Инспектор Кадавр

В романе "Инспектор Кадавр" мы не только становимся свидетелями расследований зловещих преступлений, но и все больше узнаем о комиссаре Мегрэ. О его семейной жизни, о привычках, занятиях и характере госпожи Мегрэ. Автор старается показать своего героя в окружении подчиненных: мы видим Мегрэ глазами инспекторов бригады по расследованию убийств. Каждый из них становится нам хорошо знакомым, каждый предстает как личность, как живой человек с его неповторимой судьбой, не перестающей волновать комиссара Мегрэ, а значит, и читателя.

Главный герой романа – гениальный сыщик, проницательный грузный добряк комиссар Мегрэ, как всегда, блистательно справляется с поставленными перед ним задачами. Он расследует убийство молодого человека, совершенное в небольшом городке.

Отрывок из произведения:

Мегрэ угрюмо смотрел в окно. Он невольно держался с той напускной отчужденностью, которая появляется у человека после долгих часов, праздно проведенных в купе поезда. Обычно едва состав начнет приближаться к станции, даже хода еще не замедлит, как из всех щелей выползают какие-то неуклюжие фигуры в широченных плащах. С чемоданом или портфелем в руке они стоят в коридоре вагона, небрежно опершись на медный прут у окна, и намеренно не замечают друг друга. Стекло было исчерчено горизонтальными, похожими на следы слез полосками: шел дождь.

Рекомендуем почитать

Низкий черный барьер разделял комнату пополам. В той половине, которая предназначалась для публики, у выбеленной стены, сплошь оклеенной служебными объявлениями и плакатами, стояла только черная скамья без спинки. Другую половину комнаты занимали столы с чернильницами, полки, забитые толстенными справочниками, тоже черными, так что все здесь было черное и белое. Но главной достопримечательностью комнаты была печка, красовавшаяся на листе железа, – чугунная печка из тех, что в наши дни можно встретить разве только на вокзале какого-нибудь захолустного городка. Труба печки сначала круто поднималась вверх, к самому потолку, а потом, изогнувшись, тянулась через всю комнату и исчезала в стене.

Стараясь поправить свое пошатнувшееся здоровье, комиссар Мегрэ отправляется на воды в Виши. Размеренная день за днем жизнь, многочасовые прогулки с супругой, крепкий спокойный сон, сотни и сотни довольных лиц отдыхающих... Но и здесь Мегрэ невольно приходится вспомнить о том, что он служит в полиции.

Клоун, выдумщик, мошенник, хитрый и циничный обманщик и лгун. И этот человек — приятель детских лет Мегрэ. И этот же человек смеет заявлять, что не он убийца.

Заложив руки за спину и попыхивая трубкой, Мегрэ медленно шел, с трудом продвигая свое грузное тело в сутолоке улицы Сент-Антуан, которая жила своей обычной утренней жизнью: солнце заливало потоками света, струящегося с ясного неба, нагруженные фруктами и овощами тележки и заполонившие чуть ли не весь тротуар лотки.

Это было время домашних хозяек, артишоков, которые они взвешивают на руке, вишен, которые пробуют, эскалопов и антрекотов, сменяющих друг друга на тарелках весов.

Мегрэ играл в лучах мартовского, еще немного зябкого солнца. Играл не в кубики, как когда-то в нежном возрасте, а в трубки.

На его письменном столе всегда лежало с полдюжины трубок, и всякий раз перед тем, как набить одну из них, он придирчиво выбирал ту, которая подходила под его настроение.

Плечи у Мегрэ были опущены, взгляд блуждал. Только что комиссар принял решение, чем будет заниматься оставшиеся годы службы. Он ни о чем не жалел, но принятое решение повергло его в некоторую меланхолию.

Было десять вечера. Решетки сквера закрыли, исчерченная блестящими следами автомашин площадь Вогезов опустела; слышалось только неумолчное журчание фонтанов.

Под арками зданий, что так прекрасно окаймляют площадь, почти нет огней. Лишь в двух-трех лавках светятся окна.

