Как "Адмирал" во власть ходил

По следам катастроф

Изолированную группу людей, например, очутившихся по стечению обстоятельств на необитаемом острове, можно, при определенной натяжке, рассматривать как модель социума, оказавшегося в экстремальном положении. По крайней мере, во взаимоотношениях членов группы нередко просматриваются драматические тенденции и процессы, которые в масштабах государства приводят к его крушению. Ведь далеко не все способны на то мужество и ту веру в конечную победу Добра над Злом, которые проявил Робинзон Крузо. Тем более если само "стечение обстоятельств" было нарочито инспирировано.

Другие книги автора Игорь Боечин

Антология таинственных случаев

Игорь Боечин

Охота на "Бисмарка"

Полвека назад англичане отправили на дно Атлантики крупнейший линейный корабль нацистской Германии "Бисмарк". Недавно американские исследователи с помощью современной техники "нащупали" линкор и обследовали то, что от него осталось...

За несколько дней до начала второй мировой войны в Атлантику скрытно ушли немецкие боевые корабли, в том числе "карманные линкоры". Те самые, которые были спроектированы в 20-е годы с учетом еще недавнего опыта крейсерских операций в 1914-1918 годах, когда германские рейдеры-одиночки, высланные на океанские коммуникации, причинили немало вреда судоходству англичан и их союзников.

Ровно 50. лет назад в нашей стране было учреждено звание Героя Советского Союза. Первыми его получили летчики А. Ляпидевский, С. Леваневский, В. Молоков, Н. Каманин, М. Слепнев, М. Водопьянов, И. Доронин, которые вывезли на материк с дрейфующей льдины экипаж и пассажиров парохода «Челюскин», раздавленного льдом в Чукотском море.

Об их подвиге рассказывает участник незабываемых событий, полковник-инженер в отставке Герман Васильевич Грибакин, бывший в 1934 году бортмехаником самолета Р-5. Автор не преувеличивает трудностей (а их было предостаточно) — истинно мужественные люди скромны. И авиаторы отряда Н. Каманина не только виртуозно владели вверенной им техникой, но и чуть ли не ежедневно решали возникавшие перед ними технические головоломки. Они множили знание и выучку на высокое чувство долга, на любовь к Родине, на расчетливую смелость.

После челюскинской эпопеи Грибакин стал инженером-конструктором в КБ А. Н. Туполева, участвовал в испытаниях многих машин — от фронтового бомбардировщика времен Великой Отечественной войны Ту-2 до реактивных, сверхзвуковых машин.

Воспоминания Грибакина предваряет выступление главного полярного штурмана Валентина Ивановича Аккуратова.

Популярные книги в жанре Путешествия и география

— Что же рассказать вам о моей родине? — еще раз повторил Мапиза, задумчиво глядя в окно на белевшую за деревьями чашу Лужников. Мы сидели в номере гостиницы «Юность», но чувствовалось, что мой собеседник весь еще был там, в огромном, празднично украшенном зале Кремлевского Дворца съездов, где со всего Советского Союза собрались посланцы Ленинского комсомола и их молодые единомышленники из десятков стран мира. Как с жаром стал убеждать меня сам Мапиза в первые же минуты знакомства, он даже сейчас никак не мог поверить, что исполнилась мечта его жизни: побывать в Москве, увидеть Мавзолей, Кремль. И при этом все заглядывал мне в глаза, словно хотел убедиться, понимаю ли я его. Да, я понимал этого невысокого парня с приплюснутым широким носом, веселыми темными глазами. Понимал и радовался с ним его какой-то приподнятой, торжественной радостью. Но, увы, у меня было четкое редакционное задание: взять у нашего гостя интервью о борьбе патриотов Зимбабве за свободу, которое нужно было выполнить здесь, сейчас, пока Мапиза опять не исчез в праздничном водовороте съезда комсомола. Поэтому я и был так настойчив, расспрашивая его о том, о чем ему явно не хотелось думать.

День начинался ясным и синим небом. Мишу Гусаренко, молодого инженера из группы воздействия, я увидел на крыше командного пункта. Он расхаживал, заложив руки за спину, меж круглых, как тарелки, локаторных антенн и оглядывал дали, словно часовой со сторожевой будки. Я думал, что он там загорает, но, когда поднялся к нему, понял, что он залез сюда полюбоваться окрестностями.

