Караванный бунт

В. КЛИМОВ

КАРАВАННЫЙ БУНТ

Рассказ

Перевел В. Муравьев

Четырнадцатого марта 1861 года в село Ёгву съехалось столько народу, сколько не бывает и на Алексея, во время самой большой годовой ярмарки.

Накануне этого дня земские гонцы объезжали окрестные деревни и починки, стучали в окна изб и громко выкрикивали:

- Завтра в посаде мирской сход! Всем мужикам велено идти на сход!

И если кто спрашивал:

- О чем будет сход-то?

Другие книги автора Василий Васильевич Климов

В. КЛИМОВ

О ЧЕМ РАССКАЗЫВАЮТ ИМЕНА ПАРМЫ

Перевел В. Муравьев

________________________________________________________________

ОГЛАВЛЕНИЕ:

КАРЫ И ГОРТЫ - ЖИВАЯ ДРЕВНОСТЬ

КАМА И ЕЕ СЕСТРЫ

________________________________________________________________

Нас окружают сотни географических названий: названия городов, деревень, рек.

А задумываемся ли мы, почему журчащая возле нашей деревни или поселка речушка называется Гудырья? Почему коми-пермяцкие деревни носят такие названия, как Киев, Сибирь, Перемка?

В. КЛИМОВ

"ПЫЛАЙ, ПЫЛАЙ!"

Рассказ

Перевел В. Муравьев

Всю ночь выл, ревел и свистел неистовый ветер. Ухая, он срывал с вековых елей висевшие на них лохматыми гирляндами старые шишки, трепал космы сивых "лешачьих волос".

На опушке леса стояла невысокая, но очень густая ель. Под ее ветвями прятался, как под надежной кровлей, шалаш деда Митрока. В шалаше, покрытом берестой, было всегда тепло и сухо.

На зорьке дождь перестал, небо прояснилось, и только на западе еще висели хлопья рваных облаков. Обессилевший ветер теперь тихо-тихо шептал что-то старой ели - может быть, просил у нее прощения за ночное буйство.

В. КЛИМОВ

Я УЖЕ БОЛЬШАЯ

Рассказ

Перевел В. Муравьев

1

Раскаленное, пышущее огнем солнце словно остановилось посреди белесого неба и струит на землю изнуряющий жар. Все живое - и люди, и скотина, и птица попрятались, кто куда смог, от его жгучих лучей. Даже оводы и шмели в этом зное летают словно бы нехотя и жужжат лениво.

Стоит конец июня - самый разгар сенокоса. Но в лугах не видно ни косарей, ни баб с граблями. Сегодня петров день, престольный праздник в Сугоне. А работать в праздник грех. Не всем, конечно, грех. Бедным - тем можно работать и в праздник. Мать так Овде и сказала: "Срошным* работать не грех". А Овдя - срошная, она нанялась на лето пасти Амоновых коров.

В. КЛИМОВ

КРАЙ МОЙ МИЛЫЙ...

Предисловие

к сборнику "У нас на Иньве"

"Родные и любимые с детства места!..

Идешь через волнующееся на ветру поле, через лес или вдоль извилистого берега реки - и кружит голову свежий, настоянный на травах воздух, а на душе радостно и светло. И тогда лучше думается, зорче видится, острее слышится".

Так начинает свою книгу лирических рассказов о родном крае коми-пермяцкий писатель Валерьян Баталов.

Популярные книги в жанре Советская классическая проза

Книга прозы известного советского поэта Константина Ваншенкина рассказывает о военном поколении, шагнувшем из юности в войну, о сверстниках автора, о народном подвиге. Эта книга – о честных и чистых людях, об истинной дружбе, о подлинном героизме, о светлой первой любви.

Мне снова приходится признаться читателям в своем легкомыслии или, если угодно, в недомыслии: в 1959 году, написав первые страницы книги воспоминаний, я решил, что закончу повествование той порой, когда сел за «Оттепель». Это было понятно: период, начавшийся весной 1953 года, был все еще незаконченной главой истории, да и я не мог предвидеть, что судьба мне подарит еще несколько лет. Недомыслие оправдывалось незнанием. Однако в 1965 году, внося в шестую часть некоторые дополнения, я ужо видел, что десяток прожитых мною лет - это новая седьмая часть книги, и все же обрывал рассказ на «Оттепели». Правда, я частенько нарушал хронологию, прежде всего рассказывая о людях живых - о Пикассо, о Неруде или об ушедших после 1953 года - о Жолио-Кюри, Фадееве, Фальке, Назыме Хикмете, Пастернаке и других; в заключительной главе шестой части я коротко перечислял некоторые события последующих лет. Почему я обрывал книгу воспоминаний? Некоторые читатели, рассердившись, приписывали это решение страху. Когда-то поэт А. К. Толстой закончил шутливую историю России откровенным признанием:

В центре рассказа — история еврейской семьи, которая изо всех сил желает быть включенной в общую жизнь. Но страх — главный проводник в их жизни. Новая жизнь позволила им жить и работать вместе со всеми, но не освободила их от пещерного антисемитизма, сидящего в людях.

