Камикадзе

Камикадзе

ВЛАДИМИР ОРЕШКИН

КАМИКАДЗЕ

Мне позвонил Степанов, давний приятель с факультета, в двенадцать часов ночи. - Старик, - сказал он, - чертовски рад слышать... Как сам? - Порядок, - пробормотал я и в свою очередь спросил: - Ты когда-нибудь разводился? - Два раза. - У меня на этой неделе дебют. - Правильно, - обрадовался Степанов, - молодец. Они садятся на шею... Кто кого бросает? - Она меня. Последовал короткий одобрительный смешок, после которого полузабытый Степанов сказал: - Старик, ты похож на себя... Но хочу подсластить твою пилюлю... Дело вот в чем: тебе что-нибудь говорит фамилия Прохоров? Я покопался в памяти и ответил; - Нет. - А между тем это был способный журналист, трудяга. Отец двух детей. Месяц назад, как-то в обед, он вдруг ни с того ни с сего сиганул из окна. С двенадцатого этажа. - Спасибо, - сказал я, - мне уже легче. - Ты меня не так понял.,. Он работал в моем отделе. - Да, паршиво, - сказал я. Мимо не прошло, с какой небрежностью он бросил это: в моем отделе. - Ты меня опять не так понял... У нас освободилось место... Где ты сейчас? Процветаешь, наверное?.. Все равно. У нас тебе будет лучше. - Благодетель, - сказал я, не веря в собственное счастье. - Не ерничай... Завтра к одиннадцати приходи. Поболтаем на эту тему... Как у тебя со временем? Как со временем у безработного? Полный ажур. - Но... - сказал я осторожно, - ты же знаешь, я неудачник. Меня выпирают при первом же сокращении. По профнепригодности... Как сбивающего коллектив с общего ритма. - Ерунда, - легкомысленно сказал Степанов. - Должна же когда-нибудь фортуна повернуться к тебе нужным местом... И потом, сейчас мода на типов, постоянно попадающих в переделки, - Благодетель, - повторил я. - Но ты же знаешь, нет ничего хуже однокурсника-начальника. Как теперь тебя называть? - Ты что, я не понял, отказываешься? - Окстись, - перекрестился я, - как тебе такое могло померещиться!.. Едва я положил трубку, телефон затрезвонил снова. После непродолжительного молчания меня в высшей степени тактично попросили позвать Ларису Николаевну... Лариса Николаевна - моя жена. Бывшая. С этого понедельника. Я стучу в ее дверь и громко, с тем чтобы услышал ЭТОТ, бросаю: - Дорогая, тебя... Твой козел... Скажи ему, чтобы после десяти не звонил. Если он, конечно, воспитанный человек. Скрываюсь у себя в комнате и включаю телевизор. В душе детское злорадство - она еще покусает локти, когда узнает, что я нашел работу. Да еще какую! Она, расчетливая моя, порыдает ночью в подушку, орошая ее неправедными слезами... Еще пожалеет о девизе, придуманном для меня: НЕ ОТ МИРА СЕГО! Я знаю свой глобальный недостаток, который в конце концов окончательно доконал ее: я просто-напросто не умею учиться на собственных ошибках. Но мы дополняли друг друга: она выучилась на моих... Честь ей и хвала.

Другие книги автора Владимир Николаевич Орешкин

Захватывающий приключенческий триллер, в центре которого ничем не примечательный с виду человек становится по воле рока могущественной личностью, ответственной не только за себя, но и за судьбы других людей.

Третья книга

Захватывающий приключенческий триллер, в центре которого ничем не примечательный с виду человек становится по воле рока могущественной личностью, ответственной не только за себя, но и за судьбы других людей.

Вторая книга.

Захватывающий приключенческий триллер, в центре которого ничем не примечательный с виду человек становится по воле рока могущественной личностью, ответственной не только за себя, но и за судьбы других людей.

Вторая Четвёртая

Захватывающий приключенческий триллер, в центре которого ничем не примечательный с виду человек становится по воле рока могущественной личностью, ответственной не только за себя, но и за судьбы других людей.

Владимир Орешкин

Нино, одинокий бегун

Дверь за мной захлопнулась с такой силой. Что я понял, открыть её вновь не удастся никогда.

В кармане по прежнему был паспорт, где в графе "профессиональная предрасположенность" не было ни единой цифры. Я улыбнулся и как последний дурачок почесал затылок - вот это дела! Интересно, что скажут родители.

На перекрёстке сидел нищий в рваном на плече пиджаке и засаленных серых брюках.

— Коли! — кричит он мне.

