Китайские военные силы

«Въ продолженіе первыхъ трехъ династій 2,505–231 годовъ до Р. X. военная служба составляла общую повинность всѣхъ землепашцевъ. Мѣстные начальники были и военными ихъ начальниками. Назначены были извѣстный срокъ службы, извѣстное время для ученія. Такимъ образомъ войско не требовало издержекъ на содержаніе; народъ не былъ изнуряемъ долговременною службою. Это было одно изъ лучшихъ воинскихъ учрежденій…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

Отрывок из произведения:

Въ продолженіе первыхъ трехъ династій 2,505–231 годовъ до Р. X. военная служба составляла общую повинность всѣхъ землепашцевъ. Мѣстные начальники были и военными ихъ начальниками. Назначены были извѣстный срокъ службы, извѣстное время для ученія. Такимъ образомъ войско не требовало издержекъ на содержаніе; народъ не былъ изнуряемъ долговременною службою. Это было одно изъ лучшихъ воинскихъ учрежденій. Домъ Цинь, по введеніи монархическаго правленія въ 931 году до Р. X, отмѣнилъ это учрежденіе; и полагая, что съ прекращеніемъ причинъ къ распрямъ, болѣе не будетъ воины, уничтожилъ оружіе, a въ областяхъ опредѣлилъ только военныхъ учителей. Такимъ образомъ онъ изъ воинскихъ упражненій сдѣлалъ театральную забаву, доходилъ до Халки, и утвердилъ подъ своею властію восточную Монголію отъ Чахаpa до Маньчжуріи. Но послѣ пятилѣтней за престолъ войны между дядею и племянникомъ 1398–1403, домъ Минъ потерялъ всѣ завоеванія въ Монголіи, и хотя перенесъ свой дворъ въ Пекинъ, со всѣмъ тѣмъ болѣе двухъ столѣтій терпѣлъ почти безпрерывныя безпокойствія отъ Монголовъ.

Другие книги автора Никита Яковлевич Бичурин

Никита Бичурин, в монашестве отец Иакинф, был выдающимся русским синологом, первым, чьи труды в области китаеведения получили международное признание. Он четырнадцать лет провел в Пекине в качестве руководителя Русской духовной миссии, где погрузился в изучение многовековой китайской цивилизации и уклада жизни империи. Благодаря его научной и литературной деятельности россияне впервые подробно познакомились с уникальной культурой Китая, узнали традиции и обычаи этого закрытого для европейцев государства.

«Эта книга является систематическим изложением описания китайского государства как социального института и, будучи написанной языком простым, ясным и доступным, при этом точна в фактах и изображении общей картины жизни китайского народонаселения».

(Бронислав Виногродский)

«Все, что только написано мною общаго касательно нравовъ, обычаевъ и просвѣщенія въ Китаѣ, при всей краткости своей, достаточно подать вѣрное и ясное понятіе о гражданскомъ образованіи китайскаго государства. Въ Европѣ до сего времени полагали Китай въ Азіи не по одному географическому положенію, но и въ отношеніи къ гражданскому образованію – разумѣя подъ образованіемъ одно варварство и невѣжество: но сами не могли примѣтить своего заблужденія по сему предмету. Первые Католическіе миссіонеры, при своемъ вступленіи въ Китай, превосходно описали естественное и гражданское состояніе сего государства: но не многіе изъ нихъ, и тѣ только слегка касались нравовъ и обычаевъ народа…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«25-го Мая въ 5 часовъ вечера я разпростился съ Иркутскомъ. По дорогѣ къ Байкалу, называемой Заморскою, минуя городскую заставу, немедленно подымаешься на Крестовскую гору, облегающую Иркутскъ съ южной стороны. Кладбище съ тремя каменными церквами, разположенное по сей горѣ надъ самымъ городомъ, представляетъ очень хорошій видъ. Возвышенности отъ кладбища далѣе на югъ покрыты густымъ мѣлкимъ березникомъ и соснякомъ, отъ чего весною и осенью много бываетъ сырости и мокрединъ. При небольшомъ трудѣ, можно бы сіи мѣста превратить въ поля или луга, и въ обоихъ случаяхъ городъ много выигралъ бы, получивъ здоровое и красивое мѣстоположеніе съ сей стороны. Но только что переступите за межу городской земли, то вправо открываются холмистыя поля и луга, пересѣкаемые перелѣсками и источниками…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

В некрополе Александро-Невской лавры в Ленинграде внимание посетителей привлекает скромный черный обелиск с надписью китайскими иероглифами. На посеревшем от времени и непогоды камне выбито:

ИАКИНФЪ БИЧУРИНЪ

И китайскими иероглифами написано: "Постоянно прилежно трудился над увековечившими его славу историческими трудами", и далее следуют даты — 1777-1853. Здесь покоится прах монаха и ученого, русского востоковеда Никиты Яковлевича Бичурина, известного под монашеским именем Иакинфа.