КП противоградовой экспедиции расположился на одной из самых высоких точек молдавских Кодр, и видно было отсюда далеко-далеко. Ближние вершины гор казались береговыми уступами, вставшими, как у моря, перед затянутыми голубой дымкой далями. Под дымкой можно было разглядеть далекие села, белые крыши которых напоминали черепки вдребезги разбитой фарфоровой вазы; блестящие и тонкие, как нити, дороги, прямоугольники полей. Вблизи же буйствовала яркая зелень лиственного леса. Отрывисто щелкал соловей, тарахтели машины, невидимо, где-то под сенью листвы, взбиравшиеся в гору. И хорошо были видны люди, работающие в садах. Школьники с портфелями чинными группками шествовали по пыльной обочине дороги к Корнештам. Мимо промчался мотоциклист в шлеме. Прогнали с ночного табун лошадей. Картина была настолько мирной, что я не удержался и сказал: «Наверно, никто из них сейчас и в мыслях не держит, что вы тут каждую минуту ведете войну со стихией».

Дорога уходила в ущелье, до краев наполненное угрюмой темнотой. Мрачные скалы плотно обступили шоссе. На горы опускалась ночь, а трасса Фрунзе — Ош продолжала работать. Одна за другой тянулись машины к перевалу и спускались с него, ослепляя нас встречным светом. У этой дороги, пересекающей Киргизский хребет, много забот и обязанностей, больших и малых. Она соединяет север и юг Киргизии, весны Чуйской и Ферганской долин, Фрунзенский завод железобетонных изделий со строительной площадкой Токтогульской ГЭС и еще зимовщика Ивана Гуляева с его сыном Сережкой.

Деревни и села, поселки и полустанки всегда закладывались людьми у дорог — будь то река, или удобная бухта на берегу моря, или просто шоссе от одного далекого города к другому, а тем более железнодорожная магистраль. Если сейчас взглянуть на карту Восточной Сибири и мысленно провести нитку новой магистрали от Усть-Кута на Лене до Комсомольска-на-Амуре, то на всем протяжении ее немного встретится мест, обжитых человеком. Когда же Байкало-Амурская магистраль, протяженностью почти в 3200 километров, будет проложена, около двухсот станций и разъездов — так запланировано сегодня — появится вдоль трассы. Со временем они разрастутся в города. Магистраль даст толчок экономическому и социальному развитию края, приобретет большое народнохозяйственное значение в связи с разработкой зеленых богатств Сибири, угля Якутии, меди Удокана, редких металлов, асбеста и железных руд Забайкалья... А пока почти на всем протяжении будущей трассы нет ни троп, ни дорог, и трасса отвоевывается у высоких горных хребтов: Байкальского, Северо-Муйского, Кодар, Каларского, Дуссе-Алинь; у рек: Лены, Киренги, Олекмы, Зеи, Гилюя, Селемджи, Бурей, Амгуни... У непроходимой тайги, у болот и топей.

Планета покрывается космодромами. К советскому Байконуру, с которого ушли в небо первые искусственные спутники Земли и корабли космоса, к американскому, отправившему к Луне «Аполлоны», прибавились стартовые площадки на всех континентах. Эхо стартов разносится над Сахарой и Французской Гвианой, в далекой Австралии и в Китае, в Японии и Антарктиде, в Индии и во льдах Арктики. Необычные сооружения, именуемые «космодромами» и «ракетодромами», появляются даже в океане.

Этому городу назначено было еще при рождении опасаться стихии. Большей своей частью он стоит на дне древнего моря, и подчас оно вновь пытается завладеть утерянной территорией. С тех пор, как «на берегу пустынных волн» вырос город, море побывало здесь более двухсот раз. Правда, до размеров катастрофы эти визиты доходили лишь трижды.

Такое, можно сказать уверенно, больше Ленинграду угрожать не будет. И не только потому, что город заметно поднялся, буквально вырос «из топи блат», и там, где тонул пушкинский Евгений, уже не утонешь при самом большом наводнении... Город стал каменным, бетонным, и не так-то легко теперь морю носить его «избы» с берега на берег. Но главное не это.

