Китайская мышь

Фантастические истории, включённые в эту книгу, в большинстве своём были написаны автором в 80-е годы и публиковались в известном ленинградском журнале «Искорка».

Читателям этих повестей было тогда по десять-двенадцать лет, и теперь уже у них есть дети примерно того же возраста, которым и предназначено новое издание этих смешных, весёлых и грустных историй, где действуют пришельцы с других планет, с интересом и волнением наблюдающие за нашей жизнью.

Отрывок из произведения:

…И вдруг Настя услышала голоса и вздрогнула от испуга, потому что не ожидала увидеть людей в этом уединенном месте. Собственно, она их пока и не видела, и не желала увидеть, потому что встреча с людьми в таком забытом Богом уголке, как кладбище катеров и моторных лодок, таит в себе некую опасность.

А Настасья именно там и была, в старом катере «Финист Ясный Сокол», который стоял на вечном приколе, полузатонувший, с высоко торчащей кормой, где была единственная каюта. В этой каюте Настя с весны оборудовала себе местечко для тайной

Другие книги автора Александр Николаевич Житинский

Многоплановый роман Александра Житинского – о сорокалетнем ленинградском архитекторе с незадавшейся судьбой – отличают фантастические коллизии, увлекательный сюжет и острый юмор.

В тот день белая луна стояла в небе, с утра наконец-то ударил морозец, и деревья оделись хрупким инеем. Слава Богу, кажется, наступила зима.

Впрочем, начнем с того, что молодой человек вышел из квартиры на лестницу, где было темно. Касаясь пальцами стены, он спустился вниз, на площадку четвертого этажа. Споткнулся о цинковый бак и выругался. Ему не понравился этот бак и запах гнили; вообще лестница ему тоже не понравилась, поскольку была старая, деревянные накладки на перилах делись Бог знает куда, а главное, молодой человек никак не мог приспособиться к длине пролетов. Когда ему казалось, что ступенька последняя, он делал шаг на плоскость, но нога проваливалась, а сердце замирало.

Новое сочинение Александра Житинского «Плывун» написано как своеобразное продолжение известной повести «Лестница», созданной сорок лет назад и имевшей хождение в самиздате, впоследствии переведённой на несколько языков и экранизированной «Мосфильмом» в 1989 году с Олегом Меньшиковым, Еленой Яковлевой и Леонидом Куравлёвым в главных ролях. Герою уже не около тридцати, как было тогда, а близко к семидесяти, но дом, в котором он живёт, по-прежнему полон загадок и опасностей…

Повесть "Лестница" в этом издании впервые печатается в первой авторской редакции. Именно в этом виде текст распространялся в ленинградском самиздате 70-х годов и был сокращен по требованию редакции при первой публикации в журнале "Нева" в 1980 году. В сокращенном виде повесть переиздавалась и в дальнейшем.

Иллюстрации Александра Яковлева

Сегодня по календарю 24 июля 1985 года.

Это означает, что ровно через неделю мне снова сдавать экзамены в институт, который я уже однажды кончал, если, конечно, я опять не прыгну вперед или назад.

Я знатный прыгун.

Интересно знать, сколько мне всего лет? По паспорту, который торчит из кармана джинсов с заложенными в нем двенадцатью фотокарточками три на четыре, мне – семнадцать. Но этот возраст, равно как и сегодняшнее календарное число, имеет смысл для всех людей, только не для меня.

В сборник о поэте и музыканте Викторе Цое вошли его стихи, воспоминания о нем родных и друзей, многочисленные публикации о Цое и группе КИНО в прессе, документы, автографы, фотографии.

Книга богато иллюстрирована.

Рассчитана на массового читателя.

В один прекрасный день я осознал, что заканчиваю институт.

Это было в начале сентября, когда нас собрали на кафедре, в лаборатории измерительной техники, и объявили, что начинается преддипломная практика.

Все обставили очень торжественно. Принесли откуда-то доску и водрузили ее на звуковой генератор. Профессору сделали возвышение. Преподаватели стояли неровным строем, заложив руки за спину. Они испытующе смотрели на нас. А мы победоносно смотрели на них, потому что знали, что теперь поделать с нами ничего невозможно. Они просто обязаны нас выпустить с дипломами.

Фантастические истории, включённые в эту книгу, в большинстве своём были написаны автором в 80-е годы и публиковались в известном ленинградском журнале «Искорка».

Читателям этих повестей было тогда по десять-двенадцать лет, и теперь уже у них есть дети примерно того же возраста, которым и предназначено новое издание этих смешных, весёлых и грустных историй, где действуют пришельцы с других планет, с интересом и волнением наблюдающие за нашей жизнью.

