И я сказал себе: нет!

– Собирайся, Орбел, сегодня ты поедешь со мной.

Юноша недоверчиво посмотрел на отца: – С чего бы?… Вот уже несколько лет ты только шепчешься с сотрудниками, что проскальзывают в твой кабинет с детективной таинственностью, запираешься, говоря по телефону, не отвечаешь ни на один вопрос, если речь идет о твоем эксперименте, и вообще игнорируешь нас с матерью, будто мы тебе чужие… И вдруг ни с того ни с сего: собирайся, доедем.

– Значит, так надо,- отозвался отец, бесстрастно выслушав тираду сына. Он завязал галстук тщательнее обычного.- Лучше взгляни, хорош ли узел.

Другие книги автора Элеонора Александровна Мандалян

Город-монстр, заполонивший и практически погубивший всю Землю, заскучал от того, что покорять уже больше нечего. Впав в ностальгию, он вспоминает давно минувшие времена, когда Земля еще была полна жизни, а сам он только копил силы, одержимый дерзкими планами мирового господства. Господство обретено. Но нет ни торжества, ни удовлетворения. И замыслил Город-монстр невероятное – вернуться в прежние времена, чтобы все начать сызнова, еще раз испытав сладость победы. Путь к возврату один – через слияние двух живых, любящих сердец. Казалось, замысел осуществим. Но вот какой ценой…

На I, IV стр. обложки и на стр. 2 и 11 рис. В. ЛУКЬЯНЦА к рассказу П. Явтысыя «Бубен».

На II стр. обложки рис. Ю. МАКАРОВА к повести В. Щербакова «Тень в круге».

На стр. 12 и 35 рис. Г. ДРОНИНОЙ к повести В. Щербакова «Тень в круге».

На стр. 36 и 43 рис. М. САЛТЫКОВА к рассказу В. Нечипоренко «Авария».

На стр. 44 и 84 рис. В. ЧАКИРИДИСА к повести Э. Мандалян «Сфинкс».

На III стр. обложки и на стр. 85, 103 и 128 рис. Г. НОВОЖИЛОВА к роману Ч. Вильямса «Долгая воскресная ночь».

Элеонора Мандалян

Встреча на Галактоиде

Фантастический рассказ

Было темно и тихо, а Карену никак не спалось. Он вертелся в постели. Немножко подумал о своей новой автомодели, пополнившей коллекцию, потом о мультфильме из "Спокойной ночи, малыши", о маме, забывшей сегодня поцеловать его на ночь. От обиды - ритуал вечерних поцелуев выполнялся неукоснительно со дня его рождения - совсем расхотелось спать.

Он опустил босые ноги на ковер, выбрался из-под одеяла и тихонько подошел к балконной двери Холм, что начинался прямо за домом, неясно чернел. Черным было и небо, ни звезд, ни луны. А отсветы дворовых фонарей делали все вокруг еще чернее. Он вгляделся в темноту - по-прежнему ни одной летающей тарелки. Вздохнув, вернулся в постель, но не лег, а уселся по-турецки. Выпрямился, развел руки в стороны, локтями вниз, ладошками вверх, как на картинках в маминых книжках. Закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Сначала у него ничего не получалось, мысли скакали, как болотные лягушки. К тому же мешал шум телевизора, доносившийся из столовой.

Элеонора Мандалян

Цуцу, которая звалась Анжелой

Фантастический рассказ

Муно положил большую, гладкую голову Анжеле на колени и зажмурился.

Она погладила его покатый горячий лоб, провела пальцем по огромным ноздрям, занимавшим почти половину лица, по мягким обвислым губам, скрывавшим непомерно большой рот...

Ей хотелось сказать: "Милый Муно... Мой Муно", но она решила молчать и не нарушит своего решения.

Муно приоткрыл маленькие, глубоко посаженные глазки и кротко посмотрел на Анжелу.

Элеонора Александровна МАНДАЛЯН

Новичок

Рассказ

Он появился в классе посреди учебного года. Никого это особенно не удивило. Новенький в классе - явление не такое уж и редкое. Правда, отношение к нему всегда настороженное, внимание - повышенное.

Но на сей раз новичок оказался особенным, даже загадочным, хотя и выглядел вполне обыкновенным мальчишкой. И имя обыкновенное, как и положено армянину - армянское: Сурен. Фамилия тоже армянская - Меграбян. По-армянски говорил - заслушаешься, на чистейшем литературном языке. И может быть, именно это у всех и вызвало подозрения.

Популярные книги в жанре Социальная фантастика

МАК ХАММЕР

МГHОВЕHИЕ СПУСТЯ...

-- I -

Ветер бил мне в лицо. Он развевал волосы, свистел в ушах, будоражил кровь.

Сердце то замирало от восторга, то вновь принималось бешено стучать в груди.

Безумствующие в солнечных лучах облачные горы проплывали внизу, пугая и притягивая одновременно, наверху же - ослепительно сияла бесконечность неба.

Впрочем, верха и низа здесь не существовало. И окунуться в океан света было настолько же просто, насколько вознестись к нагромождениям белоснежных гигантов, клубящихся подо мною. Я летел. Как, почему, куда - я не знал и не хотел знать.

