Каникулы (2)

Каникулы

Вы никогда не замечали, что наша жизнь напоминает качели: только что ты летел наверх, и перед тобой голубое небо с белыми барашками и необозримый горизонт, еще мгновение - и ты уже пикируешь в землю.

Мои летние каникулы - яркое тому подтверждение. Весь год мы: я со своими родителями, собирались провести свой летний отпуск на море, в Крыму - у родственников отца. Но у папы на работе появились проблемы; и, скрывая свои финансовые трудности, с "диагнозом" за плохую учебу, плохое поведение и т.п. будешь отдыхать в городе у тети Гали. Ну как тут не впасть в отчаяние? Но, помните, как у Д.Карнеги: жизнь надо воспринимать такой, какая она есть.

Другие книги автора Автор неизвестен -- Эротика и секс

Бpат и сестpа

Hаши pодители и не заметили, как мы с сестpой достигли возpаста, в котоpом начинает тянyть к пpотивоположномy полy. Мы часто игpали вместе в pазличные игpы: "В доктоpа", "В фотогpафа Плейбоя" и дpyгие. Моей любимой была именно фотогpафиpовать, к томy же y меня была камеpа и это делало игpy более пpиближенной к pеальной жизни.

Был обычный день. Отец отпpавился на pыбалкy, мать была на pаботе. Петти и я yже были взpослыми, и нас оставили дома одних. Мы игpали в каpты и я пpедложил паpи. Если она пpоигpает, то мы поигpаем в фотогpафа, она бyдет моей моделью. Если же пpоигpаю я, то тогда мне пpидется заняться yбоpкой в ее комнате. Фактически Петти согласилась с моим пpедложением, и я не мог пpоигpать, ибо ей тоже нpавилась быть моделью. Игpа была хоpошей, и закончилась очень быстpо. Как и ожидалось, я победил.

В представленном глубокоуважаемой публике сборнике глубоко раскрыта тема половой ебли.

Книга представляет собой собрание эротических рассказов найденных на просторах Рунета и посвящена тесным взаимоотношениям мужчин и женщин во всевозможных их комбинациях и количествах. Книга не рекомендуется неуравновешенным людям и детям до восемнадцати. Но читать они ее по-видимому будут. Поэтому, свирепо вращая глазами, ПРЕДУПРЕЖДАЮ: не пытайтесь повторить все прочитанное! Почти все приведенные здесь рассказы являются плодом завидной фантазии их авторов. Не пытайтесь также изучать по этой книге русский язык. Последствия могут быть плачевными. Почти во всех рассказах сохранена авторская орфография, которая подчас весьма далека от общепринятых правил. И последнее, на случай если кого-нибудь ввела в заблуждение обложка: тема половой любви ежиков в сборнике не раскрыта. Уж не обессудьте.

Нет книг нравственных или безнравственных.

Книги или хорошо написаны, или плохо. Вот и все.

― Оскар Уайльд

Книга представляет собой собрание эротических рассказов найденных на просторах Рунета и посвящена тесным взаимоотношениям мужчин и женщин во всевозможных их комбинациях и количествах. Книга не рекомендуется неуравновешенным людям и детям до восемнадцати. Но читать они ее по-видимому будут. Поэтому, свирепо вращая глазами, ПРЕДУПРЕЖДАЮ: не пытайтесь повторить все прочитанное! Почти все приведенные здесь рассказы являются плодом завидной фантазии их авторов. Не пытайтесь также изучать по этой книге русский язык. Последствия могут быть плачевными. Почти во всех рассказах сохранена авторская орфография, которая подчас весьма далека от общепринятых правил. И последнее, на случай если кого-нибудь ввела в заблуждение обложка: тема половой любви ежиков в сборнике не раскрыта. Уж не обессудьте.