Мегрэ пытался разобрать номера над дверями, но едва он миновал лавку похоронных принадлежностей, как из тени выскользнула женская фигурка.

— Это вам я только что звонила?

Этот богатый, наглый, нахрапистый, бессердечный самец был убит при выходе из дома свиданий. Расследуя данное дело, комиссар Мегрэ понимает, что желание отомстить этому человек могло возникнуть у многих.

На жизнь бродяги, ночующего под мостом, совершено покушение. Но бродяга не нужен ни следователю, ни прокурору. Лишь один комиссар Мегрэ пытается до добраться до сути этого преступление и наказать виновных.

Другие книги автора Жорж Сименон

Прежде чем открыть глаза, Мегрэ нахмурил брови, словно сомневаясь, правильно ли он опознал голос, который вырвал его из глубин сна, прокричав:

— Дядя!

Не поднимая век, он вздохнул, ощупал простыню и убедился, что все это ему не приснилось: его рука не нашла теплого тела г-жи Мегрэ там, где ей полагалось бы находиться.

Наконец он открыл глаза. Ночь была светлая. Г-жа Мегрэ стояла у окна в мелкий переплет, отгибая рукой занавеску, а внизу кто-то тряс входную дверь, и шум Разносился по всему дому.

Когда без десяти восемь Мартен из отдела азартных игр покинул свой кабинет, он изумился, увидев, что в коридоре по-прежнему толпятся журналисты и фотографы. Было очень холодно, и кое-кто, подняв воротник плаща, ел сандвичи.

— Мегрэ еще не закончил? — спросил он на ходу.

В самом конце коридора Мартен, вместо того чтобы спуститься вниз по лестнице, толкнул стеклянную дверь. Как и во всех помещениях уголовной полиции, электричество здесь расходовали весьма экономно. Посреди комнаты, служившей приемной, громоздился огромный круглый диван, обитый красным бархатом. На диване сидел человек в плаще и шляпе. В нескольких шагах от него два инспектора курили стоя, а старичок судебный исполнитель перекусывал в своей стеклянной клетке.

Можно ли убить человека только за то, что тайно записывает разговоры незнакомых ему людей на вокзалах, улицах, в кафе на магнитофон? Можно, если люди говорили о чем-то незаконном. Но о чем же конкретно? Это и пытается выяснить комиссар Мегрэ.

Даже думая об этом совершенно хладнокровно, я убеждаюсь, что тот день прошел быстрее других и слово «головокружительно», естественно, возникает в моем сознании. Где-то в глубине памяти хранится другое подобное воспоминание. Я играл во дворе лицея. Нет, не во дворе, потому что речь ведь пойдет о трамвае. Но не важно! На улице. Или на площади. Скорее, на площади, потому что я помню деревья и мог бы даже уточнить, что они вырисовывались на фоне белой стены. Я бежал. Бежал так быстро, что дух захватывало. Почему? Забыл. Я мчался как во сне, ничего не видя, кроме земли, убегавшей у меня из-под ног как железнодорожная насыпь, когда едешь в поезде. И вдруг, несмотря на то, что скорость и так была ненормальная, она еще усилилась, и я внезапно резко остановился, дрожа с головы до ног; в висках у меня стучало, губы были влажные, глаза выпучены – на расстоянии метра от меня появился трамвай, который тоже дрожал всеми своими железными частями.

Последний трамвай тринадцатого маршрута Бастилия — Кретейль, протащив свои желтые огни вдоль набережной Карьер, остановился на углу улицы у зеленого огонька газового фонаря, но тут же по звонку кондуктора лихо рванул вперед к Шарантону.

Позади осталась безлюдная набережная, замершая под лунным светом. Канал справа был забит баржами. Сквозь плохо пригнанный затвор шлюза с журчанием сочилась тонкая струйка воды, и это был единственный звук, нарушавший отрешенную тишину набережной под глубоким, как озеро, вечерним небом.

В Рождественскую ночь к семилетней Колетте приходит Дед Мороз. Но не только для того, чтобы подарить ей куклу. Дед Мороз в комнате вскрывает заодно и тайник под паркетом...

