Камень-обсерватория

НЕВЕДОМОЕ : БОРЬБА И ПОИСК

АЛЕКСАНДР ЛЕВИН

Камень-обсерватория

I. ЗАГАДОЧНЫЕ МЕГАЛИТЫ

"...На берегу Красивой Мечи, близ села Козьего, есть огромный гранитный камень,- по описанию А. Афанасьева - собирателя русских сказок, поверий, легенд.- Крестьяне называют его "Конь-камень" и рассказывают о нем следующее предание. В незапамятную старину явился на берегу Красивой Мечи витязь великан в блестящей одежде, на белом коне - признаки, указывающие на бога бурных гроз. В тоскливом раздумье глядел он на реку, а потом бросился в воду, а одинокий конь его тут же окаменел. По ночам камень оживает, принимает образ коня, скачет по окрестностям и громко ржет". Была вполне понятной и реакция местных жителей на этот стоячий легендарный камень, известный еще с 1499 года - из описания путешествия русского посла Олешки Голохвастова в Кафу (Крым): "Клались в судно на Красивой Мече у Каменного коня". Эту реакцию крестьян описал тульский краевед И. П. Сахаров: "Вокруг Коня-камня до позднейшего времени совершалось опахивание, чтобы приостановить губительное действие скотского мора".

Другие книги автора Александр Акимович Левин

АЛЕКСАНДР ЛЕВИН

Гибель Фаэтона

Пой, Златоуст, Благую весть, И я проснусь.

Людмила Ходынская

СТРЕСС

- Я напуган и боюсь высказывать!

- Чем напуган?

- Да как же чем? Тридцать лет тому назад я окончил- физикоштематический факультет Харьковского университета по специальности физик-теоретик, ядерщик, и попросил предоставить мне свободный диплом.

- Вы взяли свободный диплом? Но свободных дипломов не выдают. Да вы, наверное, и на стипендию учились. Как же так?

Александр Левин

Каменный календарь

В ЗАПИСНУЮ КНИЖКУ ФАНТАСТА

Где заканчивается наука и начинается фантастика? И где

кончается фантастика и начинается наука? Вряд ли очень точно можно

указать границу. Фантастика питается научными гипотезами и идеями,

но научно-фантастическую художественную литературу нельзя свести к

популяризации научных положений. Однако оригинальные гипотезы,

едва брезжущие предположения ученых, умело изложенные, имеют и

Александр Левин

Зеленая охота

(из книги "Биомеханика")

Хомо-сцапиенс зеленый

под кустом сидит зеленым

и какого-либо хому

ожидает на обед.

Руки-штуки напружинил,

ноги-лапы приготовил,

сабли-зубы растопырил,

ухти-когти заголил!

Хомы ходят по полянкам,

в лес заходят неохотно,

по тропинкам к водопою

в одиночку не хотят.

Но известно всем,что хома

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Кандидат географических наук В. БЕРДНИКОВ

Картины художника Дарова

(Фантастический рассказ)

Стояли жаркие дни середины июля, солнце нещадно раскаляло улицы, и поэтому я поторопился выехать из города ранней утренней электричкой. Поезд осторожно выполз из-под крыши перрона, миновал застроенные домами пригороды, высокую серую дугу кольцевой автодороги и, набирая скорость, заспешил мимо дачных домиков, садов и полей. Через час я вышел на платформу небольшой станции, пересек железнодорожные пути и по крутому зеленому откосу поднялся в старый дачный поселок.

Берендеев Кирилл

Друг мой!

Прости мое излишне вычурное обращение, но я не знаю, как лучше следует начать это письмо. Если я упомяну в заглавии то имя, что носишь ты сейчас, ты не узнаешь меня, если же прежнее - просто не поймешь. Я нахожусь в затруднении, и если бы не определенные обстоятельства, я не смог приняться за письмо. Да и что я хочу сказать им? - и сам не знаю. Некую нетривиальную повесть, нечто, что заставило бы внимательно вчитаться в написанные мной строки, и не скакать, как ты привык, с пятого на десятое или посмеиваться над каждой новой фразой. Впрочем, последнее наименее вероятно, ты просто счел бы меня нетвердым в рассудке и уничтожил бы письмо, не придав ему значения. Признаться, я так и не решил, как мне убедить тебя и очень боюсь, что ты оставишь мое послание без внимания.

Берендеев Кирилл

Мерцающая звезда на черном бархате неба

Четверть седьмого вечера "Форд-Скорпио" въехал на занесенный снегом плац школьного двора. Со всех сторон горели огни, - асфальтовый дворик располагался в центре здания, и только колоннада, минуя которую и прибыла машина, едва виднелась в сумерках холодной февральской ночи.

Мотор "форда" затих, лишь едва слышно гудела печка. Первой молчание нарушила сидящая за рулем девушка.

Берендеев Кирилл

Мука

Петр Алексеевич мучился. Мучился он, надо сказать, уже более получаса, серьезно, вдумчиво, со всей ответственностью подходя к этому непростому для всякого человека делу. С толком. И, что обидно, вроде бы вполне достаточно для достижения хоть какого-то результата. Но вот только выйти из этого состояния, положить ему предел и заняться, наконец, делами по хозяйству никак не мог.

