Играй по-крупному

ДЖИЛ БРЕВЕР

ИГРАЙ ПО-КРУПНОМУ

1

Он внезапно пришел в себя. Ему было жарко, он вспотел. И вместе с возвращением сознания в нем стремительно нарастало ощущение грозящей беды. Он не был пьян, насколько ему помнилось, он лишь немного пригубил.

Он лежал на спине. Его веки горели. Солнце в белом небе так сияло, что, попытавшись раскрыть глаза, он был вынужден снова плотно сомкнуть веки. В его сторону тянуло соленым запахом моря, он услышал равномерный шум прибоя. Но, несмотря на ритмичные удары волн, было слишком тихо.

Другие книги автора Джил Брюер

Лили Сазерн была лакомым кусочком. Кроме того, у нее было много полезных связей. Поэтому Эл Уолтерс не мог понять, отчего она вдруг им увлеклась. Конечно, он был хорош собой, молод и энергичен. Были и у него связи, но скромные. Куда уж ему, бедняку, до нее. Лили привыкла иметь дело с крупными воротилами. Но ее постоянный «тугой кошелек» сейчас находился в тюрьме за ограбление, убийство и другие прегрешения. Может быть, причина была именно в этом.

Было около половины девятого вечера, когда водитель грузовика с прицепом высадил меня в абсолютно незнакомом месте. Дальше нам было не по дороге. Я прибыл из Чикаго на грузовике, груженом мебелью, усталый и невыспавшийся. Во время этого долгого пути я так и не сомкнул глаз. Мой брат Альберт наотрез отказался дать взаймы, и потому я не мог избавиться от мысли, что теперь надо мной и моей женой Бесс нависла угроза потерять мотель, приобретенный нами в СанПите[1]

Популярные книги в жанре Детективы: прочее

В каком-то научном журнале о жизни фауны я вычитал, что с точки зрения кошаков Господь создал людей с одной целью – кормить этих самых кошаков. Вероятно, с точки зрения моего собрата по ремеслу Жоры, я существую на белом свете исключительно, чтоб добросовестно и самоотверженно вкалывать вместо него. Возможно, я немного заблуждаюсь, но ничего другого в голову не приходит, когда в очередной раз Жорин кислый лик возникает в дверном проёме моего кабинета. Именно с таким выражением физиономии он обычно просит поможения в оперативно-розыскной деятельности, коей мы вынуждены заниматься по долгу службы. «Если ты откажешь, я покончу с собой из табельного оружия», – сообщают мне бездонные Жорины очи, поэтому я стараюсь не отказывать. В настоящую секунду взгляд коллеги полон такой безысходности, что застрелиться хочется самому.

Это видение-воспоминание посещало Яну Борисовну Милославскую по несколько раз в год. Страшные события той ночи, когда они с мужем и сыном возвращались домой, каждый раз вставали перед ее внутренним взором, то проносясь за одно мгновение, которое она даже не успевала осознать, то прокручиваясь плавно, словно в кадрах замедленной съемки. Тогда Яна Борисовна могла рассмотреть все в деталях.

Катастрофа произошла несколько лет назад. К вечеру, когда они выезжали с дачи, перекопав под зиму свой небольшой участок и сложив в сарай садовый инвентарь, на небе стали курчавиться светлые, не предвещавшие ничего плохого облака, но вскоре они начали собираться в большие кучи, темнеть и набухать, словно сосцы щенной суки. Выехав на дорогу, все поняли, что дождь застанет их в пути, но сильно по этому поводу не переживали: все-таки на машине.

Олег медленно шел по улице, погруженный в размышления. На этот раз отправляться на и так не слишком уж утомительную работу не было нужды. Предстояло значительно более важное и многообещающее, хотя и рискованное дело.

Симпатичный молодой человек, в дорогих модных джинсах, фирменной тенниске, открывающей мускулистые плечи и руки, с кожаной барсеткой в руках, привлекал взгляды многих проходящих мимо девушек и женщин. Их не отпугивала даже самодовольная ухмылочка юноши, знающего себе цену и его отрешенный взгляд. Молоденькие девчонки и женщины в возрасте невольно подтягивали животик, стремясь казаться стройнее, поблескивали заинтересованными накрашенными глазками и завлекающе покачивали бедрами, чтобы походка показалась как можно более сексуальной. Хотя, если бы они только знали, какие мысли бродят в голове этого пресыщенного обеспеченного херувимчика, то сразу бы оставили попытки ему понравиться.

Ночную тишину нарушил мощный взрыв, от которого в соседних домах едва не повылетали стекла. Оксана вскочила с кровати и подбежала к окну – в свете недавних событий ей казалось, будто это террористы взорвали город. Несмотря на то, что стояла глубокая ночь, ее комната озарилась странным красноватым светом. Ксюша отдернула занавеску и выглянула в окно – соседний дом был охвачен огнем. Она посмотрела на сына – он крепко спал, сильный взрыв не потревожил его детский сон. Ксюша накинула пальто и вышла во двор.

