Испытание

Лукьяненко Сергей

ИСПЫТАHИЕ

(фантастический рассказ)

Солнце. Много солнца... Жена и дочь сидят на пледе и пьют лимонад. Солнце палит нещадно. Морисон выходит из воды и идет к ним... Звонок. Морисон оборачивается... Опять звонок. Он открывает глаза. Вокруг темнота, в окно осторожно стучится дождь. Теперь он вспомнил, что Алисия с дочерью у ее родителей в Принстоне. Звонок терпеливо и неотступно повторяется. Морисон снимает трубку.

Другие книги автора Сергей (2) Лукьяненко

Сергей Лукьяненко

ДИАЛОГ С ДЬЯВОЛОМ

(авторский remix рассказа)

Приятный полумрак маленького ресторанчика дарил состояние безмерного покоя, а тихая приятная музыка, льющаяся со сцены, лишь усиливало это ощущение безмятежности. Я смотрел на Иришку, сидящую напротив меня за маленьким столиком. Черное бархатное платье придавало ей какую-то демоническую красоту и неведомым образом усиливало блеск этих карих глаз, в которых я утонул когда-то очень давно. До чего же она красива.

Сеpгей Лyкьяненко (Hевасильевич)

ПОСЛЕДHИЙ ТРАМВАЙ

- Hy все, Дим, - Ленка несильно оттолкнyла меня. - ты же домой не доедешь. Вpемени yже много.

Она yлыбнyлась.

- Завтpа еще yвидимся.

- Да не волнyйся, чеpез минyтy, честно, yхожy. - я вновь обхватил её за талию и потянyл к себе.

Ленка чyть выгнyлась назад, пытаясь yклониться от моего поцелyя, но я то знаю, что она лишь подыгpывает.

- Дим, дим... пpекpати. Мы yже пятнадцать минyт пpощаемся. Так и скажи, что yходить не хочешь.

Сеpгей Лукьяненко (Hевасильевич)

Рискну опубликовать свой, в каком-то смысле пеpвый pассказ. Пеpвый потому, что подошел к его написанию довольно сеpьезно, хотя пpизнаю, что получилось довольно комкано, но лучше на данный момент у меня не получилось. Писался pассказ с большими пеpеpывами, поэтому, мне кажется, что даже окончательная pедакция не смогла скpыть те вpеменные pазpывы, котоpые чувствуются в тексте. Очень бы хотелось, чтобы его пpочитали некотоpые люди. Кто? Hу они сами должны знать. ;) ЗЗЫ 2Mod: Вpяд-ли это пpедисловие стоило постить сюда, но очень захотелось. ;)

Сеpгей Лyкьяненко (Hевасильевич)

АРОТКУДHОК ОТСЕМ

Сентябpь был в самом pазгаpе. Hа деpевьях ослепительно полыхала в лyчах yтpеннего солнца золотисто-желтая и кpасноватая листва, а под ногами шypшали остывшие пожyхлые листья.

Hенавижy осень.

Так гpyстно, когда yмиpает...

Гоpодок наш не маленький, но и не большой, - так, вполне обычная пpовинция. Театp, десяток школ, паpа библиотек и несколько центpальных yлиц, yтопающих летом в пышной зелени.

Сергей Лукьяненко (Hевасильевич)

ОСТАHОВКА ВО ВРЕМЕHИ

(фантастический рассказ)

Катрин сидела на коленках на стуле перед окном и, подперев ладонями щеки, смотрела в ночной сумрак. В стекло стучали крупные капли дождя и в такт им подпевали, разбиваясь о подоконник, слезы девушки. Она была красива, даже с этими следами на лице, одной ей известного горя. Ее губы неслышно нашептывали одно и то же слово, словно оно имело какой-то тайный магический смысл. Молния неслышно рассекла небо на кусочки и сразу же погасла. Следом за ней пробежал гром, но эти мгновения растянулись для Катрин в вечность. Она снова вспомнила его, целующего ту девушку... Hет, конечно, она для него никто, но все равно было обидно и больно. И вот она под тихие всхлипы сидела и жалела себя, и в этом было даже что-то смутно-приятное.

Сергей Лукьяненко

ЛОВУШКА

(фантастический рассказ)

Всем фанатам Master of Orion 2 посвящается.

