Истории из армянской истории

Как детский писатель искоренял преступность, что делать с неверными жёнами, как разогнать толпу, изнурённую сенсорным голодом и многое другое

Отрывок из произведения:

История первая. О князьях

Самые древние из армянских дворянских родов ведут своё начало ещё от отцов-основателей времен переселения из Вавилона.

Многие парфянского происхождения.

Забавна история двух родов.

Из варяг в греки

Багратуни – рыцари-венцевозлагатели. Основатель рода был евреем, которого очередной армянский царь хохмы ради вывез из Вавилона. Последующие 300-400 лет шёл тяжёлый, трудный процесс абсорбции. Ребята были принципиальные, стояли насмерть. Цари, впрочем, тоже. Каждую сотню лет очередным Багратуни предлагался выбор. Те, как положенно отказывались. Тогда срубались головы у пары-другой донов, остальные шли на компромисс. Так их планомерно научили воевать и охотиться по субботам, есть свининку и др.

Другие книги автора Карен Эдуардович Налбандян

Это — продолжение «Трудно Быть Богом». Действие разворачивается между концом последней главы и эпилогом (у Стругацких нигде не было обнаружено — сколько времени прошло между ними). Итак, Румата вернулся на Землю… А дальше… дальше самая оригинальная версия рождения КомКон-2 и личности Рудольфа Сикорски.

Сорок пятый год. Последние месяцы войны. У командира полка штурмовой авиации – задача найти и уничтожить базу Ме-262. И привидение – вместо хвостового стрелка. В рассказе использованы цитаты из книги Драбкина "Я дрался на Ил-2"

Как появился мир "Гостьи из будущего"? Откуда взялся робот Вертер? Почему Алиса Селезнёва обладала такими сверхспособностями? Попытка анализа.Первый вариант этого текста был написан в 2000-ом, 10 лет назад. Сейчас хочется вернуться к нему, появилось много новых мыслей. Небольшое замечание: в статье анализируется фильм "Гостья из будущего", а не книга Кира Булычёва "Сто лет тому вперёд"

– Нет, Ваше Преосвященство, теперь с ним всё хорошо, – охотно пояснял Казимир Сташевский – начальник антоновского отдела, – С ним работали наши лучшие врачи – доктор Александров и другие.

– Передайте доктору Александрову моё искреннее восхищение. Всегда полагал, что располагаю лучшими специалистами в этой области.

– Не беспокойтесь, Ваше Преосвященство, Земля предоставит вам всё необходимое, чтобы обучить ваших специалистов всему, что мы умеем.

…В северо-западном Арноре низкая облачность с осадками, ветер северо-восточный, пять-десять метров в секунду…

Небольшой сиквел к "Трудно Быть Богом". Дон Рипат спасает принца Арканарского. Что дальше?

Второй том нашумевшего литературного проекта Андрея Черткова «Миры Стругацких: Время учеников, XXI век» посвящен доселе неизвестным событиям из жизни некоторых героев братьев Стругацких.

Что делал на Земле Антон-Румата, вернувшись в спокойный, солнечный Мир Полудня из пылающего, залитого кровью Арканара? И какие веские причины вынудили его отправиться вновь в этот неспокойный средневековый город на отдаленной планете?

Как сложилась дальнейшая судьба археолога Бориса Лозовского после того, как он совершил космический рейс на борту автоматического корабля Пришельцев в повести «Извне»?

Чем на самом деле занимались несчастные мокрецы под предводительством философа Зурзмансора и под присмотром доктора Юла Голема в дождливом мирке «Гадких лебедей»?

Зачем прославленный звездолетчик Леонид Горбовский по пути на Далекую Радугу с грузом ульмотронов для тамошних нуль-физиков завернул на курортную планету Пандора? О чем думал он, сидя на краю обрыва над таинственным и непредсказуемым Лесом, в дебрях которого бесследно исчез его ученик Атос-Сидоров? И каким образом Горбовский сумел-таки выжить в чудовищной катастрофе на Радуге?

