Испытание седьмого авианосца

Только Авианосец «Йонага» способен принять вызов, брошенный миру ордами террористов. Его офицеры — самураи и команда, состоящая из японцев, американцев и их соратников по борьбе, не сомневаются в победе над врагами свободы.

Однако террористы создали на островах базы, позволяющие наносить удары по Токио.

Отрывок из произведения:

Тронув ручку, подполковник Йоси Мацухара лег на правое крыло и поглядел вниз. С высоты трех тысяч метров Тихий океан вроде бы оправдывает свое название. На безбрежной глянцевой лазури то и дело появляются пенные гребешки, похожие на забытую нерадивой швеей наметку. Да, океан спокоен и хорошо просматривается, когда его не заслоняют проплывающие под крылом облака, бросая на воду темные силуэты теней и сливаясь вдали в сплошной ковер. На северном горизонте собираются грозовые тучи и постепенно окутывают белоснежные, позолоченные солнцем вершины. Под ними стеной стоит дождь, напоминая занавес театра Кабуки. Красивое зрелище, но слишком уж декоративное, ненатуральное. Впрочем, для подполковника Мацухары это была вовсе не красота, а досадное препятствие. Проклиная все на свете он взывал к богине Солнца Аматэрасу, чтобы расчистила небо, помогла ему найти американскую подводную лодку «Блэкфин», где теперь находится с особым заданием его друг, лейтенант Брент Росс. За последние пять лет их судьбы тесно переплелись, а молодой богатырь янки настолько проникся духом бусидо, что газетчики окрестили его «американским самураем». Но нынче, как видно, Аматэрасу не внемлет молитвам подполковника.

Другие книги автора Питер Альбано

Обладающие колоссальными денежными ресурсами лидеры нефтедобывающих стран Ближнего Востока не жалеют средств для закупки боевых самолетов и кораблей. В огонь войны за мировое господство они бросают все новые и новые силы. Летчикам террористов обещана щедрая плата за каждый боевой вылет и выполненное задание. Экипаж «Йонаги», японского авианосца с фантастическим судьбой, противопоставил ярости фанатиков и «грязным» деньгам наемников преданность долгу и нормам самурайского кодекса чести.

Джихад, объявленный «мировому империализму» ливийским диктатором, окончился провалом. Решающий вклад в одержанную над врагами свободного мира победу внесли самоотверженные действия команды «Йонаги», корабля, вернувшегося в наш мир из прошлого.

Однако священная для экстремистов война с «неверными» не завершена. Теперь агрессоры намерены прибегнуть к удушению ненавистной им Японии экономическими мерами. Если отсечь островное государство от источников нефти, то японцы будут поставлены на колени.

И вновь на пути фанатиков становится «Йонага» — седьмой авианосец императорского военно-морского флота Японии. Его экипаж под командованием адмирала Фудзиты готов к новым сражениям.

Отчаянное, фанатичное сопротивление, оказанное японцами в ходе второй мировой войны, сильно удивило и озадачило западных союзников. Что скрывалось за беспрецедентным стремлением продолжать воевать после того, как война была окончена. Сержант Сойти Йокои на Гуаме продолжал действовать в течение двадцати семи лет, а лейтенант Хиро Онода тридцать лет сражался на Лубанге. Совершенно очевидно, что этими людьми двигали силы, непонятные западному сознанию. Это, прежде всего уходящий корнями в учения буддизма и синтоизма бусидо — кодекс чести самураев. Высшей ценностью у представителей этого военного сословия являлось беззаветное служение императору Хирохито. Только таким образом они могли добиться оптимальной кармы, той самой совокупности поступков, которая, по буддийским верованиям, определяет судьбу человека в его следующем существовании.

Пока суперсовременное вооружение оказывается бессильным из-за китайской спутниковой системы, в мире поднимают головы оголтелые террористы. Только бесстрашная и отважная самурайская команда «Йонаги» противостоит ливийскому диктатору и его окружению.

Авианосец «Йонага», как самое мощное боевое оружие, готовится дать бой преступникам.

Популярные книги в жанре Триллер

Виктория фон Ленхард стояла не шелохнувшись и испуганно смотрела на мужчину, который был раньше таким импозантным и так ужасно изменился со дня их первой встречи во дворце: исхудавшее лицо, горящие недобрым огнем глаза, трясущиеся руки.

