Клуб Вольных Долгожителей

Сергей Залыгин

Клуб Вольных Долгожителей

рассказ

Было время, артиллерийский генерал в отставке Желнин несказанно удивлялся: откуда и для чего нынче образовалось столько партий, движений, обществ, комиссий, комитетов, круглых столов и прочих, и прочих в том же духе организаций, которые и организациями-то нельзя было назвать, так как не было заметно никаких результатов их деятельности? По мере того как время становилось все труднее, все безнадежнее, таких грибов прорастало по России все больше и больше. Свободной для обыкновенной травки-муравки территории оставалось все меньше да меньше. От наблюдений за этим процессом возникала тоска. И чувство растерянности очень неприятной.

Другие книги автора Сергей Павлович Залыгин

Сергей Залыгин

Экологический роман

Герой этого романа гидролог Голубев, имя-отчество - Николай Петрович.Его биография известна автору больше и лучше, чем собственная.Читатель спросит: может ли быть такое? Вполне!

Вполне, потому что в собственной биографии невозможно избавиться от"зачем?", "почему?", "для чего?" и "когда?", потому что мое "я" и моябиография - далеко не одно и то же, и я не знаю, как их соединить, какразъединить! Но в биографии несобственной подобное соединение-отчуждение не только возможно, оно неизбежно. Это подлинно авторская работа.

«На Иртыше» — повесть, посвященная 1931 году, село Крутые Луки. В центре история Степана Чаузова, которого высылают как пособника кулака — он приютил семью раскулаченного. Драма Степана Чаузова в том, что благородство, приверженность к новой жизни уживаются в нем со старыми убеждениями, выработанными всей прошлой мужицкой жизнью.

Послесловие «Современность истории» (Л. Теракопян) посвящено творчеству С. Залыгина.

Сергей Залыгин

Бабе Ане - сто лет

рассказ

Милый, чё, милый, чё?

Милый, сердишься за чё?

Чё ли люди чё сказали,

Чё ли сам заметил чё?

Павел Васильев.

Эти стишки-песенку баба Аня всю жизнь помнила, лишь недавно стала их забывать. Ну а кто их когда написал, она понятия не имела. Поэт, поэзия - с этими словами она никогда не соприкасалась. Может быть, они ей когда-то и слышались, но с какой стороны и когда - не помнилось. Сколько-нибудь самостоятельного смысла они для нее не приобрели.

«Тропы Алтая» — не обычный роман. Это путешествие, экспедиция. Это история семи человек с их непростыми отношениями, трудной работой и поисками себя. Время экспедиции оборачивается для каждого ее участника временем нового самоопределения. И для Риты Плонской, убежденной, что она со свое красотой не «как все». И для маститого Вершинина, относившегося к жизни как к некой пьесе, где его роль была обозначена — «Вершинин Константин Владимирович. Профессор. Лет шестидесяти». А вот гибнет Онежка, юное и трогательное существо, глупо гибнет и страшно, и с этого момента жизнь каждого из оставшихся членов экспедиции меняется безвозвратно…

Сергей Павлович Залыгин

Соленая падь

Роман

СЕРГЕЙ ЗАЛЫГИН

Навечно встали на полки советских библиотек такие книги о гражданской войне, как "Железный поток" Серафимовича, "Бронепоезд 14-69" Всеволода Иванова, "Чапаев" Фурманова, "Разгром" Фадеева, "Кочубей" Первенцева. Но тема героического этого времени отнюдь не оказалась исчерпанной. В продолжение славной традиции написан новый роман сибирского писателя Сергея Залыгина "Соленая Падь". Семья героев гражданской войны, запечатленных литературой, пополнилась еще одним выразительным образом. Уже много лет волнует и восхищает нас немногословный Кожух, по-крестьянски мудрый Вершинин, блистательный Чапаев, сосредоточенный Левинсон - человек с железной волей и задумчивыми глазами, наивный, талантливый Кочубей, ищущий путь к коммунизму по компасу своего честного, простодушного сердца. Не оставит читателей равнодушными и суровый, неистовый, богато наделенный полководческим даром Ефрем Мещеряков, главком одной из сибирских партизанских армий.