Текст воспроизведен по изданию: Н. Я. Бичурин. Статистическое описание Китайской империи. М. Восточный дом. 2002

Текст воспроизведен по изданию: Н. Я. Бичурин. Статистическое описание Китайской империи. М. Восточный дом. 2002

«Знаменитый нашъ Синологъ О. Іакинѳъ Бичуринъ доставилъ Императорской Академіи Наукъ слѣдующее, доселѣ неизданное, прибавленіе къ его Китайской Грамматикѣ.

Изъ буквъ, входящихъ въ составъ Китайскихъ звуковъ, нѣтъ ни одной, которой бы не было въ Русскомъ языкѣ; примѣчательное же въ Китайскомъ языкѣ отличіе нѣкоторыхъ звуковъ не составляетъ новыхъ буквъ, a происходитъ отъ произношенія. Въ изданной мною Китайской Грамматикѣ я показалъ, въ чемъ состоитъ это отличіе, но не изложилъ естественныхъ тому причинъ…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

Текст воспроизведен по изданию: Взгляд на просвещение в Китае // Журнал министерства народного просвещения, № 5. 1838 

Популярные книги в жанре История

В сборник включены публицистические статьи и колонки по широкому кругу актуальных политических и мировоззренческих тем, опубликованные в различных электронных и печатных СМИ в 2008—2015 годах.

Книга содержит ряд очерков по истории Китая с древнейших времен до середины XVII века.

Пособие предназначено для учителей истории в восьмилетней школе. Учитывая, что школьная программа уделяет основное внимание древней культуре китайского народа, эти разделы в пособии освещены сравнительно широко.

Книга должна дать учителю обширный материал для классной и внеклассной работы.

Русская историософия. Первый текст.

Детям до 16…

В основе каждого понимания истории лежит свой Метарассказ. Он не выводится из фактов. Он — аксиома. И этот Метарассказ изложен в ключевых текстах: книги Библии (в особенности Евангелия, Книга пророка Даниила, Откровение Иоанна Богослова (Апокалипсис), первые книги Пятикнижия — Бытие и Исход), поэмы Гомера, «История» Геродота, «История» Фукидида, «Манифест коммунистической партии», …

«Свобода», националистическая ультраправая партия, в 2012 году с 37 её членами попала в украинский парламент. На западе страны, во Львове как его центре, она получила больше голосов, чем любая другая партия. Именно там в 1930-1940-х годах существовали националистические организации, которые вели насильственную борьбу против поляков, евреев и русских. И когда фашистский Вермахт оккупировал эту землю, они сотрудничали с ним. От рук этих банд убийц, продолжавших свои преступления до начала 1950-х годов, погибли десятки тысяч людей. «Свобода» открыто выступает за эту традицию. Когда ветераны и друзья дивизии СС «Галичина» проводят парады, они присутствуют при этом. Они восхваляют вспомогательные части нацистских оккупантов как борцов за свободу и хотят, чтобы с террористами обращались так же, как с ветеранами Великой отечественной войны.

…Хельмут Вагнер расследует истоки и воздействия националистов на Украине и других оккупированных нацистской Германией государствах и их последствия в наше время.

Автором книги, перевод которой предлагается вниманию советского читателя, является один из крупнейших французских историков XX века и, возможно, наиболее своеобразный среди них по оригинальности мысли и необычности биографии.

Среди многих предшествующих и последующих работ на эту тему книга Блока составила своего рода эпоху. Дело не только в том, что в ту пору чрезвычайного увлечения узкими локальными темами автор отважился на обзор аграрного строя всей страны и, кроме того, дал его на широком сравнительном фоне европейского феодализма в целом, использовав для этого богатейший фактический материал, накопленный в трудах европейских историков. Главное достоинство этой книги заключается в глубине и остроте исследовательской мысли Блока, в его упорном стремлении разобраться в сущности исследуемых проблем, в новом подходе к ним. Все эти качества в сочетании с тщательной добросовестностью в анализе источников привели к тому, что во многих случаях Блок смог остроумно подметить и объяснить важные черты французской аграрной истории, то есть, в сущности говоря, особенности французского феодализма. Те же качества позволили Блоку выйти из русла традиционной во французской исторической литературе антиобщинной концепции аграрных феодальных порядков и дать интересную и продуманную картину роли общины во французской деревне. Поэтому содержание этого труда полно интереса для советского читателя. Специалист-историк оценит по достоинству и исследовательское мастерство автора, сумевшего при ограниченном размере книги выбрать из огромного материала наиболее яркие факты.

