Китайская петля

2002 год, начало 3 тысячелетия, время перелома, глобального передела влияния на международной арене. Тайное и явное соперничество Великого Китая и Великой России.

Сибирь, XVII век. Кто только не претендует на эти бескрайние просторы. Монголы, киргизы, китайцы…

Почему Великий Китай не подмял тогда под себя богатые сибирские земли?

Что общего между этими веками и что связывает современную Россию с событиями в Сибири тех веков? Петли истории, завязанные в узлы войн, прошлых и будущих.

Увлекательно развивается действие в книге В. Антонова. Встречи в Китае, встречи в Москве. Похищение депутата, разборки русской и китайской мафии в Красноярске. Противостояние и сотрудничество. Корни настоящего уходят в прошлое.

Китайцы не спешат. Их время измеряется веками. Сколько веревочке не виться…

Русские тоже не спешат. Поначалу. Присматриваются… А потом выясняется, что китайская петля слишком тонка для русской шеи.

Отрывок из произведения:

Майским днем 1644 года небо над китайским городом Сучжоу было затянуто густым дымом пожарищ. Маньчжурские войска, пришедшие с севера, с заснеженных таежных просторов, пошли на штурм «благословенного» города императорских парков, в котором укрепились отряды Ли Цзычена — проклятого мятежника и погубителя династии Мин. На зубчатых стенах бесновались бритые голодранцы, размахивая топорами, меча из луков, пригибаясь под страшным свистом каленых ядер. Маньчжурские бомбарды, скованные из железных брусьев, укрепленные в широких рубленых колодинах, грохотали, сотрясая землю; и волна за волной — казалось, от горизонта до горизонта — двигались шеренги воинов в пластинчатых железных панцирях. Гудели боевые барабаны, рыжие отсветы пожарищ проскакивали по блестящему металлу, бросая резкие тени на каменные лица. Черным огнем горели узкие глаза, вперившиеся в стену, на которой в крошеве каменных фонтанов, вздымаемых ядрами, летели кровавые ошметья человеческих тел. Шеренги шли одна за одной, неотвратимо и мерно приближаясь к городу. Еще раз ударили пушки, захлопали пищали, с тяжелым грохотом обрушилась стена, затянув полнеба облаком грязно-серой пыли, и тотчас же, приставив лестницы, Маньчжуры густо полезли на стены и хлынули в пролом, сметая оставшихся защитников. Смолкли орудия, из всех звуков остался лишь боевой рев тысяч глоток да сабельный лязг рукопашного боя. Закрутившись на стенах, побоище перевалилось в город, клубки сцепившихся тел заметались среди огненной метели и черного дыма, в которых валились кровли горящих домов. Распахнулись захваченные ворота, и тогда, по команде военачальника северян, в бой пошла маньчжурская конница: слитно гремели копыта, развевались гривы, на бамбуковых древках бились узкие флаги. Сверкая кривыми саблями, конная лава проскочила ворота и покатилась по прямым улицам Сучжоу, рубя бегущих мятежников, оставляя за собой неподвижные тела, втоптанные в темно-красный парковый песок. Ручейки крови, булькая, сбегали к прудам, расходясь грязно-бурыми пятнами в неподвижной воде…

Рекомендуем почитать

Июль сорок пятого. Укрывшиеся в глухом уголке Верхней Австрии ученые и офицеры СС не желают мириться с поражением. Им удается, хоть и с опозданием, создать пресловутое «вундер-ваффе» – чудо-оружие.

Отряд советских разведчиков во главе с капитаном Радловым проникает в американскую зону оккупации, чтобы узнать, кто и с какой целью уничтожил гарнизон города Линц и освободил немецких военнопленных. И вскоре выясняется, что Вторая мировая война не кончилась, над Европой встает призрак Четвертого рейха

Жизнь «черного археолога» полна опасностей. Незаконные раскопки могут завести далеко, очень далеко, например… в прошлое. И хорошо бы забросило в тихий уютный мир. Так нет — в самое полымя, в историческое лихолетье. И носило героя от выжженных полей империалистической войны до революционной Москвы. И везде приходилось несладко. Как можно не потерять себя в такой круговерти, не лишиться присутствия духа и просто выжить, тем более если ты человек из другой эпохи?! Трудно… Но можно. Можно и врагов одолеть, и влюбить в себя дочь помещика, и спасти достояние республики. А главное — найти свое место в те трудные годы, когда ковалась наша история, когда становилась Империя наших дедов и отцов.