Главный герой романа лауреата Государственной премии СССР Сергея Залыгина — Петр Васильевич (он же Николаевич) Корнилов скрывает и свое подлинное имя, и свое прошлое офицера белой армии. Время действия — 1921 — 1930 гг.

Показывая героя в совершенно новой для него человеческой среде, новой общественной обстановке, автор делает его свидетелем целого ряда событий исторического значения, дает обширную панораму жизни сибирского края того времени.

Книга известного советского писателя Сергея Павловича Залыгина включает роман "Южноамериканский вариант", фантастическую повесть "Оська – смешной мальчик" и рассказы. Это произведения о непростой жизни и делах очень разных людей. Автор стремился показать своих героев во всей сложности их характеров и окружающей обстановки, в те моменты, когда с наибольшей яркостью проявляются в человеке черты его натуры.

«Соленая Падь» — роман о том, как рождалась Советская власть в Сибири, об образовании партизанской республики в тылу Колчака в 1918–1919 гг. В этой эпопее раскрывается сущность народной власти. Высокая идея человечности, народного счастья, которое несет с собой революция, ярко выражена в столкновении партизанского главнокомандующего Мещерякова с Брусенковым. Мещеряков — это жажда жизни, правды на земле, жажда удачи. Брусенковщина — уродливое и трагическое явление, порождение векового зла. Оно основано на неверии в народные массы, на незнании их.

«На Иртыше» — повесть, посвященная более поздним годам. Это 1931 год, село Крутые Луки. В центре — история Степана Чаузова, которого высылают как пособника кулака — он приютил семью раскулаченного. Драма Степана Чаузова в том, что благородство, человечность, приверженность к новой жизни уживаются в нем со старыми убеждениями, выработанными прошлой мужицкой жизнью.

Популярные книги в жанре Современная проза

Через месяц после публикации романа в СИ мне пришло странное письмо: «Каким-то невероятным образом Вы угадали суть. Но все гораздо сложнее, чем в Вашем романе. Вряд ли кто-то воспримет всерьез все, что Вы говорите о целенаправленной ампутации души. А потому нам эта книга не опасна Живите себе спокойно, но только не пытайтесь узнать, как обстоят дела на самом деле. Аббат». Хотелось бы верить, что это письмо — всего лишь шутка, но…

Можно ли жить в современном мире согласно вере? Деснин уверен, что да. В этом его убедил старец Никодим, случайная встреча с которым перевернула всю жизнь раскаявшегося преступника.

Однако жизнь подбрасывает одно испытание за другим. Самое жестокое из них — смерть святого старца от руки неизвестного святотатца. Кому и зачем понадобилось сжигать в собственном доме известного священника — это и предстоит выяснить Деснину.

Ему придется противостоять и преступной секте во главе со всесильным Аббатом, и загадочному Гроссмейстеру сатанинского ордена и даже самому дьяволу.

Но главная борьба — та, что внутри себя. Сможет ли Деснин пройти через все испытания и остаться верным заповедям старца, или трагическое противостояние с действительностью закончится крахом?

Возможна ли в современном мире истинная вера? Насколько совместима она с врожденным чувством справедливости? Можно ли жить в любви к ближнему, или же такая жизнь всегда сделка с совестью? Главный герой, обретший веру в изоляции, пытается противостоять жестокому миру, кто победит в этом противостоянии?

А может, миру уже давно не нужны ни вера, ни любовь, ни совесть, ни справедливость и единственной истинной ценностью и мерилом всего теперь служат деньги? И даже Бог с дьяволом теперь вне игры? Неужели всеобщая ампутация души уже состоялась, а мы этого не заметили? А может, и Конец Света уже произошел, и все мы живем лишь по инерции? Эти вопросы стоят в центре повествования, и каждый герой имеет на них свой ответ. Так кто из них прав? Решайте сами.

Издание содержит избранные романы Энна Ветемаа (1936-1972), эстонского поэта, прозаика, драматурга.

Книги данной серии, задуманной и осуществляемой Клер Дебрю, публикуются со штемпелем «Погашено»; таким на почте помечают принятое к отправлению.

