Исчезновение Диадемы

ДЖОУ КЛЕЙТОН

ДИАДЕМА СО ЗВЕЗД

Фантастическая трилогия

КНИГА ПЕРВАЯ

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ДИАДЕМЫ

Перев. И. Максименко

Пролог

Похититель осторожно пробирался сквозь катящиеся волны молочного тумана, приближаясь к основанию стены, верхний край которой терялся, проглоченный белизной. Паутина хамелеон-комбинезона, подражавшая опалесцированию тумана, превратила фигуру похитителя в бледную тень. Он коснулся пояса - и под ногами возник круг света. Еще одно касание, - и он, словно мыльный пузырь поплыл вдоль силовых линий поля, ограничивающих стену. Туман, поднимавшийся над его головой, расступился, и он бесшумно скользил вверх. Неведомые приглушенные звуки обтекали его, слишком неритмичные и естественные, чтобы заставить насторожиться.

Другие книги автора Джоу Клейтон

ДЖОУ КЛЕЙТОН

ДИАДЕМА СО ЗВЕЗД

Фантастическая трилогия

КНИГА ТРЕТЬЯ

ДИАДЕМА

Перев. И. Максименко

Алейтие щелчком сбросила с ладопи камешек - он звонко шлепнулся в воду.

Она сидела на камне па берегу Мулукахеп Руд, наблюдая за медленным течением темной глубокой воды.

Краем сознания она чувствовала ищущего ее Тарнсиапа, его черное ментальное щупальце.

Она взяла новый камешек и швырнула его в воду.

ДЖОУ КЛЕЙТОН

ДИАДЕМА СО ЗВЕЗД

Фантастическая трилогия

КНИГА ВТОРАЯ

ДРАКОН РАСПУСКАЕТ КРЫЛЬЯ

Перев. И. Максименко

1

Алсйтис вздохнула, повела затекшими усталыми плечами. Медленный стук копыт по дороге, скрип кожи, размеренное фырканье лошади - все это унылым контрапунктом сочеталось с невеселыми мыслями. Холодный воздух заставил ее вздрогнуть, и настроение совсем испортилось.

По мере того, как непривычная тяжесть в ногах усиливалась, она старалась изменить позу, перенести вес с одного бедра на другое. Она смещалась то вперед, то назад, испытывая массу неудобств, пока вся нижняя часть тела не оказалась объятой жгучей болью. Наконец, она освободила из стремени левую ступню, перебросила ее через выступ седла, едва при этом не свалившись с лошади, и перевела дух.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Олег РОМАНЧУК

ПЯТОЕ ИЗМЕРЕНИЕ

В мозгу пронеслось эхо. Слабый, зашифрованный отзвук какого-то непонятного состояния. Затем одна за другой возникли окутанные дымкой картины - нереальные, фрагментарные, не поддающиеся анализу. Калейдоскоп фантастических зрелищ без видимой внутренней связи. Хаотическое нагромождение закодированных образов, непонятных и даже ужасных, Сознание барахталось на грани, разделяющей внутренний и внешний миры; он никак не мог понять: действительность это или иллюзия? Его "я" еще не сформировалось. Индивидуальное, психофизиологическое восприятие времени, причинно-следственные связи и способность ориентироваться в пространстве не проявились. Пока что доминировало примитивное ощущение того, что он есть в этом мире. Его "я" медленно о.свобождалось от хаоса неясных догадок, он все больше осознавал себя в окружающей среде, продолжая тем не менее чувствовать себя по отношению к ней враждебно. Простое осознание того, что он жив, сменилось пониманием личного присутствия в мире, чувством причастности чему-то значительному и важному. Кем он был раньше? Это было ему неизвестно. Он не помнил даже собственного имени. Забыл или не знал? Имя его - мир. Весь мир. Вселенная. Материя, в складках которой застыли кристаллики льда и тьмы. Холодные кристаллики с острыми кончиками. Блестящие и прозрачные. Протяни руку и почувствуешь их холодное покалывание... Что-то ему подсказывало: все, что он ощущает и видит,- ненастоящее, это только копия. Копия чего?.. Новая волна смутных догадок накатилась - и исчезла. Так же неожиданно, как и возникла. Он лежал ничком. Не шевелился. На сверкающей, идеально ровной поверхности. Испуганно билось сердце. Непонятная сила заставила его перевернуться. Он увидел над собой зеленое небо с двумя яркими пятнами - желтым и красным. Два солнца?.. Вскочив, он бросился бежать. Куда? Куда глаза глядят... Лишь бы убежать! От кого?.. Или от чего? Он не знал. Ему было страшно. Видение исчезло. Совсем? И было ли оно в действительности?

