Как карта ляжет…

Как карта ляжет…

«Она долго лечилась. Очень долго. Куда только ни ездила: и на орошение, и к источникам. Ничего не помогало. Да она весь город перепахала в поисках хороших и умных врачей. Те лишь руками разводили: мол, вся надежда на бога. А бога в то время и не было вовсе. Точнее, был, конечно, но его официально не признавали. А она лечилась и верила. Верила и лечилась. Подолгу лежала в гинекологических отделениях. И так привыкла, что каждую больницу стала считать вторым домом. В больнице можно было отлежаться и подумать. Она всегда думала только о ребенке. О будущем ребенке. Наверное, это и был тот самый материнский инстинкт. Мысль о ребенке не давала Люсе покоя. И еще она вспоминала тяжелый, мрачный взгляд мужа, скользивший по ее фигуре и останавливавшийся на животе. Встретив этот взгляд, она мигом подбирала живот, затаив дыхание. Ждала, что он скажет. Может, выругается – или на кровать завалит. Но муж молча фыркал и выходил из комнаты. Она отпускала живот и проводила рукой по груди, по бедрам, по бокам. Ладони скользили по ровному гладкому телу, а она с трудом удерживалась от рыданий: ну чего, чего ему не хватает? Тело хорошее, сама чистая, дыхание свежее, по́том, как от соседки Томки, не несет. А время тихо отщелкивало мгновения, переходящие в дни, недели, годы и десятилетия. Они так и жили: тихо, не ругаясь, словно затаив дыхание. Каждый чего-то ждал. А в доме поселилась тоска. Впрочем, она всегда жила в этом доме. Люся сразу почувствовала тоску, едва перешагнув порог после свадьбы. Жених не соизволил перенести ее на руках, лишь взял под локоток…»

Отрывок из произведения:

Она долго лечилась. Очень долго. Куда только ни ездила: и на орошение, и к источникам. Ничего не помогало. Да она весь город перепахала в поисках хороших и умных врачей. Те лишь руками разводили: мол, вся надежда на бога. А бога в то время и не было вовсе. Точнее, был, конечно, но его официально не признавали. А она лечилась и верила. Верила и лечилась. Подолгу лежала в гинекологических отделениях. И так привыкла, что каждую больницу стала считать вторым домом. В больнице можно было отлежаться и подумать. Она всегда думала только о ребенке. О будущем ребенке. Наверное, это и был тот самый материнский инстинкт. Мысль о ребенке не давала Люсе покоя. И еще она вспоминала тяжелый, мрачный взгляд мужа, скользивший по ее фигуре и останавливавшийся на животе. Встретив этот взгляд, она мигом подбирала живот, затаив дыхание. Ждала, что он скажет. Может, выругается – или на кровать завалит. Но муж молча фыркал и выходил из комнаты. Она отпускала живот и проводила рукой по груди, по бедрам, по бокам. Ладони скользили по ровному гладкому телу, а она с трудом удерживалась от рыданий: ну чего, чего ему не хватает? Тело хорошее, сама чистая, дыхание свежее, по́том, как от соседки Томки, не несет. А время тихо отщелкивало мгновения, переходящие в дни, недели, годы и десятилетия. Они так и жили: тихо, не ругаясь, словно затаив дыхание. Каждый чего-то ждал. А в доме поселилась тоска. Впрочем, она всегда жила в этом доме. Люся сразу почувствовала тоску, едва перешагнув порог после свадьбы. Жених не соизволил перенести ее на руках, лишь взял под локоток.

Рекомендуем почитать

«Вера не стала звать непрошеную гостью в дом, а повела ее на берег озера. Зная о пристрастии жены к воде, Аркадий выстроил там красивую, хоть и несколько вычурную беседку, но Вера предпочитала сидеть на старой иве, гладить шершавую, нагретую за день солнцем кору и думать, как, наверное, неудобно так вот нависать над озерной гладью.

Незаметно опустились тихие июньские сумерки, и темная вода лежала неподвижно, отражая, будто в зеркале, небо и старые дубы с еще не окрепшей листвой на узловатых ветках…»

«В перерыве между операциями заведующая акушерским отделением Первого родильного дома Мария Петровна Арсеньева зашла в ординаторскую. Она стояла у стола и просматривала медицинские карты, когда ее мобильный телефон зазвонил.

