Инакопишущие (Предисловие к сборнику 'Иные времена')

В. Кан

Инакопишущие

Предисловие к сборнику "Иные времена"

Викентий Викентьевич Вересаев в мемуарах вспоминает: в детстве он считал, что предисловия авторы пишут для собственного удовольствия. Вероятно, в еще большей мере он отнес бы это к составителям сборников чужих произведений. Но это все-таки не совсем так. У предисловий есть и другие задачи. Одна из них - ввести предполагаемого читателя в круг идей предлагаемых произведений.

Другие книги автора Вениамин Липманович Кан

Статья, одна из первых в отечественной печати, рассказывающая о творчестве американского писателя-фантаста Харлана Эллисона.

Повесть вышла в 1950 году под названием «When Time went mad» и подписана была двумя фамилиями: Дирк Уили и Фредерик Арнольд Каммер-младший. Анализ текста, стиля и лексики, сравнение с другими произведениями позволили довольно скоро установить — с большей степенью вероятности — что бесспорным (возможно, единственным) автором повести является никто иной, как Фредерик Пол.

Популярные книги в жанре Критика

Мне думается, это благороднейшее из наших чувств: надежда существовать и тогда, когда судьба, казалось бы, уводит нас назад, ко всеобщему небытию. Эта жизнь, милостивые государи, слишком коротка для нашей души; доказательство тому, что каждый человек, самый малый, равно как и величайший, самый бесталанный и наиболее достойный, скорее устает от чего угодно, чем от жизни, и что никто не достигает цели, к которой он так пламенно стремится; ибо если кому-нибудь и посчастливилось на жизненном пути, то в конце концов он все же — часто перед лицом так долго чаянной цели — попадает в яму, бог весть кем вырытую, и считается за ничто.

русский религиозный философ, литературный критик и публицист

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

«В представлении русского читателя имена Фета, Майкова и Полонского обыкновенно сливаются в одну поэтическую триаду. И сами участники ее сознавали свое внутреннее родство…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Виктор Канавин

Музыкант в тылу писателей

"У меня довольно простой критерий: отношение к роману зависит от того, прочел ли я его до конца или с облегчением закрыл на середине, чтобы больше никогда не открывать", - признался "Итогам" член жюри Букеровской премии пианист Николай Петров

В этом году пианист Николай Петров выступил в непривычной для себя роли - он вошел в жюри престижной литературной премии Букер

В этом году Букеровский марафон породил не меньше споров, чем в предыдущие. К критикам, вошедшим в состав жюри, литературная общественность предъявляла серьезные претензии. В кулуарах говорили о том, что концепция премии по-прежнему невнятна, что лучшие произведения не добрались даже до шорт-листа, а некоторые из тех, что добрались, не соответствуют требованиям жанраЙ О превратностях премиального процесса "Итогам" рассказал один из членов букеровского жюри, знаменитый пианист Николай Петров.

Канчуков Юрий

101 коан дзэн

Книга "101 Дзенская история" впервые была опубликована в 1939 году издательствами "Райдер энд К°°, Лондон и "Дэвид Мак Кей и К°", Филадельфия. Эти истории излагают знания и опыт китайских и японских учителей Дзен, охватывая период более чем в 5 веков. Эти истории были переведены на английский язык из книги, под названием "Собрание камней и песка", написанной поздно, в 13 веке, японским учителем Дзен Мудзю (что означает "Hе-житель"), а также из сборников историй дзенских монахов, взятых из различных книг, выпущенных в Японии в настоящем столетии.

Юрий Канчуков

Х В О С Т Б А Р С У Ч И Й

Побежал барсук на работу, а пропуск - дома забыл.

Hа проходной вахтером хорь стоит. Толстый, линючий. А барсук тоже толстый. Толще даже...

Прибежал барсук, просит:

- Хорь, а хорь, пусти меня на работу, а то у меня пропуск - дома.

А хорь, животина, надулся. Молчит хорь, завидует. И толщине барсучьей солидной, и хвосту барсучьему разлапистому - всему сразу. Hе пускает.

Юрий Канчуков

"И МИЛОСТЬ К ПАДШИМ..."

Утром, раскладывая на прилавке киоска свежие газеты и журналы, он, как всегда, второй уже год подряд, слушал разговоры в очереди за стеклом. Разговор сегодняшний не отличался от прежних, то есть был вздорным, про то, что в газетах вчерашних-позавчерашних, которые уже прочитаны и выброшены, наверное, в мусор, куда им и дорога. Hо сегодня один из стоящих впереди, у окошка, лысый, с рябым лагерным (нет, конечно, не лагерным, просто больным, усталым) лицом и знаком отличника какой-то пятилетки на лацкане дешевого пиджака, молча слушавший очередной вольный треп про прошлое партии и прежних ее вождей, вдруг махнул рукой (тут Карабасов и уточнил его коротким, от газет, взглядом) и хрипло вставил трепачам, всем сразу: