Как мальчик Женя научился говорить букву 'р'

Евгений Иванович Чарушин

Как мальчик Женя научился говорить букву "р"

Мальчик Женя не умел говорить букву "р".

Ему говорят:

- Ну-ка, Женя, скажи: "пароход".

А он говорит: "палоход".

- Скажи: "таракан".

А Женя говорит: "талакан".

- Скажи: "рыба".

А он говорит: "лыба".

Все ребята во дворе над ним смеялись.

Вот Женя однажды играл с ребятами, сказал тоже что-то неправильное. И ребята стали его дразнить.

Другие книги автора Евгений Иванович Чарушин

Когда Тюпа очень удивится или увидит непонятное и интересное, он двигает губами и тюпает: «Тюп-тюп-тюп-тюп…»

Травка шевельнулась от ветра, пичужка пролетела, бабочка вспорхнула, — Тюпа ползёт, подкрадывается поближе и тюпает: «Тюп-тюп-тюп-тюп… Схвачу! Словлю! Поймаю! Поиграю!»

Вот почему Тюпу прозвали Тюпой.

Слышит Тюпа, кто-то тоненько посвистывает.

Видит: в крыжовнике, где погуще, кормятся серенькие вертлявые пичужки — пенки, ищут, нет ли где мошки-букашки.

Сборник рассказов об охоте замечательного писателя и художника Евгения Ивановича Чарушина.

Сборник рассказов о животных. Для старшего дошкольного возраста.

Евгений Иванович Чарушин

Что за зверь?

Выпал первый снег, и всё кругом стало белым. Деревья белые, земля белая, и крыши, и крыльцо, и ступеньки на крыльце - всё покрылось снегом.

Девочке Кате захотелось по снежку погулять. Вот она вышла на крыльцо, хочет по ступенькам спуститься в сад и вдруг видит: на крыльце в снегу какие-то ямки. Какой-то зверёк ходил по снегу. И по ступенькам следы, и на крыльце следы, и в саду следы.

Евгений Иванович Чарушин

Перепёлка

У нас в клетке жила ручная перепёлка. Такая маленькая дикая курочка. Вся коричневая, в светлых полосках. И на горле у неё нагрудничек из пёрышек, будто ребячий слюнявник.

Перепёлочка ходит по клетке и тихонько насвистывает - вот так:

- Тюрр-тюрр! тюрр-тюрр!

А то ляжет на бочок и купается в песке, как настоящая курица, чистит пёрышки, крыльями похлопывает. Мы ей покажем червячка, она подойдёт и клюнет из рук.

Болтливая сорока – одна из последних книг Евгения Ивановича Чарушина, известного художника-анималиста и детского писателя.

Книжки Чарушина раскрывают тайны природы и повадки обитателей леса, учат малышей любить волшебный мир зверей и птиц, понимать природу и растительный мир.

Рисунки автора.

Евгений Иванович Чарушин

Медвежонок

Охотники убили трёх медведиц и три выводка медвежат продали в зоопарк.

В зоопарке их всех посадили в одну клетку, бурых, рыжих, черноватых, неодинаковых и мастью, и ростом - кто побольше, кто поменьше. Самый маленький - самый угрюмый.

Сидит в углу, чешет животик, лапу сосёт и всё время ворчит.

А другие весёлые: борются, по клетке лазят, барахтаются, кричат, пыхтят - мохнатые, пузатые, большеголовые, косолапые медвежатки.

Популярные книги в жанре Детская литература: прочее

Владимир Иванович ОДНОРАЛОВ

Кораблик

Андрейка, смуглый двенадцатилетний мальчишка, меланхолично мотая портфелем, поднимался по лестнице на пятый этаж. Он был в том рассеянном состоянии, когда человеку не хочется вспоминать о чем-то не очень приятном, но очень важном.

А между тем учительница поставила перед ним вопрос ребром: либо он начнет новую жизнь и станет старательным, хорошим учеником, либо она не даст ему никакой жизни.

Барбара Пикард

Госпожа графа Аларика

перевод Светлана Лихачева

Рано поутру в день середины лета юный граф Аларик выехал из замка. На нем был нарядный малиновый камзол, отделанный золотом, и шитые золотой нитью перчатки; любимого белого коня украшала синяя с серебром сбруя. Проезжая через поля, Аларик пел, ибо был счастлив: ярко светило солнце, и жизнь не сулила юноше ничего, кроме хорошего.