Когда сказано всё, до последнего слова и можно, как говорят, перевернуть последнюю страницу, остаётся одно — написать другому письмо.

Последнее, однако, связано с известным риском, как рискован всякий переход к действию. Известно же, что Кафка своё Письмо к отцу предпочёл отложить в дальний ящик стола.

Написание того единственного письма, письма последнего, сродни решению поставить на всём точку.

Серия Погашено предъявляет авторам одно единственное требование: «Пишите так, как если бы вы писали в последний раз»

Эта книга о двух великих энергиях: энергии Любви и энергии Мечты.

Любовь неподвластна времени и расстояниям. Две души, объединенные чувством любви, способны пронести это чувство через века, перевоплощаясь вновь и вновь. Ведь душа бессмертна. Соединившись в порыве любви, устремившись к единой мечте, они создают своё Пространство Любви. Оно живое — это пространство. И оно растёт и увеличивается в размерах, притягивая к себе другие души и зажигая в них божественный огонь любви.

Мечта — это тоже великая энергия. Энергия сотворения. Счастье человека в его руках. Каждый сам творит свою судьбу силой энергии Мечты. И чем чище помыслы человека, чем прекраснее его мечта, тем быстрее находит она своё воплощение на земле. Мечты сбываются!

Сильна как смерть – это о ней, именно об этой любви. Для которой ничего не значит расстояние Нью-Йорк – Москва. И время. И возраст. И непрерывная цепь страданий. Но если сам человек после выпавших ему потрясений не может остаться прежним, останется ли прежней любовь? Действительно ли «что было, то и теперь есть», как сказано в Библии? Герои романа «Портрет Алтовити» видят, что всё в этой жизни – люди, события, грехи и ошибки – непостижимо и трагически связано, но стараются вырваться из замкнутого круга. Потому что верят – кроме этой, неправильно прожитой, есть другая, подлинная жизнь. Именно это означает имя юноши с портрета Рафаэля…

Москва

2011

УДК 821.161.1 31Буланов М.

ББК 84(2Рос=Рус)6 44

Б90

Буланов, Марат.

Синица в руках / Марат Буланов ; [худож. Г. Попова]. М. : СовА, 2011.

456 с. : ил. ISBN 978 5 9705 0044 0.

Агентство CIP РГБ

«Я люблю его! Как это прекрасно: жить и любить!» — восклицает героиня

романа на виду у изумлённых прохожих, когда с самым дорогим человеком, шагает, рука об руку, под утренним дождём, навстречу Судьбе.

На своих похоронах Нгва Нгма Нжери сидела тихо. Не дело покойнику петь и плясать на похоронах. И даже если ты лучший вабу-рассказчик, на твоих похоронах не тебе рассказывать истории, не твой голос будет взлетать над головами и стелиться у пыльных ступней людей зене, не к твоим словам они будут прислушиваться, затаив дыхание. Ты мертвый (вот тут я бы поставила точку), твое дело сидеть в тугих пеленах на помосте, уткнув голову в колени, ничего не видеть, никого не слышать… И даже когда Нгва Нгма Ожу запнется в рассказе — не твое дело подхватить историю и вознести к широким небесам правду о том, что было и чего не было никогда.

Что делать, если чаты стали интереснее встреч с друзьями, а виртуальный секс приносит больше удовольствия, чем реальный? Что происходит, когда стираются границы между фантазией и действительностью? На все эти вопросы ответит «e-luv» — захватывающая история о виртуальной любви, киберизменах, интернет-свадьбах и мире виртуального секса, где нет ничего невозможного.

Перед вами — остроумный и предельно откровенный рассказ о темной стороне интернет-зависимости. Вы будете смеяться, а порой и ужасаться, но непременно захотите узнать, встретит ли Лорд Бретт свою виртуальную любовь.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Сергей Залыгин

Культура, демократия и тоталитаризм

заметки

"Демократия и культура" - под таким примерно названием в последнее время в печати появляется множество выступлений. И это понятно: к тому толкает авторов все то, что называется нынче (к месту, а чаще - не к месту) современной российской демократией.

