Кавалер Красного замка

Действие романа происходит в период массового террора, развязанного якобинцами в 1793 году. В огне и крови французской революции встречаются, любят и гибнут молодые герои романа.

Отрывок из произведения:

Был вечер 10 марта 1793 года.

Пробило десять на башне собора Парижской богоматери. И удары курантов, словно ночные птицы, один за другим отлетали из бронзового гнезда своего — грустно, монотонно.

Тихая, но холодная и туманная ночь набросила покров свой на Париж.

Сам Париж был не тот, что ныне, — ослепляющий по вечерам тысячами огней, которые отражаются в позлащенной ими слякоти; Париж озабоченных пешеходов, веселого шепота, вакхических предместий — рассадников дерзких смут, отважных преступлений. То был Париж стыдливый, робкий, чем-то озабоченный. Редкие прохожие боязливо перебегали из одной улицы в другую, торопливо скрывались в подъездах или подворотнях своих домов, словно дикие звери, бросавшиеся в свои норы, почуяв охотника.

Другие книги автора Александр Дюма

Сюжет «Графа Монте-Кристо» был почерпнут Александром Дюма из архивов парижской полиции. Подлинная жизнь Франсуа Пико под пером блестящего мастера историко-приключенческого жанра превратилась в захватывающую историю об Эдмоне Дантесе, узнике замка Иф. Совершив дерзкий побег, он возвращается в родной город, чтобы свершить правосудие – отомстить тем, кто разрушил его жизнь.

Толстый роман, не отпускающий до последней страницы, «Граф Монте-Кристо» – классика, которую действительно перечитывают.

Главный герой романа «Три мушкетера» д’Артаньян - лицо историческое. Основным источником для написания Дюма романа «Три мушкетера» послужила книга Сандро «Мемуары господина д’Артаньяна, капитан-лейтенанта первой роты королевских мушкетеров, содержащие множество частных и секретных вещей, которые произошли в царствование Людовика Великолепного». Эта книга вышла в 1701 году, примерно через тридцать лет после смерти д’Артаньяна.

Однако в романе Дюма «Три мушкетера» много литературного домысла.

Перевод книги сделан тт. Вальдман В. С. (часть I - главы I - XXI), Лившиц Д. Г. (чисть I - главы XXII-XXX и часть II - главы I -ХIII) и Ксаниной К. А. (часть II - главы XIV-XXXVI).

Сюжет «Графа Монте-Кристо» был почерпнут Александром Дюма из архивов парижской полиции. Подлинная жизнь Франсуа Пико под пером блестящего мастера историко-приключенческого жанра превратилась в захватывающую историю об Эдмоне Дантесе, узнике замка Иф. Совершив дерзкий побег, он возвращается в родной город, чтобы свершить правосудие – отомстить тем, кто разрушил его жизнь.

Толстый роман, не отпускающий до последней страницы, «Граф Монте-Кристо» – классика, которую действительно перечитывают.

«Асканио» – один из самых увлекательных романов Александра Дюма-отца, автора таких шедевров, как «Три мушкетера» и «Граф Монте-Кристо».

Материал для романа «Асканио» Дюма почерпнул из автобиографической книги прославленного скульптора и ювелира эпохи Возрождения Бенвенуто Челлини. Поставить на карту не только собственное благополучие, но и саму жизнь ради счастья молодых влюбленных – своего ученика Асканио и прекрасной Коломбы – такой поступок в духе великого художника и благородного человека. Резцом, кистью, а если надо, и кинжалом он доказывает свое право быть независимым от милости королей и побеждает умом и хитростью самых коварных интриганов.

В настоящее издание вошли два произведения великого французского романиста: «Три мушкетера» — самый прославленный роман Александра Дюма, и его продолжение — «Двадцать лет спустя». Книга проиллюстрирована многочисленными рисунками французских художников: воспроизведены все 250 иллюстраций Мориса Лелуара, выполненные им для юбилейного парижского издания романа «Три мушкетера» 1894 года, а также более 250 иллюстраций Феликса Филиппоте и Жан-Адольфа Боса к роману «Двадцать лет спустя».