Книга представляет собой собрание эротических рассказов найденных на просторах Рунета и посвящена тесным взаимоотношениям мужчин и женщин во всевозможных их комбинациях и количествах. Книга не рекомендуется неуравновешенным людям и детям до восемнадцати. Но читать они ее по-видимому будут. Поэтому, свирепо вращая глазами, ПРЕДУПРЕЖДАЮ: не пытайтесь повторить все прочитанное! Почти все приведенные здесь рассказы являются плодом завидной фантазии их авторов. Не пытайтесь также изучать по этой книге русский язык. Последствия могут быть плачевными. Почти во всех рассказах сохранена авторская орфография, которая подчас весьма далека от общепринятых правил. Один ухожор чего стоит. И последнее: несколько рассказов я пометил спереди звездочкой (*). Это не лучшие рассказы, просто они меня приятно порадовали.

Ни один испорченный ум никогда не понял ни одного слова правильно, благочестивые речи не идут ему на пользу. Здравому же уму не повредят и рассуждения малопристойные. Так грязь не может замарать ни красы солнечных лучей, ни величия Неба.

― Джованни Бокаччо, Декамерон (Послесловие автора)

Перевод: М. Жирвинский

Эзоп

...маленький шалун...

...он привязал ее руки за головой вверху, смотрел как ее аппетитная грудь взволнованно вздымалась и колыхалась, раздвинул широко ее ноги и привязал их. Она покраснела и закрыв глаза отвернула голову, но не удержавшись стала смотреть как он разглядывает ее и с вожделением стала ожидать, что он будет делать. Он достал из шкафа скатерть и приподняв ее тело подложил её снизу. Принеся тазик с теплой водой и бритву, он очень аккуратно и неторопясь стал брить её. Эти легкие прикосновения его рук, холод стали - сводили ее с ума, но она боялась шевельнуться и с трудом сдерживала свое тело и свою плоть. Закончив он аккуратно смыл все, улыбнувшись, он развел пальцами левой руки ее губки помыл ей сначала влагалище, а потом анус. Промокнув ее тело он сложил все и унес. Вернувшись из кухни он притащил бутылочку шампанского, налив его в бокал, он приподнял ей голову и аккуратно напоил ее.

Книга представляет собой собрание эротических рассказов найденных на просторах Рунета и посвящена тесным взаимоотношениям мужчин и женщин во всевозможных их комбинациях и количествах. Книга не рекомендуется неуравновешенным людям и детям до восемнадцати. Но читать они ее по-видимому будут. Поэтому, свирепо вращая глазами, ПРЕДУПРЕЖДАЮ: не пытайтесь повторить все прочитанное! Почти все приведенные здесь рассказы являются плодом завидной фантазии их авторов. Не пытайтесь также изучать по этой книге русский язык. Последствия могут быть плачевными. Почти во всех рассказах сохранена авторская орфография, которая подчас весьма далека от общепринятых правил. И последнее, на случай если кого-нибудь ввела в заблуждение обложка: тема половой любви ежиков в сборнике не раскрыта. Уж не обессудьте.

P.S.

По поводу картинок. Я тоже люблю книжки с картинками, но добавлять их пока лень. К тому же картинки как ни крути - суррогат, отучающий нас от ничем не замутненного полета фантазии. Тем не менее, в каком-нибудь светлом будущем (если конечно не наступит конец света) может быть сделаю версии с иллюстрациями.

Желание матери

- Что это вы тут делаете? - воскликнула Сьюзан, заходя в спальню своего сына.

Расстройство и негодование сексуальное и не только преследовали ее все утро. Фрэнк, ее муж уже почти 20 лет, занимался с ней любовью этим утром и, как обычно в последние несколько лет, оставил ее неудовлетворенной. И теперь ее сын Тимми и его друг Бобби, которым по 15 лет, яростно стараются скрыть свое занятие. Они в одним джинсах, их рубашки и ботинки на полу рядом с кроватью. Сьюзан подошла к кровати, скрестила руки на своей небольшой груди и пристально посмотрела на сына. Он покраснел и съежился под ее взглядом.

