К чёрту звёзды

Джек МАКДЕВИТТ

К ЧЕРТУ ЗВЕЗДЫ

"К черту звезды" - особый рассказ для меня. Не могу вообразить, на что была бы похожа жизнь без Джона Картера, всех этих великолепных первых посадок на другие миры, без всевозможных комет, планет и черных дыр, которые за эти годы попадали в солнечную систему и мчались страшным креном к Земле. Этот рассказ, - выражение признательности тем из нас (миллиону или более), кто сделал богаче жизнь других, отказавшись быть прикованными к этому времени, к этому месту.

Другие книги автора Джек Макдевитт

Когда Алексу Бенедикту предложили уникальный прибор из эпохи первых межзвездных полетов, торговцу космическим антиквариатом и в голову не могло прийти, что след от этого артефакта потянется далеко от Земли. Где-то, как выясняет Алекс, в некоем тайном месте с непонятным названием Лариса хранится коллекция артефактов, принадлежавшая покойному Гарнетту Бэйли, известному ученому-космоархеологу. И как всякий истинный антиквар, Алекс Бенедикт задается целью отыскать потерянное сокровище.

На русском языке роман публикуется впервые.

Эта книга – первая публикация на русском языке современного американского писателя Джека Макдевита. Вниманию читателей предлагается его роман «Военный талант».

История войны, которую вели земные колонии с «чужими», и величайшего полководца этой войны. История бесплодных побед, сокрушительных поражений, предательства и героизма. История, написанная как детектив, потому что «правда – дочь времени» и разрешить величайшую загадку этой войны удается лишь двести лет спустя... The acclaimed classic novel and fan favorite—the far-future story of one man’s quest to discover the truth behind a galactic war hero.

Все началось с обычной керамической чашки, ничем особо не примечательной, кроме того, что она с легендарного звездного корабля «Искатель», вывезшего когда-то с Земли беженцев из Соединенных Штатов. За время, прошедшее после этого события, таинственная колония Марголия, которую основали беженцы, стала для всех неким подобием Атлантиды – никто не знает ни где она находится, ни какова судьба ее обитателей. Но чем безнадежнее задача, которую ставит перед собой Алекс Бенедикт, торговец антиквариатом, тем сильнее азарт и желание докопаться до истины, какой бы неприглядной она в результате ни оказалась…

На русском языке роман публикуется впервые.

История о «Летучем голландце» далекого будущего…

«Полярис», роскошная космическая яхта с богатыми знаменитостями на борту, отправляется в дальний космос, чтобы наблюдать за редким событием – столкновением двух звезд. Возвращаясь на родную планету, корабль исчезает, а когда его обнаруживают, на нем нет ни экипажа, ни пассажиров. И вот, через шестьдесят лет, Алекс Бенедикт, торговец антиквариатом, желая приобрести на аукционе некоторые предметы с «Поляриса», неожиданно выясняет, что кто-то пытается уничтожить все артефакты, связанные со злополучным кораблем, а заодно и всех тех, кто имел с ними дело или даже случайно оказался поблизости.

На русском языке роман публикуется впервые.

Ничто не предвещало подвоха. Самая обычная сделка: Алекс Бенедикт, удачливый торговец космическим антиквариатом, договаривается о покупке каменной плиты, найденной на разрушенном астероиде, с надписью на незнакомом языке. Однако оказывается, что получить ее у владельцев совсем не просто. Кто-то упорно противодействует планам Алекса и готов пойти на все, вплоть до убийства, лишь бы таинственный артефакт никому не попался на глаза. Но опасность и привкус тайны лишь подстегивают желание Алекса докопаться до сути дела.

На русском языке публикуется впервые.

Прошло полвека, как бесследно исчез Кристофер Робин, физик с мировым именем, знаменитый своей теорией альтернативных вселенных. И когда после смерти вдовы ученого устраивается аукцион по распродаже его вещей, Алексу Бенедикту, торговцу космическим антиквариатом, выпадает шанс приоткрыть завесу тайны, окружавшей исчезновение физика. Как и почему исчез Кристофер Робин? Неужели и вправду ученому удалось обнаружить дверь в параллельный мир, которую он долго искал? И для чего кто-то постоянно ставит палки в колеса, чтобы остановить расследование?

