Искусство любви

За окном моей спальни второй час подряд синели сумерки. Даже странно думать об этом – вот уже несколько лет подряд я вижу те же самые сумерки – в них тонет тот самый дом, все девять этажей – напротив моего дома, та самая аптека на углу с фонарем над дверью, свет которой привычно режет мой маленький двор на две равные части – а в длинном конусе ярко-желтого электрического луча танцуют миллионы снежинок, и кажется, что не найти ни одной снежинки, хоть сколько-нибудь от другой отличающейся.

Рекомендуем почитать

Я никогда не думала, что скука – такое страшное чувство.

Теперь, когда я пролежала четыре дня на больничной койке в однокомнатной палате, я поняла, сколько негативных эмоций сопровождает состояние крайней скуки.

Я испытывала изнурительную тоску по своему дому и привычному распорядку дня. Почти круглосуточное возлежание на «каменной» подушке и ежедневное пробуждение в шесть часов утра для того, чтобы померить температуру и сдать анализы, стало настоящей пыткой. Теперь я мечтала о домашнем уюте как о высшей мере человеческого счастья.

Надо думать, он еще и отчаянно жестикулировал, верный привычке добросовестно выполнять свою работу – полузабытый актер, чье лицо оставляло своих сияющих двойников на многих километрах трескучей советской кинопленки, а теперь обнажилось почти до степени безжизненной маски. Даже зная, что целиком в кадр он не войдет, войдет только усталое, истасканное сотнями ролей лицо, он, наверное, с преувеличенным энтузиазмом размахивал руками, азартно притоптывал. Ему очень хотелось, чтобы зритель, смотревший эту рекламу с его участием, вспомнил те годы, когда... А, может быть, он питал надежду, что его заметят и пригласят на съемки другого какого-нибудь ролика.

Человечек с автоматом наперевес прыгнул в открывшийся люк, опустился на колени и немедленно открыл огонь по целой орде двухголовых монстров, появившихся из оскаленного обломками камней пролома в стене подвала.

– А завтра? – спросила Нина. – Суббота же. Что мы завтра с тобой делать будем?

Огненный шквал заставил человечка подняться с колен и резво отбежать за первый попавшийся угол – это двигался по трупам расстрелянных монстров механический паук, похожий на средних размеров танк.

Другие книги автора Екатерина Ивановна Савина

Я шла по серебристому небосводу, которого, конечно, никогда не было. Переливающаяся холодным светом поверхность слегка пружинила под моими ногами; и время от времени, опуская глаза вниз, я представляла себе, что иду по быстрой северной речке, пузырящейся миллионами рыбьих спин, металлически поблескивающих под тусклым солнцем.

Космос был вокруг меня и во мне. Гудящие струи энергии свободно проходили сквозь мое тело, изгибались где-то в неведомых глубинах необъятной Вселенной и, принимая форму понятного во многих галактиках знака бесконечности, возвращались обратно – чтобы вновь насытить ту субстанцию, которая называлась в этом измерении моим телом, несокрушимой космической силой…

Обезьяну связали и просунули в небольшое круглое отверстие в центре стола. Хотя тщедушное тельце зверька отчаянно извивалось, стол не шелохнулся ни разу – очевидно, его ножки были прикручены к полу.

Через несколько минут, когда обезьяна почти совершенно перестала трепыхаться, ее голову закрепили в отверстии так, что над поверхностью стола торчал лишь ее тщательно выбритый череп, очень похожий на чисто вымытое страусиное яйцо.

Китайцы расселись вокруг стола. Мне указали место рядом с узкоглазым толстяком, который из-за длинных тонких усиков на круглом лице, очень был похож на перекормленного кота.

Всполохи оранжевых молний разрывали воздух, отчего казалось, будто ночное небо покрывала пылающая решетка. Я распахнула плащ, и в руках у меня оказался длинный деревянный кол с заостренным, словно у средневекового копья, наконечником, обожженным для прочности.

Под моими ногами извивалась гнусная тварь, подобной которой я никогда не видела в привычном для меня мире. Отдаленно тварь напоминала скорпиона, только в сотни раз увеличенного в размерах.

Первый день моего отпуска начался довольно оригинально. А точнее – только я, освободив свое сознание от повседневных рабочих забот, прилегла на софу с книжкой, купленной вот уже неделю назад, но все никак не прочитанной из-за хронической нехватки времени, в дверь моей квартиры раздался звонок.

