Ключ к Айруниуму

Всю свою жизнь он смутно отдавал себе отчет в том, что вещи вокруг него исчезают без всякой причины. На его крещении, как ему рассказывали с дружеским хохотом, вода исчезла из купели. «Высохла в жаркую погоду, старик!» — таково было официальное объяснение, но все равно это было очень странно.

В школе его учителя-оставшиеся в его памяти безликим стадом — никогда не могли понять, почему книги, линейки, карандаши и другие несхожие предметы, принадлежащие Престину, должны были быть в ограниченном количестве, или почему школьные кабинеты, в которых он занимался, испытывали недостаток в наглядных пособиях. Но так как он проводил половину своего времени в Соединенных Штатах, а другую-в Англии, то он получал образование более на практическом опыте, чем по устойчивой академической системе.

Рекомендуем почитать

Нелегко находить входы в иные Измерения, а тем более помогать другим людям проходить через них. Такое под силу только Проводникам — людям, способным с помощью своей внутренней энергии отыскивать нужные пространственно — временные порталы. Однако уникальные способности этих людей могут стать мощным оружием в руках мошенников. На Проводников началась настоящая охота! Находчивость, взаимовыручка, умение выживать в сложнейших ситуациях — вот основные качества, которыми обладают герои романов Кеннета Балмера.

Нелегко находить входы в иные Измерения, а тем более помогать другим людям проходить через них. Такое под силу только Проводникам — людям, способным с помощью своей внутренней энергии отыскивать нужные пространственно — временные порталы. Однако уникальные способности этих людей могут стать мощным оружием в руках мошенников. На Проводников началась настоящая охота! Находчивость, взаимовыручка, умение выживать в сложнейших ситуациях — вот основные качества, которыми обладают герои романов Кеннета Балмера.

Нелегко находить входы в иные Измерения, а тем более помогать другим людям проходить через них. Такое под силу только Проводникам - людям, способным с помощью своей внутренней энергии отыскивать нужные пространственно - временные порталы. Однако уникальные способности этих людей могут стать мощным оружием в руках мошенников. На Проводников началась настоящая охота! Находчивость, взаимовыручка, умение выживать в сложнейших ситуациях - вот основные качества, которыми обладают герои романов Кеннета Балмера.

Другие книги автора Генри Кеннет Балмер

Нелегко находить входы в иные Измерения, а тем более помогать другим людям проходить через них. Такое под силу только Проводникам — людям, способным с помощью своей внутренней энергии отыскивать нужные пространственно — временные порталы. Однако уникальные способности этих людей могут стать мощным оружием в руках мошенников. На Проводников началась настоящая охота! Находчивость, взаимовыручка, умение выживать в сложнейших ситуациях — вот основные качества, которыми обладают герои романов Кеннета Балмера.

Нелегко находить входы в иные Измерения, а тем более помогать другим людям проходить через них. Такое под силу только Проводникам — людям, способным с помощью своей внутренней энергии отыскивать нужные пространственно — временные порталы. Однако уникальные способности этих людей могут стать мощным оружием в руках мошенников. На Проводников началась настоящая охота! Находчивость, взаимовыручка, умение выживать в сложнейших ситуациях — вот основные качества, которыми обладают герои романов Кеннета Балмера.

Дэйва Кэродайна ждут приключения, погони, стрельба, шпионские игры и многое другое по пути на Альфу-Хорака, столицу тысячи миров. Но никто не сможет догадаться, кто же такой Дэйв Кэродайн на самом деле…

Писатель, никогда не претендовавший ни на звания, ни на призы, а просто творивший ХОРОШУЮ РАЗВЛЕКАТЕЛЬНУЮ ФАНТАСТИКУ — фантастику ПРИКЛЮЧЕНЧЕСКУЮ и ИНТЕРЕСНУЮ!

Перед вами — лучшие из произведений Балмера. Подлинная история воина Скорпиона — парня, рожденного и выросшего на Земле, но однажды перенесенного мудрыми савантами на планету Креген системы Антареса. Туда, где он обретет бессмертие — в обмен на выполнение смертельно опасной миссии…

Перед вами — лучшие из произведений Балмера. Подлинная история воина Скорпиона — парня, рожденного и выросшего на Земле, но однажды перенесенного мудрыми савантами на планету Креген системы Антареса. Туда, где он обретет бессмертие — в обмен на выполнение смертельно опасной миссии…

Когда первые корабли волчьих орд показались на рассвете у рвов, окружающих Дремлющий Ферраноз, Кандар уже давно находился в уединении со своим аппаратом в тайном убежище в пяти милях от городских стен.