Романов Виталий Евгеньевич

Стекла цвета смерти

- Фу, какая непонятная штука! - сморщив нос, пробормотал мальчик. Он разглядывал цилиндр, украшенный рисунками смешных человечков.

- Это калейдоскоп, - терпеливо объяснил мужчина, поворачивая картонную трубу так, что стеклянный глазок оказался перед лицом сынишки. - Смотри. Вот этот конец поднимаем повыше, теперь на него падает солнечный свет, а сюда заглядываешь... Внутрь.

- Папка!!! - восторженно закричал мальчуган, и прохожие, спешившие по делам, невольно замедлили шаги, оборачиваясь. - Папка! Я вижу! Вижу...

Романов Виталий Евгеньевич

Умереть стоя

Пронзительный, полный муки крик пронесся под сырыми сводами башни, ударился в потолок, забился в дальнем углу темницы.

Гуиано вздрогнул, возвращаясь к действительности из облака воспоминаний. Действительность не сулила ничего хорошего - вот захлебнулся второй крик, следом могучей волной прокатился рев торжества. Толпа возбужденно пела.

Где-то там, внизу, на площади, умирал сэр Родригес, последний из людей, оставшихся в живых. Последний, кроме Гуиано...

Романов Виталий Евгеньевич

Вирус

Сентябрьское небо хмурилось все больше, и, похоже, готово было в любой момент пролиться дождем. Алексей поежился, прикрывая окно. Помедлил, глядя на улицу. Уходить домой не хотелось. Еще с утра, когда ничто не нарушало идиллии бабьего лета, он неосмотрительно отдал ключи от машины супруге. Теперь приходилось жалеть о беспечности: предстояло бежать домой, несмотря на пронизывающий ветер, или, того хуже, под дождем, кутаясь в легкую, не по погоде, куртку. "Эх, Юрков, - сказал он сам себе. - Балда ты".

Борис Романовский

С ДРУЖЕСКИМ ВИЗИТОМ

Мы летим обратно. Кроме меня вcе епят. Хорошо бы и мне впасть в летаргическое состояние. Через четыре периода меня сменят, а сейчас я один в рубке - веду корабль домой.

Несчастливым был этот полет. Мы потеряли капитана-штурмана Хрупа, инженера-физика Бруха и инженера-биолога Хрема. И Врух, и Хрем - славные ребята, много хорошего я бы мог о них сказать. Но с Хрупом меня связывают более тесные узы. Наши отношения были скреплены той духовной близостью, которая позволяет с полуслова понимать друг друга. Много тысяч секопаров налетали мы вместе в космосе. А теперь во мне какая-то пустота. И ее ничем не восполнишь.

Борис РОМАНОВСКИЙ

ВЕЛИКАН

Предисловие

Почему я пишу фантастику? Странный вопрос.

Нет, наверное, дело не только во вкусах, "так. мне нравится" - и все тут! Наверное, сыграло роль то, что я двадцать семь лет проработал в ЛенПО "Электроаппарат" испытателем высоковольтной аппаратуры. Это не могло пройти даром ни для образа мышления, ни для языка. И эта работа заставляла думать каждый день. Важно было не только установить причину отказа в работе, но и найти способ ее устранения. А это, в свою очередь, привело к тому, что я понемногу начал рационализировать, изобретать, занялся "техническим творчеством". Тогда я начал и писать фантастику. Одно время я уже перестал различать, фантастика ли - часть моего технического творчества, или, наоборот, изобретательство - часть фантастики.

Игорь Росоховатский

Человек-остров

"В последнее время много пишут и говорят о загадке острова Чебышева, о подводных хребтах, которые тянутся от него к континенту. Предполагают, что они очень молодые и возникают в последнее время, хотя вулканической активности не наблюдается уже в течение столетия. Наиболее удивительна их форма. Все они пролегают строго параллельно один другому и совсем не имеют складок, что отличает их от всех известных науке подводных гор и хребтов.

