Интервью, данное журналу 'Слово'

Сергей Довлатов

Интервью, данное журналу "Слово"

- Как вы думаете, существует ли разница в стимулах писательского труда в СССР и на Западе?

С.Д. - Стимулы писательского творчества - очень внутреннее дело, почти неформулируемое, но если все-таки попытаться ответить на этот вопрос, то литературная деятельность - это скорее всего попытка преодолеть собственные комплексы, изжить или ослабить трагизм существования. Я, конечно, не говорю о тех, кто пишет из самых простых и здоровых побуждений - заработать деньги, прославиться или удивить своих родных. Я говорю лишь о тех писателях, которые не выбирали эту профессию, она сама их выбрала.

Другие книги автора Сергей Донатович Довлатов

Сергей Довлатов – один из наиболее популярных и читаемых русских писателей конца XX – начала XXI века. Его повести, рассказы и записные книжки переведены на множество языков, экранизированы, изучаются в школе и вузах. «Заповедник», «Зона», «Иностранка», «Наши», «Чемодан» – эти и другие удивительно смешные и пронзительно печальные довлатовские вещи давно стали классикой. «Отморозил пальцы ног и уши головы», «выпил накануне – ощущение, как будто проглотил заячью шапку с ушами», «алкоголизм излечим – пьянство – нет» – шутки Довлатова запоминаешь сразу и на всю жизнь, а книги перечитываешь десятки раз. Они никогда не надоедают.

Сергей Довлатов — один из наиболее популярных и читаемых русских писателей конца XX — начала XXI века. Его повести, рассказы и записные книжки переведены на множество языков, экранизированы, изучаются в школе и вузах. «Заповедник», «Зона», «Иностранка», «Наши», «Чемодан» — эти и другие удивительно смешные и пронзительно печальные довлатовские вещи давно стали классикой. «Отморозил пальцы ног и уши головы», «выпил накануне — ощущение, как будто проглотил заячью шапку с ушами», «алкоголизм излечим — пьянство — нет» — шутки Довлатова запоминаешь сразу и на всю жизнь, а книги перечитываешь десятки раз. Они никогда не надоедают.

Сергей Довлатов родился в эвакуации и умер в эмиграции. Как писатель он сложился в Ленинграде, но успех к нему пришел в Америке, где он жил с 1979 года. Его художественная мысль при видимой парадоксальности, обоснованной жизненным опытом, проста и благородна: рассказать, как странно живут люди — то печально смеясь, то смешно печалясь. В его книгах нет праведников, потому что нет в них и злодеев. Писатель знает: и рай, и ад — внутри нас самих. Верил Довлатов в одно — в «улыбку разума».

Эта достойная, сдержанная позиция принесла Сергею Довлатову в конце второго тысячелетия повсеместную известность. Увы, он умер как раз в ту минуту, когда слава подошла к его изголовью. На родине вот уже десять лет Довлатов — один из самых устойчиво читаемых авторов. Его проза инсценирована, экранизирована, изучается в школе и вузах, переведена на основные европейские и японский языки...

Сергей Довлатов говорил, что похожим ему быть хочется только на Чехова. Что ж, оставаясь самим собой, больше, чем кто-нибудь другой из его литературного поколения, он похож сегодня на русского классика.

Довлатовская «Зона» — это четырнадцать эпизодов из жизни зэков и их надзирателей, истории сосуществования людей за колючей проволокой, рассказанные просто и с отрезвляющим юмором, за которым совершенно ясно можно расслышать: «Ад — это мы сами».

Сергей Довлатов — один из наиболее популярных и читаемых русских писателей конца XX — начала XXI века. Его повести, рассказы и записные книжки переве дены на множество языков, экранизированы, изучаются в школе и вузах. «Заповедник», «Зона», «Иностранка», «Наши», «Чемодан» — эти и другие удивительно смешные и пронзительно печальные довлатовские вещи давно стали классикой. «Отморозил пальцы ног и уши головы», «выпил накануне — ощущение, как будто проглотил заячью шапку с ушами», «алкоголизм излечим — пьянство — нет» — шутки Довлатова запоминаешь сразу и на всю жизнь, а книги перечитываешь десятки раз. Они никогда не надоедают.

Второй том Собрания сочинений Сергея Довлатова составлен из четырех книг: «Зона» («Записки надзирателя») — вереница эпизодов из лагерной жизни в Коми АССР; «Заповедник» — повесть о пребывании в Пушкинском заповеднике бедствующего сочинителя; «Наши» — рассказы из истории довлатовского семейства; «Марш одиноких» — сборник статей об эмиграции из еженедельника «Новый американец» (Нью-Йорк), главным редактором которого Довлатов был в 1980–1982 гг.