Даша вбежала в прихожую, едва не сбив меня на пороге. Волосы ее были растрепаны, а лицо залито слезами – чему я, в принципе, не удивилась, хорошо зная свою старинную подругу – вечно она расстраивается из-за каких-нибудь пустяков, возводя их в статус из ряда вон выходящих событий. И, конечно, бежит за помощью ко мне.

Несколько лет прошло с того дня, как ушла из жизни родная сестра экстрасенса Ольги Калиновой Мстительный колдун Захар, от руки которого погибла Наташа, охотится теперь и за ней Но ее экстрасенсорный дар очень силен, поэтому просто так с ней не справиться Ольга живет, собирая силы для решительной схватки со злобным колдуном С ней рядом любящий и надежный мужчина Только почему же Ольга каждую ночь видит один и тот же ужасный сон, который мучает ее, не давая покоя? Может быть, показаться психиатру? Или все это — происки бывшей жены ее возлюбленного, владелицы салона черной магии, которая насылает на нее кошмары, желая вернуть мужа?

Васик повернул ручку приемника, и тотчас звуки безымянной мелодии складно и сладко заполнили сгустившуюся в салоне автомобиля тишину.

Васик снова вздохнул и посмотрел на замершую утреннюю улицу, где старика с разбитым лицом, судя по всему, только что проснувшегося на какой-то лавочке, выглянувшее солнце снова заставило идти куда-то и волочить за собой такую же дряхлую, как и сам старик, серую тень.

– Посмотреть на часы или не посмотреть? – подумал Васик и вдруг заметил, что в его пальцах дымится наполовину истлевшая сигарета. – Докурю, тогда посмотрю, решил Васик и тут же, повернув лежащую на обруче руля руку, искоса глянул на свои часы.

Несколько последних дней моя голова была занята только одной мыслью: где бы найти гонг североамериканских индейцев. Я обзвонила все магазины, торгующие музыкальными инструментами, там мне любезно отвечали, что могут принять у меня заказ на рояль любого цвета, от нежно-розового до фиолетового перламутра, на китайскую цитру и даже на древнерусские гусли, но интересующий меня гонг все почему-то доставить в Москву отказались.

Тогда я пошла дальше в своих попытках приобрести жизненно необходимый для меня предмет и нашла нью-йоркский телефон Жанны, бывшей сотрудницы нашего рекламного агентства, уехавщей в прошлом году в Штаты. Она была приятно удивлена моему звонку, но когда услышала мою просьбу, то чуть не повесила трубку. Правда, Жанна перезвонила мне на следующий день и сообщила, что отправить мне гонг североамериканских индейцев почему-то нет никакой возможности. Опять вышел облом, но я не могла просто так выбросить из головы свою затею.

Еще никуда в своей жизни Васик так не собирался. Он надел дорогую костюмную пару и посмотрел на себя в зеркало. Черный пиджак сидел мешковато, но молодой человек этого не заметил. Он поправил длинную прядь волос и утвердился во мнении, что его имидж сильно изменился в лучшую сторону. Васику казалось, что он стал выглядеть солиднее на столько, что отцу не будет стыдно ввести его в свой круг.

Спустившись во двор, Васик подошел к своей приземистой японской колымаге. Стараясь не оценивать ее критически, он сел за руль, завел машину, огляделся по сторонам и выехал на оживленный проспект. «Мерседесы», «Саабы», «БМВ» и «Вольво» нагло шли на обгон. Васик проявлял степенность и сдержанность. Он ехал туда, где скоро должна будет осуществляться заветная мечта всей его беззаботной двадцатисемилетней жизни.

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

Пустяковое дело о пропавшем с яхты русского бизнесмена надувном матрасе может привести к раскрытию убийств на Лазурном берегу Франции, если за него берутся два полицейских: су-лейтенант Шарль Секонда и начальник полиции лейтенант-колонель Симон Жубер.

На Новый Год отец принес из леса рябину с алыми гроздьями ягод и крепко вкопал ее во дворе. Дети принялись наряжать дерево разноцветными тряпочками. Старший сын — Алексей, прилепил на ветки несколько свечек. Ближе к вечеру, под рябину выставили угощение для душ умерших родственников, которые обязательно в эту ночь понаведаются. Зажгли свечи, посидели во дворе всей семьей, немного поговорили, и тщательно потушив все огни, легли спать. Завтра наступал новый, 7208 год.

Желтая как сыр луна шаловливо выглядывала сквозь рваные тучи. Январский ветерок робко гонял снежинки по молочным холмам. Два всадника неспешно погоняли коней, оставляющих четкие следы на рыхлом настиле. Путь их лежал к серому замку, возвышающемуся на холме, утыканном озябшими деревьями.

