Из третьей речи 'Против Филиппа'

Демосфен

Из третьей речи "Против Филиппа"

(Пер.С.И.Радцига)

Демосфен

(384-322 гг. до н. э.)

Демосфен - самый выдающийся из десяти "канонических" ораторов древней Греции. Он родился в 384 г. в Афинах; первое время был оратором-логографом (см. Лисия), но в середине IV в. до н. э., с началом македонской экспансии, он в противоположность Исократу выступает как политический оратор, представитель военной партии борьбы с Македонией; он отстаивает честь и независимость своей родины от македонской тирании. В четырех речах против македонского царя Филиппа ("Филиппиках") Демосфен призывает греков к сплочению, апеллирует к лучшему прошлому афинского народа с его свободой, возмущается продажностью современной ему демократии. После смерти Александра Македонского Демосфен поднял афинских патриотов на войну, но в 322 г., преследуемый македонцами, должен был принять яд. Сохранилось около сорока подлинных речей Демосфена. Греческая ораторская проза достигла в них вершины своего развития. Речь Демосфена поражает чрезвычайной силой, пафосом и страстностью, но в зависимости от разного содержания он умеет варьировать язык, иногда переходя к простоте Лисия или вводя мощную ритмическую периодичность. Выдающийся оратор, отстаивавший независимость своей родины, мастер прозаической речи, Демосфен пользовался огромной популярностью у последующих поколений в Риме (им восторгался Цицерон) и в Западной Европе.

Другие книги автора Демосфен

В сборнике представлены произведения выдающихся ораторов — классиков древней Греции V-IV вв. до н.э.: Исократа, Демосфена, Диона Хрисостома, Либания и других.

VI ВТОРАЯ РЕЧЬ ПРОТИВ ФИЛИППА

ВВЕДЕНИЕ ЛИБАНИЯ

В этой речи оратор советует афинянам смотреть на Филиииа, как на врага, и не особенно полагаться на мир, но быть «бдительными, внимательно следить за событиями и готовиться к войне. Он обвиняет Филиппа в тайных происках против афинян и всех вообще греков и находят подтверждение этого в его действиях. При этом он обещает дать ответ некоторым прибывшим веслам, так как сами афиняне затрудняются на счет того, что им ответить. Откуда они пришли и по каким делам, в этой речи не объясняется, но с этим можно познакомиться из „Истории Филиппа“. Дело в том, что в это именно время Филипп прислал к афинянам послов с жалобами на» те, что они напрасно распространяют про него среди греков худые толки, будто он, надавав им много щедрых обещаний, обманул их. Он утверждает, что ничего не обещал и ни в чем их не обманул, и требует доказательств их обвинений. Одновременно с Филиппом прислали послов в Афины также аргосцы и мессенцы, обвиняя со своей стороны народ в том, что он поддерживает дружественные отношения с лакедемонянами и даже содействует им в порабощении Пелопоннеса, а им самим препятствует в борьбе за свободу. Так вот афиняне и затрудняются с ответом как Филиппу, так и этим государствам: государствам этим они не могут дать объяснений относительно того, что имеют дружественные отношения с лакедемонянами и что недовольны и подозрительно относятся к сближению их с Филиппом, хотя сами й не могут дать, оправдания действиям лакедемонян; Филиппу же не решаются сказать, что ошиблись в своих расчетах, но что, повидимому, обмануты не им лично, так как Филипп ни в своих письмах не давал им никаких обязательств, ни через своих'собственных послов ничего не обещал, но что некоторые из самих афинян обнадежили народ рассуждениями, будте Филипп пощадит фокидян и смирит спесь фиванцев. Вот почему Демосфен, упомянув о необходимости ответов на это, обещает сам их дать, но тут же замечает при этом, что справедливо было бы требовать ответа у тех самых людей, которые создали эти трудности, — именно, у тех, которые, как он выражается, обманули народ и открыли Филияя у Пилы. Этими словами он намекает на Эсхина, подготовляя, как говорят, уже в это время свое обвинение против него в преступном посольстве, — то обвинение, которое позднее он и возводил, уже наперед стараясь внушить афинянам отрицательное отношение к нему.

Город Семёновск, волгоградской области. В школе номер сорок пять идет четвертый урок. Сегодня пятое сентября. Торжества по случаю начала учебы уже отгремели, но на полную катушку занятия еще не начались.

Уютный школьный двор обсажен старыми, раскидистыми деревьями, листья которых уже начали наливаться жёлтым. К ограде замками пристёгнуты несколько beknqhoednb и один мопед: старенькая, но вполне еще способная бегать "Верховина". Окна девятого "в" класса распахнуты настежь по случаю теплой погоды.

