Индокитай: Пепел четырех войн (1939-1979 гг.)

Индокитайские войны занимают особое место в истории самого кровопролитного XX века, подходящего к своему завершению. В своей новой книге известный публицист и историк М. М. Ильинский, участник событий в Индокитае, воссоздает трагическую летопись четырех индокитайских войн: борьбы против японской оккупации Индокитая, войны против французских колонизаторов, войны против агрессии США и первой в истории войны между социалистическими государствами – Китаем и Вьетнамом. В итоге автор охватывает период с 1939 по 1979 год.

Отрывок из произведения:

Как-то в Ханое был проведен журналистский опрос на тему: «Кто из иностранных журналистов в разные этапы военной истории 40–70-х годов XX века написал полнее, больше и объективнее о событиях в Индокитае», и выяснилось, что самыми плодовитыми, осведомленными и известными были признаны француженка Мадлен Риффо, австралиец Уилфред Бэрчетг, российские публицисты Иван Щедров и Михаил Ильинский. Они писали свои репортажи, корреспонденции, очерки, книги со всех индокитайских фронтов, в различные периоды и годы, и по прошествии времени оказалось, что в силу объективных обстоятельств не создали ни одной полной книги, объединяющей всю историю военных действий, развитие политических событий в Индокитае после Второй мировой, книги, рассказывающей о тайнах дипломатических и разведывательных служб разных стран – участниц острейших конфликтов в регионе. Ныне из этой яркой журналистской интернациональной когорты на Земле остался лишь журналист, академик информатизации и двух других международных академий, Президент итальянской академии мира (Рим) Михаил Ильинский. И он взял на себя труд по созданию такой книги об Индокитае, книги, в которой были бы раскрыты основные страницы войн во Вьетнаме, Лаосе и Камбодже, особенностей национально-освободительного движения народов Юго-Восточной Азии, выявлены причины и цели агрессий со стороны внешних сил – Японии, Франции, США, Китая.

Рекомендуем почитать

В полутемной камере, то налитой зноем, то превращавшейся в ледяной склеп, Рихард Зорге долгие часы проводил над листами бумаги. Прислушиваясь к тому, что жило в нем самом, в его сердце, что запечатлелось в памяти и сформулировалось в мозгу, он писал. Это были строки, обращенные в будущее. Это были его «Тюремные записки», это было его Слово перед казнью…

Теперь «Записки» Рихарда Зорге являются для нас ценным источником. При внимательном их анализе становится очевидным желание автора снять обвинение со своих товарищей, показать, что они, как и сам Зорге, не были шпионами, а выступали борцами за мир, за предотвращение войны между СССР и Японией. В «Записках» чувствуется несломленная воля настоящего разведчика.

В этой книге на основе уникальных документов из архивов ФСБ рассказывается о самых таинственных событиях в истории Российского флота 1916 — 1945 гг. Читатель узнает новые подробности о гибели «Императрицы Марии», кронштадтских событиях, о противостоянии советской и немецкой морских разведок накануне и в годы Великой Отечественной войны и об участии морской пехоты в знаменитых операциях.

Книга проиллюстрирована архивными документами и рассчитана на самый широкий круг читателей.

До 1990 г. власти молчали о величайшей в истории человечества контрибуции, взятой в Германии в 1945—1947 гг. Специальные организации забирали всё — пассажирские лайнеры, станки, автомобили, паровозы, рельсы и даже телескопы из обсерваторий.

Было ли это грабежом или законной контрибуцией? А как вели себя западные союзники в своих секторах оккупации? Какую роль трофейное имущество сыграло в восстановлении разрушенных войной регионов, проведенном в самые рекордные сроки? Помогло ли оно создать нам ракетно-ядерный щит?

И вообще, какую роль сыграли германские трофеи в личной жизни наших бабушек и дедушек?

Об этом и о многом другом рассказывается в монографии Александра Широкорада «Великая контрибуция».

«Война — это живая, человеческая поступь — навстречу врагу, навстречу смерти, навстречу вечности. Это человеческая кровь на снегу... Это брошенные до весны солдатские трупы... Это постоянный голод, когда до солдата в роту доходит вместо пищи подсоленная водица, замешанная на горсти муки, в виде бледной баланды. Это холод на морозе и снегу, в каменных подвалах, когда ото льда и изморози застывает живое вещество в позвонках. Это нечеловеческие условия... на передовой, под градом осколков и пуль. Война это как раз то, о чем не говорят, потому что не знают.".» Эти слова участника тяжелейших боев на Калининском фронте 1941—1943 гг. гвардии капитана А. Шумилина могут стать эпиграфом к книге О. Смыслова, рассказывающей о той правде прошедшей войны, о которой и до сих пор молчат историки, журналисты и писатели.

