Кольцо желаний

Валентин КАВСКИЙ

КОЛЬЦО ЖЕЛАНИЙ

Фантастический рассказ

Андриан взглянул на часы и присвистнул - надо же, ведь время рабочее кончилось! Вот почему вокруг тихо и никого нет. А ребята, юмористы, ушли и не сказали. Что ж, раз такое дело, машину нужно оставить в конце площадки, хотя... утром Мишке придется дальше топать. Ничего-ничего, пусть разомнется перед сменой. Недовольно рыкнув и плюнув синим дымом, бульдозер двинулся, Андриан переключил передачу, и пронзительный скрежет хлестнул по нервам! Зажигание, тормоз - Андриан сжался в комок...

Другие книги автора Валентин Кавский

Валентин Кавский

Первая бригада

Хвалынский сидел на скамейке и царапал прутиком на песке. Первая бригада отправилась на разбор к Главному, как всегда, без него. И все потому, что "генератор" - самый ценный в бригаде, и в перерывах между сеансами он должен отдыхать.

Вглядевшись в слова, что бездумно вывел на песке его прутик, Хвалынский оторопел. Мистика какая-то... "Сердце надо лечить сердцем" - ведь это же слова, определяющие суть работы Первой бригады и метода Антона Антоновича! Того, кто сумел использовать этот нравственный принцип против неизлечимой болезни сердца и одолеть ее...

Валентин КАВСКИЙ

БРАТЬЯ И СЕСТРЫ

Фантастический рассказ

Профессионалы обратили внимание на Элен, когда ей еще не было и девятнадцати, а спустя два года она с блеском выиграла первенство страны. Следующий сезон Элен начала убедительными победами, но затем... у нее не "пошел" финишный рывок. Тренер загонял массажиста, перерыл видеозаписи, отыскивая ошибки в технике, пробовал менять нагрузки - все напрасно. Элен стала хромать, и тренировки вообще прекратились. Ее положили на обследование в клинику. Сначала были какие-то надежды, но потом знаменитый нейрохирург признался: "Ничего подобного не встречал... Что здесь - не знаю..." И пожал плечами.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

…Удивительно мягкая здесь трава. Шелковистая, нежная. Ее зеленая ткань вышита густым узором маленьких цветов. Пахучих, словно гречишные поля далекой Земли.

Я ложусь навзничь. Теперь мне отлично видно и близкие холмы, и рощицу низкорослых деревьев, и даже остатки Скалистой стены у горизонта — старые каменные уродцы, гребень великана, который обронили по меньшей мере тысячу лет назад. А над всем этим возвышаются две башни. Та, что поменьше, — наш звездолет, а та, что в небе купается, — Хрустальное чудо. Эта строгая прекрасная башня — олицетворение тайны к нашей беспомощности. В ее сияющих гранях сотни раз отражаются красный лик местного светила, случайные тучки, палатки нашего лагеря и веселая возня «сусликов». Словом, там есть все. Нет только секрета замка, зная который можно было бы открыть дверь Хрустального чуда. Проклятая башня! Это она заставила нас сначала обалдеть от радости, потом бросила в ледяную купель безнадежности, а Капитана толкнула на глупую выходку. И вот теперь Капитан со вчерашнего вечера уже не капитан, а рядовой член экипажа. Я же из Поэта превратился во временного Администратора, имею массу полномочий — обычных и чрезвычайных — и не знаю, что с ними делать.

— Ну? — Юджин Гарт поощрительно улыбнулся. — Как наш «ящик»?

Четверка друзей сидела на серой с красными прожилками глыбе камня и угрюмо молчала. Это и был злополучный «черный ящик», или, как назвал его Илья Ефремов, «камень, в котором что-то есть».

— Понимаю, — в улыбке руководителя Школы мелькнула тень удивления. Что, никаких предположений?

— Никаких, — подтвердил Егор.

— Может, догадки, эмоции? — упорствовал Юджин. — Все-таки четыре почти сформированных Садовника и элементарный «черный ящик», вещь со скрытым смыслом. Слава, ты защищал реферат о пользе коллективного мышления. Где же плоды теории?

Официально Соединенные Штаты не находились в состоянии войны, но все людские ресурсы нации были давно мобилизованы, так что перешли к милитаризации умножившихся сиротских приютов. В одном из них числился сирота Чарли из 3-ей Роты, удивительно одаренный мальчик, который принял участие в конкурсе Службы поиска новых талантов и выиграл приз — недельную поездку в Новый Нью-Йорк.

Они путешествуют через века, нигде не останавливаясь, ни к чему не привязываясь, ничем не интересуясь, равнодушно осматривая окрестности — экскурсанты по времени, тела из анабиозных Морозильников, последние жители Земли…

Национальная Лаборатория Ускорителя Частиц, Даллас, Штат Техас, USNA (не северная часть Соединенных Штатов, но Соединенные Штаты, которые поглотили всю Северную Америку). При полной длине в 30 км, линейный ускоритель частиц готовился к эксперименту по созданию и испарению микро черных дыр, основанном на теории излучения Хокинга.