Пересекая луг, Аларик увидел сидящую на траве девушку. На незнакомке было зеленое платье с серебряным поясом, льняные ее волосы, настолько светлые, что их сочли бы почти белыми, рассыпались по плечам. Маленький точеный подбородок казался чуть заостренным, зеленые глаза отливали золотом. Ножки ее были босы, а голову украшал венок из луноцветов.

Барбара Пикард

Рыцарь и наяда озера

перевод Светлана Лихачева

Ранним летним утром, когда солнце стояло еще невысоко над горизонтом, мимо озера проезжал юный рыцарь. Озеро это в народе называли Озером Наяды, ибо говорилось, что бессмертный дух в образе прекрасной женщины обитает в его глубинах; порою наяду видели среди сверкающих волн, порою - на поросшем травою берегу. Говорилось также, что на дне озера таится дворец с башнями и шпилями, в окружении дивных садов, где цветут невиданные цветы и переливаются всеми цветами радуги озерные раковины, - именно там будто бы и жила наяда.

А. Мышкин

Краткие сведения о Топотунах

Топотун любит ходить в чаще, в буреломах. Разгребая завалы, ветки бросает перед собой, чем устраивает еще больший завал. Неутомим в разгребании следующего, хотя при этом недовольно пыхтит и сопит. Дружит с муравьями, божьими коровками.

Романтик: топая по лесной тропинке или по корням деревьев, может остановиться, завороженный игрой капли вечерней росы с лучами заходящего солнца.

Суеверен: не пойдет дальше, если дорогу переползла мохнатая гусеница. Больше всего любит сумерки и фиолетовый цвет. Строит обстоятельный дом под корнями дерева, насыпая сверху ветки и листья.

Запись Б.О.Пилсудского. Обработка О.П.Кузнецова

Лунный человек

Айнская сказка

Родители мои умерли, и я жил со старшей сестрою. Каждое утро она брала ведро, черпак и шла к речке за водой.

Однажды вот так ушла и не вернулась. Я ждал ее три дня и три ночи, сильно волновался. Нет сестры. И никто нигде ее не видел.

Я изготовил инау и посвятил его огню. Попросил сказать, где моя сестра. Огонь не ответил. Наверное, не знал.

К. Пино

Легенда о парике

Это случилось в те стародавние времена, когда леса еще не были мирным зеленым местом для прогулок.

Множество опасностей таилось за их старыми корявыми пнями, среди высоких стволов, в непроходимых чащах. Людоеды, лешие, колдуны устраивали там дикие пляски, повсюду водились хищные звери, которые, чтобы утолить голод, набрасывались на все живое.

Маленький Жан жил со своими родителями на опушке большого леса, в бедной хижине с соломенной крышей.

К. Пино

Призрак повешенного рыцаря

ЛЕГЕНДА

Влюбленные не ходили гулять в "лес повешенного", дети никогда не играли там в прятки, старые люди, приближаясь к лесу, осеняли себя крестным знамением.

В те времена, к которым относится это повествование, только суеверие удерживало людей от прогулок среди вековых деревьев, в чащах, где земля густо покрыта нежным мхом, земляникой и черникой, а кусты усыпаны малиной.

Много лет тому назад, рассказывали славные жители ближайшей деревни, властитель края с помощью своих оруженосцев схватил и повесил на суку большого дуба рыцаря Ксавье де Мильмора, дворянина, искателя приключений, который грабил на большой дороге одиноких путников. Это была достопамятная казнь. В то время как тело рыцаря сводила предсмертная судорога, в четырех концах леса трубили в охотничий рог, а на поляне, как бы выражая всеобщее ликование, пылал стог сена.

К. Пино

Сказка про растаявшую фею

Если в прекрасную весеннюю ночь вы посмотрите на небо, может быть, вам удастся заметить очень далекую маленькую планету, излучающую приятный розовый свет. Не многие астрономы знают о существовании этой планеты: для того чтобы увидеть ее даже с помощью самых мощных приборов, нужно любить не науку, а поэзию.

