Карадаг-68, Из книги 'Радиоэссе'

В. Аксенов

Карадаг-68. Из книги "Радиоэссе"

Время от времени я буду рассказывать утомленному проблемами современной жизни читателю разные забавные истории; думаю, что он заслужил эти маленькие призы. Ручаюсь, однако, что истории эти будут содержать гораздо больше правды, чем вымысла, во всяком случае, все они будут иметь реальную основу, то есть базироваться на действительно имевших место событиях - ну, а если они вызовут не только улыбку, но и размышление, то в этом, полагаю, будет не моя вина, а читателя.

Другие книги автора Василий Павлович Аксенов

Страшные годы в истории Советского государства, с начала двадцатых до начала пятидесятых, захватив борьбу с троцкизмом и коллективизацию, лагеря и войну с фашизмом, а также послевоенные репрессии, - достоверно и пронизывающе воплотил Василий Аксенов в трилогии "Московская сага".  Вместе со страной три поколения российских интеллигентов семьи Градовых проходят все круги этого ада сталинской эпохи.

Частная фирма «Академия» предлагает читателям и подписчикам дополнительный 201-й том библиотеки литературной серии «Академия» — роман «Остров Крым». Василий Аксенов, русский писатель, живущий в Америке, любезно предоставил литературному агентству «МИФ» для публикации полный текст романа без купюр и сокращений.

Если бы в тот день, когда я поставил точку в рукописи, кто-нибудь сказал бы, что этот роман будет издан в Симферополе, мне пришлось бы парировать: «Умерьте свою фантазию, сударь!»

Теперь совершается чудо, перед которым превращение «полуострова» в «Остров» — несложная работа. Чудеса, между тем, продолжаются. Крымская фирма «Интерконт», например, собирается назвать организованные ею автогонки в духе романа — «Антика-ралли». Значит не так уж трудно можно будет представить на ее виражах «Питер-турбо» Андрея Лучникова.

Так странно нынче переплетаются фантазия и реальность. Я надеюсь, что мой роман не только увлечет крымчан своим довольно бурным сюжетом, но также поможет им в осмыслении истории своего края, как будто специально созданного Творцом для воплощения многонациональной гармонии.

Василий Аксенов,
август 1991 года

Сталинская эпоха – с 1925 по 1953 год – время действия трилогии Василия Аксенова «Московская сага». Вместе со всей страной семья Градовых, потомственных врачей, проходит все круги ада.

«Поколение зимы» – первый роман трилогии. Сталин прокладывает дорогу к власти, устраняя командарма Фрунзе, объявляя охоту на троцкистов. В эту трагедию оказываются вовлеченными и старый врач Борис Никитич Градов, и совсем еще юная Нина Градова. А в конце тридцатых молох сталинских репрессий пожрет и многих других…

Это повесть о молодых коллегах — врачах, ищущих свое место в жизни и находящих его, повесть о молодом поколении, о его мыслях, чувствах, любви. Их трое — три разных человека, три разных характера: резкий, мрачный, иногда напускающий на себя скептицизм Алексей Максимов, весельчак, любимец девушек, гитарист Владислав Карпов и немного смешной, порывистый, вежливый, очень прямой и искренний Александр Зеленин. И вместе с тем в них столько общего, типического: огромная энергия и жизнелюбие, влюбленность в свою профессию, в солнце, спорт.

В романе Василия Аксенова "Ожог" автор бесстрашно и смешно рассказывает о современниках, пугающе - о сталинских лагерях, откровенно - о любви, честно - о высокопоставленных мерзавцах, романтично - о молодости и о себе и, как всегда, пронзительно - о судьбе России. Действие романа Аксенова "Ожог" разворачивается в Москве, Ленинграде, Крыму и "столице Колымского края" Магадане, по-настоящему "обжигает" мрачной фантасмагорией реалий. "Ожог" вырвался из души Аксенова как крик, как выдох. Невероятный, немыслимо высокий градус свободы - настоящая обжигающая проза.

Блистательная, искрометная, ни на что не похожая, проза Василия Аксенова ворвалась в нашу жизнь шестидесятых годов (прошлого уже века!) как порыв свежего ветра. Номера «Юности», где печатались «Коллеги», «Звездный билет», «Апельсины из Марокко», зачитывались до дыр. Его молодые герои, «звездные мальчики», веселые, романтичные, пытались жить свободно, общались на своем языке, сленге, как говорили тогда, стебе, как бы мы сказали теперь. Вот тогда и создавался «фирменный» аксеновский стиль, сделавший писателя знаменитым.

Пусть и нынешний читатель откроет для себя мир раннего Аксенова и его героев, по сути так похожих на нынешних молодых людей.

Сталинская эпоха – с 1925 по 1953 год – время действия трилогии Василия Аксенова «Московская сага». Вместе со всей страной семья Градовых, потомственных врачей, проходит все круги ада.

