Книга псалмов

Другие книги автора Ветхий Завет

Би́блия (от греч. βιβλία — книги) — собрание древних текстов, созданных на Ближнем Востоке на протяжении 15 веков (XIII в. до н. э. — II в. н. э.), канонизированное в иудаизме и христианстве в качестве Священного Писания.

Библия состоит из двух частей: Ветхий Завет и Новый Завет.

Первая по времени создания часть Библии называется у евреев Танах, у христиан она получила название Ветхий завет. Эта часть Библии представляет собой собрание книг, написанных до нашей эры, отобранных как священные из прочей литературы древнееврейскими учёными-богословами и при этом сохранившихся до наших дней на древнееврейском языке. Таких книг 39. Эта часть Библии является обшей Священной Книгой для иудаизма и христианства.

Вторая часть — Новый завет, — собрание из 27 христианских книг (включающее 4 Евангелия, послания Апостолов и книгу Откровение), написанных в I в. н. э. и дошедших до нас на древнегреческом языке. Это часть Библии наиболее важна для христианства; но иудаизм не признаёт её.

Ислам, считая искажёнными позднейшими переписчиками как Ветхий Завет (арабский Таурат — Тора), так и Новый Завет (арабский Инджиль — Евангелие), в принципе признаёт их святость, и персонажи обеих частей Библии (напр. Ибрахим (Авраам), Юсуф (Иосиф), Иса (Иисус)) играют важную роль в исламе, начиная с Корана.

Слово «Библия» в самих священных книгах не встречается, и впервые было использовано применительно к собранию священных книг на востоке в IV веке Иоанном Златоустом и Епифанием Кипрским.

Библия полностью или частично переведена на 2377 языков народов мира, полностью издана на 422 языках.

Название книги в оригинале: «Техиллим» –хваления; в греческом переводе (LXX) она называлась «Псалмой» –псалмы.

Экклезиаст — одна из самых поздних частей Ветхого Завета. Псевдонимность книги несомненна. Уже в XVII веке Гуго Гроций указал на особенности языка Экклезиаста, отличающие его от языка времен древнего царя Соломона (X в. до н. э.). В настоящее время большинство ученых относит книгу примерно к 300 году до н. э. В оригинале она называется Кохелет, что можно перевести как «человек, говорящий в собрании», проповедник. Именно так и передал смысл заглавия греческий переводчик, назвавший книгу Экклезиастом (от греч. экклесиа — собрание).

\id GEN ru01.all Russian Synodal LiO 31/7/91

— 1

1 В начале сотворил Бог небо и землю.

2 Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.

3 И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

4 И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.

5 И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.

6 И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды. [И стало так.]

1 Притчи Соломона, сына Давидова, царя Израильского,

2 чтобы познать мудрость и наставление, понять изречения разума;

3 усвоить правила благоразумия, правосудия, суда и правоты;

4 простым дать смышленость, юноше – знание и рассудительность;

5 послушает мудрый – и умножит познания, и разумный найдет мудрые советы;

6 чтобы разуметь притчу и замысловатую речь, слова мудрецов и загадки их.

7 Начало мудрости – страх Господень; [доброе разумение у всех, водящихся им; а благоговение к Богу – начало разумения;] глупцы только презирают мудрость и наставление.

Иудейский вариант Ветхого Завета.

«ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ», библейская ветхозаветная книга: собрание отличающихся яркой образностью лирических песен, гимн страстной, преодолевающей все преграды любви. Поэтому со светской точки зрения книга рассматривается как изображение пламенной любви жениха и невесты, предположительно царя Соломона и Суламиты-Суламифь. С иудаистической точки зрения здесь описывается любовь Б-га и еврейского народа, с христианской — события книги толкуются как любовь божественного жениха — Христа и невесты — соборной Церкви. Лирическая поэзия многих народов испытала воздействие Песни песней.

Иллюстрации Г. Доре

Популярные книги в жанре Поэзия: прочее

Виктор Крамаренко

Сборник стихов (переводы)

Николаус Ленау

ЗИМНЯЯ НОЧЬ

Холодный воздух отвердел, Хрустящий снег клокочет рьяно, Парит дыхание. Я смел. Иду вперед, иду упрямо!

Молчит торжественно тоска, Луна на ели наседает, Как будто смерть уже близка, И старость ветви опускает.

Мороз! Прими в свой дом лесной И остуди души биенье, Чтоб обрела она покой, Как обрела земля смиренье.

Константин Миладинов

Арон Крупп

(1937-1971)

На плато Рассвумчорр

В тундре есть много гор, Что цепляются за тучи. На плато Рассвумчорр Нас туманы, ветры мучат.

На плато аппатит,

Его нужно добывать.

