Изгоняющие бесов

Сергей КАЗМЕНКО

ИЗГОНЯЮЩИЕ БЕСОВ

- Он подготовлен?

- Только по первой версии.

Звук шагов гулко отдавался в длинном коридоре и временами заглушал слова.

- Как он к этому отнесся?

Энасси говорил отрывисто, не оборачиваясь. Он стремительно шагал впереди, и доктор Гайдли едва поспевал следом.

- Трудно сказать... Он давно уже на взводе, и эта история, мне кажется, мало что добавила...

- Понятно.

Другие книги автора Сергей Вадимович Казменко

Сергей КАЗМЕНКО

ХРАНИТЕЛЬ ЛЕСА

1. РАССКАЗ КЕММЕЛА

Так вы, значит в лес хотите? Что ж, все знают, что я никогда не отказываю. Точнее, почти никогда - иногда ведь, знаете, согласие граничит с безрассудством. Это раньше, бывало, соглашался я на любые авантюры. Понятное дело - надо было создавать себе репутацию, а потом ее поддерживать. В такие, я вам скажу, дебри забирался - страшно вспомнить. Как еще только в живых остался, сам понять не могу.

Сергей КАЗМЕНКО

ГОЛОС В ТРУБКЕ

Звонок раздался поздно вечером, когда я его совсем не ждал. Кто бы это мог быть, спрашивал я себя, вставая с кресла. Эдвин? В командировке. Карл? Он уже видит третий сон, он никогда не звонит так поздно. Элла, Альберт?..

Я снял трубку.

- Привет, - сказал голос.

Голос, слишком хорошо мне знакомый. Голос, который меньше всего ожидал я услышать.

- Привет, - ответил я.

- А ты меня сразу узнал.

Сергей Казменко (1954–1991) — советский писатель-фантаст, петербуржец, к сожалению, так безвременно ушедший, автор шести повестей и семи десятков рассказов, часть которых так и остались неопубликованными. Последние восемь лет писатель был прикован к постели тяжелой болезнью, которая прервала его жизнь на тридцать седьмом году жизни, 30 января 1991 года.

В данный сборник вошли пять повестей и рассказы из авторских сборников писателя.

Сергей КАЗМЕНКО

ФАКТОР НАДЕЖДЫ

Самым странным казалось наличие в Полости жизни.

Похожие на красную проволоку стебли густо оплетали торчащие из песка скалы, превращая их в фантастические фигуры неведомых существ. Над ними тучами, рассеивающимися при нашем приближении, вилась мошкара. Юркие серебристые ленточки временами выскакивали из-под камней, над которыми проходила машина, и тут же скрывались под другими камнями. А наверху, в мглистом небе над головой иногда мелькали тени каких-то летающих существ.

Казменко Сергей

РЕКЛАМАЦИИ НЕ ПРИНИМАЮТСЯ

Тинг вернулся только под утро.

- Ты что, так и не ложился? - искренне удивился он, глядя на перемазанное машинным маслом лицо Арни.

Тот не удостоил Тинга ответом и снова засунул голову куда-то в потроха "яйца". Боковая стенка "яйца" была снята и стояла рядом, прислоненная к пилотскому креслу. По всему полу были разложены чертежи и схемы.

- Что, опять эта штуковина барахлит? - Тинг нисколько не смутился отсутствием ответа. Он привык к странностям в поведении Арни и не обижался.

Сергей КАЗМЕНКО

ЕРЕСЬ

Едва взглянув на планету, отец Фловиан понял: он не ошибся в расчетах. Нет, не зря миссионерское общество "Звездная братия" направило его именно в эту звездную систему. Рука Провидения двигала им, когда он задавал программу полета роботу-пилоту, и потому первая же планета, встреченная на пути, оказалась обитаемой.

