Из недр царского флота к Великому Октябрю

Дыбенко Павел Ефимович

Из недр царского флота к Великому Октябрю

Аннотация издательства: Павел Ефимович Дыбенко - член Коммунистической партии с 1912 года, был первым Народным Комиссаром по Морским делам Советского государства. После гражданской войны командовал стрелковым корпусом, а затем Среднеазиатским, Приволжским и Ленинградским военными округами. В своей книге П. Е. Дыбенко рассказывает о революционной деятельности моряков Балтийского флота, о деятельности Центробалта, председателем которого он был, и об участии моряков и петроградских рабочих в борьбе за власть Советов. Книга издается с незначительными сокращениями. Она рассчитана на широкий круг читателей.

Популярные книги в жанре Биографии и Мемуары

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

Книга о жизни и деятельности профессионального революционера, деятеля большевистской партии Баумана Николая Эрнестовича (1873–1905).

Новая книга В. Кардашова рассказывает о жизни и деятельности одного из организаторов нашего государства, прославленного командарма К. Е. Ворошилова. Еще в юности Клим Ворошилов вступил на путь революционной борьбы. После победы Октября он сражается с гайдамаками и белоказаками, деникинцами и врангелевцами. Кончается война, и К. Е. Ворошилов все свои силы отдает укреплению Красной Армии. В период Великой Отечественной войны маршал Ворошилов вновь на защите нашего Отечества, а по окончании ее активно участвует в мирном строительстве.

«Путь комет — поэтов путь» — сказано в известном цветаевском стихотворении. К этой строке и восходит название книги. Это документальное повествование о жизни поэта, опирающееся на достоверные факты. Часть вторая — «После России» — рассказывает о годах чужбины (1922–1939), проведенных поэтом в Чехии и Франции.

Книга расширена за счет материалов, ставших известными уже после выхода первого издания книги (2002) в связи с открытием для исследователей архива Марины Цветаевой в РГАЛИ.

Великий норвежский писатель, лауреат Нобелевской премии Кнут Гамсун (1859–1952) был и остается одной из самых противоречивых и загадочных фигур в литературе XX века. Книга «Мечтатель и завоеватель» представляет собой новейшее биографическое исследование, посвященное жизни и творчеству Гамсуна, написанное известным норвежским журналистом и писателем. Биографию отличает фундаментальность и документированность, при этом она представляет собой увлекательное повествование, которое позволяет проследить перипетии долгого и сложного жизненного пути писателя, проникнуть в его внутренний мир и творческую лабораторию.

С самого детства маленький Дэвид Кроу видел разные стороны характера своего отца. Бесшабашный, смелый и решительный рабочий, хвастающийся военными подвигами и родословной, восходящей к индейцам-навахо – и вспыльчивый бывший заключенный, который довел до глубокой депрессии свою жену. И со временем все становится только хуже: постоянные переезды, жизнь в нищете в самых захудалых уголках Америки, издевательства сверстников… и участие в криминальных делах отца.

Несмотря на тяжелое детство в беднейшей индейской резервации, Дэвиду удалось получить образование и найти престижную работу. Но когда он нашел в себе силы покончить с прошлым, его противостояние с отцом вышло на новый уровень – когда на карту поставлено всё: с трудом достигнутое благополучие, успех, свобода и даже жизнь… Сможет ли Дэвид отказаться от соучастия в преступлениях, перехитрив своего отца – жестокого психопата, годами терроризировавшего всю семью?

Кинематографичная и искренняя, «Бледнолицая ложь» – это драматическая сага о силе духа, взрослении, ненависти и прощении. История Дэвида Кроу показывает: каким бы трудным и мрачным ни было твое детство, надежда возрождается из пепла.

Читайте реальную историю о тяжелом детстве и выживании с жестоким отцом, бестселлер Amazon и победителя многочисленных международных литературных премий на ЛитРес.

Душераздирающая история… Правдивый и несущий в себе надежду рассказ о том, как насилие со стороны родителей может бросить тень на всю последующую жизнь — Publishers Weekly

История Дэвида Кроу захватывает как кинофильм… Потрясающий рассказ, одновременно пронзительный и вдохновляющий. – Kirkus Review

В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Помните, как в детстве мы подкладывали монетку под пятку перед экзаменом, а после получения заветной «пятерки» счастливо выдыхали: «Повезло!»? Этот сборник – ваш счастливый пятак. Только не для экзамена по математике, а для другого, более важного, который мы сдаем всю свою жизнь. Экзамена под названием «счастье».

Ольга Савельева – мотивирующий лектор, блогер и автор – заботливо собрала в издании любимые рассказы читателей. Они согреют изнутри, помирят тех, кто в ссоре, помогут найти силы и вдохновение в минуты слабости и научат встречать каждый день с улыбкой.

В сборнике вы найдете рассказы из уже полюбившихся бестселлеров, а также шесть бонусных историй, написанных специально для нового издания.

P.S.: Осторожно: чрезмерное чтение Ольги Савельевой вызывает привыкание!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дыбов Сергей

Первая война России с Францией в эпоху Наполеона

(1799-1800 г.)

Автор в курсе, что в его очерке немало недостатков и будет благодарен за любую критику, советы, вопросы, пожелания и дополнительную информацию по адресу: [email protected]

Иль нам с Европой спорить ново?

Иль русский от побед отвык?

А.С. Пушкин

* статья снабжена картой "Европа в 1799 г."

В России всегда было особое отношение к Франции. Даже любовь. Во все времена, и во времена войн между Францией и Россией это чувство не проходило. Не удивительно, что в России существует большой интерес ко всему французскому, и, конечно же, к широко разрекламированному во Франции Наполеону. Личность бесспорно незаурядная, весьма прогрессивная для своего времени, оставившая глубокий след в истории. В результате его деятельности Европа серьёзно изменила свои очертания. А, кроме того - рождение воздухоплавания, фотографии. Метрическая система мер, правостороннее движение, единый календарь и т.д.