– Здравствуй, Маша! – сказал мужской голос.

Мария мгновенно узнала этот голос и не то что вздрогнула – содрогнулась. И как подкошенная, рухнула в кресло. Сердце бешено колотилось. Это был голос с того света. Человек, с которым она сейчас говорила – Георгий Качарава, – погиб двадцать два года назад…»

«– Люба, открой дверь! Открой немедленно, слышишь! – Трофимов колотил в дверь ванной, за которой рыдала его беременная жена, мать его будущего – второго – сына.

– Уйди от меня! – сквозь рыдания кричала Любочка. – Ненавижу тебя, не-на-ви-жу! Ненавижу, слышишь? Никогда тебе этого не прощу!..»

«Я выхаживаю ребенка. Хожу, хожу, хожу. В любую погоду. Вернее, ходим, ходим, ходим. Точка отсчета всегда Пушкин, который смотрит на меня и незаметно кивает, мол, шагай – и указывает, куда идти. Он-то толк в дорогах знал.

Сегодня – вперед, по Тверскому бульвару, свернуть за Пушкинский театр, заглянуть в бело-серую, колокольную церковь Иоанна Богослова, покачаться на заснеженных качелях во дворе дома на Бронной, где в мае сирень сыпет тебе на волосы свои лиловые крестики-звездочки, через проулки выбраться к замерзшим Патриаршим прудам, и далее круг за кругом против часовой стрелки, все, как сказал доктор Борис Семенович, потрогав мой тридцатинедельный живот…»

«– Моя мама и красивая, и умная, и успешная. У нее было столько возможностей выйти замуж во второй раз! Но она этого не сделала, понимаешь, не сделала! Она не хотела, чтобы кто-нибудь, не дай бог, меня обидел. Моя мама из-за меня принесла свою жизнь в жертву, а я…

Дарина посмотрела на сидящего напротив мужа и опустила голову. Антон кивнул и взял ее за руку, но Дарина тут же руку высвободила…»

«Она проснулась с тем особым чувством изгнанности из рая… Села, как была, голой, на кровати, подперев подбородок коленями, и сплетенные, слипшиеся с лучами солнца волосы словно поддерживали ее голову.

Она бы все отдала сейчас. Отказалась бы от всего самого ценного, чтобы быть в эту минуту рядом с ним. Отказалась бы даже от самой себя, такой прекрасной и начитанной. Любящей европейское кино и классическую музыку. Ибо зачем она сама себе без него? Она бы отдала все, чтобы он сейчас, в эту минуту, лежал с ней рядом. Просыпался вместе с ней. Прижимал бы ее спину к своей груди на их семейном ложе…»

«Клянусь, у меня ни до ни после не было подруг, которые бы перед каждым выходом из дома делали чистку лица. Чистку абсолютно чистого лица, выщипывание идеальных бровей и подновление свежайшего маникюра. Перед выходом. Перед каждым. Только Тима. Ноготки должны быть как жемчужинки, говорила Тима. Прищурившись, критически рассматривала педикюр, из-за которого пальчики на ногах напоминали перламутровые клавиши аккордеона. У Тимы высокие гладкие скулы и ресницы такие пушистые, что был риск не разлепить их при моргании…»

«Молодой человек, а это был не кто иной, как поручик Ржевский, спавший на кушетке, открыл глаза, потер их и протяжно протянул: «Фу-у-у!» Затем он пробормотал «надо ж такому присниться», сел и огляделся. По всей комнате была разбросана одежда: там сюртук, чуть поодаль порты, а на комоде – сапог, точно чучело некоего неведомого животного. Поручик повел глазом и заметил подле ножки кушетки алый дамский бант на серебристой щегольской прищепке…»

Другие книги автора Галия Сергеевна Мавлютова

После глобальной личной неудачи Елена Истомина навсегда вычеркнула мужчин из своей жизни. Теперь ее цель – укрепить свою независимость во всех отношениях. Покупка квартиры, машины, неожиданное повышение по службе; спокойная жизнь, надежные подруги. Что еще нужно деловой современной женщине? Это и пытаются узнать двое мужчин – влюбленные в нее Константин и Александр, которых роскошная красавица не желает замечать. Что им нужно сделать, чтобы расплавить лед ее сердца? У кого из них хватит на это сил – и, главное, желания? Да и поверит ли Лена в их любовь?..