Аппатит твою, Хибины мать! 3 х 2 р.

Рассвумчорр очень крут, Не приступные обрывы. Камни вниз нас зовут, Но пока еще мы живы.

Про такую погоду

Так и хочется сказать,

Аппатит твою, хибины мать.

Лето так далеко Девять сотен километров. А у нас на плато Дуют северные ветры.

Борис Леонтьев

В осенней тишине стихотворения

Пусть это будет первый слог, Но мне и так, без слов понятно Не написать мне море строк, Чтоб прочитав их стало ясно: Да это я! В рожденьи свет! И в смерти есть свои причуды, Пусть глупо, "для себя поэт", И пусть себя я не забуду! Пройдет, не требуя возврата Судьба, пусть хоть чуть-чуть моя, И кто-нибудь когда-то скажет: "Да, это, несомненно, я!"

ЗИМНЯЯ ПЕЧАЛЬ Устала грусть, разлукой веет, И мчится в зиму сонный страх, И я, один, никак не смею Уйти в безумие и мрак. Все измыталось и истлело, Прошли мечты, ушла любовь, Метель унылая пропела, Оставив мне немного слов: Уж вечер, солнце на закате, Вот скоро сядет в злую даль... Нет ничего на свете мрачней Чем эта зимняя печаль.

СЕРГЕЙ ЛИТОВКИН

СТИХИ ДЕСТРУКТИВНОГО ПЕРИОДА

(Газета "Известия" от 31.03.2000г. от редакции: .....Стихи откровенные, горькие... О материях сложных и вечных: о времени и о себе. Или не только о себе? Вообще-то "Известия" стихов не печатают. Но всегда готовы предоставить свои страницы для общественной дискуссии. И для этих стихов - безусловно, профессиональных, в чем-то очень точных, но чем-то очень спорных - мы решили сделать исключение.) (Ежемесячник "Мюнхен Плюс"No2/35-февраль 2001г. В предисловии к стихам:...Сергей Литовкин - человек одаренный и многогранный...)

Энрике Гонсалес Мартинес

Как брат с сестрою ("Идем ночной порою...")

Идем ночной порою рука в руке с тобой, как брат с сестрою...

Спокоен луг под ясною луною, сияющей спокойной белизною; ночной пейзаж рождает изумленье и - подлинный - похож на сновиденье. За поворотом, где туман клубится, мы слышим пенье вдруг... Как трели птицы, услышанной впервые, как песнь, в которой мир и жизнь - иные... Лицо ко мне склоняя, ты не дышишь и спрашиваешь тихо: "Слышишь? Слышишь?" Ночная тишь смыкает миру веки, лишь сердце бьется громко и все шире. Я говорю тебе: "Есть песни в мире,а кто поет их, не узнать вовеки..."

Олег Медведев

"Вальс Гемоглобин"

Зеленая Дверь (Так где моя зеленая дверь...) Ирокез (По каким краям перекрестки твои простер...) У Бриллиантовой Реки (Белая птица тянет путь свой долгий...) Страна Лимонных Корочек (Где ты, Страна Лимонных Корочек...) Джимми (Провожала мама Джимми на войну...) Мальчик (Мы сыты водой из трюма...) Религия (Вновь свои девизы поменяла знать...) Лето (В дожди - не можешь - держись...) Сердце Змеи (Спрятав под слой снежной овчины...) Слева по Борту - Рай (Отвернуться от флага, наблюдая как...) Баллада о Кроликах (На другой стороне Земли...) Корабельный Кот (Сквозь какой-то там тыщу-лохматый год...) Песня Новогодняя (Сам не свой сегодня я с начала дня...) Я Возвращаюсь в Детство (Я Возвращаюсь в Детство...) Браво, Парень! (В дебрях этих тусовок...) Вышли Все Мои Сроки (Вышли все мои сроки...) Отпуск (След слепой слезы на соленом слайде...) Еще Одна Зарубка на Приклад (Когда смена уходит...) Журавлик (Горбатый карлик рыдал в ночлежке...) Несмеянин День [*MP3*] (На календаре Несмеянин день...) Сказка Никогда не Кончится (Разбуди меня, бабочка - четыре крыла...) Крестик (Слева трется о причал пароходик...) Вальс Гемоглобин (Из серых наших стен, из затхлых рубежей...) Машинист (Бывает время спать и время делать дела...) Марш Трансвааль (Смолкли звуки сладостных песен...) Марш Небесных Связистов (Время идет - не видать пока...) Марш Континентальных Электриков (Неуловимый Джо отбегался по прериям...) Идиотский Марш (Кругом зима, опять зима, снега черны, как всегда...) Миклухо-Маклай (Мой сон кривой, как бумеранг...) Таблетки от Счастья [*MP3*] (У старого китайца я покупал корешки...) Прощай (Представая перед нами в ипостаси иной...) Исказилась Наша Планета (Исказилась наша планета...) Маленький Принц (Святая земля не свята ни в пиру, ни в бою...) Солнце (Он в мире первом смотрел телевизор...) Странная Сказка (Странная сказка с нелепым концом...) Изумрудный Город (Фига лежит в кармане...) Карлсоны (Спешились Карлсоны, их баки пусты...) Теплый Север (Мой теплый север устал выручать меня...) Последняя Земля (Ты копишь церковный воск...) Спящий на Холодной Земле (Спящий на холодной земле...) Дождь (Полжизни в капкане - куда ж теперь-то дойдешь...) Парагвай (Была весна, чесались псы...) Не Заходи за Черту (Какие нравы в миру, где пьют любовь, словно спирт...) Форнит (Некстати пришлась книга...)