Нужно, однако, заметить: ну а где, в самом деле, в чем, в каких понятиях искать ответы на наши вопросы, если не в понятиях культуры? И что прежде всего следует по поводу подобных культурологических статей сказать?

СЕРГЕЙ ЗАЛЫГИН

ОДНОФАМИЛЬЦЫ

Жизней у Бахметьева К. Н. было множество, все разные, но суммы они не составили, если же нет суммы - ради чего анализировать частности?

Был он пионером - одна частность, комсомольцем - другая, членом сперва ВКП(б) , потом КПСС - частность третья. Воевал, был военнопленным и заключенным, женатым, вдовым и разведенным, всего не перечесть - ну и что? Был-то он был, но чем-то, чем должен был стать, не стал, а что было, то прошло. И не столько запоминалось, как был, зато как не стал, в памяти оставалось. Вот он еще молодой, командует в должности зам. начальника цеха (начальник больше трудился по партлинии) на заводе Молот и серп. Там же его, Бахметьева К. Н., из партии в первый раз вычистили - систематическое невыполнение производственного плана. А тут же и война, харьковский котел. За недостатком кадров он командует взводом и ротой (в роте семь человек). В партии восстановлен, но опять отступление, он ранен разрывным. Его нашли, кажется, в лесу. Нашли и вылечили. Во Владимире вылечили, после стали разбираться - почему под Харьковом бежал, а не наступал? (За Родину, за Сталина?!). Не шпион ли он, не дезертир ли? Разобраться не успели, снова на фронт - рядовым и беспартийным. Рядовым-беспартийным Бахметьев К. Н. воевал чуть-чуть не полный год, и опять случилось: попал к немцам в плен. В один лагерь, в другой лагерь, а когда его освобождали свои - в нем живого веса было 29,5 кг. При том, что рост 172 см. Кости и те таяли, а когда он прощупывал их в прежних размерах удивлялся: не может быть! Освобожденного из плена повезли опять же в госпиталь, из госпиталя выписали и снова судить суровым судом - зачем сдавался в немецкий плен? Дали семь лет подземной Воркуты. Тут уж он словчил - умолчал о своем среднем образовании, за среднее прибавляли два, за высшее - еще два года. Семь он отбыл от звонка до звонка, рубал воркутинский полярный уголек, а когда вышел из-под земли, встретился ему по харьковскому котлу политрук. Политруки тоже разные бывали, этот человеком оказалс (при том, что в большом каком-то штабе состоял), раскопал документы: Бахметьев К. Н. был, оказывается, представлен к Герою. Если не к Герою, так к Ленину, как пить дать! Еще выяснилось: семь лет подземной Воркуты было ошибкой. Выяснилось, что в немецких лагерях, при живом весе 29,5 кг, он, беспартийный, вел партийную агитацию. Явился Никита Сергеевич Хрущев, Бахметьева К. Н. восстановили в партии, дали Красную звездочку, персональную пенсию. Жизнь вошла в какую-то колею, в которой и катилась до перестройки. И даже до ноября 1990 года.

Сергей Залыгин

После инфаркта

рассказ

Бог, женщина и мужчина в свое время немного постарались, и у Николая Кирилловича Смирнова появился шанс побывать на планете Земля.

Он не пренебрег этим шансом, отнюдь, - он пользовался им непрерывно, денно и нощно, уже много-много лет.

Нынче, пожалуй, самым заметным признаком его внешности являлась русая (аккуратная) бородка, склонная к рыжеватости, тем самым она была склонна и к умолчанию его возраста.

Сергей Залыгин

Предисловие

рассказ

Какая напасть писателю Н. Н. - замысел романа "Граждане".

Совершенно ни к чему!

Ну, хоть бы особый интерес, ну, хоть бы какое-то воодушевление - нет и нет, лишь чувство обязанности, а больше совершенно ничего. Когда человек родится, да и не только человек, а любое существо, ему вместе с жизнью вручается обязанность жить. Что бы с тобой ни происходило - живи! Если ты писатель - живи писателем.