Сергей Довлатов — один из наиболее популярных и читаемых русских писателей конца XX — начала XXI века. Его повести, рассказы и записные книжки переведены на множество языков, экранизированы, изучаются в школе и вузах. «Заповедник», «Зона», «Иностранка», «Наши», «Чемодан» — эти и другие удивительно смешные и пронзительно печальные довлатовские вещи давно стали классикой. «Отморозил пальцы ног и уши головы», «выпил накануне — ощущение, как будто проглотил заячью шапку с ушами», «алкоголизм излечим — пьянство — нет» — шутки Довлатова запоминаешь сразу и на всю жизнь, а книги перечитываешь десятки раз. Они никогда не надоедают.

В третий том Собрания сочинений Сергея Довлатова входят: книга «Ремесло» (часть первая — «Невидимая книга», часть вторая — «Невидимая газета») — история двух попыток издать на родине книгу и создать в США эмигрантскую газету; повесть «Иностранка» — история русской женщины в Нью-Йорке; сборник «Чемодан» — рассказы из ленинградской жизни; «Холодильник» — незаконченная книга рассказов, наподобие «Чемодана»; «Из рассказов о минувшем лете» — три рассказа о писательской жизни в Америке, написанные летом 1988 г.

Популярные книги в жанре Публицистика

…Выхожу я из дому пораньше, до восхода солнца, пока не поднялась жара. Полквартала вверх по улице Кольцовской, потом сворачиваю к Мефодиевскому рынку. У рынка поворачиваю на улицу Кирова — она меня и выводит на окраину города. Улица кончается, и начинается тропа, которая ведет по склону горы до самого Красовского перевала.

Пока иду по этой тропе, солнца не видно, оно справа за горой, по склону которой я иду. Ломаная тень от нее вычерчивается на противоположном, через балку склоне. По мере того как встает солнце — тень на той стороне сползает в ущелье, а освещенный склон блекнет, как бы тает в золотых лучах. На склонах в балке, в зеленых зарослях кустарника держи — дерева и молодого сосняка «кипит» невидимая глазу разноголосая птичья жизнь…

В настоящее время в государстве существует одно мнение о Сталине, которое возникло в период, когда создаваемое государство должно было защитить свою правду, какой бы неоднозначной для народа она не была. В данном случае это сокрытие правды через показ негативного, что было в прежнем государстве. Простим нынешних политиков. Ведь ещё В.И. Ленин говорил: «Всякая революция тогда что-нибудь стоит, если она умеет защищаться». А способы защиты могут быть разными: от создания Рабоче-крестьянской Красной Армии (РККА) до давления средствами массовой информации. Главное что бы был результат.

П.А.Сарапульцев А.П.Сарапульцев

Социально-психологические механизмы биржевых кризисов

Эта работа является в определённой степени продолжением нашего предыдущего исследования теории функционирования финансовых рынков Джорджа Сороса. (П.А Сарапульцев и А.П. Сарапульцев “Анализ теории рефлексивности Джорджа Сороса”). Своеобразным итогом этого исследования был вывод о том, что процессы, происходящие на бирже, в первую очередь зависят от человеческого фактора, а потому и регулируются законами социальной психологии. Для начала попытаемся доказать реальность существования социально-психологических ситуаций на биржевом рынке.

…В этой статье я предоставлю вам список наиболее интересных, с моей точки зрения, аниме по смысловой и комедийной характеристике. На мой выбор обычно влияют неплохой сюжет, нормальная прорисовка (графика) и некая изюминка, которая присутствует именно в этом произведении. Список составлен из шестнадцати наименований, которые помогут вам сориентироваться в дальнейшем выборе.

Ювенальная Юстиция — это система, подконтрольная международным фондам по правам человека, которая встаёт между родителями и детьми и берёт на себя право судить будут ли ваши дети жить с вами или же отправятся в спец. учреждения.

Ювенальная Юстиция как система разделения поколений уже дала свои ядовитые плоды семьям «развитых» стран, а сегодня мы можем наблюдать разрушительные действия её механизмов и в нашей стране. Внедрение уже давно перешло стадию «страшных сказок» и реально действует на территории России, Украины и других стран. С каждым днём, с каждой поправкой к закону, происходит юридическое закрепление механизмов изъятия детей от родителей.

Любая семья может столкнуться с Ювенальной Юстицией, попадая под множество критериев и даже случайностей: плохие оценки в школе, состояние и площадь жилья, отсутствие «необходимых» прививок или донос на ваше плохое обращение с детьми.

Важно понимать так же, что кроме самого факта изъятия ребёнка из семьи, Ювенальная Юстиция взращивает «стукачество», разрушает ячейки общества всеобщей атмосферой недоверия.

Данная книга является сборником статей, раскрывающих суть Ювенальной Юстиции, дающих возможность нам и нашим детям уйти из под её влияния. Мы с вами сможем предотвратить сползание общества в болото безнравственных, неестественных взаимоотношений между поколениями.

Книга будет интересна и полезна широкому кругу читателей.