По указу великого князя Александра Невского в поморских лесах создан тайный воинский стан. В нем, по примеру древней Спарты, воспитываются воины, способные в одиночку противостоять многочисленным врагам. Молодые дружинники, пройдя сложные испытания, отправляются в заморские страны, чтобы перенять боевой опыт и вернуться на Русь готовыми к встрече с любым противником…

Это случилось в незапамятные времена, когда по воле богов дети князей становились рабами, а великие ярды склоняли мечи перед дикарками из южных земель.

Айша обрела жизнь, чтобы стать смертью для последнего могучего воина Севера. Но она еще не знает своего предназначения, она просто ищет любви…

Славянские мифы, скандинавские саги, судьбы людей, власть богов, зов плоти и преданность крови – все это причудливо переплелось в новом историческом романе Ольги Григорьевой.

Первая книга цикла «Мещерские волхвы».

ХIV век. Среди русских княжеств Мещерское стоит особняком. Народу Мещеры хватает своих лесов и земель. Мужчины здесь веселы и сметливы, женщины — красивы и хозяйственны, чародеи — всесильны и скромны, владычицы лесов овды — умны и обворожительны. Дружно отражает вольный люд нападения кровопийц-вурдов, набеги воровских шаек и вылазки отрядов черных монахов. Костью в горле у Москвы — независимость Мещеры. Она насылает на мирное княжество Серую Орду — таинственное воинство, что губит все живое. Грудью встают на защиту родного края волхв Сокол, царица леса Эрвела, лихой молодец Варунок, и даже вурды сражаются со свирепыми врагами…

Непереносимость организма к обезболивающим сыграло с Дмитрием злую шутку. Он очнулся после наркоза не в стоматологической клинике Санкт-Петербурга двадцать первого века, а в пустыне Средней Азии XIV столетия. Во времена правления одного из величайших полководцев истории — Тамерлана. Осознав, что обратной дороги нет, бывший детдомовец, инженер-электронщик проходит путь от диковинного пришельца до одного из приближенных военачальников Тимура.

Давно уж повывели на Руси волхвов и чародеев, лишь в глухой Мещере укрылись последние хранители древних знаний. Пришла пора собраться им вместе на совет: был знак, что нависла над страной великая беда.

Первым направили в далекий Псков, навстречу грозному врагу, мещёрского чародея Сокола. Пред ним предстал жуткий лик всеобщей погибели.

И встали на защиту Руси колдуны бок о бок со священниками, вурды — бок о бок с князьями. Но кое-кто не прочь погреть руки в огне битв…

Вторая книга цикла «Мещерские волхвы».

Другие книги автора Вячеслав Антонов

Юго-Восточная Азия. Борьба за территории, передел сфер влияния, США, Китай, Россия. Исламские боевики и азиатские коммандос, спецслужбы и китайская триада. Представитель российского военного концерна Андрей Шинкарев внезапно оказывается в центре событий, из которых смерть — самый легкий выход. Впрочем, шанс спастись есть, но как жить дальше, если ты поступился долгом и честью? Такой шанс не для Андрея...

Популярные книги в жанре Исторический детектив

Первый роман писателя из так называемой исторической серии, в которой исторический сюжет крепко связан с криминальной головоломкой.

Вдова Перл отдает в дар аббатству свой дом, потребовав в качестве ежегодной ренты одну розу.Внезапно женщина исчезает, а возле куста роз находят убитого монаха…

Драматические события седьмой хроники разворачиваются в семье Аурифаберов.

Во время свадьбы Даниэля Аурифабера и Марджери Бель неизвестными похищены драгоценности.

