Исторические очерки Дона. Часть первая: Всевеликое войско донское. Книга первая: С давнего прошлого по сентябрь 1613 года

Широкая, на тысячу верст, равнина между южными отрогами Уральского горного хребта и восточными окраинами Карпатских гор, перерезанная низовьями мощных полноводных рек Яика (Урала), Волги, Дона и Днепра — бесконечная, бескрайная степь — «Поле», с глубокими оврагами-балками, поросшими дремучими лесами — ворота, проходной двор народов Азии в Европу.

Ни высоких гор, ни скалистых хребтов, ни естественных оборонительных рубежей. Только реки, замерзающие зимою, с низкими левыми и возвышенными, в холмах, правыми берегами. Равнина, ширь. Простор необъятный.

Другие книги автора Петр Николаевич Краснов

Автобиографический роман генерала Русской Императорской армии, атамана Всевеликого войска Донского Петра Николаевича Краснова «Ложь» (1936 г.), в котором он предрек свою судьбу и трагическую гибель!

В хаосе революции белый генерал стал игрушкой в руках масонов, обманом был схвачен агентами НКВД и вывезен в Советскую страну для свершения жестокого показательного «правосудия»…

Сразу после выхода в Париже роман «Ложь» был объявлен в СССР пропагандистским произведением и больше не издавался. Впервые выходит в России!

Екатерининская эпоха привлекала и привлекает к себе внимание историков, романистов, художников. В ней особенно ярко и причудливо переплелись характерные черты восемнадцатого столетия — широкие государственные замыслы и фаворитизм, расцвет наук и искусств и придворные интриги. Это было время изуверств Салтычихи и подвигов Румянцева и Суворова, время буйной стихии Пугачёвщины…

Екатерининская эпоха привлекала и привлекает к себе внимание историков, романистов, художников. В ней особенно ярко и причудливо переплелись характерные черты восемнадцатого столетия – широкие государственные замыслы и фаворитизм, расцвет наук и искусств и придворные интриги. Это было время изуверств Салтычихи и подвигов Румянцева и Суворова, время буйной стихии Пугачёвщины…

В том вошли произведения:

Bс. H. Иванов – Императрица Фике

П. Н. Краснов – Екатерина Великая

Е. А. Сапиас – Петровские дни

Краснов Петр Николаевич (1869–1947), профессиональный военный, прозаик, историк. За границей Краснов опубликовал много рассказов, мемуаров и историко-публицистических произведений.

Генерал Петр Николаевич Краснов вошел в историю России прежде всего как доблестный воин, один из лидеров Белого движения, а также как военный историк и писатель. Литературное творчество П.Н. Краснова многообразно. Его перу принадлежат прекрасные путевые дневники, яркие исторические работы, любопытные мемуарные очерки, глубокий труд по военной психологии, исторические романы и исследования. П.Н. Краснов был большим знатоком и патриотом донского казачества. Одна из его лучших исторических книг – «Картины былого Тихого Дона» (в нашем издании «История войска Донского»), где он ярко и увлекательно описывает славные страницы истории Дона, традиции, быт казачества, рассказывает о казачьих героях – Краснощекове, Денисове, Платове, Бакланове и др. По мнению Краснова, слава Дона связана именно с самоотверженным служением казаков общерусскому делу. Причем имперский период дал наибольшее число казачьих имен, ставших национальной гордостью всей России.

Нигилисты прошлого и советские историки создали миф о деспотичности, и жестокости Александра II.

В ином свете видят личность царя и время его правления авторы этого тома.

Царь-реформатор, освободитель крестьян от крепостной зависимости – фигура трагическая, как трагичны события Крымской войны 1877 – 1878 гг., и роковое покушение на русского монарха.

В том вошли произведения:

Б. Е. Тумасов, «ПОКУДА ЕСТЬ РОССИЯ»

П. Н. Краснов, «ЦАРЕУБИЙЦЫ».

Литературно-художественный и общественно-политический сборник, подготовленный Челябинской, Курганской и Оренбургской писательскими организациями. Включает повести, рассказы, очерки, статьи, раскрывающие тему современности. Особое место отведено произведениям молодых литераторов.

Издательство «Вече» продолжает публикацию произведений Петра Николаевича Краснова (1869–1947), боевого генерала, ветерана трех войн, истинного патриота своей Родины.

Роман «С Ермаком на Сибирь» посвящен предыстории знаменитого похода, его причинам, а также самому героическому — без преувеличения! — деянию эпохи: открытию для России великого и богатейшего края.