Популярные книги в жанре Эротика, Секс

Аллан Риглио

Отрывок из романа " В О С Ш Е С Т В И Е ... "

Росарио. Семь утра. Только что прошел утренний дождь и улицы, кривой переулок за собором св. Антуана и дальше - авенида Либерасьоне, да дорожка мимо универмага Хеймаркетт, где обвычно собираются взрослые шлюхи, мокры от росы; на веревках - суцшится белье. Завтрак я уже сьел, отец дал большой тяжелый песо на сендвичи и поблагодарил бога еще паз за то, что прошлой осенью удалось ему пристроить меня в эту школу. Что напротив... Туда берут из очень порядочных семей. Я бегу по переулку. В воздухе утрнняя прохлада. Текут ручьи стоков, кричат разносчики-пуэблос; мне так хочется сбросить башмаки и пойти по улице босиком, шлепая по грязным лужам...Но это запрещается; мы должны приходить в школу в Смирении, как делает наша праведная Донья Элеонора, наша классная, что в доме даже не держит ни одного журнала и ни одной книги, кои полны возбуждающих картинок... А вот Лиз высокая девчонка из Вступительных Групп, та как ни в чем не бывало идет в школу босиком по теплым булыжникам улиц; ну да ведь она - Лиз дочка бывшего мера, она может позволить показывать свои голые ноги всяким пуэблос да парням из предместий. Элеонора говорит - пальцы ног Лиз истинно аристократические, длинные... Нам же - нельзя, Смирение. Я миную угол универмага Хеймаркетт; сегодня одно из первых занятий. На грязной простыне, у стены спит шлюха-метиска.Груди прикрыты еще, а вот зад тощий ее - нет, она мертвецки спит, заснула давно. Я рискую опоздать в школу, теряя время, но присаживаюсь на корточки рядом... Улица пустынна, только где-то в трущобах лают голодные псы. Я склоняюсь над спящей женщиной. Смотрю на ее загорелые, сильные бедра: как, должно быть, они сжимают мужчину, как это тело тепло... Наверно. В ветвях поет ай-кью, серенькая птичка; я несмело касаюсь рукой обнаженного зада спящей. Господи Иисусе, кожа женская бархатная, нежная, как шелковое платье моей сесмтры. Я поглаживаю ее, чувствую, как плоть пружинит у меня под рукой. Только бы не опоздать в школу! Пальцы мои против воли ползут вниз. Да, там у нее живот, мерно колыщущийся сейчас - она спит. И еще - у женщин, я знаю - там выпуклый бугор. Шелковистый, мягкий. И вдруг она просыпается. Приподнимает голову и смотрит на меня огромными, черными как у всех метисок глазами с синевой под ними, яркие, красные губы приоткрываютя удивленно. Я чувствую: от нее пахнет потом, мужчинами... Как никогда не пахнет от доньи Элеоноры. Мое детское сердце сжимается: я понимаю, что она изумленно смотрит на склонившегося над ней богато одетого, для городка Росарио на Паране, подростка, глаза которого блестят. Я вижу, как сквозь тряпку торчат острые ее груди. Запах вина. Горло у меня перехватывает и я попятившись, бегу в школу, скорей, проч от универмага, толькобы не опоздать. ... В большой особняк, бывший кгда-то домом губернатора уже сходятся дети. Многих я только знаю по именам. Я один и мне - четырнадцать, почти пятнадцать. друзей у меня почти нет. В школе полы застелены мягкими, пружинистыми матами. На каждом этаже, у каждого класса душевая. У порога на матах мы все раздеваемся догола. Все - и мальчики и девочки. А как же - это христианско каталическая школа любви. Худые ноги, неуклюжие ступни подростков, едва оформившиеся груди и угловатые бедра. Смех, шепот, возня. Девочки из старших классов раздеваются медленно, это уже им нравится: постепенно стягивать с сея белье. Они щупают груди друг-дружки, придирчиво осматривают обнаженные свои тела, касаются друг друга. Это мы, вчера еще соплячня, скидываем быстро свою одежду. Сталшие девушки идут неторопливо, как бы невзначай касаясь нас голыми ногами, идут и пухлые их ягодицы покачиваются соблазнительно, идут, как настоящие женщины. Свет падает в окна, ежит квадратами на мягком полу, на крышках парт в светлых классах, бродят по коридорам. Я сажусь в классе на перую парту, как положено, гляжу на экран перед собой. Рядом девочки собрались в круг и взяв у Паоло монету, обмеряют свои розовые соски. О как им хочется быть в Старших Группах, где ведет Мартенсио, бывший сутенер и акробат цирка в Рио... Где девушки выделывают немыслимые позы, где Мартенсио входит в них сзади, где... Звучит звонок.

