Карфаген будет разрушен

«Мало ли по каким соображениям везёт человек с собою взрывное устройство в разобранном виде? Может быть, это бизнес. Его нервозность повышает вероятность удачного для меня варианта до одного к двум, но пока бомба не собрана и не проявлено однозначно трактуемое намерение взорвать её в публичном месте — никто не вправе предъявлять необоснованных обвинений».

Отрывок из произведения:

Лишний плюсик в графу безусловно положительных результатов — взрывное устройство я обнаружил первым. Практически на предельном расстоянии адекватной идентификации, ещё до того, как пассажир достиг пункта таможенного досмотра.

Параллелю интерфейс, осторожно задействую дополнительные ресурсы, осуществляя проверку и перепроверку по трём независимым потокам. Внимания при этом стараюсь не привлекать — необоснованный сигнал тревоги существенно снизит мой коэффициент полезности. Если же тревога окажется обоснованной, то поданный раньше времени сигнал тем более неуместен, поскольку лишь отдалит Цель.

Другие книги автора Светлана Альбертовна Тулина

Кошкам с собаками невозможно договориться — у них нет ничего общего и они говорят на диаметрально противоположных языках!

Так ли это? Возможно ли объединить лучшие их способности?

Ведь есть геномодификанты, мутации. Есть Аста Ксона — то ли болезнь, то ли проклятие, то ли защитный механизм помогающий выжить…

Далеко не на каждый вопрос можно найти ответ. С другой стороны есть вопросы, ответов на которые бесчисленное множество, причем ни один из них нельзя назвать окончательным. Квартирный вопрос — как раз из таких. Люди начали отвечать на него в незапамятные времена, отвечают до сих пор и едва ли скоро завершат этот процесс.

В этой книге собраны шестнадцать совершенно необычных ответов — шестнадцать фантастических рассказов, посвященных той или иной стороне квартирного вопроса. Вчера, сегодня, и, конечно же, завтра…

Вот уже третью неделю Индрю Кис находился на Эльве — не фешенебельном, конечно, но весьма и весьма таки даже приличном межсистемном публичном доме широкого профиля и безграничной терпимости, целиком занимающем выдолбленный изнутри астероид в районе Большого Развлекательного Центра Гаммы Плеяд. Вот уже третью неделю он почти не спал и был страшно измотан — как физически, так и морально.

Он похудел.

Фунтов на шесть — как минимум, если судить по форменным брюкам, все последнее время так и норовившим свалиться с узкой инспекторовской задницы.

Никогда не пейте с магами…

Мысль была мутной, но здравой. Здравые мысли — они ведь всегда ужасно важные. Солидные такие, достойные и чрезвычайно неторопливые. Они никогда не спешат. Это ниже их достоинства, надо полагать. И потому приходят они обычно с весьма заметным опозданием.

Как правило — на следующее утро…

Голова болела.

Впрочем, сказать так о голове в данном конкретном случае было то же самое, что сказать о горах северной Гипербореи, что в них иногда встречаются гномы.

«Девочка шла хорошо. Быстро так шла, красиво – Керелинг даже залюбовался, глядя, как длинная тень скользит за ней по белой равнине. Натыкаясь на неровности льда, тень ломалась и дергалась, словно живая. Тяжелый глайдер девочка оставила у границы льдов – над полюсами этой планеты электроника дохла быстро и надежно. Оленя пришлось бросить у первой гряды, лезть в торосы он отказался категорически – жалобно верещал, тряс лобастой башкой и упирался всеми шестью лапами, выпучивая глазки на стебельках и нервно сворачивая хоботок. Правильный был олень, хорошо обученный…»

Мир победившего дизельпанка, в который явились Древние боги из Мифов Ктулху. Страшный сон Говарда Филиппса Лавкрафта, ставший реальностью. С осени 1939 года Земля пошла по иному пути под контролем могущественных и непредсказуемых существ из иных измерений.