Кони, пофыркивая, миновали мост, переброшенный через окружающий замок ров, и въехали на заснеженный двор. Всадники спешились. Один из них – Артур, широкоплечий, низкорослый, в длинном плаще, тяжело ступая по неглубокому снегу, подошел к массивной двери с огромным кольцом и шумно ударил несколько раз. Второй, изящный юноша – Луис, утомленно облокотившись о каменную статую, терпеливо ждал.

Яростный ветер дерзко играл с лесом, заставляя гнуться в сумасшедшем танце. Синхронно наклонялись и поднимались деревья, трава, кусты. Танцующие всех рангов и мастей покорно сносили забавы повелителя. Казалось, еще чуть-чуть не выдержат: сломаются, освободятся, улетят, обрушатся всем хором на небольшой двухэтажный домик, чудом затерявшийся в лесу.

Придерживая занавеску, Маргарита передернула плечами: темные тучи, медленной черной волной ползли в ее сторону, делая день похожим на ночь.

Артур Кура, высокий стройный мужчина с густыми белокурыми волосами, имел очень респектабельный и располагающий вид. Он любил носить шелковые рубашки с монограммой «АК» на левом грудном кармашке. Это дало основания некоторым деловым партнерам придумать для него прозвище, которое ему отлично подходило, — Арбитр Конфликтов. Артур впервые приехал в гостиницу «Брентен». Она располагалась в старой части города и, по правде говоря, была старой. Важные персоны уже давно не останавливались в «Брентене». Поэтому было довольно странно видеть его в воскресенье после обеда в холле этого отеля.

Повесть посвящена работникам милиции — экспертам. Автор, показывая их будничную работу, подробно раскрывает сложный, кропотливый, а иногда и опасный труд, знакомит с новыми методами, техникой, с помощью которой раскрываются преступления.

Лейтенант полиции Ева Даллас и ее муж Рорк едут домой после благотворительного бала.

На дороге появляется женщина – обнаженная, раненая, испуганная. Незнакомка твердит, что на нее напал дьявол. Коллеги Евы уже занимались похожими делами. Со

слов пострадавших, тогда преступник был одет в театральный костюм и загримирован до неузнаваемости.

Загадочные нападения продолжаются, а значит, нельзя медлить.

Еве Даллас предстоит раскрыть новое запутанное дело, чтобы узнать, как выглядит дьявол и где он появится в следующий раз.

Приреченск был милым провинциальным городком, буквально пропитанным культурой. Рядом с ним располагался дачный поселок Лира, участки в котором давали заслуженным деятелям искусств СССР. Режиссеры, поэты, художники стали частыми гостями Приреченска. Среди них был и режиссер Павел Печерский. Маэстро, как его все называли…

Он собрал вокруг себя ребят с творческой жилкой. Ставил с ними спектакли, холил и лелеял. Но когда главный его талант, милый мальчик Родя Эскин, покончил с собой, сбросившись со старой водонапорной башни, студию прикрыли. Печерский спрятался ото всех в своем дачном домике, но спустя почти двадцать лет к нему снова явилась полиция…

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Новый роман Джанин Фрост о приключениях Ночной Охотницы! Впервые на русском языке!

Кэт Кроуфорд по прозвищу Рыжая Смерть — гроза вампиров в должности спецагента ФБР. Наполовину принадлежа к проклятому племени, она на полную катушку использует доставшиеся ей по наследству от папаши сверхъестественные силы. Но ни суровые боевые будни, ни лихие друзья-однополчане, ни строгий босс, ни мамины нотации не в силах заглушить в ее сердце тоску о красавце-вампире по имени Кости, ее первой любви…

На старейшем и авторитетнейшем конвенте (съезде) любителей и профессионалов от фантастики "Интерпресскон" проводится конкурс на лучший микрорассказ. В конкурсе участвуют как признанные мэтры, так и начинающие авторы. В брошюре собраны произведения кандидатов на соискание приза. Часть произведений более никогда не публиковалась.

В середине девяностых я работал юристом в одной из распавшихся после фирм. Фирма занималась продуктами питания: мы ввозили их Финляндии и Швеции и перепродавали региональным оптовикам, которые сами не имели выхода на экспорт, но нуждались в ассортименте.

По делам фирмы мне часто приходилось бывать в Петербурге и выручать застрявшие на таможне грузы. Здесь требовались уже не юридические навыки, а лишь напор и уверенность, с которой я вталкивал взятки и хлопал дверьми разных инстанций. Именно тогда я убедился, что если в России и есть честные люди, то работают они не в мэрии, не на таможне и не в санэпиднадзоре.