14-й флот огромной эллерианской Конфедерации уже второй год находился на орбите звездной системы Маркус. Флот ждал подкрепление в виде двух из трех главных флагманов, громадных красавцев, кораблей класса "Титан". Без этих двух крейсеров коммандование флота не решалось на штурм прекрасно укрепленной колонии людей, являющейся одной из лучших в этом секторе галактики. Эллерианцы были внешне очень похожи на землян, главное отличие состояло во врожденных телепатических срособностях, а также в том, что у них существовал сильный матриархат. Люди, обманутые этим, относились с пренебрежением к этой, весьма воинственной расе. В добавок эллерианок безумно злила та наглость, с которой люди, еще молодая раса, вторгались в устои Галактического содружества. Во владении землян было всего несколько колоний, которые по своим возможностям были равны четырем-пяти эллерианским. Ко всему прочему они заручились поддержкой булратов, этих тупоумных медведей, что придало им некоторый дополнительный вес. Эллерианцы давно бы захватили людей, даже не взирая на их союзников, если бы не их оборонные средства, да четыре огромных корабля, размером с маленькую планету и по возможностям сравниваемый с большой флотилией. Еще одно неудобство заключалась в том, что их колонии находились в достаточной близости друг от друга, что позволяло им выдерживать осаду до прибытия подкрепления. Корабли землян были самыми медленными, поэтому ускользнуть от них не составляло труда, видимо это и явилось стимулом для создания таких крепостей, которые вселяли ужас в любого, кто сталкивался с ними. Хотя люди всегда страдали гигантоманией как следствием их неуемных амбиций. Такая чехарда может и продолжалась бы достаточно долго, но удобный случай предоставился как всегда неожиданно.

Популярные книги в жанре Современная проза

Вячеслав Пьецух

Паучиха

В большой деревне Столетове, на улице, которая почему-то называется Московская Горка, живет старушка Марья Ильинична Паукова, по прозвищу Паучиха, миниатюрное, согбенное существо с маленьким личиком и слезящимися глазами. Марья Ильинична старожил здешних мест и в некотором роде достопримечательность, поскольку ей, наверное, лет сто и она умеет порассказать. К тому же она еще и ругательная старушка, вечно наводящая критику на существующие порядки, что удивительно и вместе с тем неудивительно для пожившего человека, который к тому же сразу после войны был председателем колхоза "Памяти Ильича". Еще интересно то, что Паучиха до сих пор сама жнет, таскает воду, занимается в огороде, каждую субботу парится в баньке и не прочь выпить рюмочку за компанию. Про нее говорят: этой бабке износу нет.

Вячеслав Пьецух

Поэт и замарашка

Повесть

1

Рассказываю эту историю, как я ее слышал от моего приятеля Николая Махоркина, но также прибегая к неизбежным в таких случаях домыслам и опираясь на один замечательный документ.

Утром 4 октября 1993 года поэт Николай Махоркин вышел из своего дома в Проточном переулке и направился в сторону Смоленской площади, держа в правой руке допотопную авоську, немного пришаркивая и как бы незряче глядя по сторонам. С виду он представлял собою стихотворца - именно; он был худ, неловок, буйноволос, небрежно одет, с лицом истонченным и точно нездешним, как будто он только-только оправился от опасной болезни и еще не уверен в том, что худшее позади. Поэт он был так себе, средненький, но - поэт.

Вячеслав ПЬЕЦУХ

Разговор

Пьецух, В.А. ПЬЕЦУХ, Вячеслав Алексеевич (р.1946). Рус. сов. прозаик, более известный произв. др. жанров. Род. в Москве, окончил историч. ф-т Моск. гос. пед. ин-та им. Н.К.Крупской, работал учителем истории в школе. Живет в Москве. Фантаст. элементы в тв-ве П., видного представителя лит. авангарда, в осн., тесно переплетаются с сатирическими . Вместе с тем, ряд произв. писателя вполне серьезно и оригинально разрабатывает такие, напр., темы НФ, как альтернативная история: одна глава романа "Роммат" (1989), название к-рого расшифровывается как "романтический материализм", посвящена описанию победы декабристов и ее последствий; в р-зе "Разговор" (1990) исследуются (в более легкомысленном ключе) последствия победы белых в Гражданской войне . В двух др. р-зах - "Новый Завод" (1987), "Чаепитие в Моссовете" (1990) - построены варианты весьма двусмысленной утопии и антиутопии близкого будущего, соответственно; во втором р-зе нарисована впечатляющая картина обезлюдевшей Москвы, из к-рой все подались на Запад .

Вячеслав Пьецух

Рука

1

В самом начале ноября 1992 года мастер производственного обучения Яша Мугер познакомился в привокзальной пивной с чемпионом Донецкой области по ручной борьбе, которого все называли не по имени, а по кличке; кличка была - Бидон. Хотя оба оставались сравнительно в своем виде, проговорили всего-навсего полчаса и вообще родственного между ними нашлось так немного, что, можно сказать, родственного не было ничего, они, бог весть почему, сошлись, и в конце концов Бидон пригласил Якова попариться в частной баньке. Якова потому это предложение обольстило, что о существовании таковых он даже не подозревал.

Вячеслав Пьецух

Студент Прохладных Вод

Существует предание, что якобы незадолго до Октябрьской революции в Москве, вернее, в ближнем Подмосковье, в селе Измайлово, объявился молоденький юродивый Христа ради, который называл себя Студентом Прохладных Вод. Происхождение этого причудливого самоназвания остается неясным, особенно в части прохладных вод, но кое-что от студента в нем, по некоторым сведениям, действительно наблюдалось, например, университетская тужурка с голубыми петлицами, сальные волосы до плеч и круглые очки в металлической оправе, придававшие ему сильно ученый вид.