Коколов Сергей

Зрячий

(фантастический рассказ)

Первым уроком будет (естественно!) богословие. Сколько себя помню (а помню я себя лет с пяти) вера в нашей семье была на первом месте.

Да и не только в нашей - в миллиардах семей нашего общества. Интересно как пахнет Бог? (Жаль, что бога никто из известных мне людей не нюхал). Я думаю пахнет он совсем не так, как человек. Ведь бог - это существо неземное, а значит существо с небесным запахом. Хотя, наш кандидат богословия (сокращенно- к.б.н.) Павлов, а ему ли не знать, утверждает, что Бог совсем как человек (опасное утверждение, вы не находите?), правда тут же поправляется- но не человек, т.е. даже и человек, но гораздо умнее, справедливее, мудрее... Как то я спросил- "А если, например я, стану намного умнее, чем сейчас - не буду ли я самим Богом?" Hа что Павлов ответил, что я и так слишком умный, и что когда-нибудь я договорюсь до ереси, а ересь в нашем мире не прощается.

Сабир Мартышев

Ликбез для Апокалипсиса ...

Я включил телевизор, на экране которого тут же зажглась надпись "СИВОДHЯ В ПРАГРАМЕ". Hадпись еще несколько мгновений висела, после чего сменилась статическим "снегом". Секунд через двадцать "снег" сменился кадрами программы передач. Присмотревшись внимательно, я понял, что они показывают вчерашнюю программу. Со вздохом я выключил телевизор. Черт, сегодня еще хуже чем вчера. Эта штука прогрессирует с ужасающей скоростью. Усевшись в кресло, с чувством ожидания самого худшего я открыл купленную сегодня утром газету. В последние несколько дней газеты стали редкостью и купить их становится все сложнее. Три дня назад я купил газету, открыв которую я обнаружил пустые листы внутри. Теперь я присматриваюсь к газете внимательней прежде, чем купить ее. Впрочем через несколько дней мне не придется заботиться и об этом - к тому времени они скорее всего исчезнут, да и деньги станут бесполезными. Просматриваю основные статьи в выпуске. Сегодня мне уже не бросается в глаза слова наподобие "ложить", "разгавор" и "Призидент", я привык. Читая статьи, я пытаюсь понять что же происходит в мире. Впрочем, мои наблюдения за последние несколько дней подтверждают мои опасения. Как я и ожидал в газете в основном пишется о том, что происходит в Москве. С тех пор как в газетах промелькнуло сообщение о том, что в Англии взорвалась атомная электростанция, в результате чего погибло много людей (сколько именно не сообщалось), количество информации о том, что творится во внешнем мире стало сокращаться с геометрической скоростью. Меня еще пока спасает кабельное телевидение и несколько иностранных каналов на нем. Hо даже CNN и NBC повторяют то, что творится на соседних каналах хаос. Я отложил газету и закрыл глаза. Сколько времени у меня еще осталось ..?

Джордж Райт

Ребенок Дороти Стивенс

Дон Стивенс встретил жену на выходе из клиники.

-- И все-таки это девочка! -- сказала она, глядя на мужа с лукавым торжеством.

-- Ну что ж, сделаем мальчика в следующий раз, -- несколько принужденно рассмеялся Дон. Он обнял ее за плечи, и они пошли к машине.

-- Я всегда тебе говорила, -- не успокаивалась она. -- Я знала, что это Кэти, с самого начала, а ты не верил.

-- Ну, дорогая, вероятность была 50%. Нет ничего удивительного, что ты угадала...

Юрий Нестеренко

Веревку приносите с собой

-Завтра, товарищи, вас будут вешать!

Вопросы есть?

-А веревку свою приносить, или профсоюз

обеспечит?

Анекдот советских времен

Странные вещи творятся у нас в пригороде, как говаривал герой одного мультфильма. Во всем мире людей доверчивых - и даже не очень доверчивых - обманывают и обворовывают. Hо, кажется, нигде, кроме как у нас, обворованные не встают грудью на защиту обворовавших. Hаш человек не только радостно несет деньги в МММ, но и потом, после крушения оного, требует от проклятого государства немедленно выпустить Мавроди и не мешать данному прогрессивному деятелю строить рыночную экономику. Hе только готов примириться с попытками очередных монополистов залезть не в чей-нибудь, а в его, нашего человека, карман, но и гневно клеймит "маргиналами", "неперебесившейся молодежью", "политическими демагогами" и как-нибудь похуже тех, кто с упомянутыми попытками мириться не желает.

Осипов Илья

Выстрел

Палец противника аккуратно двинул спусковой крючок и дёрнулся боёк.

Пока пуля двигалась по стволу, я думал: что же я могу сейчас сделать? Ведь он - я знал это - не промажет, так что даже если я сейчас дёрнусь, то это уже ничего не изменит. Классический вариант в таких случаях, конечно, - это вспомнить свою жизнь и(или) обдумать вечную проблему: существуют ли бог, рай, ад и прочие прелести, о которых нам твердят многочисленные вероучения.

