И поднялось терние…

Первое место на «Золотом Скорпионе-3». Саспенс наизнанку. Рассказ родился из вольных размышлений над притчей о сеятеле.

Отрывок из произведения:

Ну что может быть лучше путешествия по тихой лесной речке? Я стоял на носу катера, и созерцал, как розовые облака отражаются в колышущейся глади, как стройные ивы клонятся к воде, как выглядывают белоснежные лилии из зелени у самого берега, – и вновь, словно мантру, повторял этот вопрос. Влажный воздух, трели цикад из прибрежных зарослей, монотонный шум мотора, тёплые поручни под ладонями: нет, лучше этой экспедиции у меня давно уже ничего не было.

Другие книги автора Юрий Валерьевич Максимов

В этой книге собраны триста изречений более пятидесяти святых из двенадцати стран мира. В их словах ответы на многие вопросы о том, что происходит с нами и нашими близкими. Святые показывают, как Божественная правда связана с нашей повседневной жизнью. Эта правда Божия преобразила миллионы людей и многих привела к святости и совершенству. Все изречения приведены в стилистике современного русского языка и доступны для самого широкого круга читателей.

Предлагаемая читателю книга представляет собой сборник статей, в котором автор, преподаватель Московской Духовной Семинарии Ю. Максимов, рассматривает современные реалии христианства и ислама с точки зрения православного богословия. Это первая книга такого рода, изданная в нашей стране после Октябрьского переворота 1917 года.

Сопоставляя священные тексты христианства и ислама — Библию и Коран, высказывания древних авторитетных мыслителей с той и другой стороны, аргументы современных апологетов, признания людей, перешедших из одной религии в другую, привлекая в общей сложности около двухсот источников, автор выстраивает исследование, уникальное по глубине проникновения в заявленную тему и сопутствующий материал.

Предлагаемый читателю сборник — удачный пример освещения многих проблемных вопросов хрнстнано-мусульманских отношений с точки зрения православного богословия. Прочитавший эту книгу сможет почерпнуть что-то новое, неизвестное прежде, что обогатит его представления как о христианстве, так и об исламе.

2479 год.

Контакт человечества с внеземными «братьями по разуму» состоялся.

Однако миролюбивые гуманоиды-сангхиты не просто намерены завязать с людьми дружеские отношения – они просят помощи.

Потому что сангхиты веками пребывают в рабстве у загадочной могущественной расы, обладающей даром телепатического воздействия на чужой разум.

Но стоит ли ввязываться в чужую войну?

Поначалу правительство Земли сомневается…

Однако вскоре людям становится ясно: следующими рабами станут они.

Остается только нанести удар первыми…

 В данном файле мы можем увидеть два рассказа разных жанров от молодых украинских авторов.

   В первом идёт речь о неком "звере" которого создал человек, и который губит сегодня многих из нас. Это его "жизнь" и наша смерть...

    Второй рассказ - это типичное городское фэнтези, но с ироническим уклоном.

Герои рассказов Юрия Максимова – с разных планет, из разных стран и времён, это храбрецы и трусы, борцы и предатели, ищущие Бога и отрицающие Его. Мир «Христианского квартала» непредсказуем, динамичен, опасен, но не хаотичен, потому что Творец, создавший Вселенную, помнит о каждом творении Своём и освещает его светом Своей благодати.

 

 

Юрий Валерьевич Максимов

 

ХРИСТИАНСКИЙ КВАРТАЛ

Дознаватель сбился с ног, «собирая» добрые дела своего подследственного.

ПРЕДПОСЛЕДНЕЕ ДОЗНАНИЕ

фантастический детектив

Содержание

Дело Сато

Дело Харчевского

Дело Феклиной

Дело Сато

– Все, что угодно, господин следователь. Я в вашем распоряжении. Из-под приопущенных ресниц она с хищным интересом наблюдала за симпатичным парнем в кресле напротив. Короткие русые волосы, прямые брови вразлет, гусарские усы, крепкий подбородок с ямочкой – все ладное, нос только, пожалуй, крупноват, – Расскажите мне о Мартине Сато. – Ах, Мартин! – она провела рукой по густой шерсти кота, будто пряча старческие пальцы. – Милейший человек. И я говорю это не потому, что он мне брат. Любой, кто знал Мартина, вам это скажет. В юности, правда, братец был несколько угловат. Но с возрастом прошло. Мартин перебрался в город, поступил в университет, закончил с отличием. Матушка им гордилась… Он всего в жизни добился сам, а на такое, согласитесь, не каждый способен…

21 декабря 2007 г. в Киево–Печерской лавре прошел Архиерейский Собор УПЦ МП, который принял новую редакцию Устава об управлении УПЦ. При этом члены Собора подчеркнули, что внесенные в Устав поправки «не касаются статуса Украинской Православной Церкви как автономной составляющей исторической Русской Православной Церкви». Многие восприняли это как хорошую новость, хотя при более внимательном изучении нового устава УПЦ становится очевидно, что восторги здесь преждевременны.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

Это уже вторая попытка скивра Грэфа захватить Пьеллу. Она ему удалась. И на обреченной Пьелле не осталось бы ни одного Прыгуна, если бы юный принц Аггерцед не напился и не проспал эксперимент.

— …Не хотите ли продать немного своего плохого настроения?..

— Чего?! — Андрей вытаращился на старичка, произнесшего эти слова.

Старичок склонил голову набок, отвёл взгляд в сторону и смущённо дёрнул плечами, словно и сам испытывал неловкость от сказанного им.