Атлантический вал стал самой грандиозной системой береговых укреплений в истории человечества. Его береговые батареи, бетонные подземные сооружения и различные средства противодесантной обороны представляли собой шедевры артиллерийской и строительной техники. В то же время Гитлер и его адмиралы допустили ряд непростительных просчетов, сделавших возможным успешное вторжение союзников в Нормандию. Западные историки уже полвека спорят о достоинствах и недостатках систем вала. А советское руководство со времен войны наложило табу на любую информацию об Атлантическом вале, и отечественный читатель впервые познакомится с ним в этой книге.

Новая книга военного историка и писателя О.С. Смыслова рассказывает о генерале-предателе А.А. Власове и так называемом «власовском движении». Кроме того, исследование содержит уникальные материалы о русской эмиграции в межвоенный период, о сепаратистах зарубежья, об их сотрудничестве с фашистской Германией до начала Великой Отечественной войны и после.

До сих пор в отечественной историографии почти не освещалась тема «пятой колонны», которая создавалась германским военным командованием и абвером для обеспечения успеха молниеносной кампании на Востоке, а потом в результате провала блицкрига имела свое неудачное продолжение на оккупированной территории

Новая книга О.С. Смыслова продолжает рассказ о самой трагичной стороне войны — плене. Теперь объектом исследования стали судьбы генералов Рабоче-Крестьянской Красной Армии, оказавшихся в годы войны в немецком плену. На страницах книги рисуются тяжелейшие испытания, выпавшие на долю попавших в плен генералов, анализируется их поведение в плену и дается оценка тем или иным действиям.

В книге профессора-востоковеда на документальной основе показана политика милитаристской Японии в отношении Советского Союза накануне и в годы Второй мировой войны.

Раскрытие стратегических и оперативных планов, комплекса мероприятий по подготовке к войне против СССР в 1931–1945 гг. даст возможность глубже понять характер агрессивных замыслов японского руководства, вскрыть причины провала так называемой стратегии «спелой хурмы», предусматривавшей вероломное нападение на нашу страну в случае се поражения в войне против гитлеровской Германии, а также опровергнуть фальсифицированную версию о якобы «честном выполнении Японией японо-советского пакта о нейтралитете 1941 года».

Другие книги автора Михаил Михайлович Ильинский

Джанни Версаче начал карьеру в двадцать пять, чтобы через несколько лет стать всемирно известным кутюрье, имя которого превратилось в бренд. Он устраивал показы в парижском отеле «Риц», где когда-то проходили показы Коко Шанель. Джанни Версаче обожала пресса, его одежду носили звезды первой величины, от Мадонны до принцессы Дианы. У него была коллекция, посвященная Жаклин Кеннеди. Яркая, невероятно сексуальная и вызывающая, на грани кича, его одежда сразу превращала человека в звезду. Версаче ввел в моду сочетание черной кожи и золотой фурнитуры, яркие принты на рубашках, кожаные штаны и многое другое.

Один из величайших кутюрье XX столетия Джанни Версаче ушел из жизни летом 1997 года при трагических обстоятельствах. Гениальный художник, талантливый бизнесмен, он оставил после себя третью в мире по могуществу империю, которой назначено влиять на эстетику и тенденции моды и в XXI веке.

Книга посвящена жизни и многогранной деятельности премьер-министра Италии С.Берлускони. Автор анализирует причины и условия становления политических и социальных ориентаций премьера, его вклад в решение внутренних и международных проблем, таких, как борьба с мафией, терроризмом, бесконтрольной миграцией, а также показывает влияние премьер-министра на развитие отношений Италии с другими странами, в частности с Россией и США.

Биография С. Берлускони дана на широком историческом и социальном фоне. Повествование сопровождается своеобразным экскурсом в минувшие века, когда творили всемирно известные итальянские поэты, живописцы и зодчие, размышлениями автора о политических и общечеловеческих проблемах.

Книга предназначена для широкого круга читателей.

Бенито Муссолини — одна из самых ярких и загадочных фигур XX века, вокруг которой сложилось немало тайн. Какую роль сыграл лидер итальянского фашизма во Второй мировой войне? Каково его личное отношение к Гитлеру. Сталину, Черчиллю, Рузвельту? Кто и почему спас папу римского от берлинского плена? Как и кем был убит сам Муссолини? Какова была личная жизнь диктатора? Почему он остается таким популярным в современной Италии? Ответы на эти и другие вопросы читатель найдет в книге известного журналиста Михаила Ильинского.