Он не видел, как странные темные корабли скользили над залитыми кроваво-красным светом древними крепостными стенами Ферраноза. Ему не были слышны ни первые стоны раненых, ни шуршание дождя из стрел, ни резкие звуки ударов клинка о клинок.

Нелегко находить входы в иные Измерения, а тем более помогать другим людям проходить через них. Такое под силу только Проводникам — людям, способным с помощью своей внутренней энергии отыскивать нужные пространственно — временные порталы. Однако уникальные способности этих людей могут стать мощным оружием в руках мошенников. На Проводников началась настоящая охота! Находчивость, взаимовыручка, умение выживать в сложнейших ситуациях — вот основные качества, которыми обладают герои романов Кеннета Балмера.

 Нелегко находить входы в иные Измерения, а тем более помогать другим людям проходить через них. Такое под силу только Проводникам - людям, способным с помощью своей внутренней энергии отыскивать нужные пространственно - временные порталы. Однако уникальные способности этих людей могут стать мощным оружием в руках мошенников. На Проводников началась настоящая охота! Находчивость, взаимовыручка, умение выживать в сложнейших ситуациях - вот основные качества, которыми обладают герои романов Кеннета Балмера.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Было довольно поздно, хотя и не столько, чтоб гостям начинать расходиться. Наступил тот самый момент, когда лакеи уже зевают, но хозяин еще держится. Проиграв с должным небрежением последний червонец, я принужден был встать из-за ломберного стола.

Увы, червонец уносил с собой мои последние надежды свести концы с концами. Я изобразил на своем лице оживление, имея мыслью, чтобы наблюдавшей за мной Ниночкиной маменьке показалось, будто в бумажнике еще, по меньшей мере, несколько сотен, а крепость здоровья моей богатой тетушки уже не вызывает всеобщего восхищения.

На экране появилась яркая надпись: «6 часов 30 минут. Пора вставать», тут же продублированная громким равнодушным голосом прямо в ухо. Джон поморщился, нехотя сел на кровати, зевнул, глядя на экран, и начал медленно спускаться по лесенке со своего третьего яруса. Экраны на обоих нижних ярусах были еще темными - жена и сын вставали позднее.

Джон ступил на пол, и его экран тут же погас. Он протиснулся вначале в ванную, затем на кухню. Чашка кофе уже дымилась на выдвижном столике кухонного автомата. Джон высосал горячую, горьковатую и абсолютно невкусную жидкость, сплюнул осадок в предупредительно поднявшуюся навстречу раковину-плевку и боком-боком выбрался в коридор. Пора было одеваться и идти на работу.

Я не знаю, как определить жанр этой книги. Любитель духовных исканий будет неудовлетворен, не обнаружив здесь очередного Учения, поклонник мистического детектива найдет слишком простой фабулу; достанется и читателю-эстету. Надеюсь, эта книга не станет на полку рядом с томами, пугающими весом и жестким переплетом. Здесь звучат многие голоса: некоторые принадлежат мне, некоторые — другим людям, упоминать которых было бы, наверное, некорректно. Много здесь неправды и вымысла, но таковы законы жанра. Скорее всего, перед вами — бульварное чтиво; если настроиться на эту волну, можно смело получать удовольствие.

СТЕПЬ. Ровная, как оструганная доска, лишь редкие чахлые деревца немного разнообразят унылый пейзаж. И так на многие версты. От горизонта до горизонта, во все стороны спета.

Стук лошадиных копыт по мерзлой земле, разносящийся на два полета стрелы, хриплое дыхание смертельно уставшего коня да замогильный вой всепроникающего ветра — вот и все звуки, заполняющие собой тишину.

Холодный воздух змеей заползает под панцирь скачущего рыцаря, свивая себе гнезда в мелких звеньях кольчуги, холодя сквозь добротный кафтан кожу. Не помогает и наброшенный поверх лат шерстяной плащ. Не в силах спасти от бьющего в лицо ветра стальная решетка опущенного забрала.

Как говорит сам автор, идея этого рассказа пришла к нему в машине, когда он слушал прогноз погоды: что, если эти меняющие друг друга цифры были бы не градусами, а годами?Добро пожаловать в мир, где поворачивая ручку кондиционера, ты меняешь не температуру в комнате, а год, в котором ты живёшь…© leonka

Комната, большая, светлая… Распахнутое окно прикрыто занавесками. Это хорошо, что в окне ничего не видно, только солнечный свет просачивается сквозь белый тюль. Вряд ли оттуда следует ожидать нападения. В комнате порядок, совсем как при ознакомительном визите. Только на столе стоит тарелка с недоеденным супом.