Леди Миллисент Пинтюрк, именуемая в узком кругу «красоткой Милли», покоилась в кресле; одна в своем роскошном будуаре, обставленном изящной мягкой мебелью. Мягкий свет лился из-под искусно затененных ламп. Подле нее на маленьком столике стояло какое-то подобие большой куклы в пышных юбках.

Стены были увешаны акварелями в рамках. На каждой из них красовалась подпись: «Миллисент». Картины изображали романтические сцены в Альпах, на берегах Средиземного моря, в Греции и на острове Тенерифе. Еще одна акварель находилась в руках у хозяйки, которая изучала ее придирчивым взглядом мастера. Затем она протянула руку к кукле и коснулась невидимой кнопки. Кукла приподняла юбки, и под ними обнаружился телефон. Леди Миллисент сняла трубку. Ее движения, обычно столь грациозные, были несколько скованны, и эта напряженность, по-видимому, происходила от важности принятого решения. Набрав номер, она подождала, пока ей ответят, и твердо сказала: «Мне нужно поговорить с сэром Бальбусом».

На следующий день после аншлага в Большом и великолепно проведенной ПОПК, процедуры по отрешению правой кисти, от Сейсмовича ушла жена. Собственно, все вышло не потому, что теперь у него не было кисти, и не потому, что он не хотел идти в Минаним, а от взаимного удивления, что ли. Уход жены явился точной, хотя и сжатой копией той душевной бури, которую Сейсмович пережил непосредственно после ПОПК: обезболивания по протоколу не полагалось, однако умнейшая хирургическая машина все делала без боли, так что он не только не почувствовал ничего, но даже продолжал чувствовать свою отрубленную кисть. То же и с женой: в нынешних убывающих ощущениях Сейсмовича это был не уход как таковой — или, спаси Бог, развод, — а лишь временное физическое отсутствие.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Книга выдающегося экономиста ХХ в. Л. фон Мизеса, основателя неоавстрийской школы экономической теории представляет собой систематическое изложение эпистемологии, методологии и теории экономической науки от самых основ (теории ценности) до экономической политики. Всесторонне рассматривается как рыночная экономика, так и социалистическая, а также интервенционизм. Издавалась на английском, французском, испанском, итальянском, китайском, японском и румынском языках. Для экономистов, историков, социологов и политологов, а также для всех интересующихся экономической теорией.

Плесень на Землю занес Метеорит, и с той поры история планеты стала делиться на "до" и "после". Население практически полностью уничтожено. Грибок покрыл континенты, заразил моря и океаны. Стер с лица земли миллиарды людей. Немногочисленные группки счастливчиков бежали в космос или укрылись в убежищах. Но и это не стало гарантией выживания. Агрессивный инопланетный организм властвовал на Земле безраздельно — и, казалось, что так будет всегда, что в новом мире больше нет места человеку. Группа колонистов из Бастиона и спустя шестьдесят лет после Метеорита ведет борьбу за выживание. Рейдеры воюют с мутантами и одичавшими бродягами и не прекращают поиски тех, с кем можно было бы объединиться и начать все заново. Возможно ли? На переднем крае борьбы за будущее — рейдеры, хорошо обученные солдаты, работающие в опаснейших условиях вне Бастиона. Удастся ли им поверхнуть ход истории назад? Найдут ли других? Имеет ли вообще смысл сражаться, когда все потеряно?

В этой книге нет магических академий, благородных эльфов, вампиров любой разновидности. Также здесь нет темного властелина, конклава светлых магов, могучего и непобедимого "попадальца", который, вдруг, ни с того, ни с сего, стал Самым Крутым Героем. Нет здесь и стервозной ведьмочки с аналогичной судьбой. Более того, здесь не действуют благородные сотрудники органов госбезопасности, не призывают демонов, не поднимают мертвецов. В книге нет ни одного огненного или ледяного шара, здесь нет вурдалаков, вервольфов, оборотней, здесь никто не носит при себе килограммы золотых и серебряных монет. Данная книга не начинается грандиозной пьянкой в исполнении главного героя и не заканчивается исполнением всех его желаний. В ней нет звездных империй и гиперпространственных туннелей, древних инопланетных артефактов и коварных пришельцев-захватчиков. Данная книга не является в полной мере постапокалиптикой (хоть Апокалипсис в ней уже произошел), научной фантастикой (хоть включает определенные псевдонаучные моменты), не является фэнтэзи, крипто- или альтернативной историей (хоть и содержит определенные элементы этих направлений).

Это книга о жизни и смерти, о судьбе и любви. А еще о простых людях, которые просто исполняют свой долг.

Зачем нынешним кремлёвцам власть? Быть может, для того, чтобы упиваться господством над другими людьми? Но ведь нынешнее господство мнимо: они подчиняются воле других правителей, другой, враждебной нам цивилизации.

Или, быть может, власть нужна им для того, чтобы воплотить грандиозный государственный план? Создание нового царства. Сотворение небывалой культуры. Превращение многострадального русского народа в самый счастливый процветающий народ земли. Ничуть не бывало. Нет ни планов, ни образа будущего, ни сострадания и любви к народу, над которым волею случая они вознеслись.