Корабль отца Фловиана огибал планету на высоте около двухсот километров, и куда бы ни падал его взор, везде замечал он следы разумной деятельности. Он видел многочисленные деревни и небольшие города, видел распаханные поля и проселочные дороги, стада скота на пастбищах и парусники, пересекающие океаны. Эта планета была обитаема, и она, как указывал никогда не ошибающийся робот-пилот, еще не значилась в справочниках. А потому можно было не опасаться, что ее коснулась скверна современной цивилизации. Отец Фловиан представил себе мирных кротких туземцев, которые будут с благоговением внимать его проповедям, и скупая мужская слеза скатилась по его щеке. Какое счастье, что именно он, посланец "Звездной братии", первым из людей попадет на эту планету и сумеет обратить обитателей ее в истинную веру до того, как ступит на ее поверхность гнусная нога безбожника! Какое счастье, что слова истины, которые он принесет сюда, успеют к тому времени преобразить планету и превратят ее в бастион веры! Скоро, совсем скоро здесь вырастут многочисленные соборы и монастыри, скоро, совсем скоро расцветут здесь истинная вера и любовь к ближнему, трепет перед Создателем и непримиримость к его врагам. Все это будет, непременно будет, потому что воля Создателя и предусмотрительность "Звездной братии" снабдили его, отца Фловиана, достаточными средствами для достижения благой цели. Все это будет, непременно будет, и уже через пять-семь лет скромные, милые туземцы станут трудиться день и ночь в поте лица своего со светлыми мечтами о прекрасном будущем и о грядущем блаженстве в Царстве Божием, а он, их духовный отец, будет напутствовать их на этом праведном пути. Ибо Благодать Господня распространяется на всех, кто уверовал в Него всею душой, будь они хоть двухголовыми или же крылатыми и покрытыми чешуей чудовищами.

Сергей КАЗМЕНКО

ЗАКОРЮЧКА

А вот еще какая история на Абсолюте приключилась.

Абсолюта, если кто не знает, - это планета такая. Ну вроде нашей Земли. И живут на ней абсолютийцы. Они не то чтобы люди, но тоже разумными себя считают. У них там тоже как бы цивилизация.

Так вот, жил у них там один такой Петухов.

У него, конечно, не Петухов фамилия была. Это я чтобы всем понятно было Петуховым его назвал. А то любят у нас, знаете, когда о других планетах пишут, такие имена выдумывать, что язык сломаешь. Пусть уж лучше Петуховым зовется, чем читателей калечить.

Сергей КАЗМЕНКО

ИСКУШЕНИЕ

Сочинения аббата Франциска Гранвейгского не сохранились. Более того, само имя его почти позабылось, и об аббате не вспоминали даже в связи с событиями, непосредственным инициатором которых он являлся. Это тем более удивительно, что, как мы знаем теперь, было время, когда одного упоминания об этом человеке было достаточно, чтобы заставить затрепетать едва ли не любое из подвластных Святому Престолу сердец в Европе. Труды неистового аббата в те времена неоднократно переписывались, а его главная книга "Искушение дьявола или Враг человеческий в образе женщины" имелась в библиотеках практически всех католических монастырей.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

На одной вечеринке зашла речь о том, как удивительно меняется сейчас география нашей родины. Советские люди выращивают в пустынях леса, создают новые моря, поворачивают русла рек — в общем в мирных условиях переделывают по-своему свою землю.

— Почему же только в мирных условиях? — удивился хозяин дома, офицер флота. — И на фронте случалось, что советские люди меняли географию того или иного района.

Он уточнил с военной педантичностью:

…Удивительно мягкая здесь трава. Шелковистая, нежная. Ее зеленая ткань вышита густым узором маленьких цветов. Пахучих, словно гречишные поля далекой Земли.

Я ложусь навзничь. Теперь мне отлично видно и близкие холмы, и рощицу низкорослых деревьев, и даже остатки Скалистой стены у горизонта — старые каменные уродцы, гребень великана, который обронили по меньшей мере тысячу лет назад. А над всем этим возвышаются две башни. Та, что поменьше, — наш звездолет, а та, что в небе купается, — Хрустальное чудо. Эта строгая прекрасная башня — олицетворение тайны к нашей беспомощности. В ее сияющих гранях сотни раз отражаются красный лик местного светила, случайные тучки, палатки нашего лагеря и веселая возня «сусликов». Словом, там есть все. Нет только секрета замка, зная который можно было бы открыть дверь Хрустального чуда. Проклятая башня! Это она заставила нас сначала обалдеть от радости, потом бросила в ледяную купель безнадежности, а Капитана толкнула на глупую выходку. И вот теперь Капитан со вчерашнего вечера уже не капитан, а рядовой член экипажа. Я же из Поэта превратился во временного Администратора, имею массу полномочий — обычных и чрезвычайных — и не знаю, что с ними делать.