«Война и тюрьма» – вторая книга трилогии. Вторая мировая война заполыхала по всему земному шару, затягивая в кровавый водоворот молодых и старых, генералов и рядовых, подлецов и героев. Не все доживут до победы, не все обретут свободу…

"Таинственная страсть" — последний роман Василия Аксенова. Его герои — кумиры шестидесятых: Роберт Рождественский, Владимир Высоцкий. Андрей Вознесенский, Андрей Тарковский, Евгений Евтушенко… Аксенов предоставил нам уникальную возможность узнать, как жили эти люди — сопротивлялись власти или поддавались ей, любили, предавали, отбивали чужих жен, во что верили, чем дышали. И продолжали творить, несмотря ни на что. Именно эту жажду творчества, которую невозможно убить никаким режимом, и называет Аксенов таинственной страстью.

Популярные книги в жанре Современная проза

У Дэвида есть девушка — Марсия. Дэвид прекрасно готовит, а Марсия сегодня проголодалась как никогда! Дэвид свято соблюдает правила этикета за столом, Марсия же относится к числу тех людей, которые имеют привычку даже не сказать «спасибо» за угощение. И вот эту «мирную» трапезу нарушает неожиданный звонок в дверь — это Мистер Харрис, соработник Марсии. Знакомые увлеклись беседой, совсем позабыв о Дэвиде и его стараниях…

© Charly, www.fantlab.ru

Есть события, которые так меняют жизнь человека, что он уже не может оставаться прежним.

 А если это не взрослый человек, а маленькая девочка? А волна неожиданностей только нарастает и поднимается всё выше, не оставляя надежды вернуть безмятежное прошлое и грозя разрушить будущее.

 Сможет ли Софи выстоять против шквала событий,  стихии собственных чувств и найти свой курс в океане жизни?

 Если смерть много раз глядела тебе в лицо, то ты уже заранее чувствуешь её дуновение.

 Софи Берто, девочка рожденная на безмятежных островах Французской Полинезии, слишком рано почувствовала дыхание смерти.

 После столкновения с нарко-мафией семья девочки вынуждена скрываться, ускользая из океана в океан. 

 География романа охватывает пространства от бирюзового рая Полинезийских островов  до оранжевого ада пустынь Невады. Событийность - от безмятежности детства, до отчаянья обманутой женщины.

 Но героиня не просто собирает воедино осколки своей разбитой жизни. Она ищет. Ищет свой шестой океан.

 Там, где любовь.

Это не я ее, она меня запечатлела, беззвучно «щелкнула», и душа моя взмыла к облакам. Потом, для верности, она еще и еще раз взмахнула ресницами…

Ослепленный и оглушенный, я тыкал пальцами в столбик выдержек. Лицо в видоискателе, раздвоившись, никак не могло соединиться. У меня — железка в руках, называется «Киев». Она — живое фотоателье. Я пробормотал что‑то, досадуя на наплывающие облака, а она побранила свое расхожее имя Любовь. Я как‑то догадался, стал звать ее Лю по моде тех лет, внушенной стариком Хэмом.

От автора бестселлера «Снег на кедрах» — эмоционально заряженный, провокационный новый роман о девушке, утверждающей, что видела Деву Марию.

Энн Холмс вовсе не кажется кандидатом для совершения открытий. Шестнадцатилетняя беглянка, своенравная и свободная, живет в лесу. Но однажды ноябрьским днем в туманном Норт-Форке штата Вашингтон к ней приходит чистая, как дневной свет, Дева Мария. И сразу же Энн становится центром всеобщего внимания.

Что это — заблуждение, заведомый обман или истинный призыв к вере, предстоит решить молодому священнику Норт-Форка.

Анатолий Ливри, писатель, эллинист, философ, преподаватель университета Ниццы — Sophia Antipolis, автор восьми книг, опубликованных в России и в Париже. Его философские работы получили признание немецкой «Ассоциации Фридрих Ницше» и неоднократно публиковались Гумбольдским Университетом. В России Анатолий Ливри получил две международные премии: «Серебряная Литера» и «Эврика!» за монографию «Набоков ницшеанец» («Алетейя», Петербург, 2005), опубликованную по-французски в 2010 парижским издательством «Hermann», а сейчас готовящуюся к публикации на немецком языке. В Петербурге издано продолжение «Набокова ницшеанца» — переписанная автором на русский язык собственная докторская диссертация по компаративистике — «Физиология Сверхчеловека».

Москва, Чистые Пруды. Солнечный майский день. На лавочке сидит девушка по имени Даша и читает книгу. К ней подходит юноша по имени Егор и задаёт один простой вопрос. И ответ на этот вопрос меняет всю картину мироздания: отныне Даша и Егор не только персонажи книги, но и авторы всех происходящих вокруг них (и вокруг вас) событий.

