Иудейский наперсник

Артур Конан Дойл

Иудейский наперсник

Мой ученый друг Уорд Мортимер был известен как один из лучших специалистов своего времени в области археологии Ближнего Востока. Он написал немало трудов на эту тему, два года провел в гробнице в Фивах, когда производил раскопки в Долине Царей, и, наконец, сделал сенсационное открытие, раскопав предполагаемую мумию Клеопатры во внутренней усыпальнице храма бога Гора на острове Филе. Ему, сделавшему себе к тридцати одному году имя в науке, прочили большую карьеру, и никого не удивило, когда он был выбран хранителем музея на Белмор-стрит. Вместе с этой должностью он получал место лектора в Колледже ориенталистики и доход, который снизился с общим ухудшением дел в стране, но тем не менее по-прежнему представляет собой идеальную сумму - большую настолько, чтобы служить стимулом для исследователя, но не настолько, чтобы размагнитить его.

Другие книги автора Артур Конан Дойль

В этот увесистый том включены практически все произведения Артура Конан Дойла о жизни и трудовой деятельности Шерлока Холмса: три повести и 56 рассказов.

Мистер Шерлок Холмс сидел за столом и завтракал. Обычно он вставал довольно поздно, если не считать тех нередких случаев, когда ему вовсе не приходилось ложиться. Я стоял на коврике у камина и вертел в руках палку, забытую нашим вчерашним посетителем, хорошую толстую палку с набалдашником — из тех, что именуются «веским доказательством». Чуть ниже набалдашника было врезано серебряное кольцо шириной около дюйма. На кольце было начертано: «Джеймсу Мортимеру, Ч. К. X. О., от его друзей по ЧКЛ» и дата: «1884». В прежние времена с такими палками — солидными, увесистыми, надежными — ходили почтенные домашние врачи.

Классика детектива – лучшие рассказы Артура Конан Дойла о Шерлоке Холмсе и докторе Ватсоне в сборнике «Последнее дело Шерлока Холмса».

Военный врач Джон Уотсон ищет недорогое жилье. Его соседом по квартире оказывается загадочный Шерлок Холмс — «сыщик-консультант», способный раскрыть самые запутанные преступления. В это же время череда таинственных убийств, следующих друг за другом, ставит в тупик лондонскую полицию. С этого момента начинаются детективные приключения, без которых не мыслят своей жизни уже несколько поколений любителей этого жанра…

• Серебряный

• Желтое лицо

• Приключения клерка

• «Глория Скотт»

• Обряд дома Месгрейвов

• Рейгетские сквайры

• Горбун

• Постоянный пациент

• Морской договор

• Случай с переводчиком

• Последнее дело Холмса

Illustrations by Sidney Paget, 1893

«В те простодушные времена, — говорит автор романа, — жизнь являла собой чудо и глубокую тайну. Человек ходил по земле в трепете и боязни, ибо совсем близко над его головой находились Небеса, а под его ногами совсем близко прятался Ад. И во всем ему виделась рука Божья — и в радуге, и в комете, и в громе, и в ветре. Ну, а дьявол в открытую бесчинствовал на земле. <…> Гнусный Враг рода человеческого вечно таился за плечом человека, нашептывал ему черные помыслы, толкал на злодейства, пока над головой у него, смертного, витал Ангел-Хранитель, указывая ему узкий и крутой путь добра».