Что заставило Викки Грин, сочинительницу популярных романов, человека обеспеченного и известного, подвергнуть себя добровольной процедуре стирания памяти? Возможно, этот вопрос так бы и повис в воздухе, если бы незадолго до необъяснимого решения писательницы Алекс Бенедикт, торговец космическим антиквариатом, не получил от нее наполненного отчаянием письма с просьбой о помощи. Чтобы установить истину, Алекс вылетает на Сауд Дальний, планету, в буквальном смысле находящуюся на краю галактики, где писательница собирала материал для очередного романа…

На русском языке публикуется впервые.

Исследуя галактику, археологи повсюду находят лишь руины городов, по которым прошел огненный смерч, разрушенные храмы, оставленные в одночасье жилища и огромные таинственные монументы. В чем причина внезапных катастроф и гибели цивилизаций? Содом и Гоморра на Земле, крушение цивилизации на Бета Пасифика, разрывы истории Куракуа… Говорят, каждую планету в назначенный час посещает загадочный Красный Дракон…

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Казменко Сергей

БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ

Тугрина я не люблю.

Его никто не любит. За что его любить? Уж не за то ли, что он постоянно зудит над ухом о необходимости строго соблюдать инструкции, об ответственности за свои поступки и прочей подобной ерунде? Или, может, за то, что он постоянно всем недоволен и постоянно показывает свое умственное превосходство над окружающими? Или, может, за то, что он без конца напоминает о совершенных когда-то ошибках? Его послушать, так все мы давным-давно были бы уже покойниками, не будь в нашем экипаже дорогого Тугрина. Другие как-то летают без его помощи - и ничего, и даже процент аварийности на нашей линии вот уже три года как почти не растет. Так что будь моя воля, я бы таких Тугринов на пушечный выстрел не подпускал к Галактическому флоту.

Роман Подольный

ПРИШЕЛЬЦЫ

Еще с порога он закричал: - Дождались! Наконец-то дождались! Правитель повернулся к вошедшему и спросил голосом, в котором звучали тревога и радость, но больше все-таки радость: - Слухи подтвердились? - Да, да, да! Если бы ты своими глазами увидел эти огромные корабли, тяжелую сверкающую одежду, огромные глаза... - Они и вправду похожи на нас? - Не совсем, конечно. Лица другие. Но ошибиться нельзя: они люди. Прав был великий Чен-ок. А как они мудры и добры! - Мудры - неудивительно, будь по-иному, мы бы первыми достигли их владений. Но вправду ли они добры? Не все наши мудрецы ждали хорошего от такой встречи. - Наши мудрецы! Чего они стоят теперь? Пришельцы поднесли свои дары тем, кто встретил их, и радостно приняли ответные подарки. Они говорят нам о том, что люди должны любить и почитать друг друга. Их мораль требует прощать даже тем, кто тебя обижает. Вот так! А как много они знают! И всем, всем обещают с нами поделиться: и моральным своим учением и знаниями. - Я счастлив, что дожил до этой минуты! - правитель встал.- Я сам приму гостей. Как зовут их вождя? - Кортес. ... Император ацтеков Монтесума ждал теперь испанцев со спокойным сердцем...

Полынская Галина

Я - король!

Я - король, я - король, я сильный, мудрый и свирепый. Я такой свирепый, что все меня боятся. И даже я сам себя боюсь. Но, я очень справедливый и умный. Я красивый. Я такой красивый, что все меня любят. И я сам себя люблю. Я - король, я - король... Я всегда был королем, я был рожден королем, я умру королем. Я богатый, я великий, я могущественный... я - король, я - король, я - король... Нет! Не могу больше! Сколько можно! Никакой я не король! Не могу я себя в этом убедить, не помогает самовнушение! Не могу я быть королем, потому что я не король!