За расследование дела берутся брат Кадфаэль и Хью Берингар. Во время следствия зверски убит Болдуин Печ, один из подозреваемых…

И все же Кадфаэль выходит на верный путь.

Бостон, 1865 год. Несколько крупнейших американских поэтов заканчивают первый в Западном полушарии перевод «Божественной комедии», но Дантов Ад становится явью. Новая Англия потрясена целой серией садистских убийств виднейших добропорядочных граждан города, подлинных столпов общества. Поэт Лонгфелло, доктор Холмс и профессор Лоуэлл считают своим долгом понять, что перед ними — цепочка жутких мистических совпадений или же это сам великий флорентиец шестьсот лет спустя вернулся мстить за неправедное изгнание.

Историко-литературный триллер Мэтью Перла «Дантов клуб», самый знаменитый роман 2004 года, переведенный на тридцать языков, — впервые на русском.

Роман Мэтью Перла «Дантов клуб» вошел в списки бестселлеров десятков западных периодических изданий (среди прочего — «New York Times», «Boston Globe», и «Washington Post»). «US News & World Report» объявил этот роман лучшей книгой 2003 года, «Library Journal» — лучшим первым романом, «Borders» — лучшим триллером 2003 года.

Моему другу Николя Делеклюзу.

Городу зеркал созвучен текст, будто сложенный из зеркальных осколков, где каждый фрагмент дарит новый взгляд на видимую оболочку вещей. Эта оболочка таит под собой ядро и является ведущим к нему вектором, ибо только через восприятие возможно понимание, как верно сказал Кондильяк. А потому, в своем стремлении к визуальной по преимуществу форме, я обратилась к живописи, так как знанием Венеции ХVIII века обязана не только документальным текстам и прогулкам по городу, но и мастерам, выразившим душу и дух определенного места в определенное время. Подобно отсвету с полотен Ла Тура или Вермеера Дельфтского на лице де Бренвилье в романе «Болиголов», подобно духу Гойи, осенившему «Сон разума», на сей раз «Убийству по-венециански» предоставили его роскошный декор Пьетро Лонги, Франческо Гварди и Тьеполо-младший. Мне осталось лишь осуществить постановку странной и жестокой драмы, которую я и представляю любезному вниманию читателя.

Отмеряющий круг может начинать где угодно, цитировал Алан Мур Чарльза Форта в начале своего исследования викторианского общества в комиксе «Из Ада». В этой книге круг относится и ко времени, и к пространству. Это круг, сотворенный из черных псов и ноябрьских огней, из хромых ног и отрубленных голов, из страстей, потерь и похотей. Круг, который длится несколько миль и шесть тысяч лет.

Я сижу в комнате в древнем викторианском замке в Голландии и пишу предисловие к книге под название «Глас Огня» Алана Мура. Естественно, у меня получается не самое лучше предисловие. Самое лучше — это последняя глава книги, написанная в ноябре 1995 в задымленной квартире Аланом Муром голосом Алана Мура, сухим, веселым и к нашей радости чертовски, чертовски остроумным, написанная в комнате, заваленной книгами по истории, написанная как последний акт спектакля волшебства и веры (неосознанный намек на короткометражку Акт Веры).

Вашему вниманию предлагается рассказ «Мавр сделал свое дело» о новых приключениях Шерлока Холмса и доктора Ватсона, произошедших в начале XX века. Друзьям приходится действовать в новых реалиях, но иметь дело с прежними пороками человечества, приводящими к преступлениям — жадностью, предательством, местью.