Обычный исследователь, ученый сухарь и педант, неожиданно начинает получать письма свидетелей Пришествия со всего света. Постепенно перед ним вырисовывается зловещая картина нового витка истории. Он ничего не может поделать, лишь читать и фиксировать чужие эмоции. Теперь он сам стал частью неведомого плана.

И никто не может предсказать, что случится, когда будет прочитано последнее письмо

«Иными словами, девушке нужна разгадка какой-то тайны — надеюсь, зловещей! — и только врожденная деликатность не позволила ей потревожить среди ночи покой столь пожилых джентльменов, каковыми мы с вами, Ватсон, без сомнения, кажемся этой юной особе».

Первый рассказ межавторской серии «Эра Мориарти».

Какие могут быть половинки у космоса? Бескрайнего, бесконечного космоса. Верхняя и нижняя? Левая и правая?

Не совсем так. Авторы этого сборника просто попробовали посмотреть на космос с двух сторон — изнутри и снаружи — и получили, разумеется, совершенно разные картинки.

Изнутри — это взгляд на освоение космоса глазами нашего человека.

Снаружи — не нашего. И не человека. Проще говоря, инопланетянина.

И пока мы в своих мечтах оставляем следы на пыльных тропинках далеких планет, возможно, кто-то присматривается к нашим, земным тропинкам?

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Ребята, видели вы в цирке дрессированных зверей дедушки Дурова? Если не видели, то, наверное, слышали о них.

Звери дедушки Дурова ходят по канату, стреляют в цель, ловят мячи, управляют поездом, считают. Да не перечислишь всего, что умеют делать четвероногие артисты дедушки.

Как же это дедушка Дуров научил зверей и стрелять, и играть, и танцевать, и по канату ходить, и такие штуки проделывать, что иной человек не сделает?

Дедушка Дуров живет в Москве, там у него есть «Уголок». Этот уголок — целый большой дом, где живут его друзья-звери. Козел живет в одной клетке с волком, кошка — с крысами. Крысы даже спят вместе с кошкой, как котята. Большой медведь не даром ест свой хлеб: он вертит лапами колесо — воду качает для зверей.

Николай Томан работал до войны инженером. В годы Великой Отечественной войны он служил в штабе инженерных войск одной из наших армий. Он хорошо знаком с последними достижениями науки и техники.

В настоящую книгу вошли наиболее популярные научно-фантастические повести Н. Томана: «Девушка с планеты Эффа», «Говорит Космос!», «В созвездии Трапеции», «Клиническая смерть профессора Холмского» и «Made in…».

Героев этих повестей волнуют проблемы общения с разумными существами иных миров, загадки гравитации, тайны микромира и многие другие научные идеи.

В сборник вошли четыре повести о наших современниках. Все эти повести можно назвать сказочными, однако элемент сказки служит в них лишь условным авторским приемом, позволяющим вести серьезный и взволнованный разговор и о становлении характера молодого человека, и о его отношении к жизни, к ее «вечным» для литературы темам — к своему таланту, к труду, к любви, и о серьезных нравственных проблемах, заботящих сегодняшнюю молодежь.

Космический турист, остаётся в космосе в полном одиночестве, еще не понимая того, что ничто в этом мире не совершается спонтанно, в силу стечения обстоятельств. У всего в этом мире есть причины, есть и требуемые в этих обстоятельствах поступки, из которых проистекают столь же ожидаемые последствия. И все наши встречи и все наши расставания имеют столь же закономерные причины и столь же закономерные последствия. В том числе и встреча с прекрасной незнакомкой, который доставляет путешественника на остров в Тихом океане. И ее просьба о скромной помощи в качестве благодарности за его чудесное спасение. Однако в его сознание закрадывается подозрение, не является ли спасшая его от смерти женщина представительницей иной цивилизации. …Они наказали Содом и Гоморру за пороки и пообещали вернуться через 50 лет, чтобы проверить, исправились ли люди. Но обещания своего не сдержали. Может быть, они тоже не справились с собственными грехами?

Борис Захарович Фрадкин известен, в основном, двумя своими произведениями — «Пленники пылающей бездны» и «Тайна астероида 117-03».