В. Потапов

(Москва)

Золотой медведь

Настало лето. Отцвели в лесах ландыши, в палисадниках и садах черемуха, утратила майскую яркость и свежесть листва. С юга часто налетали грозы, поливали землю теплым благодатным дождем. По вечерам обильная роса падала на траву, и над рекой поднимались парные туманы...

Июньский вечер потухал, готовясь уступить место перемигивающейся редкими звездами ночи. Воздух был теплым и влажным. Из лесу налетел ветер, пронесся по селу, кружа пыль и мусор, и стих на лугах. Словно кто-то невидимый заполнил все пространство, каждый закоулок, щель, вызнал то, что хотел, и скрылся.

Борис Николаевич Пшеничный

ПРОЩАЙ, МАГ!

Она, чувствует: я какая-то не такая. И хотя глазами мы не встречаемся, ее взгляд с утра - у меня на спине, Я демонстративно подергиваю плечом - не шпионь, не возникай немым вопросом, но она не уходит.

Ей совершенно нечего делать в моей комнате, слоняется без толку, будто порядок наводит - то стул подвинет, переставит что-то на столе, то в шкаф полезет, начинает рыться в книгах,- можно подумать, ищет что. Случись сейчас пожар, она все равно не ушла бы. Страсть как хочется узнать, что со мной.

Радий Радутный

Добрый дядя оператор

Четвертый час битвы начался спринтерским забегом[AK1]. Два демона, отчаянно матерясь, волокли бочку с порохом к столь удачно поставленной в узком ущелье башне, рыцари, двинувшиеся было следом, были встречены дождем стрел со специально утяжеленными наконечниками и так же поспешно откатились назад. Через мгновение и по той же причине демоны стали похожи на подушечки для иголок, но слабея и оставляя за собой черно-кровавый след, все же не останавливались. Появились драконы. Струи напалма ударили с неба, сметая незадачливых защитников цитадели, один из демонов споткнулся и чуть не упал рыцари отреагировали дружным стоном, но еще через мгновение странное существо в черном плаще с капюшоном взмахнуло рукой и бросило навстречу живым огнеметам несколько сверкающих зеленоватых вихрей. Пронзительный визг сопровождал это непонятное действие, и даже лучники, прикрытые толстыми стенами башни, с криками охватили головы руками. Вихри смерти , как обычно, подействовали хорошо, драконы, потеряв двоих, развернулись было к колдуну... и в этот момент демоны с хохотом сунули факелы в порох.

Давид Редд

Как явился Христос в Рождество на Луну

Я - Сара Брэди. Ну да, та самая Сара Брэди. Именно меня угораздило стать постановщиком Второго Пришествия Христа, и, скажу я вам, это было нелегко. На самом деле здесь, на Луне, ничего не дается легко. К тому же, на Луне ли, нет ли - там, где замешан мой ненормальный муж, все неминуемо осложняется и запутывается.

Теперь уже, наверное, все знают, как выглядят интерьеры его лаборатории, той самой, где проводился Эксперимент по Искривлению. Самая обыкновенная, типичнейшая лаборатория Лунной базы. Там Мэтью и работал. Циферблаты, мониторы, силовые кабели и все такое прочее. Вообще-то заправляла всем старая профессор Пибоди с платформы, возвышавшейся над гигантским металлическим узлом сконструированных ею тороидов. Рядом с ней склонилась над приборами ее команда:

— Мама!

— Да, Габи.

— Мама, а когда падает звезда, кто-нибудь умирает?

— Нет, сынок, никто не умирает, это просто метеоры.

— Такие камешки?

— Да, камешки.

— А почему они светятся?

— Спи, Габи. Утром приедем домой, и ты спросишь папу. Он объяснит лучше.

— Хорошо, мама.