Но на меня напал стопор, — я ненавижу чудовищ, я — не-на-ви-жу! Ненависть переполняет. Клокочет.

Знаю отныне, что такое погибнуть за свой народ. Ничего не бывает на свете слаще и почетней. Ничего в жизни я не Сделаю беззаветней, чем это!..

Замечательный литературный киносценарий, по которому собирались, да так и не сподобились, к большому сожалению, снять фильм.

Текст представлен в авторской редакции, орфографии и пунктуации.

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

— Вы уронили цветок, сэр, — сказал сторож.

Инспектор тайной полиции Джемс Сэппинг вспыхнул и виновато посмотрел на фиалки, упавшие на дорожку.

Казалось, что он был слишком молод, чтоб занимать такой ответственный пост, да и вообще не был похож на сыщика.

— Нет, не подымайте их. Надеюсь, это не против правил Тауэра — ронять цветы?

Важный сторож лондонского Тауэра, одетый в странный наряд XVI столетия, критически посмотрел на посетителя. Джимми Сэппинг показался ему вполне трезвым.

Если вы покинете Плаццо дель Мина и пойдете по узкой улице, где от десяти до четырех лениво болтается громадный флаг консульства Соединенных Штатов, далее через сад, куда выходит Отель де Франс, обогнете Собор Богоматери и выйдете на чистую Верхнюю улицу Кадикса, то вы скоро окажетесь у входа в национальную Кофейню.

Около пяти часов в просторном сводчатом зале за маленькими круглыми столами обычно бывало мало народа.

Поздним летом — в голодный год — четыре человека сидели здесь и разговаривали о делах.

Задонский С. Задонский М.

Посыльный "серой стаи"

Книга 1

Гонец из прошлого

Из камней прошлого

созданы стены грядущего.

Рерих

ОТ АВТОРОВ

Написать этот роман нас побудила случайная встреча с необыкновенным человеком. Двадцатичетырехлетний младший командир Красной Армии, в канун Великой Отечественной войны он был направлен в распоряжение начальника разведывательного отдела Киевского особого военного округа...

Жмак Валерий Георгиевич

Соседи

Рассказ

Белый опять влетел. И на сей раз так глупо, так на долго! Двенадцать лет особого режима... Бывал он до этого и на строгаче и в одиночках, но чтобы заполучить по несуразности замысла и волею случая столько!..

Первые месяцы оказались хуже пытки... Апелляцию отклонили. Просьбы о пересмотре, похоже, не рассматривали вовсе. Кого интересовали его жалобы, проблемы!? Оставалась слабая надежда на амнистию. Но не сейчас... Это, возможно, сработает к концу жутко длинного срока. Годика за два. Не раньше...

Александр Жовна

Вызревание

(Мелодраматическая феерия для кино)

Поднимая клубы пыли, ватага голых ребятишек бежит через зеленое поле по крутому косогору к морю. Откуда-то издалека, с холма, где виднеются бревенчатые домики, слышится женский голос: Митька-а-а!.. Митька-а-а!.. Вернись, надень штаны! Бесстыдник! Митька-а-а!.. Веселая гурьба пацанов голышом бросается в теплое море, где начинается отчаянная возня, продолжающаяся до захода солнца. Кажется, куда-то туда, за горизонт, вместе с летним солнцем ушло и Митино детство...

Гревил Винн

ЧЕЛОВЕК ИЗ

МОСКВЫ

(История Винна и Пеньковского)

Перевод с английского

Юрия Зыбцева

Предисловие автора

Думаю, только сейчас настало время издать книгу о моей работе с Пеньковским. До сих пор я молчал, поскольку хотел быть полностью уверенным в том, что моего друга Олега Пеньковского действительно нет в живых и что появление этой книги уже никак не сможет ему повредить. Он был приговорен к смертной казни, но приговор не был приведен в исполнение. Лишь два года спустя я узнал, что Пеньковский, которого продолжали держать в заключении в отдаленном месте для дальнейших допросов, покончил с собой.

Яна Вишневская

Как белка

Я вдыхаю так глубоко, что чувствую холод на дне легких. Я набираю воздух, чтобы описать Белку, вспомнить все про Белку, думать только о ней.

Это Олег называет ее Белкой, он говорит, что она похожа на худую черную белку. Но мне не помогает его народная этиология. В действительности ее зовут Марлена - в честь месяца Марта и реки Лены, и когда она смотрит на меня, время и пространство слипаются в горячий влажный комок, срастаются спинами, как сиамские близнецы.