Красивая и обаятельная, Гюзель Юмашева при желании могла бы стать актрисой кино, звездой эстрады или блистать на международных подиумах высокой моды. Но она выбрала неженскую профессию «мента» и стала королевой сыска. Но случилось так, что майор Юмашева слишком глубоко копнула дело мафии угонщиков машин, связанной с весьма влиятельны ми в городе лицами. А первые звенья цепочки мафиозного бизнеса уходили в высшие сферы, откуда и поступила команда погасить звезду «королевы сыска»…

В основу повести положены реальные события. Все имена изменены, равно как и ход, и время действия большинства эпизодов повести. Некоторые события являются авторским вымыслом и никогда не происходили в жизни.

«Оставайся свободной женщиной!» Оставайся, оставайся, оставайся. Свободной, свободной, свободной. Женщиной, женщиной, женщиной. Состав мягко покатился под горку, колеса отстукивали ритм, они все повторяли и повторяли постылые слова. Галина повернулась к стене и заткнула уши, но слова зазвучали еще громче, будто кто-то невидимый поселился внутри ее тела и назойливо рвал перепонки невыносимыми звуками. Душа скручивалась в жгут, было невыносимо жить, нестерпимо страдать. От поезда можно сойти с ума. Вагон шатается, грохочет, колеса пилят измученные нервы одной и той же музыкой.

«…Ненавижу коммунальные квартиры. Ненавижу. Все плохое в моей жизни произошло из-за них. Кстати, их было всего две. Одна – моя. Вторая – его. Так мы и жили несколько лет: он в своей коммуналке, а я в своей. Наши пути часто пересекались, он приходил ко мне, а я к нему. А так чтобы сойтись, нет, не случилось. Раньше я думала, что не случилось из-за кота, проживавшего на его территории. Или это он проживал на территории кота? Не разобраться…»

Замуж… Умница-красавица Настя страстно хотела замуж. И не просто так, а только по любви. Денис Черников, предлагавший ей руку и сердце, любви не вызывал. Даже хуже – Настя боялась и ненавидела его. Получив отказ, Денис попросту уволил девушку с работы. И теперь единственным, что радовало ее, были сны. В них к Насте приходил таинственный незнакомец, и они страстно любили друг друга… Но сны – это только сны. Что нужно сделать, чтобы они стали реальностью? Может, вывернуть свою душу наизнанку, страдая так, что хуже, кажется, уже не будет?..

От рук налетчиков гибнет известный питерский антиквар. Стажер уголовного розыска Денис Белов отправляется на свое первое задание — опросить свидетеля этого преступления. Свидетелем оказывается девушка удивительной красоты, которая ведет себя очень подозрительно, так что причастность ее к убийству очевидна. Но не будущему великому следователю Белову, который... без памяти влюбляется в нее! Однако уголовный розыск не терпит сантиментов: охваченный чувствами стажер совершает ряд ошибок, и на их исправление у Дениса и его руководителей уходит огромное количество сил и времени. А убийства владельцев антиквариата продолжаются...

Такая закрепилась за подполковником Гюзелью Юмашевой слава, что все самые сложные дела, раскрыть которые практически невозможно, в управлении спихивают ей. И не только потому, что она находчива, умна и отчаянно храбра. Чтобы справиться с безнадежным «глухарем», помимо этого, надо еще принадлежать, по словам Юмашевой, к «братству ненормальных»…

Что делает нормальный опер, когда ему нужно проникнуть в квартиру очень важного свидетеля? Устанавливает слежку. А Юмашева в тридцатиградусный мороз повисает голыми руками на железных перекладинах соседского балкона и таким путем попадает в квартиру…

Узнав, что подельник разыскиваемого ею убийцы едет из Питера в Нижний Тагил, не раздумывая берет билет на тот же поезд…

Да что же это происходит в полиции накануне Нового года? Высокая и красивая блондинка вышагивает на шпильках по отделу, наивно хлопает глазами и задает глупые вопросы. Отправлялась бы восвояси – в модельный бизнес, например. Но нет, именно ее, Алину Кузину, назначают расследовать гиблое дело об угоне иномарок. Алина ищет, ищет – и находит. Нет, не бандита, а возлюбленного, с которым до самой новогодней полуночи ей предстоит сидеть в засаде. Справится ли влюбленная блондинка – и со своими чувствами, и с заданием?