Вообще-то я в чудеса не верю. От них меня еще в школе отучили. Я верю в науку и прекрасное будущее. Это немного понятнее. Но иногда все-таки чудеса происходят, и с ними необходимо считаться.

Короче говоря, однажды я обнаружил у себя на столе письмо от шефа. Шеф любит со мной переписываться. То есть пишет только он, а я читаю. Шеф часто засиживается в лаборатории допоздна, и тогда ему в голову приходят мысли. Утром я их изучаю. Например, так: «Петя! Подумайте, нельзя ли объяснить аномалии в инфракрасной области межзонным рассеянием». Или что-нибудь в этом роде.

Популярные книги в жанре Детская фантастика

Наверное, именно такие чувства испытывает человек, внезапно обнаруживший, что по собственной оплошности забрел в зыбучие пески. Каждый шаг дается с величайшим трудом, только неимоверные усилия помогают вытаскивать ноги из трясины. Однако самое ужасное в другом. Каждая пядь, отвоеванная у зыбуна, не только не обещает спасения, а напротив, она все очевиднее приближает тебя к бездонный трясине, сулящей верную и мучительную гибель.

Во всяком случае, Хани ощущал нечто подобное. Следовало радоваться, ведь пала крепость Хозяина Тумана, еще одно прибежище черных сил уничтожено, но… но… Удивительным образом победы оборачивались поражениями, тем более сокрушительными, чем полнее была победа. В отчаяние приводили потери, понесенные п

Из журнала «Байкал», 1970, № 4.

Представь: все, что придумаешь, появится в реальности. Люди, готовые служить тебе верой и правдой, или даже целые города. Именно такой дар достался Леше Мышкину по наследству. Теперь Леша – инсептер, властитель собственного города в параллельной вселенной. Только вот вместе с новыми способностями появилось немало проблем. Кто-то ищет старинную книгу, от которой зависит судьба Лешиного отца, да и в новой школе для одаренных детей дела не клеятся… Спасти отца может только таинственный беглец из другого мира. Если Леша не найдет его за короткий срок – отец погибнет, а созданный город исчезнет навсегда.

Бяка Аля представляла себе Мечтайбург городком с аккуратными домиками под черепичными крышами, наподобие человеческих, она уже почти разглядела их в цветном мареве дрожащего света впереди. Но реальность превзошла все ожидания. По обе стороны мощёной улицы высились дома в форме груши, банана, цветка, корабля, шляпы, лейки и даже стаканчика мороженого. А возле домов в уютных садиках возились злыдни – сажали что-то, поливали и пропалывали. И вдруг произошло нечто необычное, хотя для самих злыдней это событие было самым что ни на есть заурядным. А именно: один из домов прямо на глазах бяки превратился из гриба в яблоко…

Шуточный рассказ из советского журнала для школьников «Костёр». Опубликован в 1979-м. Для детей среднего школьного возраста.

Книга для тех, кто хочет весело провести время и отдохнуть. Смесь жанров. Фэнтези, юмор, сражения. Про настоящую дружбу!

Предлагаю фантастико-приключенческий роман для младшего и среднего возраста «ДИМА!» объемом 11 авт. листов. Время действия — ближайшее будущее. Главное содержание романа — взаимоотношения человека и робота, человеческого и электронного мышления. Робот ДИМА (Действующий И Мыслящий Аппарат) — герой романа — это по сути ходячий суперкомпьютер, робот-универсал, действующий на основе заложенных в него программ. Его громадная память и фантастическое быстродействие приносят людям большую пользу, но и таят серьезную опасность. Робот поселяется в семье своего создателя, отнюдь не гладко осваивается в обществе детей и взрослых. Он стремится быть во всем помощником людей, но некоторые его поступки пугают и вынуждают ученых из Института робототехники вводить в электронные программы ДИМЫ ограничения и запреты. В журнале «Кибер-вестник» появляется сообщение об этом уникальном роботе, и его приглашают на шахматный турнир в Таиланде. Он отправляется на турнир в нераспакованном виде, дабы не стать жертвой промышленного шпионажа. По возвращении домой попадает в лапы уголовников и по своей наивности помогает им в подготовке преступления. Собирает себе друга-робота, но в силу примитивного представления о том, каким должен быть друг, создает электронного монстра. Занимается творчеством — музыкой и живописью. Обезвреживает робота-шпиона. Устанавливает себе и будущим компаньонам пиратскую копию программы «Как стать удачливым бизнесменом», что «сносит башни» и ему, и его друзьям-роботам. После полета с детьми на воздушном шаре попадает на остров, где тайно испытывают роботов-солдат. Участвует в глубоководной научной экспедиции, и там, спеша на помощь акванавтам, оказывается в пасти белой акулы. Улетает в Космос для работы на станции «Аэлита», участвует в бунте роботов-космонавтов. Вернувшись на Землю, отправляется с семьей своего создателя в отпуск и помогает обезвредить взрывное устройство в международном аэропорту. Защищает природу, раскрывает экологическое преступление. Создает проект усовершенствования человечества для лучшего взаимопонимания людей и роботов, о чем его никто не просил. Главная посылка его проекта — «Человек — высшее создание природы. Робот — высшее создание человека. Следовательно, робот — это наивысшее создание природы, поскольку произошел от двух высших.» В финале создает памятник Роботу, верному другу и помощнику человека.