«Полтора-Хама» — рассказ о преступлении, которое выходя наружу, находит все новые жертвы.

Два героя, осужденные на смерть, ожидают расстрела

Перед нами повесть, в которой таинственным образом сплетены судьбы статуи Будды, профессора Сафонова, гыгена Дава-Дорчжи, монголов-охранников.

Главный герой повести – профессор Сафонов, специалист по буддизму, сталкивается с авантюристом, выдающим себя то за перевоплотившегося Будду, то за гыгена, основателя буддийского монастыря в Монголии.

Куда везут статую и для какой надобности, известно только в самом начале повествования. Да и затем ли, зачем объясняет профессору Сафонову Дава-Дорчжи? Постепенно все забывается – только дорога и события, происходящие вокруг медной статуи, покрытой золотом, инкрустированной золотыми полосами, становятся важными. Но потом и Будда отходит на второй план, только странная тяга вперед и вперед, в неизвестное, к непонятой цели…

Романы, повести и рассказы Наталии Гинзбург отличаются богатством образной палитры и тонким психологизмом. Произведения писательницы – это раздумья об эпохе, о смысле жизни, о судьбе женщины. В них убедительно показана губительная роль, которую сыграл фашизм в судьбах простых итальянцев.

В сборник включен этапный в творчестве автора роман «Семейные беседы», а также повести и рассказы разных лет.

В деревне Лаванка, что по-испански значит «Дикая утка», на воскресенье ждали моряков с советского теплохода «Кимовец».

Одиннадцать городов и девятнадцать деревень пригласили к себе кимовцев на воскресенье к обеду. В одиннадцати городах и девятнадцати деревнях чистили, вытряхивали праздничные ковры, готовясь подстелить их под ноги отважных гостей. Скребли большие противни, выкатывали бочки с вином, вывешивали на улице портреты Ленина.

Слава «Кимовца» далеко опередила гостей. В Лаванке все знали, что это за корабль.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Это — история полунищей молоденькой танцовщицы, решившейся вступить в жестокий «брак-договор», условия которого были по меньшей мере странными. Это — история ошибок, становящихся преступлениями, и преступлений, совершенных по ошибке…

Это — история женщины, которая хотела немногого — быть любимой, быть счастливой. Вот только… что такое любовь и что такое счастье? И главное, насколько тяжким будет путь к ним?..

Серия идентичных преступлений, жестоких, словно бы подчиненных какой-то странной, дикой логике, потрясла город. Расследование зашло в тупик — убийца точно смеялся над следователем и легко, как опытный хищник, уходил безнаказанным вновь и вновь. К поискам маньяка подключились уже самые опытные следователи. Но похоже, как его найти, понемногу начинает догадываться только один человек — юноша-студент, проходящий практику в прокуратуре Он знает: чтобы поймать убийцу, его надо понять…

Владимир Климович

Муха

Я сел за стол и открыл толстую тетрадь, которую не доставал больше трех месяцев. Все это время не писалось. Когда я пробовал думать о новом рассказе, в сознании проворачивались только фразы из старых журналов, толклись, будто комары, отдельные слова, а потом голову наполнял раздирающий хохот - Наконец, я твердо решил написать за сегодняшний день рассказ. Сосредоточился, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Милдред Клингерман

МИНИСТР БЕЗ ПОРТФЕЛЯ

Маленький "родстер" миссис Крисуэлл резко затормозил. Вот оно - идеальное место для привала! Достаточно перешагнуть одну-единственную ограду из колючей проволоки, да и коров поблизости нет. Миссис Крисуэлл ужасно боялась коров, и, сказать по правде, лишь немногим меньше она боялась своей невестки Клары. Это целиком и полностью ее идея - чтобы свекровь теперь каждый день уходила на природу и там изучала жизнь птиц. Клара была в восторге от своей идеи, но, честно говоря, птицы до смерти надоели миссис Крисуэлл. Уж слишком много суетятся да порхают с места на место. А что до их красивого оперения, так для миссис Крисуэлл это ничегошеньки не значило: она была из тех редких женщин, которые совершенно не различают красок.