Сергей Лопатин

Salve, Регги

Res sacra miser

Вместо предисловия

Это об утраченном рае, о рае обретённом, потерянном вновь. Это о любви и влюблённости. О потерях памяти. О ней самой. О грехе. О святости и пошлости. О недостойности. Об отчаянии и невозможности, о тех, кто до сих пор не разгадан мною.

Эти строки никем не могут быть понятыми, и не только потому, что чрезмерно изобилуют многочисленными словесными играми.

Е г о р Р а д о в

СЛЕДЫ МАКА

"Мы жизни отдаем последнее дыханье за неба окоем и маков полыханье" Индржих Вихра пер. Олега Малевича

Я рассчитал все свои дозняки на этот денек и ощущал себя, словно опустошенное нездоровой свободой существо, стремящееся воспарить в ласково-мягкий, небесно-разряженный мирок смутной, как сонные слова, услады. Раствор был во мне, раствор был вне меня, рядом: мои руки светились сумрачными дорогами вен, которые, будто двери без ключей, влекли меня к себе, за себя, в покои кайфа, запретного и вожделенно-доступного, как плод, или блядь - стоило лишь протянуть руку. Под столом валялись маковые бошки вперемешку со стеблями и корнями - всем тем, что называется "капустой": шприцы лежали на столе, готовые впрыскивать чудесные жидкости в кровь, и миски с черными следами великого сладкого раствора были разбросаны повсюду вместе с бутылками из-под растворителя, словно доспехи лучезарного рыцаря, который после судорожного поединка расшвырял их где попало и теперь пьет портвейн.

Сева Святой

Капелька и Дойч

Ну почему, - спросила она его, - почему ты так изменился? Что произошло?

- Ничего, - равнодушно сказал Дойч.

Он поедал картошку. Золотистые ломтики издавали нежный запах, он накалывал их вилкой по одному и отправлял в рот. Иногда он подхватывал лежащий на краю тарелки толстый темно-зеленый огурец и откусывал от него. Вид у него был сосредоточенный.

Она вдруг ощутила острый приступ ненависти. Она не могла понять, что изменилось с тех пор, как они расстались два с половиной года назад. Тогда было ясно, что они любят друг друга - так ей казалось, и ничто на свете не сможет это изменить. Вечная любовь - каждый день, каждый час, всегда, пока смерть не разлучит их. Один год в армии, шесть страшных месяцев, которые Дойч провел в дисциплинарном батальоне за что-то, о чем она до сих пор не знала, еще полгода в армии, и полгода неизвестно где, когда она в муках проживала каждый день, ожидая его возвращения. Никаких удовольствий, танцев и мальчиков. Долгие месяцы взаперти, когда она боялась даже на секунду подумать о том, что ее дорогой Витя, ее парень, мог расценить как измену.

Сева Святой

Ожог

Часть 1. Невинность

Дождь прекратился. Он мерно брел по блестящему асфальту и посасывал неизбежно влажную сигарету. Около облупившейся арки у Дома Книги, где книг вовсе и не было, его окликнули.

- Подайте, пожалуйста.