Действие знаменитой повести Артура Конан Дойла «Знак четырёх» крутится вокруг некоего ларца с сокровищами правителя индийского княжества Агры, похищенного некогда англичанином Джонатаном Смоллом и тремя туземцами во время боевых действий в Индии. Трудно сказать, знал ли Артур Конан Дойл подлинную подоплёку этого события или уж такова была сила его фантазии, что способна была порождать сюжеты, часто оказывавшиеся на поверку «почти подлинными», но очень похожая история с сокровищами восточного владыки и английскими солдатами случилась на самом деле. Совсем как в произведении автора, она долгие годы сохранялась в глубокой тайне и вышла наружу только осенью 1893 года, когда в городе Уодсворт скончался отставной солдат, долгое время прослуживший в колониях. Перед смертью он, призвав священника и полисмена, сделал официальное заявление о совершении им кражи. По словам умирающего, он, служа в пехотном полку, в 1885 году принимал участие в боевых действиях против войск короля Бирмы Тибо. После взятия города Мандалай, столицы Бирмы, этот солдат попал в отряд, который охранял королевский дворец…

Легенда об Атлантиде — идеальном государстве, в котором сбылась мечта человечества о счастье, всегда волновала умы и души. И каково же было изумление ученых, решивших исследовать глубочайшую океанскую впадину, когда именно там они обнаружили атлантов — потомков тех, кто выжил во время катастрофы и за счет удивительных научных технологий сделал для себя возможной жизнь под водой.

Популярные книги в жанре Классический детектив

Рекс Стаут

ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ГОРДОСТЬ

Совершенно неожиданно они встретились "У Куинби" - это случилось впервые за три месяца - и после традиционных рукопожатий направились к своему любимому столику в углу.

- Ну, как дела? - поинтересовался Бенди, усаживаясь.

- Бенди, - начал Дадд Бронсон, проигнорировав вопрос. - Я величайший человек в мире. Сам я предпочитаю ветчину и капусту, эта пища, как и прежде, доставляет мне удовольствие, но если ты желаешь павлинье сердце под мармеладом - пожалуйста, я угощаю.

Эту книгу я начал создавать среди майяских руин в Юкатане, а закончил в Колумбии. Сюжет родился в моей голове на борту самолета, парящего над живописными горами и джунглями. В свободное от работы с диктофоном время я встречался с наиболее культурными и интересными людьми, с которыми когда-либо сводила меня жизнь, хотя большую часть ее провел среди людей, обладавших острыми умами и неординарными характерами. Наши латино-американские друзья необычайно горды, свободолюбивы, независимы и умны. Слишком мало было написано об образованных жителях этих государств, слишком много времени мы, писатели, посвящали поискам «оригинального». Бедность не обошла стороной и нашу страну. Наши бедняки живут в густонаселенных трущобах. Жилища бедняков к югу от границы более соответствуют нормам здравоохранения, хотя из-за мягкого климата кажутся северянину хрупкими, но не менее живописными. Двери домов латино-американских аристократов не распахнуты перед обычным путешественником, движимым простым любопытством. Эти дома так же неприступны, как фешенебельные особняки наших пригородов. Следовательно, «туристы» нарушают покой беззащитных городских жителей.

Пронзительные глаза Пола Прая маленькими буравчиками впились в невозмутимое лицо Рожи Магу. Этот человек славился тем, что, раз встретив кого-то, уже не забывал его никогда. Он как бы делал мгновенную фотографию в своей памяти.

— Стало быть, меня подставили, так, Магу? Магу потянулся за бутылкой — однорукий, небритый, в поношенной одежде, которая, наверное, целую вечность не видела щетки. Взгляд его безжизненных, словно тусклое стекло, глаз ни на минуту не отрывался от лица Прая.

Поскольку было только семь пятнадцать утра, когда Дорис Кейн прибыла в Мэдисон-Сити, и так как она всю ночь провела за рулем, ее усталые от дороги глаза не сразу заметили, что город готовится вспомнить свою юность на заре освоения Дикого Запада. Немногие горожане, попадавшиеся на улице, носили на головах широкополые Шляпы с галунами, а некоторые отращивали усы или даже бороды. Попадались и такие, которые щеголяли в поясах, украшенных патронташами и свисающими с них кобурами.

Трансконтинентальный пассажирский поезд, скрипя сцепкой, как змея иссушенными позвонками, проползал последние томительные мили пустыни. Пальмы джошуа с покрытыми колючками стволами создавали какой-то инопланетный ландшафт. Невозможно было поверить, что через каких-то сорок миль поезд, следуя изгибам каньона, заскользит среди темно-зеленых плодоносных апельсиновых рощ.