Поскольку эта планета безымянная, мы будем называть ее просто Звездочкой. В безмятежной, чистой атмосфере Звездочки живут феи, которые некогда обитали на земле. Им пришлось покинуть нашу планету из-за войн, ненависти, эгоизма и всех прочих проявлений людской злобы и пошлости. Феи с удовольствием прилетели бы обратно на землю, если б знали, что найдут здесь только послушных детишек и великодушных взрослых людей.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Евгений Иванович Чарушин

Как Томка научился плавать

Мы пошли гулять и взяли с собой Томку.

Сунули его в портфель, чтобы он не устал.

Пришли к озеру, сели на берегу и стали кидать камешки в воду - кто дальше бросит. А портфель с Томкой на траву положили. Вот он вылез из портфеля, увидал, как камешек плюхнулся в воду, и побежал его доставать.

Бежит Томка по песочку, косолапый, толстопузый, ноги у него в песке так и заплетаются. Дошёл до воды, сунул лапы в воду и на нас оглядывается.

Евгений Иванович Чарушин

Воробей

Пошёл Никита с папой гулять. Гулял он, гулял и вдруг слышит - кто-то чирикает:

- Чилик-чилик! Чилик-чилик! Чилик-чилик!

И видит Никита, что это маленький воробушек прыгает по дороге. Нахохлённый такой, прямо как шарик катится. Хвостик у него коротенький, клюв жёлтый, и никуда он не улетает. Видно, ещё не умеет.

- Смотри-ка, папа, - закричал Никита, - воробей не настоящий!

А папа говорит:

Олег Игоревич Чарушников

"Вах!" и "охохонюшки"

Завод электрочайников и кроватная фабрика дружили давно и крепко. На высоких совещаниях оба директора, Петрушин и Гурьянц, всегда сидели рядом. У них было много общего. И завод и фабрика с железной регулярностью срывали план. Поэтому на высоких совещаниях директоров часто и подолгу ругали. Гурьянц, человек вспыльчивый, в ответ на критику пыхтел и отдувался. Меланхоличный Петрушин бледнел и вздыхал. - Почему нэт плана? - кричал в перерывах горячий Гурьянц. И сам себе отвечал: - Пружин нэту, черт бы их драл! А кровать без пружин - это... это как... - Это, примерно, как чайник без крышки, - вздыхал Петрушин. - У нас, дорогой друг, жести для крышек вечно нэт... хм... В общем, нету. Мы и то не плачем. И он ронял скупую руководящую слезу. - Вах! - вздымал руки к кебу Гурьянц. - Охохонюшки... - вторил Петрушин. Однажды в перерыве одного из совещаний Петрушин поинтересовался: - Послушай, Арам, как у тебя на фабрике с жестью? - Навалом этой дряни! - раздраженно ответил Гурьянц. - Нас пичкают жестью, как на убой. Вах! А гдэ пружины, я спрашиваю! - В нашем главке, - оглянувшись, произнес Петрушин, - пружины не дефицит. Короче, сколько надо, столько дам. Другое дело - жесть... - Друг! О чем раньше думал? - закричал Гурьянц. - Завтра же получай свою жесть, а мне шли пружины! Махнем не глядя! Обмен не глядя состоялся, и в следующем месяце завод и фабрика сумели вытянуть по девяносто шесть процентов плана - впервые в своей истории. На высоких совещаниях продолжали ругать обоих директоров, но со значительно меньшим пылом. Петрушин и Гурьяиц не отсиживались больше в последнем ряду и переместились в середину. - Все-таки глупо, - сказал однажды Петрушин. - Я говорю, неразумно таскать жесть и пружины с фабрики на завод и обратно. Давай так: часть твоих кроватей я буду собирать у себя, а ты, Арам, понемножку штампуй крышки из своей жести. Сэкономим массу времени! Решительный Гурьянц не заставил себя упрашивать, и выполнение плана подскочило до девяносто девяти и трех десятых. На высоких совещаниях директоры сидели теперь в первых трех рядах и с достоинством посматривали на президиум. Но Гурьянц продолжал страдать. - Семи десятых для счастья не хватает! Думай, друг, думай! - Все дело в неритмичности, - размышлял Петрушнн. - Львиная доля выпуска приходится на последние десять дней месяца. Вообще-то есть у меня одна идейка. Не знаю, как ты к ней отнесешься... - Вах! - только и смог произнести Гурьянц, узнав, в чем состояла идея. Отныне для завода и фабрики настали светлые денечки. На высоких совещаниях директоры восседали в президиумах. Гурьянц время от времени спускался оттуда, чтобы доконать коллег очередным достижением. Его фабрика спокойно давала сто десять процентов. Петрушин удовольствовался ста пятью. Коллеги восхищались и недоумевали. Но еще больше была поражена комиссия, прибывшая из министерства изучать передовой опыт. На заводе электрочайников члены комиссии застали самый разгар работы. Шли первые дни месяца, но никто и не думал простаивать. Чайниковцы в поте лица собирали кровати. Плечом к плечу с ними трудились друзья-кроватники. Люди торопились. Покончив с месячной программой выпуска кроватей, надо было перебираться на фабрику и всем обществом делать чайники. Петрушин ничего не придумал. Он просто использовал старинный крестьянский метод, гак называемую помочь. Простои, а стало быть и авралы, исчезли. На них попросту не оставалось времени. Пораженная комиссия немедленно укатила обратно в министерство, прихватив с собою директоров... Петрушин и Гурьянц вернулись очень грустными. Выводы были сделаны самые решительные. Кроватную фабрику обязали перейти на производство самокатов. Электрочайниковцев переключили на выпуск настольных ламп. На высоких совещаниях директоры вновь заняли старые места в последнем ряду и о плане старались не разговаривать. - Вах! - вздыхал Гурьянц. - Охохонюшки... - вторил Петрушин. Однажды во время перерыва Петрушин оглянулся и спросил: - Слушай, Арам, у тебя, говорят, с подшипниками туго... У нас этого добра навалом, а вот с кабелем... - Есть, есть кабель! - горячо зашептал Гурьянц. - Углубим сотрудничество? Махнем не глядя? - Вах! Конэчно, махнем! - Только тс-с-с-с... - шепнул Петрушин. - Мы не знакомы, - Тс-с-с-с! - отозвался Гурьянц. - Первый раз тебя вижу, дорогой. Директоры сделали непроницаемые лица и расселись по разным концам последнего ряда. Высокое совещание продолжалось.