Наконец, главная загадка этой книги — кто такой на самом деле Рудольф Сикорски, он же Странник, он же Экселенц? Чем он занимался до того, как прибыл инкогнито на Саракш и стал героем романа «Обитаемый остров»? Думаем, ответ на этот вопрос удивит даже таких дотошных исследователей Вселенной братьев Стругацких, как группа «Людены», не говоря уж о простых любителях фантастики!

сть такой жанр – исторические байки. Как ходили на рыбалку немецкие асы, как ловили шпионов в Манхэттенском проекте, почему Трофим Денисыч Лысенко хранил книгу с издевательской надписью, за что били морду будущему королю Эдуарду VIII. О национальном герое по имени Брошенный сортир, сколько стоит идеальный пестицид, как появились садюшки про маленького мальчика, и о много чём ещё

Популярные книги в жанре Историческая проза

Вторая часть дилогии Жеральда Мессадье начинается с возвращения Иисуса после странствий на родину, где многие признают в Нем Мессию. Но считает ли Он себя таковым? Когда Его устремления изменить мир входят в противоречие с интересами религиозной и светской власти, Он осознает, что Его удел – быть принесенным в жертву…

Главный герой книги — английский поэт XIX века Джон Клэр, крестьянин, поразивший лондонские литературные круги своим дарованием, но проведший годы в приюте для умалишенных. В конце XX века Клэра фактически открыли заново. Роман в 2009 году попал в шорт-лист международной Букеровской премии.

В 1947 г. на берегу Мертвого моря пастушок обнаружил пещеру с древними свитками. Два года спустя в деревушке близ Фив египтяне, два брата, выкопали кувшин, оказавшийся хранилищем гностических рукописей. Среди них находилось и Евангелие от Фомы, считавшееся утраченным. Обе эти находки проливают свет на происхождение христианства. Очевидно, что Новый Завет включает в себя лишь малую толику рассказанного о Спасителе. Помимо четырех канонических Евангелий, Ближний Восток знал много других, которые впоследствии были признаны еретическими. Наиболее загадочным из них считают упоминаемое Оригеном и Иеронимом Евангелие Двенадцати. «Сын Пантеры» – роман одного из интереснейших писателей нашего времени фламандца Паула Клааса – является апокрифической реконструкцией этого текста, повествующего о том, как двенадцать человек пытаются в воспоминаниях вернуть к жизни своего умершего Учителя. Старый пустынник по собственному разумению, переписывает их отрывочные свидетельства. Наконец, современный историк рассматривает надгробие римского солдата как постепенно раскрывающийся перед ним документ. Таким образом, эта книга содержит четырнадцать взаимодополняющих и взаимопротиворечащих версий неизменно ускользающей Божественной истины.

Паулу Клаасу принадлежит немало разнообразных сочинений, отмеченных рядом литературных премий. «Сын Пантеры» – второй роман популярнейшего фламандского автора. Из-под его пера вышли также романы «Сатир» и «Хамелеон», два поэтических сборника. За переводы произведений Катулла, Нерваля и Джойса Паул Клаас получил в 1996 г. престижную премию Мартинуса Нейхоффа.

Уважаемый читатель!

История, которую я хочу тебе рассказать случилась очень давно. Так давно, что её помнит только вольный ветер, дующий из года в год в прикаспийских степях, да седые скалы, свысока наблюдающие за окружающим миром…

Если взглянуть вглубь веков, то увидишь, как поднимались из небытия одни государства и низвергались в пучину забвения другие. Где сейчас империя Ахаменидов? Или государство Александра Македонского? Или Великий Рим, Византия? Всех их засыпали пески времени, а на смену им пришли другие, чтобы в свою очередь тоже уйти с арены мировой истории… Так и мы когда-то уйдём, уступив место новым государствам, о существование которых сейчас даже не подозреваем…

…Перед тобой первая книга из трилогии, посвящённой становлению, расцвету и упадку Персидской империи. На протяжении всей своей истории персидские цари постоянно сталкивались с ордами диких кочевников, тревоживших их границы. В конечном итоге они привели к ослаблению державы Ахаменидов и к её упадку.