Иону разбудил холод. Несмотря на звукоизоляцию, из ближайшего ночного бара доносилась музыка, втекавшая в каюту как отдаленный шум океана. Она попыталась включить свет, но неоновая лампочка едва тлела, не разгоняя черных теней под мебелью. «Пожалуюсь стюарду», — Иона раздраженно надавила ручку: дверь не дрогнула. Пробовать еще раз она не стала. Поняла: что-то случилось. Осторожно сняла трубку видеофона. Экран остался темным. Механический голос монотонно повторял: «…сохраняйте спокойствие. Авария энергоснабжения. Помощь в пути. Запомните, что следует сделать…» Она положила трубку. Тихо вернулась к постели и укрыла сына вторым пледом. Потом легла рядом с ним и заплакала. Становилось все холоднее, и в воздухе уже чувствовался удушающий запах горелого.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Джон Макдональд

Любимое занятие

Доктор Руфус Меддон не считал себя нетерпеливым или склонным к физическому насилию человеком.

Но когда десятый прохожий, которого он пытался остановить, прошел мимо и отмахнулся от него, пробурчав что-то нечленораздельное, Руфус Меддон уже схватил следующего и, прижав к осыпающейся стене, прокричал:

- Послушайте, сэр! Я - первый, кто проник в будущее, и не потерплю...

Мужчина оттолкнул его и повернулся спиной:

Джон Д.МАКДОНАЛЬД

МЕНЯ ОСТАВИЛИ В ЖИВЫХ

Я лежал на голубой холстине, натянутой на палубный люк, когда ко мне медленно приблизилась эта глупая девица из рекламного агентства. Маленький усталый кораблик упрямо продвигался средь бегущих куда-то волн Тихого океана, а я размышлял о том, что никогда, наверное не устану наслаждаться палящими лучами солнца. Калькуттский врач ухмылялся словно сытый кот, когда говорил мне, что я вполне могу считать последний год проведенным в могиле и поздравлял с возвращением с того света. Мне было о чем подумать, а от болтовни приставучей красотки у меня начинала болеть голова. Четыре дня я что-то ворчал ей в ответ, пока, наконец, не заявил: мне очень жаль, что она леди, так как именно по этой причине я не могу рассказать ей о сути своего ранения. Девица замерла, выпучив глаза, а затем так резво помчалась прочь с палубы, что чуть не вылетела за борт.

Джон Д.Макдональд

Похмелье

Перевел с английского Виктор Анатольевич Вебер

"Я очень смутно помнил этот рассказ, опубликованный много лет тому назад, и меня постоянно удивляло, что мои читатели всегда выделяли его из сотен, написанных мною. Он не привязан к определенному времени и, наверное, каждому из нас, кто хоть раз выпивал лишнего, приходилось вспоминать, что произошло с ним накануне".

Джон Д. Макдональд

Демобилизовавшись из армии после окончания второй мировой войны, Джон Макдональд (1916-1986) начал публиковаться в различных дешевых журналах, как под своим именем, так и под псевдонимами. Часто его рассказы публиковали и более респектабельные периодические издания, которые выплачивали куда более высокие гонорары. Одним из первых он оценил перспективность рынка покетов, книг в обложке, и начал активно сотрудничать с издательствами, специализировавшимися на этом виде печатной продукции. Его самый знаменитый персонаж - Тревис Макги, флоридский крутой парень, помогающий людям выбраться из передряги, зачастую подвергая себя опасности. Его наиболее известный роман "Палачи" (1958) дважды экранизировался.

Джон Макдональд

Шантаж

Переводчик Вебер Виктор Анатольевич

Похороны не удались. Нет, полагаю, задумывалось все правильно, строго, чопорно, как и положено. Но понаехала толпа друзей Глории, телевизионщиков из Лос-Анджелеса. И вроде оделись они пристойно, но все равно напоминали ярких тропических птиц, что мужчины, что женщины. Их глаза сверкали, в пристальных взглядах читались вопросы.

Они присутствовали и при расследовании, в таком количестве, что удивили официальных лиц. Меня-то - нет. Любопытство этих людей не знало границ, живя с Глорией, я в этом неоднократно убеждался. Плевать они хотели на нормы приличия, на право человека на личную жизнь. Да и говорили без перерыва, трещали, как сороки, да еще на своем, птичьем языке, практически непонятном постороннему.