Третий Рим перегружен, перекошен и сотрясаем. Тревожно гудит, как перегретый котел, клокочет, как очнувшийся Везувий. Каждый миг грозит взрывом, смерчем, извержением. Пятнадцать миллионов встревоженных человеческих особей помещены в колоссальный инкубатор искусственной жизни — существуют вне природы, вне космоса, вне времени. Царят в этом городе дух наживы и дух неуверенности. Страх и похоть гоняют по кругу толпы существ, создают чудовищную воронку, куда каждый день втягиваются десятки тысяч молодых, опьяненных мегаполисом душ. Сиятельный град превратился в адский водоворот, в жуткий зев, в громадный магнит. Современная Москва, погрязшая в пробках и социальном сумраке, похожа не то на надувшегося всемирного бурундука, не то на немыслимого слона-канатоходца, упомянутого в сочинениях Светония. Страшно подумать, что будет, когда зверь оступится! Когда к невыносимым условиям обыденности добавятся обстоятельства чрезвычайные… В чем же выход?

Говорим на Русском

Политика и экономикаВ России

Станет ли дальневосточный остров Русский нашим ответом Гонконгу?

 

Острословы шутят, что, мол, в России процветают только два вида экономической деятельности — добыча углеводородов и пиар. С последним Приморскому краю несказанно повезло. Проведение ежегодной встречи лидеров стран организации Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества — вопрос национального престижа, а на это в России никогда не жалели денег. И если в развитых странах такие мероприятия принято проводить скромно, чтобы не злить налогоплательщиков и не вводить в минус местные бюджеты, то у нас все иначе: ну как не встретить дорогих зарубежных гостей с размахом! Размер потраченных на проведение саммита средств поражает воображение, но и отдача от вложений может оказаться существенной. Так что такое АТЭС-2012 — инвестиционный проект, который даст толчок развитию Дальнего Востока, или часть государственной политики по улучшению имиджа страны?

С самых давних пор человечество ищет ответ на вопрос: какая форма правления ближе всего к идеалу? Уинстон Черчилль выразил мысль, согласно которой лучшего государственного устройства, чем демократия, пока что не придумали. Но применимы ли демократические принципы, навязываемые западным обществом, к современной России?

Известная теле- и радиоведущая Анна Шафран уверена лучшим государственным устройством для России была и остается самодержавная монархия. Открытая, величественная, сильная. В своей новой книге «Государство чести» автор опровергает мифы и предрассудки, сложившиеся вокруг монархической формы правления.

• Почему российское общество отказалось от монархии и к чему это привело?

• Кто допустил, чтобы капитализм заменил нам религию?

• Почему мы отрицаем самодержавие и боимся его возрождения?

• Зачем мы продолжаем играть в «европейцев» и «американцев»?

Верните России государя императора!

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Сергей Довлатов

Как издаваться на западе?

Разрешите начать выступление с фокуса. Или с загадки. Догадайтесь, что у меня в кулаке?

Можете не стараться. Все равно не угадаете.

В кулаке находятся мои произведения. Все мое литературное наследие. Более двух тысяч страниц неопубликованных рукописей.

Рукописи сняты на микропленку. Вывезены из Ленинграда чудесной француженкой. (Фамилию ее просили не оглашать.)

Француженка занималась не только моими делами. Ей многим обязаны десятки русских литераторов и журналистов.

Сергей Довлатов

Марш одиноких

ВОЗВЫШЕНИЕ И ГИБЕЛЬ

"НОВОГО АМЕРИКАНЦА"

(Вместо предисловия)

Эти заметки напоминают речь у собственного гроба. Вы только представьте себе - ясный зимний день, разверстая могила. В изголовье белые цветы. Кругом скорбные лица друзей и родственников. В бледном декабрьском небе тают звуки похоронного марша...

И тут - поднимаетесь вы, смертельно бледный, нарядный, красивый, усыпанный лепестками гладиолусов. Заглушая испуганные крики толпы, вьг произносите:

Сергей Довлатов

Мы начинали в эпоху застоя

За последние годы в советской, да и в эмигрантской прессе выработались определенные стереотипы и клише - "казарменный социализм", "административно-командная система" и в более общем смысле - "эпоха застоя". Сразу же представляется нечто мрачное, беспросветное, лишенное каких бы то ни было светлых оттенков. Но жизнь, как известно, и в том числе - культурная жизнь страны, шире и многозначнее любого, самого выразительного стереотипа. Так что и в эпоху застоя, на которую пришлось начало моих литературных занятий, встречал я людей, достойных любви, внимания и благодарности.

Сергей Довлатов

ОСЛИК ДОЛЖЕН БЫТЬ ХУДЫМ

Сентиментальный детектив

События, изложенные в этой грустной повести, основаны на реальных фактах. Автор лишь изменил координаты мощного советского ракетодрома, а также отчество директора химчистки, появляющегося в заключительных главах.

Автор выражает искреннюю признательность сотрудникам ЦРУ, майору Гарри Зонту и лейтенанту Билли Ярду, предоставивших в его распоряжение секретные документы огромной государственной важности,