Популярные книги в жанре Современная проза

Рассказы, выложенные на суд читателей, разные по своей тематике. Но всех их объединяет одно: стремление человека найти выход из самой сложной жизненной ситуации, пусть даже иногда это происходит и за гранью человеческой реальности.

На страницах представленного сборника читатель раскроет тайну смерти и узнает, как глубоко бывает предательство, приоткроет завесу последней любви и окунется в мир магии и фантастики…

Динамичность сюжетной линии, простота повествования и необычная развязка – все это не оставит равнодушным даже самого взыскательного читателя.

Приятного чтения!

Весна 1991 года. Ленинград. Из закрытого медицинского учреждения, находящегося под патронажем КГБ, исчезает пациент. У беглеца находится секретная информация, и однажды она попадает в руки человека из чужого времени – Михаила. Драки, погони, слежка – все это впереди. Героям предстоит сделать выбор – в том числе продать секретную информацию за огромные деньги. Но для того и существует историческая культура и традиция русской нации, чтобы противостоять соблазнам подлости и предательства, сохранять достоинство и благородство, честь и веру… И все же главным во всех этих перипетиях остается любовь. Ею переполнена вся жизнь. Она является источником и питающей силой для героев романа от первой его страницы до последней.

Новый остросюжетный роман широко известного у нас западногерманского писателя дает весьма четкое представление о жизни сегодняшней ФРГ. И перемены в общественно-политической обстановке в стране, вызванные приходом к власти в 1983 году правых сил, и финансовые махинации, в которых оказался замешан даже федеральный канцлер, и новая волна терроризма, и высокий уровень безработицы, и активизация неофашистских сил — все это волнует автора. Книга читается легко, детективный сюжет захватывает читателя и держит его в постоянном напряжении.

В настоящий момент, в эти дни отточенности ума, блеска эрудиции, изнеженности вкуса, изящества манер, бескорыстных интеллектуальных пиршеств и изобилия в широком смысле, рекомендовать к прочтению можно только классику. (А хотя “классика” — понятие растяжимое, попытки натянуть его и на XX век приводят к тому, что оно лопается.) Но под бдительным оком любого нормального редактора рекомендовать классику к прочтению можно, только каким-то образом привязав ее к настоящему моменту. (Работаем в технике “на колу мочало”.)

“Прошлого года, 22 марта, вечером” все начинается. Начинается смертью — собака, старик — и смертью, предположительно, заканчивается. То есть Нелли, конечно, умерла не предположительно, но вот рассказчик, этот самый Иван Петрович, литератор неполных двадцати пяти лет, вроде как всерьез собрался помереть в больнице вскоре после описанных в романе событий (“тяжелого, последнего года моей жизни”) — помрет, помрет, вот только все зафиксирует потщательнее — оставленный всеми, кого так много и великодушно любил. Старик Ихменев ему на прощанье скажет: больно, Ваня, с тобой расставаться. (“Замечу, что он ни разу не предложил мне ехать с ними вместе, что, судя по его характеру, непременно бы сделал… при других обстоятельствах”.) Наташа ему на прощанье скажет: “Ваня, зачем я разрушила твое счастье!” (“И в глазах ее я прочел: мы могли быть навеки счастливы вместе”.) Писать роман для него что-то вроде обезболивающего (“если б я не изобрел себе этого занятия, мне кажется, я бы умер с тоски”). Впрочем, тебе, голубчик, так и так умирать, а предполагаемая судьба романа — достаться в наследство фельдшеру, “хоть окна облепит моими записками, когда будет зимние рамы вставлять”. Ихменевы уехали в разгар лета, роман, вероятно, пишется осенью, так что не зря старик доктор говорил, что никакое здоровье не выдержит подобных напряжений.