Эта книга — результат многих лет труда не только ее авторов, но и плод долгих и трудных, индивидуальных и коллективных скрупулезных исследований историков, ученых, юристов, политиков, работников внешней разведки и контрразведки, журналистов, писателей. И каждый по крупице вносил свой вклад в создание наиболее полного на сегодня образа Рихарда Зорге гражданина ХХ века, человека, военного разведчика, журналиста, аналитика, геополитика, считающегося теперь одним из величайших людей двадцатого столетия.

Популярные книги в жанре История

Книга посвящена малоизвестной истории российских левых коммунистов, ставших в оппозицию советскому партийно-государственному режиму еще при жизни Ленина и затем пытавшихся вести борьбу против сталинской диктатуры. Представители этого течения осуждали политику правящей коммунистической бюрократии как измену революции, видели в советском «социализме» государственный капитализм и внесли свой вклад в осмысление тоталитарной трансформации большевизма. В серии статей британских исследователей — членов Интернационального коммунистического течения рассматриваются идеи и деятельность различных левокоммунистических группировок — от фракции левых коммунистов в РКП(б) 1918 года до федерации левых коммунистов, созданной в 1933 г. в Верхнеуральской тюрьме для политзаключенных.

Книга включает основные программные тексты левых коммунистов 1918 — 1930-х гг., большая часть которых никогда прежде не публиковалась в России.

Для историков, политологов, всех, интересующихся историей XX века.

XX столетие по праву считается «веком танков» — ни один другой род войск не оказал такого влияния на ход боевых действий: начиная с первого появления на полях сражений в 1916 г., танки играли решающую роль в большинстве вооруженных конфликтов минувшего столетия, совершив настоящую революцию в военном деле, навсегда изменив характер современной войны.

Анализируя боевое применение танков в обеих мировых войнах и многочисленных локальных конфликтах XX века, ведущий военный историк убедительно доказывает, что полноценные, по- настоящему эффективные танковые войска удалось создать лишь трем государствам — Германии, Советскому Союзу и Израилю. Только эти страны, пройдя долгий путь кровавых проб и ошибок, смогли разработать и успешно применить на практике теорию танковой войны. Ни одно другое государство, даже обладающее значительным танковым парком — ни Франция, ни Британия, ни США, — даже не приблизилось к уровню лидеров.

Особый интерес представляет последняя глава книги, в которой автор моделирует несостоявшийся конфликт между СССР и НАТО, наглядно демонстрируя, что, вопреки американским прогнозам, на европейском театре военных действий у Запада фактически не было шансов устоять против советской танковой мощи.

Тайные статьи Парижского трактата. Навязав Франции 30 мая 1814 года мирный договор в Париже, союзные державы, входившие в состав коалиции 1813 года, достигли той цели, которую, начиная с 1792 года, преследовали все коалиции и которой Англия и Россия в 1804–1805 годах дали совершенно четкое определение: ввести Францию в ее старые границы, «сковать» ее в этих пределах, поставить ей преграды на тот случай, если она снова попытается ворваться в Бельгию или захватить левый берег Рейна, и, наконец, держать под своей опекой и изолировать монархию Бурбонов, ослабленную уже условиями, при которых она была восстановлена. Конституционная хартия, данная Людовиком XVIII, должна была ограничить власть французского короля в первую очередь в вопросах внешней политики. Восстановленная в интересах мира, монархия Бурбонов была непопулярна именно вследствие того, что ее восстановление было связано с этим миром. «Более чем столетний опыт, — писал Кауниц в 1791 году, — не раз дававший всей Европе почувствовать перевес, который в общей системе политического равновесия доставляли Франции, при господстве абсолютного монарха, географическое положение и неисчерпаемые ресурсы этого королевства, этот опыт убедил в особенности Австрию, что для полного и продолжительного спокойствия собственных владений последней наиболее благоприятными являются такое ослабление и усложнение внутренних пружин грозной французской монархии, которые были бы способны в будущем отвлечь ее силы от внешних авантюр». Так думала в 1791 году Австрия и так же смотрела на дело Англия: обе помнили об эпохе Людовика XIV. А в 1814 году, после Республики и Наполеона, это стало общим мнением Англии, Австрии, Пруссии и России. «Отныне, — сказал в 1815 году император Александр о конституционной монархии восстановленных Бурбонов, — эта нация, достигнув внутреннего мира, перестанет питать агрессивные замыслы против Европы».

Манифестация 22 февраля. Банкетная кампания в пользу избирательной реформы[1] вызвала во Франции, а в особенности в Париже, политическое возбуждение, которое неожиданно привело к революции. На все требования реформы король и министерство отвечали систематическим отказом; на банкетную кампанию они ответили фразой тронной речи, в которой король предостерегал страну от волнений, «разжигаемых враждебными и слепыми страстями» (28 декабря 1847 г.). Министерское большинство палаты высказалось против реформы в проекте ответного адреса на тронную речь, составленную в том же духе, что и адрес. Проект обсуждался долго и оживленно; оппозиция, состоявшая из левой и левого центров, предлагала поправку, но большинство отвергло ее и приняло адрес (12 февраля 1848 г.).