На самом деле подготовка к нему уже была завершена два года назад, но, несмотря на свою неспособность получить одобрение в связи со сравнительно большими неизвестными рисками, проект был возобновлен из-за произошедшего в секторе Дальнего Востока в самом конце прошлого месяца.

В комнате теней давным-давно заблудилась ночь. Темнота проникала во всё, даже в воздух, делая его тяжёлым и несвежим. Штрихи чёрных, неживых силуэтов нависали над чем-то: ещё живым, тёплым и сопящим в две дырочки. Обычно, чтобы привыкнуть к темноте, нужно закрыть глаза и немного подождать. Или сосчитать до двадцати. 1,2 … 19, 20. Вот она видимая темнота. Теперь можно не торопясь описать чёрный хлам этой комнаты. В углу телеящик без киноскопа, в центре стол на трех ногах (одна хромая), у стены гардероб с выходной одеждой, рядом книжный шкаф с ушедшими классиками, на стене циферблат с отлетевшими стрелками. Много разных, грязных мелочей, которые опустим, главное: в комнате продолжает спать человек.

Упрямый зимний вечер крадучись входит в город и тут же вступает с ним в медленный поединок. Исход этого поединка предрешен заранее, но тем не менее он повторяется изо дня в день. Ночь рождается во дворах и медленно через узкие проходы, переулки, арки выползает на улицы. Где-то за спиной шумит, не сдается проспект — он залит огнями, но со двора в окна домов уже смотрит ночная темень. А высоко над крышами, как над горами, поднимается розовато-оранжевое зарево городской иллюминации. Мутный свет заливает все небо, из-за него совершенно не видно звезд. Но если подышать на оконное стекло, то звездами кажутся окна домов напротив. Исчезая и вспыхивая вновь, они складываются в странные, незнакомые созвездия — каждый вечер новые.

Фантастические повести и рассказы писателей Киргизии

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Роман Казак-Барский

О любви

От автора

Говорят, к началу конца Великой Державы в стране было... порядка десяти тысяч членов Союза писателей. Целая дивизия!.. Рядовые, унтера, офицеры и Генерал... На идеологическом фронте такое соединение можно бы приравнять к армии, а то и группе армий. Нигде кроме, как...бойцов этих готовили высокопрофессионально, им предоставляли работу, обеспечивали заказами, и за их выполнение жаловали... "Партизаны", которые норовили не как все, наказывались. Дабы не "возникали". Как только рухнула Держава, дивизия особого идеологического назначения распалась, и бойцам бывшей гвардии пришлось выходить из "окружения" группами и поодиночке в полном соответствии со своими талантами.

Эммануил Генрихович КАЗАКЕВИЧ

ПРИ СВЕТЕ ДНЯ

1

Наступал час рассвета. Утренняя серость постепенно, но с каждой минутой все напористее и быстрее вползала во все щели, проникала в темные подворотни, слизывала густые тени с порогов и стен. Прямоугольные пространства заполнились еще неопределенным туманом, вовсе не напоминавшим о солнце, но этот туман понемногу светлел, белел, розовел и вдруг, неожиданно задрожав, зажегся желтыми солнечными лучами на оконных стеклах верхних этажей.

Эммануил Генрихович КАЗАКЕВИЧ

ПРИЕЗД ОТЦА В ГОСТИ К СЫНУ

Рассказ

Иван Ермолаев ждал в гости своего отца. В письме не было сказано, когда именно и с каким поездом отец приедет, и Иван волновался и досадовал на расхлябанную деревенскую манеру писать письма, где о выезде сообщалось двумя словами, а о самочувствии дальних родственников и соседей, почти забытых Иваном, - на четырех полных страницах из школьной тетради.

Двадцать восемь лет назад, пятнадцатилетним мальчиком, уехал Иван из деревни, вернее - был выгнан невзлюбившей пасынка молодой мачехой, совсем как в сказке. Дальнейшая жизнь его тоже оказалась некоторым образом похожей на сказку, непростую и трудную в каждодневье, но полную увлекательных событий и чудесных превращений, если оглянуться назад и охватить взглядом всю картину.

Эммануил Генрихович КАЗАКЕВИЧ

СТАРЫЕ ЗНАКОМЫЕ

Рассказ

Ба! Знакомые все лица!

"Горе от ума"

1

Утром, когда у нас за спиной всходило солнце, мы иногда обнаруживали немецкие наблюдательные пункты на западном берегу Одера. Косые солнечные лучи, озаряя зелень старых сосен, внезапно задерживались, трепеща, на чем-то блестящем, и что-то там на мгновение ослепительно вспыхивало.

- Энпе, - говорил, удовлетворенно покашливая, сержант Аленушкин.