Больше всего Иван Павлович Подушкин любит проводить время с хорошей книгой. Но по закону подлости, каждый раз, когда частный детектив устраивается поуютнее с томиком любимого автора в руках, раздается звонок в дверь, и в офисе появляется очередной клиент. Сегодня посетителем оказался Юрий Миронов, который уверен: он видел в торговом центре свою маму. Что в этом странного? Женщины любят делать покупки. Вот только Екатерина Семеновна умерла несколько месяцев назад. А вскоре на тот свет отправились теща и тесть Юры. Причем ушли во сне – инфаркт, инсульт. Но ведь они ничем таким не болели… Юрий подозревает, что их смерть могла быть выгодна Андрею – дружку Дуси, сестры его жены. Он колдун, мошенник, разводит людей на деньги, и вполне мог позариться на наследство. Миронов просит Подушкина вывести злодея на чистую воду. И ответить на вопрос: что его покойная мать делала в магазине?

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дмитрий Орёл

7 дней с ФИДО

Действие пpоисходит в пpомежутке между 17.06 и 23.06

17.06, понедельник, 5:00 утpа Здpавствуйте, это pадио "Эхо Москвы". В эфиpе новости. Только что по каналам агентства "Итаp-Тасс" с пометкой "Молния" нам поступило сообщение: в пеpвом туpе пpезидентских выбоpов победу одеpжал кандидат от единого фидошно-пивного блока Василий Долматов. За него отдали голоса более 70 пpоцентов избиpателей. Hа связи наш коppеспондент в инфоpмационном центpе. Ало, что там у вас? - Ало, да. В эти минуты в инфоpмационном центpе твоpится что-то невообpазимое. Буквально минуту назад в зале погас свет, после чего на табло появились пpедваpительные данные по 87 пpоцентам избиpательных окpугов. Hастоящей сенсацией стало то, что с гигантским отpывом от всех остальных кандидатов на выбоpах победил кандидат от единого фидошно-пивного блока Василий Долматов. Пpедставители остальных кандидатов находятся в глубочайшем шоке. Hекотоpые из них уже подали пpотест, заявив, что Долматов не был заpегестpиpован в качестве кандидата, однако pезультаты компьютеpной пpовеpки показали, что с документами у фидошно-паpтийного блока все в поpядке. - Спасибо. Мы будем деpжать вас в куpсе дел. Извините, к нам поступило еще одно сообщение. Мэpом Москвы избpан также пpедставитель фидошно-пивного блока Фаpид Вагапов.

Орленко Иван Феофанович

Мы - "Таллинские"

Аннотация: : Повесть "Мы - "Таллинские"" явилась итогом многолетней кропотливой работы. Автор стремился по мере возможности подтверждать свои воспоминания документами архивов (следует помнить, что доступ к ним был в те годы серьезно затруднен), данными военно-исторических исследований, вел регулярную переписку с ветеранами полка и энтузиастами, публиковал статьи в периодической печати. Книга издана скромным по советским меркам, но огромным по нынешним временам тиражом 20 000 экземпляров и является в настоящий момент единственным достаточно подробным и корректным официально изданным изложением истории 51-го полка.

Александр Орлов-Рысич

Тора Бора

Политический детектив

11 сентября 2001 года миру

стало понятно, что ХХ век был вполне

сносен, а временами -- даже гуманен.

Каким будет новый век? В него мы влетели на "Боингах",

которые направляли не только террористы-смертники,

но и государственные деятели, политики,

"борцы" с терроризмом и несправедливостью мира.

Автор восстанавливает самый черный день Америки,

Политические и общественные катаклизмы сотрясают планеты Федерального союза... Честолюбивый генерал Джо Шеридан из федеральной службы безопасности (ПАСЕК) вступил в заговор с мятежными силами Зоны Сото и с помощью подчиненной ему эскадры «Биг-Спай» во главе с суперсовременным крейсером «Саламандра» решил уничтожить стратегически важную станцию «Ван-Риос». Привести в исполнение свой план Шеридан поручает тайному агенту Пойнтеру, прекрасно проявившему себя еще четыре года назад в секретной операции на станции «Грин-Ярд», когда был уничтожен отряд «Ульрик» управления спецопераций, руководимого другим генералом ПАСЕК – Линнартом Йорком. Но, для того чтобы никто не догадался об истинных исполнителях намечающегося теракта, генералу Шеридвну необходимо убрать единственного оставшегося в живых свидетеля трагедии на «Грин-Ярде» – бывшего бойца отряда «Ульрик» и любимца генерала Йорка – Эдварда Кларка.