Роман «Амазонка пустыни», по выражению самого автора, почти что не вымысел. Это приключенческий роман, который разворачивается на фоне величественной панорамы гор и пустынь Центральной Азии, у «подножия Божьего трона». Это песня любви, родившейся под ясным небом, на просторе степей. Это чувство сильных людей, способных не только бороться, но и побеждать.

Популярные книги в жанре История

Немецкий историк и публицист Герд Кёнен на основе интереснейшего документального материала рассматривает историю и эволюцию образа «Востока» и России в сознании немцев в первой половине XX в. Полемизируя с историками, считающими, что русофобские тенденции еще с XIX в. превратили этот образ в комплекс «российской (а потом красной) опасности», он утверждает, что вернее было бы описывать данный «комплекс» как «колебание между страхом и восхищением, фобийным защитным отталкиванием и страстным притяжением, причем встречными и зачастую взаимопереплетенными».

Книга предназначена для специалистов-историков и широкого круга читателей, интересующихся историей взаимоотношений России и Германии.

Несколько раз садился писать тебе ответ. Каждый раз уходил слишком далеко в сторону…

Прежде, чем рассуждать о поднятых тобой темах, я хочу уяснить для себя несколько «философских» вопросов.

Начнем с начала.

1. Что такое «история»?

Когда мы пытаемся понять определение термина «история», мы единодушны в том, что это — что-то о прошлом, о человеческом прошлом…

А существует ли прошлое?

Вероятно, нет.

А можно ли изучать то, чего нет, что не существует?

У всякого рассказчика (историка в том числе) изначально в голове присутствует алгоритм, схема причинно-следственных связей — тот способ, которым он привык объяснять причины событий.

Именно исходя из этого алгоритма рассказчик и выделяет события (факты) рассказа (истории).

И это понимание причинно-следственных связей никак не вытекает из самой истории. Напротив, сам подбор фактов изначально подчинён алгоритму объяснения причин…

Не верите?

В последние годы мы были свидетелями многочисленных ошибок, более того, провалов в нашей внешней политике. Конечно, в какой-то мере ухудшение внешнеполитических позиций России — это объективный процесс, следствие ослабления мощи и, соответственно, влияния России в мире. Это правда. Но не вся правда. Внешняя политика обладает относительной самостоятельностью от внутренней политики, от экономики, и не в последнюю очередь обусловливается субъективными факторами, среди которых важное место принадлежит качеству дипломатических кадров, прежде всего, дипломатической элиты. Достаточно вспомнить дипломатию Меттерниха и Талейрана времен Венского конгресса, чтобы признать способность посредством успешной дипломатии (пусть лишь в некоторой степени) компенсировать относительную военную, экономическую слабость страны, способствуя созданию благоприятных внешних условий для развития и укрепления внутренней политической структуры государства.

Привет.

Я Сергей Махов.

Сразу скажу о своих интересах — это история военно-морских флотов. Сам я больше люблю парусники, но есть много друзей, профессионально увлекающихся историей немецких ПЛ, так что в ВМВ и ПМВ я так же довольно подкован...)))

* * *

Чем больше я читаю по войне за Независимость, по пост-военному устройству США, по вообще механизму принятия решений — тем все больше меня гложет одна мысль. Что американцы изучают только свою историю. И все решения, даже сейчас, в XXI веке, принимают только исходя из собственного опыта. Типа, один раз прокатило — почему не прокатит еще раз? И каждый раз изменившиеся обстоятельства и, соответственно, другой результат для них оказываются холодным душем.

Поэтому есть смысл вернуться к истокам, и проследить, как и откуда все начиналось. Эта серия статей будет посвящена американской войне за Независимость, и тому, кто вообще эту независимость завоевал. Особенно историки почему-то пренебрегают испанскими действиями в Америке. В общем, посмотрите и оцените сами.

Рассмотрены основные проблемы истории от эпохи праиндоевропейской общности и выделения из неё праславян до начала XX в. Обращается внимание на различные аспекты истории – военные, политические, экономические, культурные, в том числе и такие, которые не получили ещё общепринятого толкования в исторической науке. В начале каждой лекции предлагаются вопросы для определения готовности к лекции, а в конце – вопросы для самопроверки.

Для преподавателей и студентов всех специальностей очного и заочного отделений, а также для всех интересующихся историей и методикой преподавания истории.

