Камни Сизифа

Анджей Ласки

КАМHИ СИЗИФА

Эти камни он помнил еще с детства. Огромные валуны всегда преграждали дорогу, не давая прохода. Родители говорили, что этим камням уже миллионы лет, что камни эти были свидетелями жизни динозавров. Hо разве можно верить людям, которые на ночь рассказывают тебе сказки?

Помнил как мальчишками, играя в прятки, они прятались среди этих камней. С утра и до самого вечера не смолкал шум звонких детских голосов.

Другие книги автора Анджей Ласки

Анджей Ласки

Там тишина

Там тишина. Он стоял и думал, как же это забавно. Только что еще он слышал песни птиц, шелест прибрежных волн, свист ветра и вот, в одну секунду, все растаяло, исчезло. И теперь только тишина царила над миром.

Он развернулся и пошел вдоль берега. Его ноги ступали мягко, увязая в песке, словно в иле. "Тишина, как на дне морском," - подумал он. Кем или чем он был теперь, сам не понимал. "А что если я..." - так невзначай мелькнуло у него в голове, и он сделал первый шаг в сторону. Потом еще и еще один. И вот уже волны бились у его ног. Он ступил на накатившую волну очень медленно и осторожно. Поднял вторую ногу и сделал шаг. Страх охватил его на мгновение, сменившись на сладкое, ни с чем не сравнимое чувство легкости. Он шел по волнам. Просто шел так, как ходят по земле. Его одежда билась на нем как раненая птица, пытаясь освободиться из капкана. Он расстегнул пуговицы на рубашке, раскинул руки и, если бы у него были крылья, он бы обязательно взлетел. Он хотел этого полета, он хотел этой высоты, чтобы можно было дотронуться до облаков рукой и поиграть с птицами в прятки. Ему было мало этих волн, по которым его кто-то вел; мало было этого воздуха, которым он дышал; мало было тишины, среди которой затерялись все звуки. Он хотел еще и еще. Он хотел новых знаний, тех что могут принести ему новые ощущения.

Анджей Ласки

ШИЗОФРЕHИЯ

Совпадение с главами Библии так ли уж случайно?

Почему, когда ты разговариваешь с Богом - это названо молитвой, а когда Бог с тобой - шизофренией?

анекдот

.Моисей упал на колени и принялся неистово молиться.

- Моисей! Моисей! Вот он я! - словно раскат грома поразил его слух.

- Господи?!

- Hе подходи близко, сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, земля святая.

Анджей Ласки

ЛИШЬ HА ВРЕМЯ

Уходят ли цветы в царство смерти?

Мы живем или нет? Hа земле мы не навсегда - лишь на время.

Часы не спеша отсчитывали круг за кругом, напоминая о себе лишь негромким ходом стрелок. Время уснуло, забыв обо всем на свете. День начинал свою жизнь, ночь умирала в пламени восхода - первого восхода нового тысячелетия - распаляясь в его лучах, словно сгорая над пламенем свечи, обжигает свои нежные крылья бабочка.

Анджей Ласки.

"Гадкий утенок

(почти по Г.Х.Андерсену)

Чуть оттопыренные, заостренные вверх, ушки делали ее похожей на эльфику, особенно, когда она захватывала в резинку свои пышные кудрявые рыжие волосы, чтобы завязать их в хвостик на затылке. Такие же рыжие, как и у Hиколь .

Мое счастье и мое проклятие. И я никогда не решился бы рассказать обо всем, если бы не предоставившийся мне шанс.

Когда она шла по улице всем казалось, что от нее исходит сияние - свет от нее самой, как будто невидимый нимб освещал все вокруг. Случайные прохожие тоже, кажется, замечали это и улыбались ей вслед. Хотя с другой стороны, она была совершенно обыкновенным человеком, таким как и все, и это я, я описываю ее с помошью тех слов, которые только могу придумать, а, может, другой, взглянув на нее, скажет совершенно противоположное. Тем не менее, эта рыжеволосая эльфийка сводила меня с ума уже долгих три года, с того самого момента, когда я первый раз повстречался с ней.

Популярные книги в жанре Современная проза

Арестова (Авилкина) Юлия Владимировна – начинающий автор. На данный момент проживает в нескольких километрах от полярного круга, в заснеженном городе – Новый Уренгой. Роман «Вечная осень» ее третье произведение. В 2011 году был выпущен первый роман «Королева снежная», в 2012 году роман «Шесть мертвых душ». Все ее книги совершенно не похожи друг на друга. Каждая затрагивает разные слои общества, разные жизненные аспекты и тем самым интригует каждый раз своего читателя.

«Одиночество среди людей обрекает каждого отдельного человека на странные поступки, объяснить смысл которых, даже самому себе, бывает очень страшно. Прячась от внешнего мира и, по сути, его отрицая, герои повести пытаются найти смысл в своей жизни, грубо разрушая себя изнутри. Каждый из них приходит к определенному итогу, собирая урожай того, что было посеяно прежде. Открытым остается главный вопрос: это мир заставляет нас быть жестокими по отношению к другим и к себе, или сами создаем вокруг себя мир, в котором невозможно жить?»

Дизайн и иллюстрации Дарьи Шныкиной.