– Ой, ну какая же он сволочь! – рыдала Лариска, сидя на кухне у все понимающей подруги Катьки. – Он мне лапшу на уши вешал, а я, дура, верила. А ведь сама всегда говорила, что все мужики – козлы-ы-ы.

– Да успокойся ты, наконец, и объясни, в чем дело, – успокаивала подруга бившуюся в истерике Лорку.

Катька много раз видела ее истерики, но сегодня было что-то из рук вон. Ворожейкина ворвалась в квартиру как лавина, сметающая все на своем пути. Казалось, кухня Майоровых скоро утонет в Ларискиных слезах. Катька накапала в рюмку валерьянки и заставила подругу ее выпить.

Сегодня тихо и безветренно, покойно и солнечно с самого утра. Днем в каленом сизо-белом небе висели два-три облачка, дырявые, косматые, да и те обречены были, растаяли к вечеру. А еще ночью шел дождь, злой и студеный. И вчера он шел, и позавчера. Тяжелый, он побил цветы, кустарник, издырявил, а затем и зацементировал пляжи, жестоко разогнал пригревшихся отдыхающих, выхолодил прибрежную кромку моря, изувечил дороги глубокими обширными лужами.

И конечно, берег в этот день был пустынный и скучный, и не отливал песок золотом слепяще и весело, и не томилось в нем больше тепло, такое желанное и уютное, был он серый и мокрый и утрамбованный почти до твердости заезженного проселка. Все ждали, когда он размякнет, высушится. Когда это будет? К ночи? Завтра?

«Герои Лены Элтанг всегда немного бездомные. Место обитания, ощущение домашности им заменяет мировая культура. Можно сказать, что они с парадоксальной буквальностью воплощают мандельштамовскую формулу о том, что эллинизм – это печной горшок». Так отозвался критик Игорь Гулин об одном из текстов автора.

Новая книга Элтанг продолжает традицию: это не только классический роман о русском писателе, попавшем в опасную историю на чужой земле, и не только детективная драма, в которой есть преступление и наказание. Прежде всего это путевые записки эскаписта, потерянного европейца, человека здравомыслящего, но полного безрассудства, это дневник романтика, погружающий нас в пространство сознания героя, живущего одновременно в двух измерениях: в субъективно воспринятой социальной реальности и в пространстве персонального мифа.

Дебютная повесть сценариста и режиссера Ислама Ханипаева написана от лица восьмилетнего мальчика, живущего в Махачкале. Потеряв мать и подвергаясь нападкам в школе, герой находит поддержку у воображаемого друга – Крутого Али. Он готовится стать «великим воином» и отправляется на поиски своего отца.

Это не только история о травме и ее преодолении, это книга о взрослении и принятии непростой правды героем, которому безоговорочно веришь и сопереживаешь.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

БРИДЖЕСС

ДВОЙНИК

1

Если вы, действительно, голодны и у вас ровно полтора шиллинга на обед, то подобная проблема требует серьезного размышления.

Я колебался некоторое время между ресторанами Парелли и Карей. У Парелли дают за шиллинг четыре приличных блюда, а шесть пенсов остаются еще на выпивку и чаевые. Но зато там скатерти грязные и атмосфера зловещая, как в китайском притоне.

Кареи в этом отношении стоит гораздо выше, но на шиллинг там дают куда меньше. В данный момент меня больше всего интересовала пища, а потому я и остановился на Парелли.

Драконов больше нет. Остались только мифы о мудрой расе, охранявшей некогда мир. Остались легенды, самая странная из которых — история о костях великого дракона, спрятанных в подземных катакомбах замка Хурог. О дарующих великое могущество костях, обладать которыми мечтают многие, и более всего — молодой король, посвятивший свою жизнь черной магии. Противостоять такому противнику может только безумец. Но юный наследник Хурога был объявлен безумием многие годы назад. И он не боится темной силы, с которой будет сражаться.

Электрокэб Гамильтона Смита заложил плавный вираж и, увертываясь от участников очередного парада, начал перестраиваться в соседний ряд. Гамильтон мрачно взирал на разодетую публику, запрудившую Трафальгарскую площадь.

— Черт бы побрал эти ритуальные клубы, — пробормотал он себе под нос.

Кажется, собравшиеся тут страдали от любви к Ближнему Востоку — марш сопровождало усиленное динамиками дребезжание тамбуринов. Знамена повисли как тряпки, да и сами участники шествия выглядели не более воодушевленными, чем пресыщенные зрелищами зеваки. Гамильтон так и не понял, что это за клуб, хотя узнал нескольких клиентов своего банка.