Книгу отличают продуманная конструкция, сжатость и четкость. Блок обладает своеобразным, увлекательным стилем. Его язык, образный, точный, хотя и не всегда легкий, хорошо гармонирует с оригинальностью мысли, с ее зачастую неожиданными поворотами. Это французская книга в лучшем смысле слова.

Первый в отечественном и западном японоведении сборник, посвященный политической культуре древней Японии. Среди его материалов присутствуют как комментированные переводы памятников, так и исследования. Сборник охватывает самые разнообразные аспекты, связанные с теорией, практикой и культурой управления, что позволяет сформировать многомерное представление о природе японского государства и общества. Центральное место в тематике сборника занимает фигура японского императора.

Пособие посвящено характеристике культурных образований заключительного этапа среднего бронзового века в степном Приуралье. Рассматриваются вопросы истории исследования, историографии основной проблематики, культурно-хронологической интерпретации памятников, направленности культурных взаимодействий и исторических судеб населения. Пособие может использоваться при изучении дисциплин «Археология», «История Урала», спецкурсов по бронзовому веку Южного Урала и Северной Евразии, для подготовки рефератов, курсовых, выпускных квалификационных работ, организации самостоятельной и научно-исследовательской работы студентов. Издание подготовлено на основе новейших научных данных и не дублирует существующие учебники и учебные пособия.

Стивен Лаперуз (Stephen Lapeyrouse) — независимый американский ученый и эссеист. Собранные в этой книге эссе, впервые публикуемые на русском языке — попытка осмыслить фундаментальные духовные, исторические и культурные проблемы, стоявшие перед США и Россией на пороге третьего тысячелетия. Автор прослеживает историю возникновения «Американской мечты» и «Американского символа веры», размышляет об утраченном космосе американской культуры, рассматривает американскую историю и цивилизацию с точки зрения «Вечной философии», исследует культурный феномен «Американской улыбки», сравнивает американский и русский национальные характеры, напоминает о необходимости серьезного изучения мировой истории и культуры, призывает к духовному возрождению и избавлению от «духовного сна», пишет о реакции американцев на трагедию 11 сентября. Размышления и выводы автора основаны на глубоких исторических, философских и культурологических исследованиях, а также на его личном жизненном опыте.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«При чтении истории монгольского народа в самом начале представляется вопрос: кто таковы были монголы? Вопрос весьма естественный и простой: но точный ответ на него может несколько затруднить; особенно, если при исследовании принять в руководство словозвучие, вероятность и авторитет, которые в продолжение прошедших двух столетий служили верными путеводителями к запутанности при разрешении подобных вопросов…»

«Безъ сомнѣнія, пріятно будетъ каждому видѣть картину Китайской столицы, столь извѣстной по слухамъ и описаніямъ путешественниковъ. Сія мысль, во все время моего пребыванія въ Пекинѣ, дѣлала меня внимательнымъ ко всѣмъ, особенно достопримѣчательнымъ предметамъ сей столицы. Таже мысль была для меня побужденіемъ составить планъ, и присовокупить къ нему описаніе онаго. Смѣю увѣрить читателя, что планъ сей не изъ числа тѣхъ, каковыхъ довольно въ Пекинскихъ лавкахъ; но есть снимокъ новый, составленный въ 1817 году, и отдѣланный со всевозможною тщательностію. Занимавшійся снятіемъ мѣстоположенія цѣлый годъ употребилъ на то, чтобы доставитъ сему плану совершенную полноту и точность. Надлежало исходить до единой улицы и переулка, дабы по самоличному обозрѣнію положить все на бумагу въ дробныхъ частяхъ, и составить потомъ цѣлое…»

Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Конфуцианство тем отлично от других религий, даже от восточных, что те, в сравнении с ним, все же имеют некоторое сходство с западными, так что невольно рождается вопрос: религия ли это?

Этот вопрос мы лучше всего решим из рассмотрения происхождения конфуцианства, или, лучше сказать, всякий может решить по-своему, потому что у всякого может быть свое понятие о религии…»

«Мая 25-го, в 5-ть часов вечера, я распростился с Иркутском. По дороге к Байкалу, называемой Заморскою, минуя городскую заставу, немедленно подымаешься на Крестовую гору, облегающую Иркутск с южной стороны. Кладбище, с тремя каменными церквами, расположенное на сей горе над самым городом, представляет очень хороший вид. Возвышенности от кладбища далее на юг покрыты густым мелким березником и сосняком, от чего весною и осенью много бывает сырости и мокроты…»