Перед Вами книга, содержащая знаменитую трилогию приключений мушкетеров Александра Дюма. Известный французский писатель XIX века прославился прежде всего романом «Три мушкетера» и двумя романами-продолжениями «Двадцать лет спустя» и «Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя». В центре сюжета всех трех романов славные королевские мушкетеры – Атос, Арамис, Портос и Д'Артаньян. Александр Дюма – самый популярный французский писатель в мире, книгами которого зачитываются любители приключенческих историй и романтических развязок. В число известных произведений автора входят «Граф Монте-Кристо», «Графиня де Монсоро», «Две Дианы», «Черный тюльпан», «Учитель фехтования» и другие.

В середине мая 1660 года, в девять часов утра, когда солнце, начавшее уже припекать, высушило росу на левкоях Блуаского замка, небольшая кавалькада, состоявшая из трех дворян и двух пажей, проехала по городскому мосту, не произведя большого впечатления на гуляющих по набережной. Они лишь прикоснулись к шляпам со следующими словами:

— Его высочество возвращается с охоты.

И только.

Пока лошади брали крутой подъем от реки к замку, несколько сидельцев подошли к последней лошади, к седлу которой были привешены за клюв разные птицы.

Прежде всего да будет нам позволено кратко объясниться с нашими читателями по поводу заглавия, только что нами написанного. Уже двадцать лет мы беседуем с вами, и, я надеюсь, несколько нижеследующих строк не ослабят старой дружбы, а еще более укрепят ее.

Со времени последнего нашего разговора у нас совершилась революция; эту революцию я предсказал уже в 1832 году[1], изложил ее причины, проследил ее нарастание, описал ее свершение и более того — шестнадцать лет назад рассказал о том, что я в этом случае сделаю (и что сделал восемь месяцев тому назад).

Популярные книги в жанре Историческая проза

По внешним приметам «Лопе Де Агирре, князь свободы» — это то, что именуют историческим романом. Его героем стал реальный персонаж, участник конкисты Америки в XVI веке, мятежник, поднявший восстание против короля Испании. Однако произведение далеко вышло за рамки жанра, начало которому в свое время положил Вальтер Скотт.

Сборник произведений Яна Дрды с интересом прочтут советские читатели, в нем они найдут нового героя — активного борца за социализм, увидят и конкретнее представят, как в странах народной демократии, в частности в Чехословакии, новая жизнь побеждает силы старого мира.

Рассказывают, что маг Виргилий каждый вечер навещал волшебницу Мелибею. Он подымался по ступеням длинной лестницы, которая вилась в башне. Три железные двери раскрывались перед ним сами собой, и только четвертую открывала служанка. Мелибея возлагала ему на голову лавровый венок; взяв за руку, она сажала его рядом с собою за стол.

Это были необыкновенные ужины в башне у Мелибеи! Семисвечник, найденный в подземелье Иерусалимского храма, освещал их, и пламя его свечей колебалось от взмахов крылышек взволнованных летучих мышей, гнездившихся в трещинах башни. Иная из них падала, ослепленная, на белую скатерть, судорожно сжимая свои когти. Мелибея ласково брала ее на ладонь, ощущая теплоту маленького бьющегося сердца и холод перепончатых крыльев.

Молодого дагестанца Хасана по роковому стечению обстоятельств отправляют в ссылку в один из городов Российской империи, где он встречает свою жену Александру, в последствие Марьям. Разные по этническому происхождению, они способны любить и доверять друг другу всем сердцем. Во время революции Хасан со своей женой и дочкой возвращаются в горы, в родное селение. По пути домой учёный Степан Иванов принимает их в свою экспедицию, участниками которой они становятся.

Вторая книга трилогии «Босиком до небес». Мурад оказывается между жизнью и смертью. Судьба благоволит ему. Силы добра в лице врачей спасают его. Он возвращается в родное селение. На Западе большой страны живёт девушка Мария. Мурад и Мария – люди из совершенно разных миров, которые идут по своим дорогам судьбы. Вероятность их встречи мала, но произойдёт ряд событий, и они увидят друг друга. Им предстоит пройти череду испытаний.

Интересный рассказ – наивный по форме и слишком горячий и романтизированный по содержанию. Одно ясно – не повезло юному герою Михайлику, что попал в отряд УПА и пошел не по дорожке созидания, а по пути разрушения. Как ясно и то, что кормили "людей из леса" и коров своих тетки отдавали в их крыивки не по доброй воле...

