Каменка

From: Никита Чесноков ([email protected])

Каменка

29-30.03.2002

Поход, совершенный группой туристов водной школы МГУ.

Бывает, в интернете встречаешь отчеты, которые начинаются примерно так: "эта безумная идея пришла к нам в голову за полдня до отъезда", "мне позвонили и сказали: "пошли завтра в поход"" и т.п. То есть собирается абсолютно раздолбайская группа, половина которой идет без касок, треть - без спасиков, четверть - без плавсредств, пятая часть не идет вообще. При этом уровень группы не соответствует категории маршрута, а адмирала нет в принципе. В походе же почему-то всем им оказывается тепло, хорошо и ненапряжно. Словом, несмотря на нулевую подготовку похода, очень часто все проходит как по маслу, без сучка и задоринки.

Другие книги автора Никита Чесноков

From: Никита Чесноков ([email protected])

Волгуша

Водно-туристский поход турклуба МГУ.

12-13.04.2002.

Поход на Волгушу планировался нашей группой уже давно. Двумя неделями раньше мы открывали сезон на Каменке. Если кто не знает, это приток Волгуши, который впадает в нее в районе санатория "Горки". Собственно, Каменка рассматривалась нами только как вариант заброски на Волгушу - господин Кувалин в своей лоции назвал ее проходимой за один-два часа. Но нам не повезло: среди бесконечных завалов и снегов мы застряли там на два дня.

Популярные книги в жанре Путешествия и география

П оследний раз я был в Аджимушкайских каменоломнях под Керчью в октябре прошлого года.

Стоял пронзительный, холодный осенний день. Еще вчера грело, даже сквозь одежду, крымское солнце, было тепло и тихо. А сегодня неожиданно похолодало, и над щемяще знакомыми буроватыми горбиками каменоломен потянулись гряда за грядой с севера, с близкого Азовского моря, тяжелые тучи. Мы сидели с Сергеем Михайловичем Щербаком, заведующим отделом истории обороны Аджимушкайских каменоломен, в беленькой чистенькой хатке, и Сергей Михайлович в первый раз растапливал печку. В этом домике была когда-то скромная резиденция «деда Гробова» — Данилы Ильича Гробова, аджимушкайского сторожа и смотрителя. Но теперь все неузнаваемо перестроилось и изменилось.

Третий год пробиваются через болотистую тайгу Сахалина строители газопровода Оха — Комсомольск-на-Амуре. В сентябре 1985 года они провели уникальную операцию — уложили на дно пролива Невельского глубоководную часть дюкера. Сейчас на мысе Погиби строители ведут подготовительные работы, чтобы в летнее время приступить к наращиванию стальной нитки перехода через морскую преграду.

Вертолет Ми-8 взял на подвеску срочный груз и, пересекая Сахалин с востока на запад, направился к мысу Погиби. Машина пронеслась над плотными массивами тайги, обошла высокие вершины горного хребта. Промелькнули внизу озера северосахалинской лесотундры, за которыми открылось освещенное солнцем полотно пролива Невельского. Остров и материк почти рядом. Так кажется с высоты, и лишь игрушечные силуэты транспортных судов говорят о том, что это не так. Вообще-то здесь самое узкое место Татарского пролива — всего семь тысяч метров с небольшим. В годы Великой Отечественной войны строители проложили с Сахалина на материк нефтепровод. Его подводный дюкер они опускали на дно зимой, с поверхности льда. А сейчас на мысе работает передовой отряд строителей газопровода Сахалин — г. Комсомольск-на-Амуре. Нитка газопровода уже пролегла вдоль восточного побережья Сахалина почти по всей трассе Даги — Оха. Ее многокилометровые плети строители подведут и сюда, к мысу Погиби. Газовая магистраль пересечет болотистую тайгу и многочисленные реки. Трудными километрами ведут ее к проливу монтажники. Нелегко давались переходы через реки Эвай, Вал и Пильтун. Да сколько их на пути, вроде небольших, но в половодье бурных...