Во время ознакомительного визита Игнат представлялся санитаром, что в принципе недалеко от истины. Стоял с чемоданчиком в руках, рассеянно оглядывал комнату. Подал пальто старенькой докторше Рине Иосифовне, попытался поухаживать и за хозяйкой, но та шарахнулась как от зачумленного. Игнат тогда решил, что прокололся, но нет, в больнице, освоившись в палате и беседуя с Риной Иосифовной, пациентка не вспомнила подозрительного санитара. Значит, она шарахается этаким манером от каждого встречного. Случай запущенный, но не безнадежный.

Я никогда не пишу о том, что происходило со мной в действительности. То есть, конечно, так или иначе я всегда использую в работе то, что видела, что чувствовала сама или чему была свидетелем. Но только использую – в сильно переработанном виде, так что чаще всего в героях и событиях в итоге не остаётся даже тени того, из чего они родились. Выдумывать легко, но нужно слишком много душевных сил для того, чтобы писать правду, как она есть.

Оказывается, что машина времени была изобретена не один раз - в разные времена и в разных странах. Но упоминаний об этих изобретениях на страницах истории нет. Почему? Ответ на эту вопрос дает Владимир Малов в своей повести «Открытие Америки».© dukeПовесть из сборника "Фантастика 2009"

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В истории французской поэзии Рембо занимает исключительное место. Он творил в момент, когда задача разрушить старый мир до основания во имя совершенно нового общества становилась насущнейшей. В своей сфере, в поэзии, Рембо самозабвенно предался разрушению. Но если уподобить связь поэзии двух веков, века XIX и века XX, неустойчиво взмытой ввысь арке, то именно разрушитель Рембо, именно его поэзия, окажется тем срединным, тем замковым камнем, который соединил две половины свода и без которого вся арка рухнула бы: вот он, Рембо, — разрушитель, удерживающий на себе связь времен поэзии…

Почти каждому великому, привлекающему к себе внимание читателей поэту грозит, что он станет предметом не только серьезного изучения, но и мифа. Причем в науке XX столетия, насыщенной страстной борьбой идей, такой миф нередко «черная легенда». Целая научная школа, особенно в немецкой испанистике первой половины XX в., пыталась связать не только что Кальдерона, но и Сервантеса, и Лопе де Вегу с самыми мрачными течениями испанской мысли XVI–XVII вв. Когда же пишут о Кальдероне, то, бывает, можно подумать, что ученый будто не знаком с испанской историей и вычеркнул из своей памяти острейшую за все века прежнего литературного развития идейную борьбу вокруг театра в Испании XVI–XVII вв. («Этот спор о комедиях, писал в 1676 г. один из участников борьбы с „черной“ стороны, отец Томас де Ресуррексьон, — есть одна из самых кровавых и длительных битв в истории испанской нации»; а архиепископ Севильский Педро де Тапия твердил, «будто Лопе де Вега принес больше вреда Испании своими комедиями, чем Лютер Германии своей ересью»). Оглушенный пристрастием ученый имярек будто ничего не знает об обширнейшем географическом, техническом, научном, культурном опыте, обновившем с конца XV по середину XVII столетия все представления испанцев; наконец, будто он и самого Кальдерона просматривал по методу «быстрого чтения», а уж о «Братьях Карамазовых» и рассказанной в них «Легенде о Великом инквизиторе» и не слыхивал. Ибо «черный миф» о Кальдероне в том и состоит, что поэта выводят чуть ли не собратом «великому инквизитору», врагом всякого гуманизма.

Только проехав около трех километров, я понял, что дом, который искал, остался далеко позади. Передо мной, насколько можно было видеть в сгущающихся сумерках, простирались девственные леса, пересекаемые автострадой, одинокой бороздой, устремившейся к подножию маячащих на фоне окрашенного закатом неба гор.

Почти не сбросив скорость, я развернул машину. Колеса, тоскливо взвизгнув, остановились на мгновение. В следующую секунду мой Порше уже несся в обратном направлении, стремительно набирая скорость.

Ритуал был четко отработан.

В этот раз собирались в доме Мура. Его жена и дети предусмотрительно уехали ночевать к матери.

Уоррен Мур с легкой улыбкой оглядел гостиную. Поначалу, в первые годы, их ежегодные встречи держались только на энтузиазме Марка Брэндона. А потом Мур и сам полюбил эти междусобойчики и связанные с ними воспоминания. Пожалуй, он стал сентиментальным. У него выросло брюшко, поредели волосы, наметился второй подбородок. Так что ничего удивительного в его сентиментальности не было.