Вот какую жизнь хорошую народу создала советская власть, что и в церковь тетке можно было пойти, и письмо маме Михайлик может оправить и ответ получить… «Как-то в воскресенье тетка пошла в церковь. В доме было чисто и тихо, сквозь окна потоком лилось весеннее солнце. На окне, лениво растянувшись, мурлыкал кот. Белая бабочка, думая, что уже лето, пытался вырваться сквозь стекло на улицу. Миша вытащил из сундука бумагу, перо и чернила, разложил все это перед собой и, склонив голову набок, принялся писать письма». А все не то ему – в лес тянет... Противоречиво... Заставляет задуматься...

Кажется, на Украине этот рассказ введен в школьную программу по литературе...

Нашествие двунадесяти языцев под водительством Бонапарта не препятствует течению жизни в Смоленске (хотя война касается каждого): мужчины хозяйничают, дамы сватают, девушки влюбляются, гусары повесничают, старцы раскаиваются… Романтический сюжет развертывается на фоне военной кампании 1812 г., очевидцем которой был автор, хотя в боевых действиях участия не принимал.

Роман в советское время не издавался.

«Барнаша» («сын человеческий» на арамейском языке) — книга прежде всего о Христе. Именно так он предпочитал именовать себя.

Вместе с тем, это книга о разных культурах и цивилизациях, сошедшихся на стыке веков то ли в смертельной ненависти, то ли во всепобеждающей любви друг к другу.

Египет, изнемогший под бременем своей древности, уже сошедший с мировой сцены, не знающий еще, что несмолкающие аплодисменты — его удел в истории времен и народов.

Взлетевший на самую верхнюю точку победного колеса Рим, и римлянам еще не дано понять, что с этой точки можно теперь лететь только вниз, только под уклон, лихорадочно, но безуспешно пытаясь спасти все, что дорого сердцу. Вечная, древняя, как сама Земля, история Израиля, и его малой частицы, но самой беспокойной, самой благословляемой и самой проклинаемой до сегодняшнего дня — Иудеи.

Все это отражено в судьбах людей, смеющихся и плачущих, утопающих в крови или в ласках, живых или ушедших. История — это, в общем, история людей, а не стран. Глупо вести сухой отчет событиям, забывая о тех, кто принимал в них непосредственное участие, кто творил историю собственными жизнями…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В 1918 году чекист Егор Сидорчук по поручению начальства передал на хранение красному командиру Николаю Постнову – своему другу и боевому товарищу – ящичек с бриллиантами. Потом Сидорчука закрутило в вихре Гражданской войны: он участвовал в боях с белогвардейцами, подавлял кулацкие мятежи и об истории с бриллиантами не вспоминал. Пока в один прекрасный момент его срочно не вызвали на Лубянку и не попросили разыскать Постнова. Дело в том, что красный командир сбежал, прихватив с собой драгоценности. Он предал Родину. И Сидорчук должен найти и покарать предателя. Найти и покарать своего друга…

«В последний поход гвардии, будучи на охоте за Нарвою, набрел я по берегу моря на старинный каменный крест; далее в оставленной мельнице увидел жернов, сделанный из надгробного камня с рыцарским гербом… и наконец над оврагом ручья развалины замка. Все это подстрекнуло мое любопытство, и я обратился с вопросами к одному из наших капитанов, известному охотнику до исторических былей и старинных небылиц…»

«Мы гнались за Наполеоном по горячим следам. 22 ноября послал меня Сеславин очистить левую сторону Виленской дороги, с сотнею сумских гусар, взводом драгун Тверского полка да дюжиною донцов. Местом сбора назначено было местечко Ошмяны, и я, получив приказание, что делать и чего не делать, на рысях пустился проселками…»

«В 1811 году, в июле месяце, из устья Северной Двины выходил в море небольшой карбас. Надо вам сказать, что в 1811 году в июле месяце, точно так же, как в настоящем 1834 году, до которого мы дожили по милости божией и по уверению календаря академии, старушка Северная Двина выливала огромный столб вод своих прямо в Северный океан, споря дважды в день с приливом, который самым бессовестным образом вторгался в ее заветные омуты и превращал ее сладкие, благородные струйки в простонародный рассол, годный разве для трески…»