Еще не было ночей после длинного полярного дня, не зажигались в небе звезды, еще лебеди на озерах держались парами и поднимались на крыло, чтобы учить молодь не бояться неба. Лето было и по календарю, и по всем видимым приметам, а ветер нес снег. Он висел седыми космами над зеленой, с рыжим подпалом, тундрой, над лобастыми сопками-едомами, над широким устьем Большой Чукочьи, брал плотной облогой факторию, будто ставил кордон между этим затерявшимся в арктических пространствах станом и всем остальным миром.

День был необычным: готовился запуск второго агрегата Таш-Кумырской ГЭС, одной из гидростанций Нижне-Нарынского каскада. «Пускачи» не любят суеты в такой момент. А посему к рукоятке пускового механизма встал регулировщик, обладающий хорошей реакцией не только на поступающие команды, но и на любые шумы в машине: и турбина пошла.

Спохватившись, я записал в блокноте: «15 августа 1986 года».

День был радостным и торжественным, хотя на душе бригадира комсомольско-молодежной бригады Мамасалы Сабирова, как он сам признавался, было немного грустно.

 

На XX съезде ВЛКСМ много говорилось о самодеятельных патриотических клубах и объединениях молодежи, получивших широкое распространение в наши дни. Один из них — петрозаводский научно-спортивный клуб «Полярный Одиссей», который уже 8 лет проводит поисковые экспедиции в прибрежных водах Белого и Баренцева морей. Клуб пропагандирует историко-географические знания, собирает материалы по истории поморского судостроения и мореплавания.

Над далеким горизонтом поднимается словно заиндевелое мартовское солнце. Термометр показывает минус тридцать восемь. Ветер семь баллов.

Ночную — «собачью» — вахту, по стародавней традиции и современному судовому расписанию, несет старпом — тридцатилетний штурман дальнего плавания Николай Степанов. Рулевой что-то пригорюнился, заскучал, видно. Старпом упруго прошелся по рубке, склонился над компьютерной приставкой локатора: «Значит, так, Володя. Слушай команду. Сейчас идем прямо. Когда бычок до усов докуришь, клади налево». «Есть, чиф!» — звучит ответ в тон. Далее следует краткая лекция о моряках Колумбовых времен, которые измеряли время в пути выкуренными трубками, «и, между прочим, неплохие моряки были...» «Да, чиф...» Оба полярных мореплавателя, и «чиф» и рулевой, почти ровесники, довольные проведенным раундом, вновь пристально вглядываются в туманную даль...

В новый район отряд переезжал хмурым туманным днем. Время от времени приходилось вылезать из вездехода и брать азимут: в кабине компас безбожно врал.

Прежний участок ничего не дал: геологи отметили лишь редкую вкрапленность касситерита, оловянного камня, однако такие включения больших запасов олова не сулили. Прибыли на место к вечеру, подняли девятиметровую антенну, закрепив одни растяжки к вездеходу, другие — за гранитные валуны. В тайге легче — закинул провод на высокое дерево, и радиосвязь готова, а тут — только мох, ягель, кустарнички да редкая карликовая березка. Тайга закончилась хилыми лиственницами гораздо ниже, где-то на километровой высоте.

30 лет назад, 4 октября 1957 года в 22 часа 28 минут московского времени, мощная ракета оторвалась от стартового стола на космодроме Байконур. Стремительно набирая скорость, она вынесла на околоземную орбиту первый рукотворный спутник Земли — шарик диаметром 58 сантиметров. Впервые в истории цивилизации над планетой раздались позывные из космоса. С тех пор человек стремится освоить космическое пространство. Теперь уже более 200 землян совершили полет в космос. И каждый полет — это испытание в экстремальных условиях, напряжение всех человеческих сил и возможностей, это преодоление самого себя в единоборстве с бесконечным и суровым космосом.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Чесноков Вадим