Эта история о персидском царе Кире и массагетской царице Томирис. Она случилось в 529 году до н.э. и закончилось гибелью одного из них. Основным источником для написания этого романа был Геродот, который жил спустя сто лет после описываемых событий. В своей «Истории» он наиболее полно воссоздал ту эпоху, о которой пойдёт речь в романе.

В нашей советской и постсоветской литературе образ скифа слишком идеализирован, и правду редко удаётся отделить от вымысла. Но если основываться на трудах известных историков древности, то видишь, что наши предки были далеки от совершенства. Своими набегами скифы-массагеты и родственные им племена, постоянно держали в страхе все окрестные государства и при этом отличались особой жестокостью. Эти случаи достаточно описаны у того же Геродота, и у Ксенофонта, древнегреческих историков и романистов. Хотя чего мы хотим от жестокого века, в котором они жили…

Эта историческая повесть стала последней книгой Станислава Токарева. В ней он рассказал о А. Васильеве, С. Уточкине. М. Ефимове, Н. Попове и других первых русских спортсменах-пилотах.

В центре событий произведения, изложенных очень эмоционально и своеобразно по форме, — сверхдальний рекордный перелет Петербург — Москва.

«Впервые я познакомился с Терри Пэттеном в связи с делом Паттерсона-Пратта о подлоге, и в то время, когда я был наиболее склонен отказаться от такого удовольствия.

Наша фирма редко занималась уголовными делами, но члены семьи Паттерсон были давними клиентами, и когда пришла беда, они, разумеется, обратились к нам. При других обстоятельствах такое важное дело поручили бы кому-нибудь постарше, однако так случилось, что именно я составил завещание для Паттерсона-старшего в вечер накануне его самоубийства, поэтому на меня и была переложена основная тяжесть работы. Самой неприятной во всей этой истории была дурная слава. Если бы нам удалось не сделать ее достоянием прессы, все было бы не столь уж плохо, но это было физически невозможно: Терри Пэттен шел по нашему следу, и не позже, чем через неделю все газеты Нью-Йорка напустились на нас с его подачи…»

По приказу сводной сестры Марии Кровавой опальная принцесса Елизавета была заточена в Тауэр и встретила там свою любовь. А когда она оказалась на воле, охоту за ней начал искусный отравитель. Принцесса должна найти убийцу, пока он не настиг ее…

Второй том романа «Мечтатели Бродвея» – и вновь погружение в дивный Нью-Йорк! Город, казавшийся мечтой. Город, обещавший сказку. Город, встречи с которым ждешь – ровно как и с героями полюбившегося романа.

Джослин оставил родную Францию, чтобы найти себя здесь – на Бродвее, конечно, в самом сердце музыкальной жизни. Только что ему было семнадцать, и каждый новый день дарил надежду – но теперь, на пороге совершеннолетия, Джослин чувствует нечто иное. Что это – разочарование? Крушение планов? Падение с небес на землю? Вовсе нет: на смену прежним мечтам приходят новые, а с ними вместе – опыт.

Во второй части «Мечтателей» действие разгоняется и кружится в том же сумасшедшем ритме, но эта музыка на фоне – уже не сладкие рождественские баллады, а прохладный джаз. Чарующий – и такой реальный. Как и Джослин, девушки из пансиона «Джибуле» взрослеют и шаг за шагом идут к своим истинным «Я». Танцовщица Манхэттен подбирается к разгадке давней тайны, продавщица Хэдли с успехом копается в прошлом, манекенщица Шик ищет выгодную партию, а актриса Пейдж – Того-Самого-Единственного. Нью-Йорк конца 1940-х годов всем им поможет – правда, совсем не так, они того ждут.

Французская писательница Малика Ферджух (родилась в 1957 году) – автор десятков популярных романов для детей и подростков, лауреат престижной премии «Сорсьер» (Prix Sorcières). Раньше она изучала историю кино, и атмосферу голливудской классики легко почувствовать на страницах ее книг: трилогия «Мечтатели Бродвея» динамична, как «Поющие под дождем», непредсказуема, как «Бульвар Сансет», и оптимистична, как «В джазе только девушки».