Владимир ДЫМНОВ

Д Р У Г

Смеркалось. Тяжелые тучи заволакивали темнеющее небо. Ветер, обдирая кору с деревьев, срывал последние листья и гнал их по застывшей земле. Рома, уютно устроившись в кресле около окна, жевал теплый бутерброд и с интересом наблюдал с высоты восьмого этажа, как во дворе соседнего дома суетливо снуют пожарные... В окно постучали. Рома протер мутное стекло и увидел, что на подоконнике, распластав крылья, как раненная птица, беспомощно лежит комар. " Замерзает", - понял Рома. Он распахнул заклеенное на зиму окно, бережно взял комара на руки и, согревая своим дыханием, бросился в спальню. Там он уложил гостя на подушку возле батареи и быстро, как учили на уроках ОБЖ, сделал искусственное дыхание, вдувая воздух прямо в хоботок. Комар ожил. За окном мела метель. "Пропадет ведь, - думал Рома, - ишь, непогодица..." Так и остался комар жить в доме. Поправлялся он долго: метался в жару, бредил, пищал что-то... Три раза в день Рома кормил его: выдавливал из пальца капельку крови и, добавив туда крошку аспирина, вливал в рот больному. Через несколько дней комар стал поправляться, а через неделю Рома, смастерив из спички маленький костылик, позволил ему небольшую прогулку по подоконнику. Подружился Рома с комаром. Дни проходили за днями. Комар поправлялся и к ноябрю крепко встал на крыло. Рома, восхищенный виртуозным полетом, в честь любимого космонавта назвал его Германом. Ох и шутник оказался Герман! То жужжит всю ночь у ромы над ухом, спать не дает, то искусает мальчишку! Сердится Рома, отмахивается, а Герман пищит со смеха покатывается. Забавный. Как на такого сердиться! Отходит Рома сердцем. Вместе смеются... Так, за шутками, не заметили, как весна наступила. Ожила природа: проталины появились, трава из земли поперла. Вот уж и первые мухи из зимних нор повылазили. Летают - веселятся! С птицами в прятки-догонялки играют. Всем хорошо! Только Герман жизни не радуется. Заскучал Герман. По воле затосковал. Упрется, бывало, лапками в стекло и смотрит грустно на прохожих. А Рома его все не отпускает. Жалко. Друг все-таки. Сколько вместе прожито, сколько души вложено, здоровья... Два раза за зиму Рома от малярии лечился. А ладили как! И будни вместе и праздники. Вспомнил Рома, как под Новый год насосался друг его так, что пришлось в аптеку бежать за "Эндрюс Ансвером". Рвало потом Германа... Да, что поделаешь? Всякое живое существо свободу любит. Любая скотина. А комар и подавно: птица вольная. С лица Герман спал, питаться стал плохо. Того и гляди - совсем зачахнет. Хочешь, не хочешь - выпускать надо. Пожалел Рома друга. Сплел ему на память из красной ниточки маленький браслетик, покормил в последний раз, попрощался и, погожим майским деньком, вздохнув, выбросил его в форточку. Запищал Герман радостно, вдохнул всей грудью воздух свободы и ясным соколом взметнулся в заоблачную высь. Много прошло времени, а Рома друга не забывает. Как взгрустнется ему, остановится и смотрит долго в синее небо, где с курлыканьем снуют стаи журавлей... И комаров теперь бьет осторожно: прежде, чем прихлопнуть, смотрит - уж не Герман ли? А-ну, как вернется? Оно и понятно - старый друг лучше новых двух.

Дмитрий ДЫМОВ

АНГЕЛОК

Данило Прокопьич старался заснуть. Уж слишком он намаялся за день, и то старухе сделай и се, замотала совсем. Только хотел прилечь, как нашла, подняла, послала за сахаром, мол, пора варенье варить, а не с чем. Принес Данило Прокопьич сахарку, заодно и пузырик себе прикупил для души. От старухи беленькую утаить удалось, и, когда наступила минутка покоя, Прокопьич свернул пузырику голову и наполнил заготовленную стопочку. Водка легко прошла через горло и устремилась греющей струйкой по пищеводу. Прокопьич прижался носом к засаленому рукаву пиджака и глубоко вдохнул фильтрованный тканью воздух. За первой стопочкой последовала вторая. На дне бутылочки осталось всего ничего, так, на опохмел, и Данило Прокопьич решил пузырик припрятать до завтра. Он приподнял половицу, морщась от громкого скрипа, не дай Бог, старуха услышит. Давно Данило обещал забить ее, но половица неизменно пригождалась и Прокопьич откладывал необязательный ремонт на потом. Данило Прокопьич затолкнул бутылочку под половицу в густой ворох сухих опилок, пусть полежит до утра, по старости организм уже не так хорошо переносил спиртное и всегда следовало иметь немного лекарства про запас.

Дмитрий ДЫМОВ

ФЕНОМЕН ПАЛЬЧИКА

Рождение. Медсестра кричит матери: "Тужься, тужься, дура!" А врач-акушер тянет младенца за голову, уже появившуюся на свет. Наконец младенец покидает материнское лоно и переходит в руки медсестры, которая наскоро обмывает его и звучно шлепает по ягодицам. Все довольно улыбаются, слушая первый крик. И никто не смотрит на на руки мальчика. Они сжаты в кулачки, но по-разному. Левая: большой палец внутри, остальные обвивают его - как обычно. Правая же словно изготовилась к щелчку: безымянный палец зацеплен за большой, указательный, средний и мизинец оттопырены, причем мизинец как-то странно: вбок и вверх одновременно.