Игорь Росоховатский

Древний рецепт

Послышался тихий и нерешительный стук в дверь... Василий Кузьмич постарался представить человека, который сейчас войдет. Пока дверь медленно открывалась, он успел подумать: "Загнанный и отвергнутый врачами или же один из местных знахарей?" Человек был и похож и не похож на тех, кого представлял себе Василий Кузьмич. Худое, обветренное лицо. Болезненная бледность не смогла совсем смыть с него загар. Резкие морщины у глаз, как у каждого, кто привык щуриться на южном солнце. Веки полуопущены, и выражения глаз не увидеть. Нос с горбинкой. Больше похож на араба, чем на таджика.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Анатолий Клеменко

М А Р К И Т А Н Т Ы  Д Е М О К Р А Т И И

Анатолий Васильевич Клименко родился в г. Омске в 1940 году. Окончил Омский машиностроительный институт, а также Высшие литературные курсы при Литературном институте им. Горького.

В 1973 году вышла первая книга - сборник рассказов "Окно в степь", в 1976 году - "Белый конь". В течение следующих десяти лет издательство "Литература Артистикэ" (г. Кишинев) выпустило один за другим романы А. В. Клименко: "Жили среди нас" (1978), "Вернись в свой дом" (1980), "Окраина" (1982), "Если бы не было главного" (1985), "За брата" (1989).

Планета Абьермен вращается вокруг красного карлика Тиира, который сам вращается вокруг голубого гиганта Аррена. Орбиты очень вытянутые — почти кометные. Раз в 60 земных лет при приближении к Аррену резко изменяется климат (с умеренного на жаркий), потом еще через такое же время — обратный скачок. Поэтому на планете существуют попеременно две расы: «холодная» и «горячая». «Холодные» — человекообразные: глаза выдвигаются в любую сторону; фотографическая память; табу на огонь; техника — планеры, арбалеты.

«Горячие» — звездообразные тела на шести иглах-щупальцах; видят только ультразвуковые волны; знают электро— и радиотехнику; хорошие химики и строители. При скачке климата одна из рас полностью умирает, а из спор, находившихся в их телах, рождаются особи другой расы. Таким образом, одна раса нужна другой для воспроизводства (но это не дети и родители). Уходящая раса оставляет в подходящем месте планеты Учителей, которые контролируют развитие другой расы, передают накопленные предыдущими поколениями знания.

Главное, что аборигены могут перенять у людей их метод мышления (научный): эксперимент и анализ. Мышление абьерманцев до этого определялось только суммой заложенных знаний, фактов.

КОМИССИЯ ПО КОНТАКТАМ

ИГОРЬ КЛЕНОВ

Фауст в космосе

ПРОТОКОЛ О ВЫСЫЛКАХ ИЗ ИНГОЛЫПТАДТА

...В среду после Вита 1528 года приказано некоему человеку, именовавшему себя доктором Георгом Фаустом из Гейдельберга, искать себе пропитания в другом месте и взято с него обещание властям за этот приказ не мстить и никаких неприятностей не учинять.

Е го не любили ученые мужи.

Они писали о нем с презрением и некоторой долей зависти. И весьма обижались на суеверных и легкомысленных графов и герцогов, пригревавших бродячего врача, астролога и хироманта при своих дворах. Фауст был более славен, нежели они, трудом и терпением добившиеся признанного места в науке, переполненной суевериями, злыми духами, ведьмами и чертями. Фауста гнали из городов, хотя в протоколах о высылке почтенные бюргеры не забывали взять с него обещание не мстить негостеприимному городу - многие были уверены в том, что ему открыты тайны, что власть его над силами тьмы велика и загадочна.

Лариса Клецова

Шарик

Лариса Александровна Клецова родилась в 1977 году в Орске. окончила медучилище, работала в автотранспортном управлении. В настоящее время студентка V курса Литературного института им. Горького. автор книги стихов "я вам хочу запомниться такой..." Печаталась в альманахах "Гостиный двор" и "осколки", в журнале "Литературная учеба".

Ага, здравствуйте, здрасьте. Да, да, заходите. Дышите. Вот сюда. Ну не так, не так, а как будто шарик надуваете. Да. Сейчас кончит гудеть. Ну вот, видите - "готов". Вот здесь расписывайтесь. Вот, в предпоследней колонке. Штампик вам. Ну, все, работайте. Здравствуйте, дышите...