— Значит, вы все-таки купили портрет леди Тэлбот? — потрясенно спросила она и почувствовала, что ее охватывает смертельный страх. — Я же вас предупреждала: она уничтожит вас, поверьте мне!

В голосе девушки слышалось отчаяние. Слабая улыбка исказила измученное лицо мужчины, он пожал плечами и равнодушно бросил:

— Пусть так! Я с ума схожу по ней…

Популярная писательница Татьяна Журавская после долгого перерыва вернулась к творчеству и как раз заканчивала свой лучший, как ей казалось, роман, когда ее жизнь вдруг полетела в тартарары. Сначала муж объявил, что уходит к другой женщине, — чтобы пережить это, Татьяне пришлось отправиться на лечение в австрийскую клинику. А после ее возвращения случилось нечто по-настоящему ужасное: Журавская встретила в реальности… героя своего нового романа, маньяка Марка Шатыйло! Точнее, конечно, того, кто решил примерить на себя его личину. Незнакомец предложил писательнице чудовищную игру: она должна прочитать написанную им детективную повесть без финала и вычислить убийцу. Если Татьяна ошибется, погибнет невинная жертва…

Родился в 1902 г. в Рейнской области. Изучал медицину, языки, литературу. В 1928 г. написал антивоенную драму «Подводная лодка С-4», которая имела большой успех. В 1931 году вместе с Бертольдом Брехтом написал драму «Мать» по роману М. Горького. После гитлеровского переворота некоторое время был в эмиграции. В 1937 г. вернулся в Германию, участвовал в антифашистском Сопротивлении. В 1942 г. арестован, приговорен к заключению в каторжной тюрьме. Освобожден советскими войсками.

Последние годы постоянно живет в Гамбурге.

Большое значение для развития прогрессивной немецкой литературы имели драма Вейзенборна «Нелегальные» (1945) и роман «Мемориал» (1947), посвященный героической борьбе антифашистского подполья. На русском языке изданы его роман «Построено на песке» и драма «Семья из Невады».

Вейзенборн — одаренный и опытный художник слова, мастерски разрабатывающий увлекательные драматические сюжеты как в пьесах, так и в повествовательной прозе.

Повесть «Преследователь» — одно из самых последних и самых дорогих для автора произведений. В нем отразились и некоторые личные наблюдения Вейзенборна — бесстрашного подпольщика-антифашиста, правдивого и зоркого писателя.

Обследование — и приговор. Сколько жить — непонятно. Но диагноз есть, и он смертельный. Как жить дальше? Чего ждать и зачем?

Вряд ли любителя крутого экшена оставят равнодушным триллеры Павла Виноградова, пишет ли он постапокалипсис, криптоисторию или нуар. Несмотря на то, что всё это поджанры фантастики, проблемы, поднятые в книгах Виноградова, весьма актуальны в реальной жизни. Его герои многолики и жёстки, а ситуации, в которые они попадают, порой жестоки. Но победитель получает всё, а читатель — удовольствие от хорошего чтения. Фантазия же автора безгранична. Убедитесь в этом сами.

Повесть «Отделённый» написана в соавторстве с Татьяной Алексеевой-Минасян.

Небо разорвала вспышка, похожая на молнию, но от нее вокруг распространился холодный синий свет. И в центре этого свечения постепенно вырисовалась странная фигура с шестью руками — по три руки с каждой стороны. В каждой руке была зажата рукоятка кинжала со слегка изогнутым клинком. Странная экзотическая мелодия и внезапно спустившиеся сумерки слились в единый мистический фон для выхода на сцену этого таинственного призрака. Охваченная леденящим ужасом, Хелен ждала, что же произойдет дальше. Призрак приближался все ближе и ближе, теперь в нем можно было различить стройную женщину с округлой грудью, тонкой талией, пышными бедрами и… шестью гибкими руками. Одетое в традиционное индийское полупрозрачное сари женское тело и все его шесть рук грациозно двигались. Лицо призрака, словно выкованное из меди, казалось окоченевшим и мертвым. И только в его миндалевидных глазах сосредоточилось подобие жизни — той темной ее стороны, которая зовется Злом…

Мисс Кент подошла к двери коттеджа и коротко постучала. Место это показалось ей весьма милым и напоминало жилище Белого Кролика из «Алисы в Стране Чудес».

