Клеопатра

Она родилась две тысячи лет назад, но до сих пор является одной из самых знаменитых женщин в мире.

Ее зовут Клеопатра. Она обаятельна, честолюбива и считает себя воплощением Исиды — египетской богини, управляющей человеческой судьбой. Ее окружают ненавидящие ее и завидующие ей люди. Ей предстоит борьба за трон Египта, но ее великая любовь и великое поражение еще впереди.

Отрывок из произведения:

Было что-то особенное в воздухе Александрии. Говорили, что над городом проносится дыхание морского бога Посейдона, который живет неподалеку от острова Фарос. Это Посейдон насылает разную погоду по своему желанию. Зимы в Александрии бывали такими колючими и сухими, что старики задыхались и мечтали о благотворной свежести весны. А летом воздух пропитывался морской влагой, он был густым и клейким, как камедь. Временами над Александрией поднимались тучи пыли вперемешку с мухами, а иногда жестокие ветры Африканской пустыни и вовсе изгоняли дуновения Посейдона прочь из города, на морские просторы. Но этим утром весна вступила в свои права. Легкое дыхание бога любовно овевало «Жемчужину подле моря», волнами накатывая на город, и благоухало ароматами жимолости и камфоры, лимонов и жасмина.

Другие книги автора Карин Эссекс

Клеопатра в зените славы, она — Царица Царей, фараон Верхнего и Нижнего Египта, воплощение Исиды — египетской богини, управляющей человеческой судьбой. Она покорила сердца самых могущественных людей в Римской империи, ради нее устраиваются празднества и торжественные шествия. Но скоро удача отвернется от великой царицы Египта…

Ослепительная красота, незаурядный ум и недюжинная сила характера объединяют подругу вождя афинян Перикла и жену английского посла начала XIX века... Этих женщин разделяет огромный временной промежуток — более двух тысячелетий, — но обе они оказываются причастны к истории античных скульптур, в древности украшавших Парфенон, а впоследствии вывезенных в Англию британским дипломатом лордом Элджином.

Викторианская Англия — скромно обставленные дома, пуританские нравы, строгие и в высшей степени респектабельные леди и джентльмены… И вместе с тем — овеянные мистическим ореолом кладбища, старинные замки, скрывающие темные секреты, спиритические сеансы…

Волею судьбы молодая англичанка Мина Мюррей знакомится с загадочным графом Дракулой и неожиданно для себя влюбляется в него. Но счастье девушки омрачается знанием, что эта любовь соединила их на века и что она сама обладает сверхъестественными способностями. Сможет ли Мина принять единственно верное решение, которое спасет их обоих?

Эта готическая история — чувственная и откровенная, личная и таинственная, наполненная неповторимым колоритом Викторианской эпохи и в то же время в корне меняющая наши представления о жизни «в старой доброй Англии».

Впервые на русском языке! От автора мирового бестселлера «Лебеди Леонардо»!

Италия, конец XV века. Изабелла д'Эсте, дочь герцога Феррары, роскошная блондинка с черными глазами, никогда не завидовала младшей сестре, скромной и наивной Беатриче. Однако помолвка Беатриче с Лодовико Сфорцей, будущим герцогом Милана, изменила все. Лодовико вдвое старше своей нареченной, открыто живет с любовницей и пользуется репутацией коварного и честолюбивого правителя. Но Изабелла чувствует в нем родственную душу: они равны по интеллекту и с одинаковой страстью относятся к проявлениям красоты в жизни и искусстве. И хотя Изабелла замужем за маркизом Мантуанским, она клянется переменить свою судьбу. Она задумывает соблазнить Лодовико и вместе с ним стать вершительницей судеб всей Италии. И еще она страстно желает, чтобы великий Леонардо да Винчи написал ее портрет и запечатлел ее образ для вечности. Однако интриги правителей Италии спутывают все ее планы.

Популярные книги в жанре Историческая проза

Историческая «Повесть о ясном Стахоре» рассказывает о борьбе белорусского народа за социальное и национальное освобождение в далеком прошлом.

Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.

Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.

Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.

Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.

Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.

Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.

Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.

Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.

Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.

Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.

Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.

Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.

Этот роман посвящен жизни и деятельности выдающегося азербайджанского поэта, демократа и просветителя XIX века Сеида Азима Ширвани. Поэт и время, поэт и народ, поэт и общество - вот те узловые моменты, которыми определяется проблематика романа.

Говоря о судьбе поэта, А. Джафарзаде воспроизводит социальную и духовную жизнь эпохи, рисует картины народной жизни, показывает пробуждение народного самосознания, тягу простых людей к знаниям, к справедливости, к общению и дружбе с народами других стран.

История Иисуса Христа повторяется… Много раз она повторяется в мифах: некий высокодуховный человек появляется в некоем месте, по какой-то причине его казнят, и через три дня происходит то, что остается в памяти людей.

Спустя без малого сто лет после распятия и воскрешения Иисуса Христа некто прошел тот же путь, что и Спаситель. Странник совершил похожий подвиг, он учил и возвышал своих учеников, следуя правилам и заповедям, которые помогают человеку оставаться человеком. Жить такой жизнью очень дорого. Но ведь каждая жизнь – это зеркало Бога. Вопрос лишь в том, какая цена должна быть заплачена, чтобы сохранить Божественное отражение без искажения…

История создания первой русской печатной книги, поданная под острым соусом юмора с перцем.