Амина Меликова

Стихи

***

Сама не знаю, почему так у нас получилось

Наше небо упало и солнце разбилось.

Как я позволила тебе уйти....

Как я позволила себе быть слабой,

А ей другой - в жизнь твою войти?

Почему не попыталась, почему я не смогла

Нашу любовь спасти?... Ведь я могла.

Теперь ты с ней, ты с той, с другой...

Ты наконец обрел покой.

В зимней ночи ты обнимаешь другую,

Слово о Габриэле Мистраль

Содержание:

1. Серхио Фернандес Агуайо. Габриэла Мистраль. Женщина Чили и женщина Вселенной

2. Пабло Неруда. Габриэла Мистраль

3. Хайме Кесада. Послесловие

Габриэла Мистраль. Женщина Чили и женщина Вселенной

Память о Габриэле Мистраль -- это память о женщине, что родилась в долине реки Эльки на "малом севере" моей страны и выросла на деревенской земле. Дочь простых родителей -- крестьянки и шахтера, она достигла всего своим трудом, живя в обществе, в то время очень закрытом, но уже начинавшем пробуждаться к иной, более открытой, более современной действительности. Ее настоящее имя -- Лусила Годой Алькайяга.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

 Эта книга не обычное описание жизни в одной отдельно взятой деревне, а чрезвычайно личностное, заинтересованное размышление о смысле жизни в деревне вообще. И конечно же, о том, как живется-можется русскому человеку на русской земле.

Понятно, жизнь эта непроста, и не текут у нас молочные реки в кисельных берегах, но все же - хороша русская деревня! Как бы загадочно и темно ни было ее прошлое, а настоящее - невразумительно и зыбко...

Много лет назад в "умышленном" городе Петербурге жил-был подданный Российской империи Виссарион Григорьевич Белинский, который изо дня в день ходил теми же маршрутами, что и мы, положим, Поцелуевым мостом или мимо Кузнечного рынка, как и мы, говорил общие слова, чихал, тратил деньги и ежился от балтийских ветров, которые слегка припахивают аптекой. Сейчас это трудно себе представить, но он был нисколько не хрестоматийный, а самый нормальный человек немного Достоевского направления: болезненный, издерганный, пообносившийся, вообще живущий в разладе с жизнью и при этом свято верующий в то, что красота спасет мир. В сущности, от нас с вами этот человек отличался тем, что носил картуз на вате и что талантище у него был такой, какой выпадает не чаще чем раз в эпоху, а то и в две. Однако "вечным Виссарионом" его следует отрекомендовать не только потому, что истинный талант вечен, но еще и потому, что писатели-то по-прежнему пописывают, а читатели по-прежнему почитывают, и предела этим старинным занятиям не видать.

В сборник вошли лучшие лирические, философские и гражданские стихотворения крупнейшего португальского поэта XX века Фернандо Пессоа.

 Вдова Осипа Мандельштама Надежда Яковлевна прожила долгую жизнь (1899-1980). За последние годы она написала две книги. Первая - "Воспоминания" - в основном история двух арестов Мандельштама и годов ссылки в Чердынь и Воронеж.

"Вторая книга" - совершенно самостоятельное произведение , в котором Надежда Яковлевна описывает свою жизнь начиная со встречи с Мандельштамом 1 мая 1919 года, рассказывает об их жизни в 20-е годы и начале 30-х годов, о друзьях, литературном окружении. Надежда Яковлевна задается целью осмыслить эпоху и ее основные духовные ценности, разобраться в нравственных корнях поколения и его судьбы. Ее анализ, иногда и очень личный, пристрастный, производит глубокое и серьезное впечатление, оценки и выводы злободневны (хотя книга написана в 1970 г.), сочетают в себе яркость и темпераментность с опытом семидесяти лет тяжелой и содержательной жизни.