающая историю издания произведений Жюля Верна в России и СССР. Опубликовано в двенадцатом томе "Собрания сочинений Жюля Верна в 12 томах", Москва, ГИХЛ, 1957 год.

Предисловие к сборнику «Экспедиция на Землю». Другие названия: Зеркало тревог и сомнений: О современном состоянии и путях развития англо-американской научной фантастики. Статья, 1965 год

В 1967 г. вышла в виде отдельного издания в серии «Знание» (М., 1967) с подзаголовком «О современном состоянии и путях развития англо-американской научной фантастики». 64 с.

Комментарий к роману, вошедшему в 4 том "Двенадцатитомного собрания сочинений Жюля Верна".

Статья, 1965 год, предисловие тома «Библиотека современной фантастики. Том 1. Иван Ефремов».

Популярные книги в жанре Критика

«…Скажем только, что, во-первых, г. Каратыгин совершенно переменил характер своей игры, и переменил к лучшему; а во-вторых, что он показал чудо искусства, если под словом «искусство» должно разуметь не творчество, а умение, приобретенное навыком и ученьем… Фарсов, за которые прежде так справедливо упрекали г. Каратыгина его противники, мы на этот раз заметили гораздо меньше; но когда человек, не чувствуя в душе движения страсти, говорит такие слова и таким голосом, источником которых может быть только одна страсть, то, по необходимости, будет делать фарсы, как бы ни был далек от всякого желания делать их и как бы ни старался быть простым и естественным…»

«Изредка явится в толстом журнале хорошая оригинальная повесть, хорошее стихотворение; потом автор издаст отдельною книгою свои повести или свои стихотворения, в продолжение нескольких лет помещавшиеся в журналах; далее – новые издания этих повестей и стихотворений или новые издания прежних писателей: вот в чем заключается все движение изящной русской литературы нашего времени. За исключением этого, все мертво и пусто; даже посредственность и бездарность, столь деятельные прежде, теперь действуют лениво и робко. Впрочем, в этом есть своя хорошая сторона: лучше немного истинно хорошего, нежели много посредственного и дурного…»

«Терпение, постоянство и твердость характера – дело великое, признак души глубокой! Тщетно толковали г. Ротгану некоторые журналы, что книжка в пять, шесть или семь листов не составляет тома, что надо не так держать свое слово перед публикою; тщетно насмехались они над микроскопическими томиками «Библиотеки романов»: г. Ротган остался непоколебим, шел твердо своей дорогой, никого не слушал, никому не отвечал и продолжал выдавать крохотные книжки за огромные томы…»

«…Давно уже не читали мы таких плохих иностранных романов, как эта «Бедность и любовь»: но перевод еще лучше романа. <…> Переводчик не знает ни русского, ни французского языков…»

Рецензия на антологию – одно из выразительных свидетельств тех важных перемен, которые совершались в середине 1840-х гг. в эстетических взглядах Белинского и в конкретных критических оценках им отдельных писателей и литературных направлений. Еще в начале 1840-х гг., положительно характеризуя поэтическое мировоззрение Жан Поля, прихотливо соединившего в своем творчестве черты просветительского, сентименталистского и романтического подхода к действительности, Белинский ставил его в ряд с такими выдающимися писателями, как Шиллер, Гофман, Байрон и др.

«Автор этого романа, ужасного по вымыслу, по безмыслице, безграмотности и убийственного по скуке, хотел доказать, как опасно вверять иностранцам воспитание детей. Старая, очень старая песня! Скажем за тайну почтенному романисту, что гораздо безопаснее поверить воспитание ребенка грамотному немцу или французу, чем безграмотному русскому, хотя бы этот русский и сочинял плохие романы…»

«Ирония составляет один из преобладающих элементов современной поэзии. Это понятно: поэзия есть воспроизведение действительности, верное зеркало жизни, – а где же больше иронии, как не в самой действительности? кто же больше и злее смеется над самой собою, как не жизнь?…»

«…В самом деле – очень хорошие стихи; но целое стихотворение, как и все стихотворения г. Вердеревского, взятые в целом, тяжело и утомительно. Причина очевидна: г. Вердеревский еще не выработал себе формы, т. е. стих и рифма еще не его покорные слуги, а скорее самовластные господа…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Леонард Ташнет — по профессии врач. В литературу пришел поздно. Опубликовал более 100 рассказов и несколько романов. Наиболее известные среди них «Умереть с честью» и «Как использовать неблагоприятные обстоятельства».

Эссе «Философия и демон» (Philosophy and the Daemon) из книги «Ангел, автор и другие» (The Angel And The Author, And Others, 1908).

«Истории, рассказанные после ужина» (Told After Supper, 1891) — пародия Джерома К. Джерома на святочные (рождественские) рассказы.

Владелец фэшн-бизнеса Стив Корк подозревает, что его новый деловой партнер Алан Дентон — убийца, но не может найти никаких доказательств. Вскоре Алан под благовидным предлогом выживает его из собственной фирмы. Стив переживает нервный срыв, а немного придя в себя, начинает слежку за бывшим компаньоном. Однако убедить друзей и коллег в том, что Дентон — опасный психопат, невозможно: они считают, что у Стива — маниакально-депрессивный психоз. А быть может, это им просто выгодно и Стив в самом деле стал жертвой тотального заговора.