Мне пришла в голову простая мысль. Речь человека, его знания, письменные сообщения нуждаются в непрерывном, ежедневном переводе на сегодняшний язык.

Например, вы читаете самый древний наш художественный опус «Слово о полку Игореве». И оказывается, эта книга уже дважды переведена с русского на русский, чтоб мы хоть как-то смогли понять древнюю романтику.

А вот сидит за столом обычная семья, здесь тоже нужно чайную беседу переводить с языка детского на взрослый, а потом на пенсионный и обратно.

Сергей Кравченко, автор широко известной "Кривой Империи", предлагает вам самоучитель новой русской жизни, написанный по заветам древних писателей.

Главный из них — протопоп Благовещенского Кремлевского собора Сильвестр. Он был духовным отцом (Д.О.) и фактически премьер-министром у Ивана Грозного. Консультировал также Анастасию Романову, первую жену царя. Вот он, что-то нашептывает ей на цоколе памятника «1000-летие России» в Новгороде.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Рассказывая о своих оригинальных авторских технологиях самоорганизации, Джулия Моргенстерн показывает, как небольшие изменения в собственном мышлении и поведении помогут вам добиться практически невозможного: успевать все делать вовремя и иметь достаточно времени для самих себя. По сути, это книга о вашем отношении к тому, что вы делаете. Освоив авторскую методику самоорганизации, вы сможете:

— полностью контролировать свое время и свою жизнь, расставшись с ощущением хронической нехватки времени;

— справляться с ситуациями, которые прежде казались вам безвыходными;

— построить свою работу так, чтобы она больше соответствовала вашим склонностям и предпочтениям;

— поддерживать равновесие между работой и личной жизнью;

— успешно работать в условиях кризиса, нехватки времени или в обстановке неопределенности;

— значительно снизить нагрузку и стресс на рабочем месте, повысить эффективность работы во всем, чем вы занимаетесь — от просмотра документов и сортировки корреспонденции до работы с электронной почтой.

Книга «Побеждённые» Ирины Владимировны Головкиной — роман из жизни русской интеллигенции в период диктатуры Сталина. Автор пишет: «В этом произведении нет ни одного выдуманного факта — такого, который не был бы мною почерпнут из окружающей действительности 30-х и 40-х годов». Но при всей своей документальности, роман все же художественное произведение, а не простая хроника реальных событий.

В России закончилась гражданская война. Страна разрушена, много людей погибло — от войны, от голода, болезней и разрухи, многие оказались в эмиграции. Остались люди из так называемых «бывших», тех кто выжил в этом страшном водовороте, в основном это были вдовы, дети, старики. Многие из них так и не смирились с новой властью, но надо было жить и воспитывать детей и внуков, которых не принимали в учебные заведения, увольняли с работы, а порой и ссылали в лагеря. Голод, безработица, унижения, тревоги омрачили дальнейшую жизнь этих людей, но, как ледяная вода закаляет горячую сталь, катастрофы революции только законсервировали, укрепили в некоторых людях принципы аристократизма, разожгли угасавшую было православную веру, пошатнувшуюся любовь к отчизне. Явилась некая внутренняя сознательная и бессознательная оппозиция всем веяниям новой эпохи.

Автору книги удивительно просто и понятно, без какой-либо пошлости, удалось рассказать о трагических страницах истории страны. Тысячи людей были арестованы, сосланы очень далеко от родных мест, многие из них не вернулись обратно. Вера, характер и воспитание людей оказавшихся в застенках или ссылке помогли им выстоять, а тем, кому суждено было погибнуть, то сделать это с высоко поднятой головой, непобежденными. А сердца тех, кто еще жил, оставались в той, старой России. Её образ отдаленный, несколькими десятилетиями кошмара, ассоциировался с детством, мирной жизнью, где всё было так, как должно быть у людей.

Над Сантенаром взошла темная луна. Предсказания начали сбываться. Вырвавшийся из плена Ночной Страны Рульк пытается открыть врата трех миров, но помочь ему в этом может только Карана. Согласится ли девушка ради спасения своего возлюбленного и будущего всех трех миров сотрудничать с Великим Предателем и принести себя в жертву?

Снег шёл так густо, что снежинки налету слипались в рыхлые комья, которые падали и таяли на спинах ожидающих у пристани лошадей. Было четыре утра, и в порту царила такая суета, какой капитан Самсон никогда прежде не видывал. Груз буквально улетал с корабля: под весом наваленных в сетки товаров гнулись стрелы кранов, спешивших поскорее завершить разгрузку. Корабль уже насквозь пропах дезинфекцией, буквально вонял. Каждый, кто поднимался на борт, был настолько пропитан едкой жидкостью, что она хлюпала даже в башмаках. Как будто этого мало, на корабль поднялись несколько человек с тяжёлыми разбрызгивателями в руках и принялись орошать всё округ ядовито-розовыми каплями.