Т емные строчки рельсов рассекают тундру и теряются далеко впереди, в белесой пустынной мгле, где, чуть заметные на фоне грязно-серого неба, громоздятся округлые горы Полярного Урала. Снег шел здесь недавно: вокруг безупречная белизна. Составы грохочущих на стыках длинных полувагонов-гондол, поднимая и увлекая за собой седые вихри, несутся на север и на юг по главному ходу тысячеверстной стальной трассы Воркута—Котлас и по ее восточному «плечу» Чум—Лабытнанги, ведущему к Обской губе. Там, за Обью, заполярный Салехард. Кажется, нет препятствий для этих как будто бесконечной длины вереницей движущихся поездов: долго стоишь на обочине пути, считая мелькающие вагоны и сбиваясь со счета. Препятствий нет, если... если не завьюжит пурга. ...Куропатки прячутся в снег. Песцам не до леммингов — полевые мыши тоже ищут укрытие в снегу. Олени сбиваются в стаде потеснее. Люди плотнее закрывают двери домов, запасают топливо, без крайней нужды стараются не выходить из жилищ — недолго и заблудиться в тундре. Пурга может длиться три, пять дней,  а иногда больше недели. Все замирает перед пургой. Все, только не движение поездов...

Утро. Розоватое октябрьское солнце лежит над самым горизонтом, скупо освещая лагерь дрейфующей станции «Северный полюс-18».

Сегодня нам предстоит последнее погружение под лед в полукилометре от лагеря станции. Сборы привычные и недолгие. Выносим из домика и складываем на дюралюминиевую с брезентовыми бортами волокушу акваланги, гидрокомбинезоны, ласты, грузим и другие водолазные принадлежности и приборы. Все крепко обвязываем линем. Берем с собой на случай встречи с медведями карабин и ракетницу. По телефону из домика связываюсь с дежурным по станции и получаю «добро» на работы вне лагеря. Трогаемся в путь. Двое тащат волокушу за веревку спереди, один сзади подталкивает длинной пешней. Четвертый идет впереди, выбирая дорогу. Собака Белка, как всегда, с нами.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Алексей Богачев

Игродром

Книга посвящена "Вечной теме".

Люди рано становятся сексуально зрелыми, но в течение всей жизни так и не могут, отбросив догмы общественного мнения, родителей, друзей, книг приблизиться к ЛЮБВИ.

Что такое любовь: наслаждение или радость? Может быть это штамп, выработанный современной культурой? И стоит ли, вообще, чувство выражать словами?

Каждый человек сам себе учитель, но если Вы можете себе позволить быть открытыми, откровенными, в полном доверии друг к другу, то тогда стоит полюбопытствовать о чужом взгляде на наиболее часто встречающиеся чувства, эмоции и сексуальные желания.

Ваган Богачев-Гpигоpян

"Мечта"