Настоящие герои совершают добро только потому, что оно того стоит. Обычная девочка Настя и ее друзья с помощью магического кристалла и волею загадочных обстоятельств вынуждены отправиться в неведомую страну Синегорию, чтобы найти и спасти своего друга Илью, хитростью похищенного злой царицей Чарой. Но как бы ни было коварно и хитро зло, проникающее в нашу жизнь, перед детской непосредственностью и чистотой оно распадается и оказывается бессильным.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Шел месяц мёдзи, теплый и светлый весенний месяц, который в нашем календаре занимает промежуточное положение между апрелем и маем, не принадлежа ни тому, ни другому. Юноши и девушки ездили в трамваях, обнявшись, и так заняты были томным своим состоянием, что не замечали рывков и поворотов вагона. Они совершенно перестали подчиняться силе инерции, как и любой другой силе, и только любовь могла легонько раскачивать их на задних площадках и в проходах под завистливые взгляды людей, не знающих ничего о месяце медзи.

Он стал замечать, что боится лепных карнизов. Иногда, читая газету, наклеенную на доске, он резко вскидывал голову, ожидая увидеть перед глазами падающий сверху кусок штукатурки. Этот кусок представлялся грязным, с бурыми пятнами дождя. Если вовремя не поднять головы, он ударит в темя. От предчувствия удара голова становилась легкой, как орех, готовый расколоться.

Обычно это продолжалось мгновенье, потом он отходил к краю тротуара, не переставая опасливо поглядывать на балконы. Казалось, они ждали приказа, чтобы неотвратимо и бесшумно ринуться вниз.

И вдруг он увидел, что из-за спичечного коробка, изображавшего угловой дом с булочной в первом этаже, возле которого были воткнуты в пластилин три автомата газированной воды в виде лампочек от карманного фонарика, – из-за угла этого дома с нарисованными окошками появился его отец в расстегнутом пальто. Генка отодвинулся от стола, на котором стоял город, и замер. Отец подошел к автомату, потом к другому, будто чего-то ища, и тут в его крохотной руке блеснул едва видимый стакан. Отец торопливо сунул стакан в карман пальто и, оглянувшись, скрылся за углом булочной. Затаив дыхание, Генка заглянул за спичечный коробок и увидел отца, ростом не выше мухи, вместе с двумя какими-то мужчинами, один из которых сидел на обломанной спичке и курил. Струйка дыма завивалась, как пружинка.

Снег падал всю ночь, пока мы спали, просматривая дивные короткометражные сны о прошедших временах и о тех событиях, которые могли бы произойти с нами, не будь мы столь безнадежно глупы и эгоистичны. Сны будто дразнили нас всевозможными картинками счастья, предлагая различные варианты жизни, близкие и далекие перемены, запретные встречи и тому подобные сумасшедшие мероприятия, какие может нагадать лишь цыганка на картах да выкинуть наудачу ночь, точно номера лотереи. Поскольку среди множества комбинаций встречались и прямо-таки удивительные, пугающие своей несуразностью, — например, падение в какую-то пропасть в собственном автомобиле, которого у меня нет и никогда не будет, битком набитом орущими, визжащими и растрепанными девицами (причем, одна из них вцепилась в мои руки с такой силой, что утром я долго зализывал маленькие кровоточащие ранки от ее ногтей, похожие на следы крохотных трассирующих пуль, и удивлялся, кажется, больше им, чем этому проклятому снегопаду), — так вот, поскольку встречались и такие, с позволения сказать, эксперименты, то приходилось только радоваться своей нормальной и твердой жизни, всплывая с донышка сна, прислушиваясь к скрипу форточки, раскрытой настежь, и снова погружаясь в какое-нибудь очередное приключение.