Прекрасный перевод Нины Хотинской сохранил на русском языке ритм и стиль оригинала. Время с этой книгой пролетит быстрее, чем танец Фреда Астера!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Лютер М. Проповедь об отлучении

Проповедь об отлучении, прочитанная д-ром Мартином Лютером, августинцем в Виттенберге

1520 г.

Иисус

Во-первых, поскольку мы слышали, что причастие святого тела Христа - это признак общения всех святых, то нам необходимо также знать, что такое отлучение, которое властью духовенства совершается у христиан. Первое и прямое назначение и сила отлучения заключаются в том, чтобы лишить грешного христианина святого причастия и запретить принимать его. Эти термины необходимо рассматривать в неотъемлемой взаимосвязи. Латинское слово «Communio» обозначает «общение», ученые именно так и называют св. причастие. В противоположность ему есть слово «Excommunicatio», что обозначает исключение из того же общения и что ученые называют отлучением.

Лютер М. Из переписки Мартина Лютера и Эразма Роттердамского

ЛЮТЕР—ЭРАЗМУ [28 марта 1519 г.]

Приветствую тебя! Я так часто говорю с тобой и ты со мной, Эразм, краса наша и надежда, а мы до сих нор не знаем друг друга: но чудовищно ли это? Нисколько не чудовищно — вполне обычное дело! Есть ли такой человек, которого до глубины сердца не занимал бы Эразм, которого не учил бы Эразм, в котором не царствовал бы Эразм? Я говорю о тех людях, которые действительно любят науки. Ибо меня весьма радует, что среди прочих даров Христовых есть у тебя и тот, что ты многим не нравишься: так я обычно отличаю дары Бога милостивого от даров Бога гневного. Поэтому меня радует, что ты весьма нравишься всем хорошим людям, но не менее того не нравишься тем, которые одни только хотят быть выше всех и весьма нравиться.

Лютер М. К советникам всех городов

К советникам всех городов земли немецкой

О том, что им надлежит учреждать и поддерживать христианские школы

К бургомистрам и советникам всех городов в немецких землях. Мартин Лютер.

Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа! Дальновидные, мудрые, дорогие господа! Прошло уже около трех лет с того времени, как я отлучен от Церкви 1и предан [имперской ] опале 2. И если бы я боялся человеческого предписания больше, чем Бога, то должен был бы умолкнуть. Ведь по этой причине многие - великие и малые - все еще преследуют в германских землях мои речи и сочинения и проливают немало крови 3. Но уста мои отверз Бог, Который повелел мне возвещать [правду ]. И чем сильнее они неистовствуют, тем больше заступается Он за меня и, укрепляя и распространяя дальше мое начинание 4, глумится над их неистовством. Ведь во втором Псалме говорится: ["Живущий на небесах посмеется, Господь поругается им" 5]. Лишь твердолобые люди не могут уразуметь, что это начинание должно быть осуществлено Самим Богом, поскольку в нем зримо проявляется сущность Божественных слова и дела, которые всегда, когда их пытаются преследовать и подавлять, становятся лишь тверже и прочнее.

Лютер М. К христианскому дворянству немецкой нации

 

К христианскому дворянству немецкой нации об исправлении христианства

Досточтимому господину Николаусу фон Амсдорфу 1, лиценциату Священного Писания и канонику в Виттенберге, моему самому близкому другу

Доктор Мартин Лютер

Прежде всего, благодать и мир от Бога, досточтимый, дорогой господин и друг! Время молчания прошло, и время говорить настало, как возвещено в третьей главе Екклесиаста 2. Я соединил, согласно нашему намерению, несколько заметок, касающихся исправления христианства, чтобы предложить их христианскому дворянству немецкой нации; может быть, Бог все-таки захочет помочь Своей Церкви посредством мирян, поскольку духовенство, которому это более подобает, ни на что не обращает внимания.