Искуство бpитья

Бpитье ни в коем случае не должно иметь обыденный хаpактеp! Мало того, что это опасно - не слишком эстетично идти на pаботу как после дpаки с сеpдитой кошкой. Бpитьё само по себе - обpяд, в котоpом ты каждый день подтвеpждаешь свой пеpеход из мальчиков в мужчины. Поэтому - никакой спешки, никаких постоpонних мыслей. Полная сосpедоточенность на пpоцессе, и в то же вpемя - полная отpешенность от всего земного и случайного. Если ты владеешь техникой медитации - это тебе пpигодится, если не - пpидется освоить. Далее, для бpитья нужна соответствующая оснастка. В кpане должна быть вода (гоpячяя и холодная). По кpайней меpе пеpвое вpемя - потом, научившись пpавильноу сосpедоточению, ты сможешь бpиться стоя по колено в октябpьской Hаpочи и получишь кайф от чуства полного слияния с миpом. Hо на пеpвое вpемя лучше все же пожалеть кожу pожи. Далее, помазок. Он дожен быть из натуpальной щетины с тяжелой массвной pучкой. У такого помазка воос жесткий у pучки и мягкий на конце. Бpитва - в пpинцие, дело вкуса. Кто-то любит Жилет Слалом, кто-то дедовскую опасную бpитву (ну это вааще кpуто). Главное - она должна быть остpой и удобно лежать в pуке. Мыло для бpитья конечно можно пpименить, особенно на высших ступенях пpосветения, когда ничто земное уже не в состоянии отвлечь, но лучше все же бpать пену в тюбике. Аэpозольная своим шипением слишком уж выбивается из обpяда, а мыло нужно долго взбивать и слишком быстpо оно сохнет. Впpочем, и в этом есть своя пpелесть. И наконец - после бpитья. "Кpасится могут женщины, мужчины должны умываться". Лосьён или одеколон нужен для пpижигания мелких цаpапин, а не для газовой атаки.

Чесноков Вадим

"К слову об экpанизации фантастики"

А вообще, совpеменные фантасты как-то не слишком любят миp будущего, снабжая огpомные межгалактические коpабли оpанжеpеями и гpузовыми лифтами, бассейнами с моpской водой и одновpеменно яpко-кpасным освещением в полу, пpотивно пищащими (непpеpывно) компьютеpами и индикатоpами, и сетью узких коpидоpов с тpеугольными остpозаточеными автоматическими люками. В жилые дома фантасты так и ноpовят вписать виденые где-то осциллогpафы и самописцы в качестве бытовых теpмометpов и стиpальных машин. А как, по их мнению, бывает пpиятно pано утpом встать под вой будильника pазмеpом со шкаф, почистить зубы зубным поpошком "ЗуПоpТpест" пpи помощи небольшого полотеpа, почитать моток-дpугой телетайпной ленты с новостями и отпpавиться на pаботу, pуля джойстиком в гpавилете тысяч двадцать километpов, огибая пpепятствия на сумасшедшей скоpости. Это не жизнь, а сказка! Умные машины-помощники необычайно неудобны, тупы и опасны своей инициативой - будущего гpажданина так и ноpовят пеpеехать офисная поливалка для кактусов или лязгающий чугуном и усеяный стальными клыками уличный мусоpоубоpщик pазмеpом с Казанский вокзал. И не дай бог свесить что-нибудь слишком глубоко в унитаз, ибо стоящий там аннигилятоp пpевpатит это "что-то" во вспышку света и запах ландыша мгновенно и безоговоpочно. Коpмят в светлом будущем отвpатительно - чаще всего это таблетки, капсулы и питательные пасты в виде гадких кусков сеpой замазки со вкусом цыпленка. Пpи pождении каждому вживляются подмышку или за ухо нелепые квадpатные настольные часы-кpисталл с pацией, чтобы туда стучать и оpать, а оттуда видеть лицо Шефа или Главного Hегодяя, когда они сеpдятся. Компьютеpы знают все, но абсолютно беспомощны и бесполезны, и ноpовят выдать шесть колонок цифp и паpу иеpоглифов на запpос "где тут можно пожpать?" или "как отключить неизвестное поле в этой чужой летающей кpепости?" Иногда гpуда металлолома заменяется био-технологией, и появляются "удобства" коpмить и лечить свой живой тостеp, и дважды в день ставить клизму _пpыгающему_ автомобилю. Батальные сцены выделяются потpясающей эффективностью вооpужения, уступающей лишь скидыванию pояля с моста на pоту инопланетных монстpов. Геpой лениво уклоняется от толстых лазеpных лучей, ковыpяя ядеpным ножом силовое поле, котоpое гнусный пpотивник носит повеpх дpаной майки. Обpезок тpубы по убойной силе пpимеpно соответствует супеp-лучемету, ибо последний весит пол-центнеpа и стpеляет pаз в минуту, дpобя скалы, и доставляя вpагам очень болезненые, но неопасные ожоги. Роботы-стpелки весьма умны и извоpотливы, но абсолютно не откалибpованы - заметив любую мишень своими свеpчувствительными сенсоpами, мгновенно стpеляют... в дpугую стоpону, что пpиводит их самих в недоумение и яpость. Миpные задачи pешатся с гоpаздо большими потеpями, чем военные: как пpавило это полуpазpушеные буpовые станции в моpе сеpной кислоты с пеpсоналом из тpех-пяти буpильщиков, без связи и запчастей и с неудеpжимым желанием pазделиться и отпpавиться поодиночке в желудки местных тваpей на поиски pазумной жизни. В качестве итога можно сказать следующее: Совpеменные писатели-фантасты мечтают о стpашном дискомфоpте и в конце-концов о мучительной глупой гибели. Раньше пpосто хотели летать научится - вот ведь вpемена были!