Там воплотились в жизнь мечты российских либералов. Парламент, многопартийность, декларированные свободы, дружба с Англией и США. И получился из этого ад под бананами: полная зависимость от грабительских внешних сил, дикое неравенство, застойная нищета, массовые убийства сторонников независимости и справедливости.

Впрочем, морское ведомство России гораздо больше, чем увеличение прусского флота, волновало усиление флота старой и главной соперницы России на морях — Великобритании. успешное противостояние которому было немыслимо без наличия броненосных кораблей, способных к дальним плаваниям. Однако уже построенные к тому времени броненосные суда русского флота по своим тактико-техническим данным могли быть использованы лишь для обороны балтийского побережья России и в первую очередь Кронштадта.

В числе восьми кораблей, постройка которых предполагалась в соответствии с проектами, значились два батарейных броненосца по проекту “С” длиной 265 ф. шириной 45 ф, с углублением на миделе 18 ф 3 д. водоизмещением 2563 строевых т. с машиной в 450 л. с. и одним подъемным винтом.

Эти броненосцы по своим размерам, мощности машины и величине рангоута должны были явиться кораблями, способными. подобно английским рангоутным броненосцам. к океанским плаваниям и стационарной службе в иностранных морях. Именно они и получили впоследствии названия "Минин" и "Князь Пожарский".

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Дмитриев Алексей Николаевич, доктор геолого-минералогических наук, кандидат физико-математических наук, специалист по глобальной экологии и быстропротекающим геофизическим явлениям (включая уфологические), ведущий научный сотрудник. Объединённого института геологии, геофизики и минералогии СО РАН. Более 20 лет автор работал консультантом по внеземным явлениям в специализированных организациях.

Данная книга явилась результатом работы сотрудников международной ассоциации «Мир через культуру» над выступлением автора на ежегодной научно-педагогической конференции ассоциации в г. Екатеринбурге в 1999 году.

Песни Беранже первоначально становились известны в устном исполнении, и нередко проходили годы между их созданием и первой публикацией. При жизни поэта вышло несколько сборников его песен: «Песни нравственные и другие» (1815); «Песни» (1821) и «Новые песни» (1829) — последние два издания сопровождались судебными процессами; новый сборник песен вышел в 1833 году. Последняя небольшая прижизненная публикация песен относится к 1847 году, если не считать изданного в 1850 году в Брюсселе двухтомного «Полного собрания песен Беранже», просмотренного автором.

Автор — доктор наук, профессор Калифорнийского университета. Парижский журнал «Континент» писал в 1980 году об авторе: «О своих открытиях Мюге рассказывает так, словно ничего особенного не произошло — так, обычная рутина… И вместе с тем читатель может вполне оценить значение этих открытий, ибо автор умеет рассказать о научных приключениях в столь же популярной и занимательной форме, как и о приключениях диссидентского периода своей жизни».

«Первая ненаучная книга» Сергея Мюге производит прежде всего впечатление абсолютной искренности. Когда книга пишется вот так — распахнуто и рассвобожденно, — то уже неважной становится степень профессионализма: важно прежде всего свидетельство. Но кроме того, что эта, по сути автобиографическая книжка — свидетельство «о времени и о себе», она интересна тем, что в ней личность автора предстает настолько живо, настолько непосредственно, настолько стереокопическим выглядит этот веселый автопортрет, что читателя она захватывает. И не теми общеизвестными событиями, которые отразились в ней, а как раз «крупными планами», тем, как эти события переживались автором — героем книги. Это — в самом лучшем смысле книжка о себе. И потому она дает время в таких деталях, в таких поворотах, какие никогда не были бы возможны в мемуарах, стремящихся рассказать о событиях эпохальных. Детали исчезли бы, и вместе с ними колоритная личность героя — чем-то напоминающего Ходжу Насреддина, переселенного в наши дни. Именно потому, что автор ни на минуту не боится показаться смешным, смешными оказываются события, учреждения, люди… Вся советская действительность со всеми ее атрибутами. Увиденная глазами человека, выросшего внутри нее, но как-то спасшегося от того, чтобы «принюхаться», эта «действительность» предстанет смешным и страшным анекдотом…

Хрестоматия служит учебным пособием для университетов и институтов биологических, психологических и социальных факультетов. В книгу включены современные работы ведущих российских и зарубежных антропологов. Книга посвящена трем разделам антропологии — антропогенезу, морфологии человека (соматической антропологии) и этнической антропологии.