Эта книга написана для тех, кто очень сильно любил или все еще любит. Любит на грани, словно в последний раз. Любит безответно, мучительно и безудержно. Для тех, кто понимает безнадежность своего положения, но ничего не может с этим сделать. Для тех, кто устал искать способ избавить свою душу от гнетущей и выматывающей тоски, которая не позволяет дышать полной грудью и видеть этот мир во всех красках.

Вам, мои искренне любящие!

«Богиня и Зелёный сыр» – это смешная и грустная история о детстве и взрослении, о первой любви и первых ошибках, о самообмане и разочаровании.

Встретив через семнадцать лет свою первую школьную любовь, героиня романа Полина пытается осмыслить своё прошлое, взглянув на него через призму настоящего. Меняется время, в котором живёт Полина, меняется она сама, её восприятие себя и окружающего мира.

Эта книга о людях, прошедших войну, и для кого годы лихолетья – не просто даты, а вехи общей судьбы с народом и страной, прошитой смертельными пулевыми нитями. Персонажи книги не вымышленные литературные герои, а реальные воины и труженики тыла. Автор рассказывает о них с необычайной страстью и какой-то особенной правдой. Но книга не только о подвиге тех, кто ковал и одержал победу над гитлеровской Германией и её саттелитами. Это «не только» – горькие публицистические заметки об упадке мощи Cоветской Армии, происшедшей в результате потешных реформ конца 80-х, начала 90-х годов прошлого века. Речь идёт также о чеченской драме и многом другом, что представляет особый интерес.

Продолжение историй, знакомых читателю по первой части, а также несколько совершенно новых. Герои – молодые петербуржцы, живущие полной, напряжённой, отчасти карнавальной жизнью в постоянно меняющемся мире. Во многом разные, но объединённые главной чертой: все они ищут и этим, в первую очередь, интересны. Они ещё не нашли и не успокоились, – а некоторым, судя по их поступкам и словам, такая печальная участь и вовсе не грозит.

Роман повествует о девушке по имени София, которая попадает в череду несчастливых случайностей, связанных с таинственными похищениями людей в метро. Ей предстоит открыть страшную тайну, которая перевернет ее жизнь с ног на голову и поставит под угрозу жизни ее родных и друзей. Девушке необходимо сделать нелегкий выбор между своей жизнью и судьбами близких, а также узнать, что на самом деле скрывается в подземной бездне.

Все, о чем рассказывается ниже, – от начала и до конца плод фантазии автора. Любое сходство героев с реальными людьми, равно здравствующими, так и ушедшими из жизни – дело чистого случая.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Ласкин Иван Андреевич

На пути к перелому

{1} Так помечены ссылки на примечания редакции. Примечания в конце текста

Аннотация издательства: Генерал-лейтенант Иван Андреевич Ласкин в боях под Севастополем командовал дивизией, в Сталинграде был начальником штаба 64-й армии, а затем начальником штаба Северо-Кавказского фронта. В его воспоминаниях читатель найдет новые страницы о героизме советских воинов в годы войны. В частности, автор возглавлял группу офицеров, которая пленила фельдмаршала Паулюса, и рассказ об этом из уст очевидца представляет большой интерес.

Алекс Лассаpа

Костёp

Люди, чувствующие себя обездоленными, не

оценёнными по достоинству и обладающие

пpи этом благообpазной внешностью, часто

ищут удовлетвоpения в pасовом чванстве.

Томас Манн. "Доктоp Фаустус"

Ветеp, pаздувший костёp из соломы в

начале его деятельности, с этого вpемени

стал дуть папе только в лицо.

Хоpст Хеpманн. "Сованаpола"

Идиллика повеpхностно скотом

ЛАТИФА

При участии Шекебы Хашеми

УКРАДЕННОЕ ЛИЦО

МОЯ ЮНОСТЬ ПРОШЛА В КАБУЛЕ

Перевод с французского Елены Клоковой

Предисловие Анны Политковской

Анонс

Латифа родилась через год после прихода советских войск в Афганистан. Сколько она себя помнит, в стране шла война. Но жизнь продолжалась, несмотря ни на что: девочка росла в большой и дружной семье, училась, мечтала стать журналисткой. 27 сентября 1996 года, когда талибы вошли в Кабул, ей было шестнадцать лет. Для Латифы, как и для всех афганских женщин, началась совсем другая жизнь: унижения, затворничество, чадра на лице... Латифа тайно бежала из страны вместе с отцом и матерью. Эта книга рассказ о ее жизни при талибах, о разбитых надеждах, но и о борьбе за то, чтобы афганские женщины вновь обрели свободу и достоинство.

Владимир Латушов

НОЧНОЙ ГОСТЬ КИБАЛЬЧИЧА

Когда первый еще морозный луч света заглянул в камеру, Кибальчич спал.

Луч обежал помещение, уколол в глаз прильнувшего к "волчку" надзирателя и лег полосой на пол.

Тогда Кибальчич проснулся. Он вообще не мог сказать, спал ли эту ночь. Ночь была последняя в его жизни, а может, от этого и странная.

Да-да, сначала пришел священник. Он стал с ним спорить о загробной жизни, пытался что-то говорить о множественности миров, а глупый старик смотрел на него удивленно.