Он в сотый раз прошелся мимо книжных полок своей библиотеки и, покачнувшись, мягко переступил с пятки на носок по дорогому ковру, изрядно протертому на середине приступами предыдущих мук. Остановился и вновь воззрился на стеллажи, разглядывая их сверху вниз.

Берендеев Кирилл

Мы тут писателя нашли

* * *

- Мы тут писателя нашли...

Старик не обернулся. Поглощенный собственными мыслями, он не слышал шагов вошедших и обращенной к нему фразы. Взгляд его был прикован к окну.

Дождь, нудный сентябрьский дождь заливал город за окном, превращая его в картину импрессиониста - серо-зеленый холст с вкраплениями кремовых тонов и полутонов, разбитое на фрагменты каплями, замершими на стекле. Ни городских построек, ни парков и скверов, ни улиц и площадей, ни шума проносящихся сквозь белесое марево ниспадающей воды автомашин - ничего не осталось. Неясные пятна, меняющиеся как стеклышки в калейдоскопе - не то торопливые прохожие, спешащие по делам, несмотря на отвратительную погоду, не то городские малолитражки, не то просто блики капель не стекле. Мир исчез, остался лишь монотонный неумолчный стук капель - бамм-бамм-бамм - о карниз и глухой, низких тонов - о толстое оконное стекло - бум! - бум! бум! - куда реже и тише предыдущего, но отчего-то не смешиваясь и не поглощаясь им. Все стекло было залито, заляпано косыми струями, которые праздный гуляка-ветер с неугомонной решимостью бросал и бросал, целясь в фасад ветхого четырехэтажного дома постройки конца прошлого века.

Михаил Николаевич ГРЕШНОВ

НАДЕЖДА

Увлекательная работа - придумывать географические названия: Мыс Рассвета, Озеро Солнечных Бликов... Мы только и делали, что придумывали, придумывали. Не только мы - Северная станция тоже. Вся планета была в распоряжении землян - в нашем распоряжении.

- Ребята! - кричала с энтузиазмом Майя Забелина. - Холмы Ожидания хорошо?

- Река Раздумий?

- Ущелье Молчания?..

- Хорошо, - говорили мы. Подхваливали сами себя: работа нам нравилась, планета нравилась. Нравились наши молодость и находчивость. Давали названия даже оврагам: Тенистый, Задумчивый.

Это мутно-червонное крошево под ногами хрустело и разлеталось. Высотные дома, магазины, пустые проезжие части – все было покрыто им. Красиво и жутко. Желтая Москва.

Восемнадцать лет – превосходный возраст для саморазвития. При грамотном подходе можно добиться много, главное отыскать правильную мотивацию, а отыскав – не дать ей себя прикончить. Пусть ты уже худо-бедно оперируешь сверхэнергией, постигаешь основы права и криминалистики, неплохо дерёшься и уверено обращаешься с табельным оружием, но всё же пока бесконечно далёк и от истинного могущества, и от настоящего профессионализма. И если в институте можно уповать на пересдачу, то на тёмных ночных улочках первый провал станет и последним.

То, что не убивает оператора сразу, не убивает его вовсе? Ну да, ну да…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Борис ЛЕВИН

ГОЛУБЫЕ КОНВЕРТЫ

Жена Дмитрия Павловича Непряхина получила письмо:

"Сонечка, родная!

Я долго думал, прежде чем написать эти два слова. Но, честное слово, нет ничего, что лучше выразило бы мое отношение к вам. Впрочем, это не важно. Завтра неделя, как я живу здесь. Я поселился в "Доме приезжих". Это на самой постройке, в четырнадцати километрах от города. Место выглядит, как после землетрясения. Всюду ямы, котлованы, песок, цемент, кирпич, железо.

Ханох Левин

Хефец

Пер. с иврита Марьян Беленький

Действующие лица:

Тейгалех

Кламнаса, его жена

Фугра, их дочь

Варшавяк, жених Фугры

Хефец, родственник Тегалеха, и квартирант в их доме.

Адаш Бардаш

Хана Чарлич - официантка

Шукра

Примерное значение имен: (прим. перев.)

Кламнаса - "все" + "едет"

Хефец - вещь, предмет

Адаш - похоже на "равнодушный"

Ханох Левин

Юность Вардочки

Пер. с иврита Марьян Беленький

Пьеса впервые поставлена в Камерном театре (Тель Авив) в1974 г. в постановке Ханоха Левина.

Действующие лица

Вардочка

Отец

Мать

Садовник

Повар

Няня

Водитель

Жена водителя

Агув

Мать Агува

Действие первое

Действие происходит с вечера до утра

Картина 1

Двор в доме Вардочки

Ханох Левин

Опс и Опля

Пьеса

Пер. с иврита - Марьян Беленький

Действующие лица:

Опс

Ньема, его мать

Опля

Пшицва, его мать

Черненко, жених Опли

Картина 1

Комната в холостяцкой квартире Опса.

Опс взывает к потолку, пытаясь выглядеть крутым.

Опс: Сегодня ночью трахнул одну дважды, некрасивая попалась. Сразу после этого у меня случилось одновременно несколько выбросов: чих, пук, рыг, смех, храп. Такого у меня еще не было. Я имею в виду два раза подряд плюс все остальное. Это такое же совпадение, как числовая комбинация на замке сейфа. Я прямо горю желанием рассказать обо всем этом, но некому. Я одинок. У меня есть только мамочка.