— Вы что-то сказали? — переспросил Андрей. У него ещё была слабая надежда на то, что старичок ответит отрицательно и услышанное можно будет отнести на счёт галлюцинаций или выпитой водки.

Инопланетный лес живет, дышит, воюет с собратьями, отстаивает свою территорию против космического вторжения…

Я взмахнул оттяпанной левой сиськой цыпочки-блондиночки. Края были неровными — когда я был ребенком, мамочка не удосужилась поставить мне на зубы пластинку.

Цыпочка всхлипывала, съежившись в углу комнаты, ее сказочное тело было спереди все в крови и требухе.

— А теперь, детка, — прокукарекал я, подцепляя ее бюстгальтер за глубокую чашечку, — поиграем в Давида и Голиафа.

Я засунул сырой комок грудной железы в левую чашечку и начал крутить дамской принадлежностью над головой, пока она не извергла свой жуткий снаряд. Он пролетел через всю комнату, подобно ядру, для того лишь, чтобы шмякнуться о дальнюю стену с омерзительным "блям!" и сползти по штукатурке на пол, будто слизень, оставляя за собой влажный след, но только кровавый. От него отделился бледно-коричневый сосок и упал на паркет с легким "тюк!".

Девушка прошла первой, поздоровалась и поманила рукой спутника. Я пригласил их в кабинет, извинился за беспорядок (стол был завален книгами, журналами и рукописями больше обычного) и попробовал угадать, зачем они пожаловали. Студенты? Но своих студентов я помню… Быть может, с другого курса, факультета?

Рассеивая мои сомнения, девушка сказала:

— Мы с физического отделения. Пришли вот к вам.

— Быть может, по ошибке? — спросил я.

После привычных блекло-серых, бесцветных и нагоняющих смертельную тоску холмов Безликой кипящая на полуденной жаре земная зелень вызывала резь в глазах. Я стоял неподвижно на краю шоссе и, вглядываясь в зеленый мир, щурился с такой силой, что даже стала болеть голова. Подошвы ботинок словно приварились к дороге, и мне казалось, что еще немного — и мои ноги пустят в асфальт корни.

Вдруг какой-то импульс прострелил мои мышцы. Я сорвался с места, зашвырнул далеко свою дорожную сумку и тут же ринулся сам вслед за ней в гущу травы. Но, сделав несколько яростных рывков, выдохся. Ноги опутала упругая паутина из стебельков и листиков; наконец, подавшись телом вперед так, что сохранить вертикальное положение уже было невозможно, я растянулся во весь рост и, должно быть, отшиб бы себе грудь и разбил лицо, если бы не тысячи маленьких зеленых пружинок, мягко сжавшихся подо мною.

Прендергаст, — отрывисто сказал Начальник Отдела, — сегодня, очевидно, возникнет вопрос с контрактом XB2832. Присмотрите за этим делом, хорошо?

— Разумеется, сэр.

Роберт Финнерсон умирал. Два-три раза в жизни ему казалось, что он вот-вот умрет. Он боялся и изо всех сил гнал эту мысль от себя; но теперь все было по-иному. Он не протестовал, потому что не было никаких сомнений в том, что время пришло. Но и сейчас он не мог смириться с неизбежным, хотя в глубине души ощущал, как приближается бессмысленная гибель.

Корабль приземлился на лугу в Нью-Джерси. Дверца открылась, и появился тощий человечек с сухим, как палка, телом. Вскоре появились армейские вертолеты и танки. Вверху по течению реки запыхтел эсминец. Но пришелец утверждал, что пришел с миром. Более того, он разбросал вокруг людей фитюльки со счастьем. Вскоре за счастьем хлынул людской поток. После капсулы человек чувствовал пресыщение и приятную одурь. Пришельцы набрали людей для строительства своего сооружения и раздали им необычные палки-стержни. И работа началась. Здание росло как на дрожжах. Но что же строят люди на свою беду?

© ozor

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Норман благословился на брак с Аделиной, самой великолепной женой, которой мужчина мог когда-либо желать. Совпадение взглядов, сходство индивидуальностей, характера. Но на их первой годовщине, когда он целует ее, то ощущает прокисший вкус и отвращение, и невольно оскорбляет ее. Аделина прощает его бестактность, но он начинает замечать другие вещи. Кто она, Аделина, в действительности?

Все мы – дети Ноя, так как пошли от детей Ноя, спасшихся с отцом во время Потопа, и мы расселились по всей Земле, во всех её уголках, даже труднодоступных.

В конце распрекрасного дня мистера Кетчума, пойманного за превышение скорости 15 МИЛЬ В ЧАС в Захрии, штат Мэн, привезли в захудалое поселение. Почему он не остался проводить отпуск в Ньюарке: спал бы все утро, ходил на концерты, ел, смотрел телевизор? Ибо ждет его наказание за нарушение Закона.

Другие названия: Дети Ноя

Сентиментально-сатирическое сочинение (Сюжетные совпадения с существующими событиями считать совершенно случайными).

Вся нижеописанная история – это чистейший вымысел, нет в ней ничего подлинного – ни имен, ни событий, ни исторических фактов, то есть вообще ничего кроме, авторской фантазии. Ну, а если это произведение чем то вдруг напомнит вам исторический рассказ (хотя дочитав его до конца, вы увидите, что оно нисколько его не напоминает), то это чистая случайность и прихоть автора, а впрочем даже и не прихоть, потому что автор вовсе не старался соблюдать какую либо определенную стилизацию или придерживаться исторической правды даже в основных деталях. Ничего даже отдаленно похожего не было с того самого момента, как рассказ был задуман, намечены его основные герои и события, и до того момента как была поставлена последняя точка.