Прежде чем прочитать эту книгу, вам следует знать пять вещей:

1. Меня зовут Ворриор Пандемос, и недавно я стала Богиней Хаоса.

2. К сожалению, я пока не знаю, как бросить эту работу.

3. В нашей безумной миссии по изгнанию греческих богов с Олимпа мы не только потерпели неудачу, нам буквально надавали по щам.

4. Поскольку судьба – та еще сволочь, меня похитил бог. Его зовут Вирус (сын заклятого врага; саркастический идиот; проблемы с головой).

5. Этот умник хочет занять место главного бога и предлагает мне сделку: он вернет для меня кого-то в мир живых, если я выйду за него замуж.

А я?

Я не знаю, что, черт возьми, мне делать.

Постановка целей и движение к ним невозможны без понимания своего эмоционального состояния. Эта книга о том, как развиваться, обретать новые знания, лучше владеть собой и выстраивать отношения с окружающими. Вы сможете преодолеть разрыв между ожиданиями и реальностью и приблизиться к лучшей версии себя. На русском языке публикуется впервые.

«Эмоциональный интеллект в работе» – это своего рода продолжение бестселлера «Эмоциональный интеллект»: развивая тему EQ – почему для того, чтобы преуспевать, так важно обладать набором компетенций, определяющих умение управлять своими чувствами, – Гоулман погружает читателя в рабочие будни. В книге множество потрясающих историй триумфов и поражений и убедительных доказательств того, как наличие или отсутствие эмоционального интеллекта определяет уровень успешности.

Что же делать, если EQ недостаточно для карьерного роста? Гоулман уверен: учиться! Он приводит практические рекомендации по развитию эмоционального интеллекта, и эти главы не должен пропустить ни менеджер, ни руководитель компании.

«Эмоциональный интеллект в работе» может стать самой важной из всех деловых книг, которые вы читали.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

«– Риск – дело благородное. Он украшает жизнь, она становится как-то ярче… Насыщеннее, что ли.

– Обожаю риск! – с воодушевлением отозвалась Саша и преданно посмотрела в глаза инструктора-парашютиста, который давал ей интервью. Несет полную пургу. Банальность на банальности. Пятая минута «синхрона», а взять нечего! Хотя хорош, как бог. Карие глаза, отличная фигура под черным летным комбинезоном и ореол авантюризма, приправленный хорошим парфюмом. Что еще нужно для счастья? Правда, на безымянном пальце кольцо, но не замуж же за него выходить? Так, пороманиться…»

«Воробей влетел в широко распахнутое окно предродовой палаты, уселся на железную грядушку опустевшей кровати, испражнился, звонко, победно чирикнул и так же стремительно выпорхнул на улицу.

– Прямо булгаковщина какая-то, – произнесла наблюдавшая за воробьем роженица.

– Мальчик, – уверенно сказала другая, подтвердив свой прогноз кивком головы.

Я ждала девочку. Мне все говорили, что будет девочка. Знаете, как женщины смотрят на живот беременной, улыбаются, вздыхают, думая о своем, а потом говорят: „мальчик“ или „девочка“…»

«Мамаша с коляской неспешно и гордо прошествовала на зеленый сигнал светофора и нарочито замедлилась, пристраивая коляску на поребрик.

Вы замечали, как ходят беременные бабы? Как утки, только что не крякают. Полные сознания своей значимости, переваливаются с ноги на ногу. Кучкуются в скверах, а еще хуже – у пешеходных переходов. Пойдут – не пойдут, попробуй, разбери. Те, что с колясками, опасливо вытягивают головы, а эти как на параде – выпятили круглое достояние и пошли гордо, из какого-то своего иного мира снисходительно глядя на другую половину человечества – небеременную, второсортную…»

«В семье Алмазовых ждали ребенка. Ждали его решительно все. Молодой муж Борис по прозвищу Джонни. Мама его и папа, звезды главного ресторана города «Клеопатра». Борисовы братья и сестры, тети и дяди. Особенно ждали ребенка Борисовы дедушка с бабушкой, корифеи ресторанной сцены и местные телезвезды – им повезло трижды выступать на городском канале на праздники, после чего с ними начали здороваться в автобусах…»