Новый сосед объявился в конце января, поздним вечером. Он вошёл на кухню с чёрного хода. Точнее, даже не вошёл, а влетел. Георгий Петрович, который как раз направлялся в свою комнату с чучелом совы, задержался и с любопытством уставился на молодого человека в чёрном облегающем костюме и необычной дымчатой куртке.

— У вас не найдётся спичек? — спросил он. Голос был глуховатый и немного простуженный.

Я молча подал зажигалку.

Когда незнакомец не без труда добыл огонь, я пристальнее вгляделся в его продолговатое, загрубевшее от ветра и солнца лицо. Мне показалось, что я уже где-то видел эти пронзительные ясно-карие глаза, морщины, которые будто шрамы пересекали лицо, эти короткие усы. Но где?

— Ну? — Юджин Гарт поощрительно улыбнулся. — Как наш «ящик»?

Четверка друзей сидела на серой с красными прожилками глыбе камня и угрюмо молчала. Это и был злополучный «черный ящик», или, как назвал его Илья Ефремов, «камень, в котором что-то есть».

— Понимаю, — в улыбке руководителя Школы мелькнула тень удивления. Что, никаких предположений?

— Никаких, — подтвердил Егор.

— Может, догадки, эмоции? — упорствовал Юджин. — Все-таки четыре почти сформированных Садовника и элементарный «черный ящик», вещь со скрытым смыслом. Слава, ты защищал реферат о пользе коллективного мышления. Где же плоды теории?

Грэхем Кракен лежал на смертном одре. Сквозь туман, застилавший глаза, он обшаривал взглядом ставший вдруг необычайно высоким потолок и вслушивался в слова утешения.

— Все шансы на вашей стороне, — говорил врач. Кровать, казалось, напряглась под Кракеном. Дружины матраца стали вдруг жесткими.

— Придет день… — Голос врача доносился до него словно приглушенный металлический звон. — Придет день, когда медицинская наука настолько уйдет вперед, что вас смогут оживить. Тем временем ваше замороженное тело будет в целости сохранено. — Металлический звон становился все глуше. — Придет день, когда наука восстановит ваше тело, и вы будете жить снова.

Национальная Лаборатория Ускорителя Частиц, Даллас, Штат Техас, USNA (не северная часть Соединенных Штатов, но Соединенные Штаты, которые поглотили всю Северную Америку). При полной длине в 30 км, линейный ускоритель частиц готовился к эксперименту по созданию и испарению микро черных дыр, основанном на теории излучения Хокинга.

На самом деле подготовка к нему уже была завершена два года назад, но, несмотря на свою неспособность получить одобрение в связи со сравнительно большими неизвестными рисками, проект был возобновлен из-за произошедшего в секторе Дальнего Востока в самом конце прошлого месяца.

В комнате теней давным-давно заблудилась ночь. Темнота проникала во всё, даже в воздух, делая его тяжёлым и несвежим. Штрихи чёрных, неживых силуэтов нависали над чем-то: ещё живым, тёплым и сопящим в две дырочки. Обычно, чтобы привыкнуть к темноте, нужно закрыть глаза и немного подождать. Или сосчитать до двадцати. 1,2 … 19, 20. Вот она видимая темнота. Теперь можно не торопясь описать чёрный хлам этой комнаты. В углу телеящик без киноскопа, в центре стол на трех ногах (одна хромая), у стены гардероб с выходной одеждой, рядом книжный шкаф с ушедшими классиками, на стене циферблат с отлетевшими стрелками. Много разных, грязных мелочей, которые опустим, главное: в комнате продолжает спать человек.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Казменко Сергей

КОГДА БОГИ СПЯТ

Наверное, я должен записать, как все это случилось.