 У него была семья. У него была работа. У него было все, что нужно обыкновенному человеку. Но он оставил все это ради того, чтобы превратиться в нелюдимого клошара. Мегрэ озадачен...

Мегрэ на мгновение застыл перед чугунной оградой, за которой виднелся сад: на эмалированной табличке было выведено «№ 47-бис». Было пять часов вечера, но уже совершенно стемнело. За его спиной струились хмурые воды одного из рукавов Сены, темнел пустынный остров Пюто, поросший кустарником и огромными тополями.

А перед ним, словно по контрасту, высился особняк, каких много в пригороде Нейи, – комиссар забрел в квартал Булонского леса, элегантный, удобный, нынче устланный ковром осенней листвы.

Популярные книги в жанре Полицейский детектив

Ежи Эдигей — популярный в Польше и за рубежом автор увлекательных и остросюжетных романов и повестей.

Писатель не ограничивается разработкой занимательного сюжета, его интересуют социальные корни преступления. Тонко и ненавязчиво писатель проводит мысль, что любое преступление будет раскрыто, не может пройти безнаказанно, подчеркивает отвагу и мужество сотрудников народной милиции, самоотверженно защищающих социалистическую законность и саму жизнь людей.

Устало вздохнув, Мегрэ отодвинулся от стола, за которым сидел, облокотясь. Завершился семнадцатый час непрерывного допроса Карла Андерсена.

Из окон без занавесок в полдень можно было увидеть толпу продавщиц, модисток и служащих, штурмовавших закусочные на площади Сен-Мишель. После недолгого затишья, к шести часам, людские потоки устремились к станциям метро и вокзалам. Вскоре на улицы высыпали праздные гуляки, любители вечернего аперитива.

Джон Берли — преуспевающий английский писатель, автор более двух десятков полицейских романов, написанных в лучших традициях классического детектива, где главное — интрига, игра ума и неожиданная развязка. В трехтомник вошли шесть романов Д. Берли о расследованиях детектива Уайклиффа — достойного преемника героев А. Кристи, А. Конан Дойла, Ж. Сименона и Д Колина.

«Уайклифф разрывает паутину» — история раскрытия преступления в маленьком провинциальном городке, в котором однажды пропадает беременная девушка-подросток.

Произведения, представленные в сборнике, затрагивают характерные для норвежского общества острые социальные и политические проблемы.

В центре романа Гюннара Столесена «Навеки твой» - неблагополучие семейных отношений, проблема «трудных» подростков в буржуазном обществе.

«Бастион» Герта Нюгордсхауга - основанное на фактическом материале повествование, раскрывающее опасные неонацистские тенденции.

Роман Эллы Гриффитс «Неизвестный партнер» разоблачает грязный бизнес торговцев наркотиками.

Содержание:

Гюннар Столесен. Навеки твой

Герт Нюгордсхауг. Бастион

Элла Гриффитс. Неизвестный партнер

Дело дошло до того, что некоторые — из тех, кто не наделен воображением, — утверждали, что это позирование было неким ловким приемом, особой хитростью незнакомца....

Джон Берли — преуспевающий английский писатель, автор более двух десятков полицейских романов, написанных в лучших традициях классического детектива, где главное — интрига, игра ума и неожиданная развязка. В трехтомник вошли шесть романов Д. Берли о расследованиях детектива Уайклиффа — достойного преемника героев А. Кристи, А. Конан Дойла, Ж. Сименона и Д Колина.

«Уайклифф и последнее жертвоприношение» — детектив расследует ужасное убийство женщины в церкви.

Как хорошо было лежать с закрытыми глазами, чувствовать на веках ласковые лучи солнца, пробивающиеся сквозь желтые занавески; еще лучше было повторять про себя, что сейчас часа три пополудни, может быть, чуть больше или чуть меньше и, главное, что его наручные часы, эти пожиратели времени, потеряли всякое значение.