В глубине пустыни Центральной Азии советские археологи нашли грубо вытесанные каменные статуи: мужчину и женщину. Местная легенда называет статуи памятником палеоконтакта с инопланетной цивилизацией. Но действительность удивительнее легенды…

Расширенная редакция рассказа.

Двадцать дорожно-строительных роботов и их руководитель, знаменитый робот И-пятнадцатый, организовали какой-то комназпредрас. Роботы, которые входят в этот комназпредрас, возятся с больным главным инженером строительства, развлекают его детей, готовят ему пищу и даже пытаются его лечить.

Любен Дилов (1927) — современный болгарский писатель. Автор сборников рассказов; сборников фантастических новелл, романов «Я помню эту весну» (1964, на русском языке — 1966), «У страха много имен» (1967, на русском языке 1969, 1975) и др.

Содержание:

     Елена прекрасная (рассказ)

     Вся правда о Топси (рассказ)

     Ещё раз о дельфинах (рассказ)

     Накорми орла! (рассказ)

     На поющей планете (рассказ)

     Вперед, человечество! (рассказ)

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Маленькие девочки очень чувствительны — они хорошо чувствуют слова, которыми можно ударить побольнее. И обладают при этом энергией и дотошностью голодного дятла…

— А МОЯ МАМА, по крайней мере, умеет готовить.

Свой завтрак Реолла рассматривала с выражением ресторанного критика, углядевшего не до должной кондиции протухшее деликатесное яичко или лягушачью лапку сомнительной родословной.

(А нам до фени, а мы спокойны… Спокойны мы… Как в танке. Совершенно и абсолютно… Главное — правильно дышать… Глубоко чтобы. И медленно. На раз-два — вдох, на раз-два-три-четыре — выдох).

Не люблю оборотней.

Припереться в неурочный час — и трезвонить так, словно хотят разбудить всех мертвецов на Старом кладбище. Они бы и в дверь молотили, как раньше — да только вот года два назад я украсила ее серебряной инкрустацией. И воняют… Терпеть не могу этот запах.

— Проверка! — пролаял тот, что покрупнее. — Документы! Личный досмотр!

И осклабился, шаря по моей фигуре увлажнившимися глазами и одновременно пытаясь протиснуться в прихожую. Даже лапу в щель просунул, паскуда. Но тут же отдернул, взвизгнув, заскулил жалобно, вылизывая обожженное место — цепочка, которую я накинула прежде, чем открыть дверь, была серебряной.

— И что? Обнулишь такую роскошную отмазу ради какого-то спора?

Жанка пожала плечами, свернула экран и сунула школьный комм в портфель, громко щелкнув магнитным замком. Но отвязаться от Маськи было не так-то просто.

— Тебе ведь тогда и на другие практики летать придется! И не только на астероиды! Ты была на Базовой? А я была! Там такая гадость и грязь, и дождь все время идет. Я бы сама попыталась изобразить что-нибудь, лишь бы туда не лететь, да только кто поверит, я-то ведь уже столько раз летала… Нет бы в самый первый раз сообразить… Но ты-то умная! Ты сумела! Я бы полжизни отдала за такую отмазу! Так зачем же теперь, из-за какого-то дурацкого спора… А Пашка — он дурак, конечно, но добрый, повопит и забудет. Может, уже забыл!

Такую сукку, как Ру, еще поискать, это вам в Куббсвилле всякий скажет. Днем с огнем. И не факт, что найдете. Вот и Ви подтвердит, а кому и знать-то, как не ей — вместе росли.

Ру — традиционалка. По мнению Ви — так даже несколько и чересчур. Сами подумайте, кто в наши дни придерживается всего лишь пяти строго зафиксированных стабилей, при этом тщательно соблюдая все условности, налагаемые обликом? Дикость какая! Подобное добровольное самоограничение совершенно несвойственно свободной личности. В конце концов, оно попросту старомодно и может служить лишь материалом для очередного анекдота из серии: «слышали, что опять учудила эта Руул?»