Когда первые лучи солнца заставили меня зажмуриться, щекотливо играя моим лицом я тихонько подтянулся руками вверх, чтобы не разбудить тебя. Медленно приходя в себя, окунаясь в реальность и разбавляя её с остатками своего сна я огляделся кругом и в очередной раз, обрадовался и понял что сейчас, возможно, я самый счастливый человек на земле. Хочется крикнуть - "Остановись, мгновение!" Я всегда стараюсь запомнить этот момент и сам себе приятно удивляюсь ведь я боюсь, что такое счастье не может быть вечным, хотя понимаю, что рядом с тобой это возможно. В комнате было прохладно - дверца маленькой форточки медленно качалась из стороны в сторону - разрешая войти легкому ветерку. Одна штора была задвинута за кресло и окно открывало мне часть нашего города, которая видимо жила своей жизнью. Ты тихонько спала, время от времени вздрагивая. Твои пушистые длинные ресницы, недовольно сдвинутые брови, светлые волосы красиво переливались на фоне светло-розовой подушки - все это мне дорого, и нечего обманывать себя. Поворачиваясь на бок я провел рукой по волосам - привычка, подложил руку под голову, чтобы было удобнее смотреть на тебя. Я тебе никогда не говорил, что ты очень красивая? Девчонка, которая мирно лежала и жила в своих снах, маленький и нежный человечек. Во сне ты глубоко вздохнула и принялась опять мечтать, нежно подложив под правую щечку свою маленькую ручку. Ты такая смешная: сквозь сон потираешь кончик своего маленького носика, иногда мне кажется, что ты сейчас чихнешь и я не выдержу и громко засмеюсь на всю комнату и испугаю тебя. За тобой интересно наблюдать, когда ты спишь. Иногда ты переворачиваешься с боку на бок, а иногда ты не можешь заснуть на спине и все начинается сначала: правый бок, потом левый. Долго, сквозь сон ты будешь искать мою руку и отыскав её потянешь к себе, схватишь обеими руками, сладко вздохнув прикоснешься губами к ней и успокоишься. Каждый изгиб твоего тела, контуром обрисовывала белая простынь, трудно было сдержатся от соблазна и вздохнув пришлось потерпеть. Смотреть на тебя и любоваться тобой - я это могу делать часами. Однако, скоро ты уже проснешься и мне надо поспешить. Сегодня я кое-что придумал для тебя, думаю, что тебе это понравится. Медленно встав с постели я натянул на себя майку, которую нашел среди беспорядочной кучи наших вещей. Какое счастье что двери в этом доме не скрипят, впрочем как и полы. аправо находилась ванна. Чёрт, где же этот выключатель - никак не могу привыкнуть к квартире твоих родителей. Пора бы уже побриться - если бы ты знала как мне не нравиться бриться по утрам, но что поделаешь, ведь прошли те времена когда можно было не обращать внимания на свою рыжеватую бороду. В этот раз удачнее - ни разу не порезался. Еле сдержался от крика, до чего же щиплет лицо подаренный тобой одеколон, всё лицо покраснело. Посмотрев на себя в зеркало и улыбнувшись самому себе я прошептал - "Я везучий! Мне сегодня повезет!". Ладно, пора на кухню... До чего же не хочется заходить на кухню, мне кажется, что я вторгаюсь в то, что принадлежит только тебе и чувствую себя виноватым. Кстати, я тебе всегда говорил, что ты хорошо готовишь: от салатов, до тортов. В этот раз мне просто необходимо - кофе женщине, в постель! Интересно, что это такое? адо же, за всю историю своей жизни никогда не делал такого, ну и идея. Ладно попробуем тебе сделать сюрприз. Чайник уже на плите. Всегда удивлялся вашей кухне. апример, для чего нужен этот узкий но длинный стол, может быть для того, чтобы заполнить большое пространство чем-нибудь полезным? Вообще, не плохой ансамбль, но чувствуешь себя как в большом зале и еще эти старинные часы на стене, как будто им миллион лет. Мрачно. Тишину разорвал звук кипящей воды и конечно на такое способен только ваш маленький чайник. Вот когда я был маленьким, у нас дома был большой чайник, я его еле поднимал, а брат специально наполнял его водой до краев, а потом смеялся надо мной, когда я его нес двумя руками. Лучше, налью и кофе и чая, одну ложку сахарного песка в кофе, полторы ложки в чай. Теперь сгущённого молока и две маленькие ложки. Понеслась... Ты еще спишь, моя малышка. Положив поднос на тумбочку, я медленно, приподняв простынь залез опять в кровать. Стало теплее, обожаю когда тепло. Ты все также лежишь, на боку, лицом ко мне. Медленно и осторожно я наклонился к тебе и нежно поцеловав тебя в щечку, повернув твоё послушное тело на спину, прошептал - "Вставай, малышка..." и еще громче - "Девчонка, просыпайся!", опять поцелуй и нежная игра с твоими густыми волосами. Ты дернулась, не открывая глаз на миг задержала дыхание и резко вытянулась как маленький котенок. Доставая руками до ночника, и все еще не открывая глаз быстро спросила - "Сколько времени?", я этого ждал и уже дожидаясь тебя с подносом в руках сказал - "Девушка, откройте свои красивые глазки и Вы не пожалеете!". Ты резко открыла глаза, охнула и застыв на несколько секунд смотрела своими красивыми глазками на две дымящиеся чашки. В одной из них был горячий чай, в другой - кофе, как видишь выбирать приходится тебе самой. Осторожно погладив меня по руке, ты смотрела мне в глаза - так могла смотреть только ты. Я понял, что не промахнулся и улыбаясь спросил - "Тебе нравится?", ты посмотрела в потолок, и хлопая в ладоши закричала - "Как я тебя люблю! Ты просто не представляешь как я тебя люблю! Ты мой любимый мужчина, моя мечта!". Полулежа, опираясь спиной в деревянную спинку кровати, с подносом на коленях ты медленными глотками отпивала свой кофе и смотря куда-то вдаль сама себе счастливо улыбалась. Я быстро выпил свой чай. Прижавшись ко мне, другой рукой ты поддерживала поднос. Я своей левой рукой