Национальное собрание в Бордо. Заключая перемирие с немцами, правительство национальной обороны обязалось созвать в Бордо «свободно избранное» Национальное собрание для решения вопроса о войне и мире. Система выборов была принята та же, что в 1848 году: голосование в главном пункте кантона по департаментским спискам, избрание относительным большинством, предоставление избирательного права также и колониям, вознаграждение депутатам по 25 франков в день, число депутатов — 750.

Настоящий труд поднимает два взаимосвязанных вопроса. Первый касается исторического сознания, которому сегодня, кажется, серьезно не хватает единства. Разногласия затрагивают то, чем характеризуется наш век по сравнению с другими: неслыханный размах уничтожения людей людьми, ставший возможным лишь в силу захвата власти коммунизмом ленинского типа и нацизмом — гитлеровского.

Второй вопрос касается Катастрофы. Легче констатировать, чем объяснить то факт, что вопрос о Катастрофе неотступно преследует не только историческую память века в целом, но и — специфически — соотношение или сравнение между памятью о коммунизме и памятью о нацизме.

Краткая история региональной организации

В связи с изданием в Советском Союзе этой книги о революции 18 марта 1871 года, в ходе которой трудящиеся Парижа, по прекрасному выражению Карла Маркса, поднялись «на штурм неба», я хотел бы выразить великому советскому народу чувства благодарности и братской любви, которые питает к нему рабочий класс, народ Франции.

Когда Маркс в письме к Кугельману от 12 апреля 1871 года писал о парижских коммунарах как о людях, «готовых штурмовать небо», он хотел подчеркнуть этим грандиозный характер их борьбы, направленной на достижение целей, трудно осуществимых в объективных и субъективных условиях той эпохи. Но эти бои возвестили – и с какой силой! – о появлении на авансцене истории новых социальных сил, призванных изменить облик мира.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Подробное и яркое историческое исследование, повествующее об истории испанских завоеваний в Центральной и Южной Америке, о жизни и деятельности предводителей испанских конкистадоров Эрнана Кортеса и Франсиско Писарро, о тайнах древней культуры инков и ацтеков – коренных жителей Центральной и Южной Америки.

Температура воды в море была не слишком холодной – около четырех градусов. На глубине движения АПЛ царил непроглядный мрак.

Их было трое. Двое плыли вместе, третий держался чуть поодаль. Он наблюдал за двумя, плывущими впереди, и руководил их действиями. Почти не рассеивающийся длинный узкий луч освещал два существа с хвостовыми плавниками с мощными лопастями, которые неторопливо вздымались вверх-вниз, грудными плавниками, слегка подрагивающими в такт движению, и спинным плавником, описывающим пологие дуги.

Взрывная волна с мясом вывернула толстую полированную дверь и, сметая все на своем пути, со страшным грохотом стремительно понеслась по лаборатории. Плотным фронтом она за доли секунды преодолела расстояние в несколько десятков шагов до второй двери и, выбив и ее, ворвалась во вторую комнату, где находился Стрелков. Как ни мало времени прошло с момента взрыва, до того как потерять сознание, он все же успел подумать, что что-то случилось с газом. Он попытался закрутить вентиль баллона с хладагентом, но не успел. Плотный поток сорвал со стола вынутые из холодильника склянки, швырнул их в стену, разбивая вдребезги, и обрушил смесь осколков и жидкости на Сергея Петровича. К счастью, Стрелков инстинктивно пригнулся, когда услышал взрыв, поэтому бутыли, пролетели у него над головой, даже не задев. И хотя его ударило в стену и он был весь мокрый и осыпанный осколками стекла и плюс еще на несколько секунд потерял сознание, практически не пострадал.

«Муми-тролль и комета» — одна из первых книг в большой серии сказочных повестей о Муми-троллях и их друзьях знаменитой финской сказочницы Туве Янссон, пишущей на шведском языке.

Читатели познакомятся с героями сказки — удивительными существами, населяющими прекрасную Долину (Муми-дол): Муми-троллем, напоминающим беленького бегемотика, его папой и мамой, как две капли воды похожими на сына, фрёкен Снорк и её братом, философом Ондатром, Снусмумриком, играющим прощальные песни, учёным Хемулем и многими другими; узнают о том, что случится с Долиной, если комета протащит над ней свой пылающий огненно-красный хвост.