У Полли с Крисом начиналось все лучше некуда, а потом…

Сами знаете, как это бывает, – ломать не строить. С горечью осознав, что отношения «ремонту не подлежат», Полли уезжает из Плимута в сонный курортный городок на побережье Корнуолла. Поселившись в квартирке над заброшенным магазином, она с головой погружается в свое любимое занятие – выпечку хлеба. И хобби быстро перерастает в подлинную страсть! Полли вкладывает душу и сердце в замешивание теста, творит настоящее волшебство с орехами, изюмом, шоколадом, душистым цветочным медом… Местный мед, кстати, просто необыкновенный благодаря симпатичному пасечнику, которого здесь считают чудаком. В общем, хлеб у Полли получается изумительно вкусный, хотя не всем в городке по нраву ее успехи. Но она не сдается, и по закону философии количество переходит в качество, причем к лучшему меняется и сама жизнь Полли. Правду говорят: если перед тобой закрывается одна дверь, то непременно откроется другая…

Плюс потрясающие рецепты от автора!

Впервые на русском!

Для кого-то самым важным в жизни является власть, для кого-то – деньги, а для кого-то – дело, которому он служит. Александр Смолин, как это ни странно, так до сих пор и не определил для себя, что для него из этого списка наиболее приоритетно, но, правды ради, не сильно его это и печалит. Тем более что его жизнь такова, что иногда все три перечисленных понятия сплетаются в ней воедино, словно клубок змей перед тем, как впасть в осеннюю спячку.

И вот тогда спокойной жизни ждать не стоит, ни ему самому, ни тем, кто рядом с ним.

Унаследовав обычаи и традиции практически всех народов от седой древности до наших дней, современный этикет является всеобщим сводом правил поведения человека на службе, в общественных местах и на улице, на различного рода официальных мероприятиях – приемах, церемониях, переговорах.

В настоящей книге есть все необходимое для овладения правилами общения в той социальной среде, где вы живете и с членами которой взаимодействуете. В ней содержится большое количество приемов и рекомендаций, проверенных как отечественной, так и зарубежной практикой.

Эта книга – своеобразное учебное пособие, вводный курс для каждого, кто хочет повысить собственную культуру этикета.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Сергей Лукьяненко

Ахауля Ляляпта

- Чего-чего? - спросил Павел подозрительно.

- Ахауля ляляпта! - повторил Андрей, демонстрируя клиенту что-то маленькое, волосатое, черное, сморщенное - похожее на высушенную обезьянью лапку. - Сувенир. Купил у старого индейца.

- Убери ты эту гадость от стола! - рявкнул Павел. - Она же обезьянья...

- Да кто этих индейцев поймет, - пряча лапку в карман, заявил Андрей. Может, человеческая?

Сергей Лукьяненко

ЧУЖИЕ И Я

Для тех, кто предпочитает оставаться в танке...

Я - не ксенофоб. :) Среди моих друзей даже есть отдельные Чужие. :)

Манифест, вызвавший весь долгий флейм, является литературным произведением, в котором доведена до абсурда одна из основных тем фантастики. Общаться на эту тему далее не считаю нужным. Врагов интересует не это, друзья все понимают сами, сторонние зрители могут составить свое, личное мнение.

Самое трудное для писателя-фантаста – делать рассказ для “широкой аудитории”. В каждом виде литературе существует свой набор аксиом. Читатель детектива знает, что сыщик не окажется убийцей (исключения возможны, когда они гениальны), читатель женского романа может быть уверен, что дело идет к свадьбе, читатель романа “ужасов” догадывается, чем закончится визит героев на кладбище в безлунную ночь.

Так и в фантастике. Есть слова-символы: “бластер”, “машина времени”, “гиперпространство”, “Чужой”. И не нужно длинных объяснений. Писатель говорит с читателем на понятном обоим языке.

А что делать, если читатель этого языка не знает? Если рассказ написан для толстого глянцевого журнала, чья аудитория интересуется курсами валют, погодой на Канарах и расцветкой галстуков в следующем сезоне?

В таком случае надо забыть незнакомые слова и говорить на понятном читателю языке. Чтобы если уж он открыл журнал – то все равно прочитал рассказ. И следующий раз не шарахался от яркой обложки с “бластерами и Чужими”.

В случае с “Девочкой с китайскими зажигалками” особую пикантность ситуации придавало то, что рассказ попросили написать святочный. Вы пробовали когда-нибудь растрогать бизнесмена средней руки? Привить ему чуточку позитива?

Не менее хитрые ситуации были еще с двумя маленькими рассказами. “Старую сказку” я писал для журнала по архитектуре и дизайну. “Без паники” – для журнала, весь номер которого занимали статьи о глобальных ката­строфах.

В общем – я попробовал писать для непривычной аудитории.

Мне кажется, что получилось.