Дуг Селби, весьма импозантный в мундире майора, пристально вглядывался в знакомый пейзаж, предвкушая удовольствие от пятидневного отпуска.

Я смотрел в черное дуло пистолета, приставленного к моему лицу Косоглазым Даганом, и внутренне не мог не похвалить его за то, что он оказался куда более смышленым, чем я предполагал. Вот уж не ожидал, что мое местонахождение будет раскрыто, да еще Косоглазым Даганом.

Отметив про себя, что руки его слегка дрожат, я слушал изливающиеся потоком угрозы. Даган не принадлежал к тем, кто убивает хладнокровно, ему обязательно нужно взвинтить себя до определенного состояния, и, когда его нервы оказываются на пределе, тогда он готов нажать на курок.

Чувствуя себя в смокинге не в своей тарелке, однорукий Магу закатил остекленевшие глаза и кивнул Полу Праю через стол.

— Здесь полно проходимцев, — сказал он. В отличие от своего компаньона, Пол Прай ощущал себя в вечернем костюме с иголочки, так, словно в нем родился. Он внимательно посмотрел на своего верного помощника.

— Проходимцев какого рода? — уточнил он.

— Ну, — замялся Магу, — тут забавное сборище. Думаю, если вы понаблюдаете, что тут произойдет сегодня вечером, будете в курсе, где находится алмаз Леггета.

Детективное агентство «Дилетант» занимается сложными и запутанными преступлениями. О нем шепчутся на элитных вечеринках, а номер телефона тайно передают друзьям. Программа была составлена так, что четверо совершенно незнакомых человека, правильно подобранные системой: администратор, логик, технарь и эмпат, могут многое, но не всё. Агентство никогда не бралось за расследования убийств, однако пароль, названный заказчицей, вынудил их изменить своим принципам и взяться за дело. Для новой миссии компьютер сгенерировал еще две неожиданные роли, но подходящих кандидатур в картотеке дилетантов не нашлось. Теперь группе необходимо отыскать их и направиться в маленький приморский городок, уютно спрятавшийся в Калининградской области. Тамплиеры, замки, групповое убийство – дилетантам придется разобраться с этим, отделив вымысел от правды.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Артур Конан Дойл

Из камеры No 24

Письмо заключенного инспектору тюрем

Я рассказал эту свою историю, когда меня схватили, но никто меня и слушать не хотел. Потом опять судьям докладывал все, как было, ни одного слова от себя не прибавил. Говорил по правде, вот как перед Богом, все по порядку, что леди Маннеринг мне сказывала и что делала и что я ей сказывал и что делал, все как есть доподлинно. А что из этого вышло? "Преступник в свое оправдание рассказал вздорную и сбивчивую историю, которая сама себе противоречит в частностях и совершенно не подтверждается установленными на суде обстоятельствами дела". Так прописала обо мне одна лондонская газета, а другие и совсем об этом не написали, словно я на суде ничего и не говорил. А я своими глазами видел убитого лорда Маннеринга, и в смерти его я так же неповинен, как любой из присяжных, что меня судили.

Артур Конан Дойл

Капитан "Полярной Звезды"