Олег Игоревич Чарушников

Ананасы в кадках

В деревне Бякино был совхоз. Много-много лет специализировался он на ананасах, которые тут не росли. Бякинцы очень гордились, что у них самая большая плантация в мире, но жили впроголодь. Однажды в совхозе прошло собрание, и ананасы были признаны волюнтаризмом. Бякинцы единодушно поддержали и одобрили, но продолжали сеять ананасы, потому что сверху был спущен план. Плана совхоз не давал, так как на самой большой плантации вырастали самые маленькие в мире ананасы. Представитель Гвинеи, приглашенный посмотреть на достижения, все время просил на память хотя бы один плод. Он говорил, что в Гвинее все будут просто счастливы. Но плод ему не дали, потому что не желали очернительства и клеветы зарубежных радиоголосов. Держать кур сначала опять разрешили, а потом опять запретили. Поэтому бякинцы питались одними трудоднями, то есть чем бог пошлет. Тогда провели собрание, на котором было предложено ввести новые формы труда. Бякинцы единодушно поддержали, одобрили и ввели. Там, где трудилось сорок человек, стало работать двадцать. Культура производства ужасно возросла, но ананасов пока не было. Тогда ту же работу стали делать вдесятером. Дисциплина укрепилась до невозможности, но ананасы не росли. Тогда провели собрание по вскрытию резервов. Бякинцы поддержали, заявили со всей ответственностью и стали работать вчетвером. Потом вдвоем. В конце концов в совхозе остался один человек. Однако осенью ему не заплатили денег, со всей ответственностью заявив, что один человек столько зарабатывать не в состоянии. Он обиделся, доел кур и уехал в город - к тем тридцати девяти, что уехали раньше. Так как ананасов все еще не было, решили провести собрание по интенсивной технологии. Но тут заметили, что поддерживать и одобрять некому, и раздали плантацию горожанам дачникам. Те немедленно занялись выращиванием картофеля несовременными ручными методами. Последний бякинец стал писателем-деревенщиком, живет, естественно, в городе и часто публикует в центральной печати горькие статьи с призывом возродить былую славу забытого Бякина. На подоконнике своей городской квартиры он выращивает ананасы в больших кадках. Там они тоже не растут.