Популярные книги в жанре Античная литература

Анакреонт. Род. ок. 570 г. в городе Теосе на малоазийском побережье. Ок. 545 г., когда его родина была захвачена персами, переселился с группой своих соотечественников на южное побережье Фракии. Жил при дворе Поликрата на Самосе и при дворе Гиппарха, сына Писистрата, в Афинах. Дожил до глубокой старости. Его сочинения были изданы александрийским филологом Аристархом, вероятно, в пяти книгах.

Фрагменты Анакреонта переведены В.Вересаевым (2, 22, 27, 31, 32, 45, 54, 5658, 63, 65, 66, 69), Я.Голосовкером (49, 74), С.Лурье (33, 46), Л.Меем (3, 14, 24, 35), С.Ошеровым (60, 67), А.Париным (21, 26), Г.Церетели (1, 8, 13, 20, 25, 30), В.Ярхо (4–7, 9-12, 15–19, 23, 28, 29, 34, 36–14, 47, 48, 50–53, 55, 59 61, 62, 64, 68, 70–73, 75–83).

1.

Не сомневаюсь, любезный брат, что после смерти супруги твоей, пытаясь справиться с горем, ты размышляешь о собственной бренности и, конечно, нуждаешься в утешении. Хотя в таких случаях человек должен обратиться к вере и именно в ней черпать силы, здесь ум смущают требования плоти, в борьбе с которыми вере нужны совет и поддержка. Обуздать плоть легко, если считаться в первую очередь с волей Бога, а не с Его милосердием. Заслуга не в том, чтобы прибегать к Его милосердию, а в том, чтобы выполнять Его волю. Бог желает чистоты нашей (1 Фесс. 4, 3). Он хочет, чтобы мы, сотворенные по Его образу, были так же святы, как свят Он Сам. Это благо, а именно — чистоту, Он разделил на несколько видов, чтобы мы придерживались хотя бы одного из них. Первый вид — это девственность от рождения. Вторая девственность — от второго рождения, то есть от крещения, состоит в том, чтобы мы во время супружества очищали себя добровольно разлукою между мужем и женою, или чтобы мы сохраняли целомудрие, пребывая постоянно как бы в безбрачном состоянии. Наконец, третья степень заключается в единобрачии, когда мы по смерти первой жены отказываемся от женского пола. Первая девственность — вовсе не знать того, от чего после захочешь избавиться. Вторая — презирать то, что слишком хорошо нам известно. Третья также достойна похвалы, потому что воздержание есть добродетель. Быть воздержным значит не жалеть о том, чего мы лишены, и лишены Господом Богом, без воли Которого ни один лист не упадет с дерева, пи одна птица не упадет на землю (Матф. 10,29).

1.

Обычно, ради краткости, мы опровергаем еретиков ссылкой на их позднее происхождение. Ибо, поскольку учение об истине, обличившее даже будущие ереси, появилось раньше других, постольку все более поздние учения будут считаться ересями, раз они были предсказаны более древним учением об истине. Учение же Гермогена и вовсе новое. Да и сам он до сего дня человек мирской, по природе еретик, и даже закоренелый; болтливость он считает даром слова, наглость — решимостью, а злословие в адрес всякого — долгом чистой совести. Кроме того, он рисует неприличные изображения, постоянно меняет жен, заповеди Божьи насчет удовлетворения желаний соблюдает, а насчет искусства забывает. Вдвойне бесчестный, и кистью, и пером, он полностью изменяет законам Божьим и мирским. Дурной знак можно увидеть и в совпадении имен: ведь и тот самый известный из апостольских времен Гермоген не сильно усердствовал в исполнении предписаний учения.

Начальная книга римской истории, о которой сам автор говорит: «Начиная от основателей Яна и Сатурна, через преемственных и следовавших друг за другом царей вплоть до десятого консульства Констанция, извлеченное из сочинений авторов — Веррия Флакка, Анциата (как сам Веррий предпочел себя назвать вместо Анция), затем из анналов понтификов и далее из сочинений Гнея Эгнация Верация, Фабия Пиктора, Лициния Макра, Варрона, Цезаря, Туберона, а затем из всей истории древнейших писателей, как это подтвердил каждый из неотериков, т. е. и Ливий, и Виктор Афр».

Автор: Солон

Солон — афинский государственный деятель и поэт начала VI в.; он интересен тем, что использует поэзию как воспитательное, агитационное средство для пропаганды своих социальных реформ.

1(1а)

Сам ведь Кронион, супруг прекрасноувенчанной Геры,

Зевс Гераклидам вручил город, нам ныне родной.

С ними, оставив вдали Эриней, обдуваемый ветром,

Мы на широкий простор в землю Пелопа пришли.

2(1в)

Так нам из пышного храма изрек Аполлон-дальновержец,

Златоволосый наш бог, с луком cepeбряным царь:

"Пусть верховодят в совете цари богочтимые, коим

Спарты всерадостный град на попечение дан,

Плиний Септицию2 привет.