Теперь я просто обязан это сделать, иначе то открытие, которое совершил профессор Ранкор, может погибнуть в безвестности, и тогда вряд ли останется у людей хоть какой-то шанс уцелеть в этом изменчивом и зыбком мире.

Впрочем, я не уверен, нет, не уверен, что решусь обнародовать эти свои записки. Даже сейчас, даже после всего, что произошло. Возможно, после моей смерти... Да, конечно, я не имею права унести эту тайну в могилу. Но, пока я жив - вряд ли.

Сергей КАЗМЕНКО

КОММЕНТАРИЙ К ЛЕГЕНДЕ

Попробуйте найти человека, который ничего не слышал бы о джингах.

Попробуйте отыскать хоть кого-то, кто считал бы рассказы о чудесных свойствах джингов чем-то, кроме красивой легенды.

Подобных легенд ходит великое множество. Большинство из них действительно представляют собой не что иное, как многократно искаженный пересказ чьего-то явного вымысла или же, напротив, вполне серьезного и обоснованного рассказа. В первом случае вымысел дополняется подробностями, делающими его достоверным для слушателя, а во втором - некими фантастическими деталями, приводящими к невероятной интерпретации реальных событий и явлений. Зачастую одно-единственное событие, описание которого распространяется по нескольким независимым каналам, уже через несколько десятков лет порождает целый поток легенд, разительно отличных одна от другой. Но лишь малая доля этих легенд проходит проверку временем и намертво впечатывается в общечеловеческую культуру. Как показали классические исследования фольклористов эпохи Второй волны расселения, в памяти человеческой прочно запечатлеваются лишь те легенды, корни которых восходят ко вполне реальным событиям и явлениям.

Сергей КАЗМЕНКО

ЛЕКЦИЯ

Товарищи!

Надеюсь, вы позволите мне так вас называть. Да, вы совершенно правы, Яков Львович, мы с вами действительно товарищи по несчастью. Но в данном случае я вкладываю в это слово гораздо более глубокий смысл, и постараюсь в сегодняшней лекции раскрыть, насколько позволят мои способности, свое понимание сущности нашего с вами товарищества.

Но прежде всего позвольте выразить признательность всем присутствующим за оказанное мне доверие. Я очень высоко ценю данную мне возможность открыть своей лекцией первое занятие нашего кружка политического самообразования и постараюсь не обмануть ваших ожиданий. То, чем нам с вами предстоит заниматься, очень важно. Ведь мы живем в эпоху стремительного роста политического самосознания масс, и нам, в силу особенностей нашего положения, просто непозволительно отставать в этом вопросе. Да-да, Боря, не смейтесь. То, о чем я говорю, действительно очень важно. Сегодня нам для того, чтобы не утратить всех наших завоеваний, просто необходимо вооружиться передовой теорией. Потому что те потери, о которых вы постоянно вздыхаете, Гулямов, ничто в сравнении с потерями, которые грозят нам в будущем.

Сергей КАЗМЕНКО

ЛЮБИТЕ ЛИ ВЫ ЯБЛОЧНЫЙ ПИРОГ?

Я тупо уставился на экран.

Зациклилась она что ли на этом вопросе? Задает его уже в четвертый или в пятый раз. И это, кстати, не единственный случай повторения. Неужели снова ошибка в программе, неужели опять придется копаться в алгоритме, в который раз проверять базу данных? Проклятье! До чего же мне все это надоело!

Надоело? Неужели в самом деле надоело?

Еще месяц назад я не мог бы сказать этого. У меня и мысли такой не появилось бы. Откуда же она взялась сейчас? Что это - усталость? Или реакция на тот страшный случай? Не могло же мне, в самом деле, всего лишь за месяц до такой степени надоесть дело, которое составляло смысл моей жизни по крайней мере в течение трех последних лет. Дело, которое я считал, да и сейчас считаю, главным в своей жизни. Нет, такое дело не может вот так просто надоесть - значит, причину надо искать в чем-то еще.