Юный Вик Коффин, полу-американец, полу-маори, увезенный своим отцом в подростковом возрасте в Америку, нанимается на американское китобойное судно для того, чтобы вернуться на родину своей матери - в Новую Зеландию. В рейсе он использует свои незаурядные аналитические способности для раскрытия тайн убийств, случавшихся на борту судна...   Эти первые четыре рассказа (из восьми) являются приквелом к серии морских детективных романов новозеландского историка и писателя Джоан Друэтт.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Г.Антонова, Е.Путилова

Коротко об авторе

Алексей Иванович Еремеев (пишущий под псевдонимом Л.Пантелеев) родился в 1908 году в Петербурге. Отец его Иван Афанасьевич, казачий офицер, участник русско-японской войны, за боевой подвиг был награжден орденом святого Владимира "с мечами и бантом", что делало его потомственным дворянином. А дедушки и бабушки будущего писателя - и по отцовской, и по материнской линии - происходили из купеческой среды. Мать Алексея Ивановича - Александра Васильевна Спехина была человеком одаренным, по окончании гимназии она училась на музыкальных курсах, много читала, вела дневники, с успехом выступала на любительской сцене.

Неудобная поза, в которой я сидел, со стороны, по-видимому, казалась смешной. Халат моего научного руководителя оказался мне коротким, и белые ноги, выделяясь на пурпурном фоне канапе, являли собой картину, далекую от эстетичности. Я всегда поражался тому, как отдельные граждане живут в обстановке кричащих цветов и как им хватает нервов находиться в окружении огненно-красных, оранжевых или ярко-зеленых красок. Впрочем, это отдельный вопрос. Итак, я, весь сжавшись, сидел на канапе и нервно шевелил пальцами ног. На ногах у меня были вельветовые тапочки, которые также принадлежали моему научному руководителю.

Светлана АНТУФЬЕВА, Архангельская область

Писатель Федор Абрамов служил в СМЕРШе

Во вторник замначальника управления ФСБ по Архангельской области Олег Семков передал в Веркольский литературно-мемориальный музей Федора Абрамова уникальные документы, свидетельствующие о службе знаменитого писателя с 1943 по 1945 в контрразведке СМЕРШ. Об этом периоде своей жизни Абрамов никогда и никому не рассказывал.

Федор Абрамов известен как автор колоритной и остроконфликтной прозы о людях северной деревни. Его жизнь и литературная судьба были тесно связаны с деревней Веркола Пинежского района Архангельской области. Нелегкие судьбы земляков описаны в его романах "Братья и сестры", "Две зимы и три лета", "Пути-перепутья" и в повести "Пелагея". Здесь же, в Верколе, его и похоронили в 1983 году - на крутом берегу Пинеги, а в бывшей начальной школе, где учился Федор Абрамов, создан музей писателя.

Рашида Талгатовна Апатеева

Христина

Стремительно темнеющая чаша неба опрокинулась за чернеющими силуэтами домов, отразившись в зеркале реки вместе с мечущимися в ней, как неприкаянные птицы, легкими клочками облаков. - Ночь идет, как расплата, за тоскою дневной... - Голос прозвучал нерезко, словно еле тронутая, просто задетая струна гитары. Желто-зеленые гроздья конопли запахли резче - ветер призывно свистнул в траве, метнулось в воздухе короткое белое платье - девушка с длинными каштановыми волосами на плечах, зябко поежившись, спрыгнула с пригорка на дорогу, махнула рукой, прощаясь. Юноша в синем спортивном костюме и в туфлях на босую ногу догнал ее на повороте в Старый город. На высокой горе, уступами сходящей к дороге, осталась маленькая девчушка, сидевшая возле кучки камушков, свесив набок густую волну медово-светлых волос, мерцающих, словно лунная дорожка на глади уснувшей реки. Девочка не замечает ночного холода на открытых плечах. Упрямо сдвинув брови, переставляет камушки: - Гасит факел заката вечер темной волной... Ночь идет, как расплата за тоскою дневной, и янтарные слезы снова нижет луна этой ночью морозной... Что-то осыпается по уступам горы - словно чей-то легкий шаг приминает душистые травы. Девочка поднимает лицо к луне и улыбается - она видит на ней Лунного человека. У него такое же лицо, как у нее, - выбеленное лунным светом, на котором темнеют лишь изгибы бровей и взблескивают глаза - как темные озера. Еще у него, как лунное веретено, вьется-крутится белое, хрупкое навье тело...