Кто они такие – молодой человек заурядной внешности и восточная красавица, его антипод? Странный писатель и назойливый читатель? Святой Ангел и бездушный Демон? А может, коварный Убийца и его жертва?

Случайна ли их встреча? Сможет ли наш мир выдержать и не расколоться надвое, когда однажды в одной его точке сойдутся две огромные и таинственные силы?

Мистика, триллер, драма, комедия, трагедия, сатира, фарс – все жанры, все литературные сюжеты, все человеческие переживания – уместились на маленькой московской лавочке.

И как же тесно на ней Даше и Егору – таким очаровательным и таким безжалостным друг к другу героям…

«Африка» впервые на русском языке публикует романы, повести, рассказы, стихи, пьесы, сказки, статьи, очерки писателей стран Африки, а также произведения советских и зарубежных авторов, посвященные этому континенту.

В одиннадцатый выпуск сборника «Африка» вошли увлекательный, имитирующий по композиции «Тысячу и одну ночь» роман члена Французской академии Жозефа Кесселя «У стен Старого Танжера» — о жизни в Марокко до освобождения этой страны от колониального гнета, роман нигерийского писателя Бена Окри «Горизонты внутри нас» — о непростой судьбе художника-африканца: повести, рассказы и стихи африканских писателей, статьи, эссе, образцы фольклора африканских народов.

В час дня по радио передали сообщение об изменениях в составе руководства страны. Преемником Мартина стал его заместитель. О нем же самом не было сказано ни слова, от него избавились — и все. Что ждет его в будущем? Получит ли он новое назначение? И стоит ли ему вообще надеяться на что-то? Сколько может продлиться эта неопределенность? Некоторые находились в таком положении долгие годы.

Мартин решил не предаваться отчаянию. Но кое о чем следовало тотчас же позаботиться. Где им с семьей жить после того, как придется освободить квартиру в этом фешенебельном квартале? Надо спешить, пока их не выставили отсюда. Но дом в деревне еще не достроен. И как ему теперь жить на мизерное, значительно урезанное жалованье без всяких дотаций?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В купе скорого поезда гроссмейстер играл в шахматы со случайным спутником.

Этот человек сразу узнал гроссмейстера, когда тот вошел в купе, и сразу загорелся немыслимым желанием немыслимой победы над гроссмейстером. «Мало ли что, — думал он, бросая на гроссмейстера лукавые узнающие взгляды, — мало ли что, подумаешь, хиляк какой-то».

Гроссмейстер сразу понял, что его узнали, и с тоской смирился: двух партий по крайней мере не избежать. Он тоже сразу узнал тип этого человека. Порой из окон Шахматного клуба на Гоголевском бульваре он видел розовые крутые лбы таких людей.

Василий Аксенов

Романтик Китоусов, академик Великий-Салазкин и таинственная Маргарита

Мы знаем, что рассказом о строительстве научного городка теперь никого не удивишь, тем более, что в памяти свежи заметки, очерки, киносюжеты о Дубне, Обнинске, о новосибирском Академгородище. Мы и не собираемся никого удивлять, но уж так случилось, что наши герои явились в конце пятидесятых годов в сибирский город Пихты, чтобы построить там свою замечательную золотую свою Железку.

За что, не знаю, такого тихого человека, как я, выгонять из дому? Бывало, когда сижу в комнате у калорифера и читаю книги по актерскому мастерству, когда я вот так совершенствуюсь в своей любимой профессии, слышно, как вода из крана капает, как шипит жареная картошка, ни сцен, ни скандалов, никому не мешаю.

А если и задержусь где-нибудь с товарищами, опять же возвращаюсь домой тихо, без сцен, тихо стучусь и прохожу в квартиру бесшумно, как кот.

Фома Аквинский

О единстве интеллекта против аверроистов (глава 1)

ПРЕДИСЛОВИЕ

Данный перевод представляет собой первую главу из небольшого сочинения Фомы Аквинского "О единстве интеллекта против аверроистов". Этот текст появился на фоне общего кризиса греко-арабской философии в парижском университете, когда парижский епископ официально осудил ее основные положения, идущие, на его взгляд, вразрез с христианской верой.

Надо сказать, что Фома был не первым, кто занялся проблемой развенчания теории двойственной истины или монопсихизма Аверроэса; последний полагал наличие одного-единственного интеллекта для всех и вечность мира. Еще Бонавентура в 60-х годах XIII века высказывается против "засилья" перипатететико-арабского философствования в университете, олицетворением которого был Аверроэс. До этого в 1254-1261 годах Альберт Великий пишет по заказу папы Александра IV "О единстве интеллекта против аверроистов". И хотя это сочинение только отсылает к Аверроэсу, а не рассматривает проблему монопсихизма в аристотелевско-арабской постановке вопроса, сама проблема присутствует имплицитно в общей экзистенциально-антропологической направленности рассуждения автора.