Ты часто уговаривал меня собрать письма, написанные несколько тщательнее, и опубликовать их. Я собрал, не соблюдая хронологического порядка (я ведь не писал историю), а как они попадались под руку3. (2) Только бы ты не раскаялся в своем совете, а я в своей уступчивости. Теперь я поищу те, что забросил, и не буду прятать, если еще что напишу. Будь здоров.

2

Плиний Арриану4 привет.

Я предвижу, что ты задержишься со своим приездом, и потому предлагаю тебе книгу, которую обещал в прежних письмах. Прочти ее, пожалуйста, и, по своему обычаю, внеси поправки5

Гай Валерий Катулл Веронский

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

H.M.Демурова

Алиса в Стране чудес и в Зазеркалье

Первый критический отзыв на "Алису в Стране чудес", появившийся в 1865 г. - год опубликования сказки - в обзоре "Детские книжки" журнала "Атенеум", гласил: "Приключения Алисы в Стране чудес. Льюис Кэрролл. С сорока двумя иллюстрациями Джона Тенниела. Макмиллан и КЬ. - Это сказка-сон, но разве возможно хладнокровно сфабриковать сновидение со всеми его неожиданными зигзагами и пересечениями, оборванными нитями, путаницей и несообразностью, с подземными ходами, которые никуда не ведут, с послушной паломницей Сна, которая так никуда и не приходит? Мистер Кэрролл немало потрудился и нагромоздил в своей сказке странные приключения и разнообразные комбинации и мы отдаем должное его стараниям. Иллюстрации мистера Тенниела грубоваты, мрачны, неуклюжи, несмотря на то, что художник чрезвычайно изобретателен и, как всегда, почти величествен. Мы полагаем, что любой ребенок будет скорее недоумевать, чем радоваться, прочитав эту неестественную и перегруженную всякими странностями сказку" {"The Atheneum", 1900 (December 16, 1865), p. 844. Цит. по кн.: Aspects of Alice. Lewis Carroll's Dreamchild as Seen through the Critics' Looking-Glasses. 1865-1971. Ed. by Robert Phillips. L., 1972, p. 84. Дальнейшие ссылки на это издание: A.A.}. Прочие критики проявили, пожалуй, несколько больше учтивости по отношению к никому до того не известному автору, но смысл их высказываний немногим отличался от первого. В лучшем случае они признавали за автором "живое воображение", но находили приключения "слишком экстравагантными и абсурдными" и уж, конечно, "не способными вызвать иных чувств, кроме разочарования и раздражения" {Ibid, p. 7.}. Даже самые снисходительные из критиков решительно не одобряли Безумного чаепития; в то время как другие, не видя в сказке Кэрролла "ничего оригинального", недвусмысленно намекали, что он списал ее у Томаса Гуда {Последний отзыв появился в 1887 г.; речь шла о книге Гуда "Из ниоткуда к Северному полюсу" (Thomas Hood. From Nowhere to the North Pole). В 1890 г. Кэрролл воспользовался удобным случаем указать, что книга Гуда была опубликована лишь в 1874 г., то есть спустя девять лет после "Страны чудес" и три года - после "Зазеркалья". См. АА, р. XXVI.}.

Н.Демурова

Льюис Кэрролл и история одного пикника

Льюис Кэрролл начал с рассказа, понятного узкому кругу близких людей. Постепенно расширяя его, он создал книгу, которая вот уже столетие волнует человечество.

ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА

В журнале Английского Королевского метеорологического общества значится, что 4 июля 1862 года погода в окрестностях Оксфорда была хмурой. Однако в памяти участников одного пикника день этот сохранился как самый солнечный в их жизни.

H.M.Демурова

О переводе сказок Кэрролла

"Алиса" Кэрролла, безусловно, принадлежит к числу самых трудных для перевода произведений мировой литературы. Несмотря на то, что количество языков, на которые переводили "Алису", достигло почти полусотни (среди них такие "экзотические" языки, как суахили, эсперанто, язык австралийских аборигенов) и что на многие языки она переводилась не один раз, до сих пор не существует единого принципа ее перевода {См. W. Weaver. Alice in Many Tongues. The Translations of "Alice in Wonderland". Madison, 1964.}.

Н.Демурова

Томас Гарди, прозаик и поэт

Слава Томаса Гарди в нашей стране покоится, в первую очередь, на его великолепных романах. С тех пор как в русских журналах появились в 90-х годах прошлого столетия "Тесс наследница д'Обервиллей" и "Джуд неудачник" (так звучали тогда названия этих романов), внимание и критики и читателей занимали романы Гарди, которые понемногу, с паузами в десятилетия, начали выходить в свет. В середине нашего столетия, когда были опубликованы основные романы писателя, мы начали знакомиться и с его повестями и рассказами, однако поэзию, если не считать нескольких, не более десятка, стихотворений, вошедших в различные сборники и антологии, мы так и не знаем до сих пор.