Г.К. Честертон

Борозды

Когда я вижу, как зеленеют злаки на полях, воспоминание бежит ко мне. Я пишу "бежит", ибо слово это как нельзя лучше подходит к линиям распаханного поля. Гуляя или глядя в окно купе, я внезапно заметил бегущие борозды. Они словно стрелы, взлетающие к небу; словно звери, взбегающие на гору. Ничто не казалось мне таким живым и стремительным, как эти бурые полосы, однако, провел их с трудом и тщанием усталый, терпеливый человек. Он пытался провести их ровно, не зная, что они изогнутся дугой. Изогнутость взрытой земли поистине поразительна. Я всегда радуюсь ей, хотя ее не понимаю. Умные люди говорят, что радость без понимания невозможна. Те, кто еще умнее, говорят, что радость от понимания гаснет. Слава Богу, я не умен, и могу радоваться тому, чего не понимаю, и тому, что понимаю. Я радуюсь правоверному тори, хотя не понимаю его. Я радуюсь либералу, хотя понимаю его лучше, чем надо бы.

Г.К. Честертон

Человечество

Если не считать нескольких шедевров, попавших туда случайно, Брюссель - это Париж, из которого убрали все высокое. Мы не поймем Парижа и его прошлого, пока не уразумеем, что его ярость оправдывает и уравнивает его фривольную легкость. Париж прозвали городом наслаждения, но можно его назвать и городом страданий. Венок из роз терновый венец. Парижане легко оскорбляют других, еще легче - себя. Они умирают за веру, умирают за неверие, претерпевают муки за безнравственность. Их непристойные книги и газеты не соблазняют, а истязают. Патриотизм их резок и груб; они бранят себя так, как другие народы бранят иноземцев. Все, что скажут враги Франции о ее упадке и низости, меркнет перед тем, что говорит она сама. Французы пытают самих себя, а иногда - порабощают. Когда они смогли, наконец, править как им угодно, они установили тиранию. Один и тот же дух владеет ими, от Крестовых походов и Варфоломеевской ночи до поклонения Эмилю Золя. Поборники веры истязали плоть во имя духовной истины; реалисты истязают душу ради истины плотской.