обнял тебя и следил за тобой - ты сейчас должна была мне что-то сказать, я это чувствую. "Ты не понимаешь что ты делаешь со мной" - ты положила кофе на поднос и медленно продолжала, - "Я тебе кое-что должна сказать - это очень важно для меня. Я тебе никогда не говорила - я хочу любить тебя до конца жизни, любить только тебя и в этом виноват только ты. Молодец, ворвался в мою жизнь, все в ней перевернул, так красиво мне рассказывал о любви, о красоте, о чувствах и что это значит - глубокий и тонкий цвет, медленный порыв? Ты это все видишь? Ты знаешь, кажется я тоже начинаю это замечать и чувствовать, также как ты. Если ты ненормальный - значит я тоже стала ненормальной. Ты научил меня любить, заниматься любовью, ты стал моим наркотиком. И вообще, этот кофе, ты что свалился с неба или жил до этого в книжках?". Такого поворота событий я, конечно, не ожидал, вернее ожидал всего, но только не этого. Пришлось отмахиваться - "Понимаешь, я ведь не каменный и могу тоже чувствовать. Посмотри внимательно весь этот мир, где все против чистой любви, посмотри вокруг: люди извратили это чувство и мне страшно - ведь её может не остаться совсем. Много раз я задавал себе вопрос различают ли люди секс от любви и думаю ты сама сможешь также ответить на этот вопрос как я. адо уметь любить, слишком много мнимых соблазнов, из-за которых влюбленные вынуждены расставаться. Этот предательский мир...Я бы очень не хотел, чтобы с нами стало тоже самое - может ты теперь поверишь как ты мне нужна, я угадал в тебе ту, одну на миллиард, которая сможет бороться и этим мы с тобой похожи!" - я посмотрел на тебя и заметил что ты, как-то странно опустила голову, - "Я тебя расстроил? Ты что плачешь? е плачь!" - по твоему красивому личику медленно стекали маленькие хрустальные капельки. Я нагнулся к тебе и начал нежно целовать твою хрустальную росу и она сразу исчезла - "Почему ты плачешь, девочка? А тебя обидел?". Ты пододвинулась еще ближе, обняла меня за талию, всхлипывая, еле слышно прошептала - "Это от счастья! Понимаешь, все, что было с самого начала и потом то, во что это переросло, ураган, который меня подкинул кверху и унес далеко - это ты. Утро, которое сделало меня самой счастливой на земле - опять ты. Я счастлива. Теперь я боюсь, что могу тебя потерять, обещай никогда не бросать меня, люби меня!". Опят слезы, надо же так расчувствовалась, мне даже как-то не по себе - "Девчонка, все в порядке. Мы все имеем право мечтать!" - от этих слов ты, почему-то вздрогнула, интересно что ты сейчас скажешь? Опят этот взгляд, ведь скажешь сейчас что-то такое... "Мечта говоришь?! Ты помнишь, что ты рассказывал, о своей мечте? Только не говори, что ты отказываешься от своих слов! А теперь, быстро одеваемся и едем на фирму - прямо сейчас! Я тебе уже нашла твою мечту, но одно условие - на рабочем столе твоей мечты, в Windows, будет моя фотография! Одевайся и не смотри так на меня...своими "глубокими" карими глазами!" е дожидаясь ответа и оставив меня наедине с самим собой, ты быстро выбежала из спальни и скрылась. е может быть, я просто не верю в это - ты определенно решила подарить мне ноутбук - знала, что я неоднократно говорил в кругу своих друзей, что женюсь на той девушке, которая мне подарит ноутбук. Все равно, просто не верится, что у меня будет ноутбук, подаренный тобой ноутбук! Через 10 минут ты вошла, веселая, глубоко поцеловала меня в губы и нежно потрепала за волосы - "Какие волосы! И главное только мои! Я очень сильно тебя люблю!!!" Помню, что пришёл в чувство тогда, когда ты стаскивала с меня майку и затем натягивала новую. После того как мы оделись, я рассказал какой-то смешной анекдот, наверное для того чтобы самому рассмеяться, отойти от всего. Тебе видимо понравился анекдот и ты опять принялась меня обнимать, кричат на всю спальню - "Люблю, люблю!" залезла на кровать и начала прыгать, как маленький ребенок. Долго еще ты вспоминала в троллейбусе, как твоя бабушка тебе в детстве советовала выходить замуж за усатого мужчину, но увы - я не усатый да и тебе, точно усатые дяденьки не нравились. Еще, ты призналась, что твоей мечтой был мужчина, который принесет тебе в постель кофе, как видишь им оказался я, хотя ты добавила, что если бы я не принес тебе утром, в постель кофе - ты все равно бы меня ни за что не отпустила из своей жизни. Опять признания, откровения. Когда ты мне все это рассказывала ты иногда смотрела в окно, постоянно поправляя свои волосы, я наблюдал за тобой - твои счастливые глаза, нежный голос, длинные ресницы, маленький носик, алые губки - ты очень красивая, ты самая красивая. а следующей остановке нам нужно было выходить. Одна из фирм твоего дяди, которая занималась продажей компьютерной техники находилась слева от универмага - идти осталось минут пять. Теперь ты мне говорила, что мне обязательно понравятся ноутбуки, что ты много рассказывала своему дяде обо мне и я ему непременно понравлюсь. оутбук. еужели я сегодня выберу себе один. Мне почему-то всегда казалось, что я его сам себе куплю, только вот нужно было долго копить, а тут ты со своим предложением. Конечно, легко тебе рассуждать - ты тратишь отцовские деньги, живёшь беспечной жизнью и неважно, что нас объединяет большое чувство, компьютерный дизайн и много всего остального, но я чувствую себя постоянно ущемлённым, когда не могу тебе подарить даже одну розу - у меня в кармане всегда бывает пусто. А тут ещё такой дорогой подарок от тебя, после которого я должен был с тобой...потому, что обещал. ет извольте, на что это похоже?! Мне стало обидно, что-то внутри не отпускало, разболелась голова. Решено, я больше так не могу, я остановился, и посмотрел ей в глаза:

Андрей Богатырев

АЛИСА В СТРАHЕ СЛЕПЫХ

КОТОВ БАЗИЛИО.

(Отрицание отрицания отрицания)

ГЛАВА 19. БЕЗГЛАВАЯ.

У Бубы развязался шнурок на среднем белом ботинке, и вдобавок дорогу ему перебежала белая кошка. Поэтому он решил зайти и успокоить нервы до омерзения крепким кофе.

Буба вошел в кафе и увидел чертову бабулю в желтых панталонах.

Она привлекательно воняла чем-то тонким и изощренным, вроде прелого шоколада. Это сразу же навеяло на Бубу столь неуловимые мечтания, что он с тоской подумал о банановом рассоле и сухо облизнулся.

Андрей Богатырев

Где я?

Я открыл глаза, просыпаясь. Было бы естественно обнаружить себя лежащим, ну на худой конец сидящим. В крайнем случае - стоящим, хотя это уже полный бред. Я обнаружил, что падаю. В какие-то туманы или облака, со страшной скоростью набегающие на мои ноги. Я тряхнул головой. Туман исчез и я увидел Его. Он стоял в белой комнате и смотрел на меня и чуть в сторону.

- Я что, в больнице? - спросил я.

- Hет, - ответил он. - Ты на том свете. Ты умер. Давно. И теперь воскрес снова.