И это еще не все! Каким-то чудом это мгновение вместило множество замечательных вещей. Прежде всего, великолепный пейзаж, которого Мегрэ не мог видеть, так как глаза его были закрыты, но точно знал, что стоит их открыть, и перед ним возникнет плотная гладь Средиземного моря, которая видна обычно из дорогих отелей в Каннах, с кишащими над ней сверкающими мачтами самого роскошного порта в мире, и вдали, почти у линии горизонта, в пламени света — острова Лерен.

В Гейдельберге выстрелом в лицо убит мужчина. Через несколько дней происходит еще одно, очень похожее преступление. Подозрение падает на городского сумасшедшего по кличке Плазма, но он бесследно исчезает. У начальника отделения полиции «Гейдельберг-Центр» Зельтманна виновность Плазмы сомнений не вызывает, однако гаупткомиссару Тойеру не нравится это слишком очевидное решение. У него и его группы есть и другие версии. Выясняется, что оба убитых были любовниками одной и той же женщины, и вряд ли это можно счесть простым совпадением.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

В томе помещен роман в трех повестях «Так называемая личная жизнь», содержание которого определил сам автор – «о жизни военного корреспондента и о людях войны, увиденных его глазами»

Это – мир, в яви которого причудливо переплетено многое и многое из того, что мы – люди! – привыкли считать просто древними легендами.

Ибо живут и сражаются в мире том могущественные жрицы таинственной Богини-Матери…

Ибо обитают в горах мира того коварные кобольды, а в холмах – дивно прекрасные фэйри.

Ибо носится по лесным чащобам мира того страшная, неистовая Дикая Охота – и оживают глухими ночами обитатели высоких замков – химеры…

Мир «меча и магии». Мир героизма и волшебства…

Мир, в котором молодой сын барона Торра-Альты Каспар, хранитель Вещи Великой Магической Силы, попал в сети могущественных служителей Тьмы – и запутывается в них все сильнее.

Мир, на который силы Зла обрушивают все новые и новые беды, и не будет этим бедам конца, пока Каспар не стряхнет с себя узы Мрака.

Так продолжается сказание Книги Ёда…

Это – мир, в яви которого причудливо переплетено многое и многое из того, что мы – люди! – привыкли считать просто древними легендами.

Ибо живут и сражаются в мире том могущественные жрицы таинственном Богини-Матери…

Ибо обитают в горах мира того коварные кобольды, а в холмах – дивно прекрасные фэйри.

Ибо носится по лесным чащобам мира того страшная, неистовая Дикая Охота – и оживают глухими ночами обитатели высоких замков – химеры…

Мир «меча и магии». Мир героизма и волшебства…

Мир, в коем юный сын сурового барона Торра-Альты Каспар, волею высших сил назначенный в хранители Вещи Великой Магической Силы, любой ценой не должен допустить появления в землях человеческих монстров, порожденных Тьмою, веселый же и отважный друг Каспара Холл – избавить от страшного жребия прекрасную деву, служащую Великой Матери.

…Собран уже Совет двенадцати фэйри.

…Зазвучала уже над миром музыка дудочки, открывающей путь в Мир Иной.

Плачет Абалон. Начинается сказание Книги Ёда…

Это – мир, в яви которого причудливо переплетено многое и многое из того, что мы – люди – привыкли считать просто древними легендами.

Ибо живут и сражаются в мире том могущественные жрицы таинственной Богини-Матери.

Ибо обитают в горах мира того коварные кобольды, а в холмах – дивно прекрасные фэйри.

Ибо носится по лесным чащобам мира того страшная, неистовая Дикая Охота – и оживают глухими ночами обитатели высоких замков – химеры.

Мир «меча и магии». Мир героизма и волшебства.

Мир, в котором Каспар, молодой сын барона Торра-Альты, ставший поневоле хранителем магической Вещи Некронд, пытается ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ спастись от страшной силы Того, что вынужден хранить.

Мир, где отец Каспара из последних сил сражается в подземельях замка с черным магом, вступившим в ужасную сделку с Хранителями подземного мира.

Мир, в котором Добро и Зло должны сойтись в последнем бою. Ибо так – и только так – завершается сказание Книги Еда.