Извлечение из замечательного дневника

Джона Мак Алистера Рэя, медицинского студента

Одиннадцатого сентября 81(40' сев. шир., 2( вост. долг. Все еще лежим в дрейфе среди громадных ледяных полей. То из этих полей, где мы стоим на якоре, простирается к северу и не меньше целого английского графства. Справа и слева к горизонту идут непрерывные снежные пространства. Сегодня утром штурман говорил, что по некоторым признакам можно предположить о существовании к югу от нас массы плавучего льда. Если этот лед окажется настолько толстым, чтобы сделать невозможным наше возвращение, мы окажемся в опасном положении, так как запасы пищи, как я слышал, уже не особенно велики. Уже позднее время года, и ночи начинают снова появляться. Сегодня утром я видел звезду, мерцавшую как раз над нашим судном, первую с начала мая. Заметно серьезное недовольство среди судовой команды: многие из матросов сильно желают вернуться домой, чтобы поспеть вовремя к началу ловли сельдей, когда труд хорошо оплачивается на шотландском берегу. До сих пор их недовольство выражалось только пасмурными лицами и мрачными взглядами, но я сегодня днем слышал от младшего штурмана, что они собираются послать депутацию к капитану, чтобы заявить ему о своем неудовольствии. Я очень беспокоюсь о том, как он это примет, так как это человек бешеного нрава и очень чувствителен ко всему похожему на посягательство на его права. Рискну после обеда поговорить с ним по этому поводу. Я всегда находил, что он спокойно выслушивает от меня то, чего не стерпел бы со стороны кого-нибудь другого из состава экипажа.

Артур Конан Дойл

Кожаная воронка

Перевод В. Воронина

Мой приятель Лионель Дакр жил в Париже на авеню Ваграм, в том небольшом доме с чугунной оградой и зеленой лужайкой спереди, что стоит по левую сторону улицы, если идти от Триумфальной арки. По-моему, он стоял там задолго до того, как была проложена авеню Баграм, поскольку его серые черепицы поросли лишайником, а стены выцвели от старости и покрылись плесенью. Со стороны улицы дом кажется небольшим - пять окон по фасаду, если мне не изменяет память, - но он продолговат, и при этом всю его заднюю часть занимает одна большая, вытянутая комната. Здесь, в этой комнате, Дакр поместил свою замечательную библиотеку оккультной литературы и коллекцию диковинных старинных вещей, которую он собирал ради собственного удовольствия и ради развлечения своих друзей. Богач, человек утонченных и эксцентричных вкусов, он потратил значительную часть своей жизни и своего состояния на создание совершенно уникального частного собрания талмудических, кабалистических и магических сочинений, по большей части редчайших и бесценных. Особенно привлекало его все непостижимое и чудовищное, и, как я слышал, его эксперименты в области неведомого переходили все границы благопристойности и приличия. Друзьям-англичанам он никогда не рассказывал об этих своих увлечениях, придерживаясь тона ученого и коллекционера-знатока, но один француз, чьи вкусы имели сходную направленность, уверял меня, что в этой просторной и высокой комнате, среди книг его библиотеки и диковинок музея, отправлялись самые непотребные обряды черной мессы.

Артур Конан Дойл

Кровавая расправа в Манор-Плэсе

Люди, изучавшие психологию преступления, знают, что главной основой преступления является непомерно развитой эгоизм. Себялюбец этого рода утрачивает всякое чувство меры. Он только о себе и думает; вся его цель заключается в том, чтобы удовлетворить собственные желания и прихоти. Что касается других людей, то соображения о их благе и интересах себялюбцу чужды и непонятны.

Иногда случается, что к преступлению человек побуждается импульсивностью своего характера, мечтательностью или ревностью. Все это бывает, но самая опасная, самая отталкивающая преступность - это преступность, основанная на себялюбии, доведенном до безумия. В английской литературе тип такого эгоиста выведен в лице сэра Виллогби Паттерна. Этот господин безобиден и даже забавен до тех пор, пока его желания удовлетворяются, но затроньте его интересы, не выполните какого-либо его желания - и этот безобидный человек начинает делать ужасные вещи. Гексли сказал где-то, что жизнь человеческая - это игра с невидимым партнером. Попробуйте сделать в игре ошибку, и ваш невидимый партнер сейчас же вас за эту ошибку накажет. Если Гексли прав, то приходится признать, что самой грубой и непростительной ошибкой в игре жизни является непомерный эгоизм. Люди за ошибку этого рода более платятся, - разве только посторонние следящие за игрой, не сжалятся над ними и не примут на себя часть проигрыша.