Слова прозвучали безвкусно и глупо - так ему показалось тогда, и в первое мгновение он не обернулся, машинально подумав о том, что таким голосом милостыню не просят, но любопытство победило. Глянув через плечо, он увидел девушку в заношенном дождевике. Она стояла под аркой, едва касаясь плечом угла. Она немного сутулилась, волосы были скрыты под капюшоном. Он растерялся, и машинально переспросил:

Илья Петров

Пою тебя, о, Казанова

"Приехав ко двору одного императора,

у которого было пятьдесят дочерей

девственниц, он (Геркулес) в одну ночь стал

мужем всех пятидесяти"

А. Франс. Остров пингвинов. Похвальба Оливье

ВВЕДЕНИЕ

"Что было пороками, то теперь вошло в нравы".

Сенека. Письма, 39 (Quae fuerant vitia, mores sunt)

- Sic transit Gloria mundi - могу сказать себе на склоне дней своих вслед за Фомой Аквинским и вспомнить, заодно, стишок, сочиненный кем-то из великих:

Наше светило делит все человечество на 12 типов. Каждому типу соответствует свой месяц и знак зодиака. Каждый из нас наделен особыми качествами, которые предопределяют сексуально поведение. Обладая знаниями о знаке зодиака партнера, можно не только предугадать его поведение, а также завоевать сердце возлюбленного.

Вашему вниманию предлагается сексуальный гороскоп для знака Весы.

Наше светило делит все человечество на 12 типов. Каждому типу соответствует свой месяц и знак зодиака. Каждый из нас наделен особыми качествами, которые предопределяют сексуально поведение. Обладая знаниями о знаке зодиака партнера, можно не только предугадать его поведение, а также завоевать сердце возлюбленного.

Вашему вниманию предлагается сексуальный гороскоп для знака Рак.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кит ЛОМЕР

ЗАПЕЧАТАННЫЕ ИНСТРУКЦИИ

"...перед лицом многочисленных событий угрожающих миру и

спокойствию, которые вполне естественно возникали в сложной

Галактической ситуации, безупречные способы, отработанные

теоретиками Дипломатического Корпуса, доказали свою бесценность

в тысячах наисложнейших ситуаций. Даже безвестные младшие

сотрудники Корпуса, пользующиеся вместо оружия обычными

портфелями, содержащими детальные инструкции, были в состоянии

Эд МАКБЕЙН

ОБЫЧНАЯ РАБОТА

I. ТЕНЬ НОЧИ

Новый день приходит здесь на смену старому совершенно незаметно. Подобравшись к полуночи, всего лишь на минуту замирает на циферблате висящих на стене часов минутная стрелка, потом еще минуту она указывает людям, что наступила полночь, а потом стрелка сразу же перескакивает на новый день. Начинаются предутренние часы, но никто на это не обращает внимание. Старый кофе в размокших бумажных стаканчиках и сейчас на вкус точно такой же, каким был тридцать секунд назад, неровный ритм пишущих машинок не сбивается ни на секунду, а пьяный, сидящий у противоположной стены, продолжает орать, что мир этот погряз в грубости и хамстве. Даже сигаретный дым, который столбом поднимается к циферблату часов, не успел бы развеяться за те мгновения, что отделяют старый день, отлетевший в никуда, от нового, пришедшего из ниоткуда. Звонит телефон.

Степанида терпеть не могла мужчин-красавцев. Но брюнет с синими глазами по имени Матвей — этот подлец, этот бабник — был так хорош… Из-за него, мерзавца, она не попала на собственную свадьбу — а жених с горя напился и… повесился. Правда, экспертиза быстро установила, что ему помогли это сделать, но… Будущий муж погиб, а вместе с ним погибла и последняя надежда Стеши на счастье! Ведь все, за кого она собиралась замуж, расставались с жизнью. И теперь Матвей подбивает к ней клинья. Что же делать? Решительно гнать его от себя — или попробовать выяснить, кто же помогает ее женихам давать дуба?

Ежемесячный литературно-художественный журнал