Когда же дверь распахнулась и перед ней предстал хозяин дома, девушка почувствовала, как у нее перехватило дыхание: если не считать длины ушей, стоявший перед ней мужчина сам мог бы вполне сойти за Белого Кролика! Он был маленьким, бледным, с розоватыми глазами, с широким, даже каким-то растянутым ртом, подбородок практически отсутствовал, все его лицо как бы постепенно переходило в нос, да одет он был в клетчатый жилет. Пока мисс Кент в изумлении глазела на него, мужчина покосился на часы.

Москва, 2009. Экономический кризис. Внезапное разорение. Потеря смысла жизни. Побег на тропический остров. Новые идеалы…Так просто? — Разумеется, нет. Прошлое настигнет вас и в пальмовом раю.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Повесть о настоящей дружбе, о друзьях старых и новых.

— Большая тема Юры Романова "Плоская Земля". Собственно, название говорящее. Тема о ГИС, Веб-ГИС и прочих картографических радостях.

— Михаил Ваннах добрался до роботизированного катера охраны, Protector;

— В Портфолио рассказ о том как Роберт Пропст, Скотт Адамс, компании Intel, IBM, HP, Steelcase и многие-многие другие пытались (в разное время) переизобрести внутреннее устройство современного офиса;

— Парковки нет. Вместо нее материал Николая Языкова о Московском Автосалоне. На картинках, главным образом, девушки, но автомобилей тоже есть немножко;

— В новостях целый разворот отведен новому браузеру Chrome (ему же посвящена обложка; точнее, даже не одна — у нас уже готово 2 варианта, но мы пока не можем решить, какой именно пойдет в печать);

— Сергей Голубицкий воюет уже непонятно с кем и почему, но, как обычно, очень складно. На закуску — обещанные в прошлом номере выводы про антитроянов;

— Евгений Козловский вернулся из Турции, где тестировал новые камеры Panasonic. Интересно, что аргументация Евгения Антоновича в пользу мыльниц (при сравнении с зеркалками) не претерпела особых изменений за последние, кажется, пять или семь лет — я, читая, вспомнил его же рассказы о том, что если, мол, ты окажешься в пустыне, а там пыльная буря, то тебе с обычным компактом ничегошеньки не страшно, а с зеркалкой, дескать, труба. Возразить, конечно, нечего, но, как показывает жизнь, в пустыни и пыльные бури у нас попадает исключительно Е.А., остальные как-то на метро. :-)

— В Феррме продолжение статьи Ревича о сканерах и очередная "мышиная" статья — на этот раз от Андрея Василькова. Андрей, в отличие от Филиппа Казакова, решил пробежаться галопом по европам, но получилось тоже очень интересно (и не только про мышей);

— Промзона (в слегка обновленном дизайне), Патенты, колонка Ваннаха, Письмоносец, 13-я — кажется, все.

«КОЛДОВСТВО и святость, — сказал Амброз, — лишь это — единственные реальности. Каждая из них — своего рода экстаз, отклонение от обычной жизни».

Котгрейв заинтересованно слушал. В этот полуразвалившийся дом в северном пригороде Лондона его привел приятель. Сквозь старый сад они прошли в комнату, где дремал и размышлял над своими книгами отшельник Амброз.

«Да, — продолжал тот, — волшебство находит подтверждение в своих порождениях. Я думаю, существуют многие, кто едят сухие корки и пьют воду с радостью бесконечно более глубокой, чем обильно насыщаются так называемые „практические“ эпикурейцы».

«Я рад вашему приходу, Кларк, в самом деле, очень рад. У меня не было уверенности в том, что у вас останется запас времени».

«Мне удалось выполнить приготовления в течение несколько дней; сейчас это не так сложно. Но нет ли у вас тревоги, Раймонд? Это совершенно безопасно?»

Двое мужчин медленно прогуливались по террасе перед домом доктора Раймонда. Солнце еще цеплялось за линию гор на западе, но его тусклое красное зарево уже не вызывало тени. Воздух был спокоен; приятное дуновение доносилось со стороны покрывающего склоны холмов большого леса, а с ним с интервалами слышалось мягкое воркование диких голубей. Внизу в длинной живописной долине между разбросанными холмами петляла река, и по мере того, как солнце, плавно опускаясь, исчезало на западе, легкий белесый туман начал надвигаться со стороны холмов.