Хромая судьба человека

Павел КУЗЬМЕНКО

Хромая судьба человека

Был Витя Цубербиллер...

И сразу сознаюсь, что все друзья, знакомые, литературные консультанты, да и чуть ли не сам Витя Цубербиллер уговаривали меня начать в традиционной форме русского сказочного вступления, а именно "жил-был". Но я решительно возражаю, срывая все и всяческие покровы: разве это жизнь?! Поэтому "был Витя". Впрочем, не исключено, что он и есть, и пребудет во веки веков, аминь.

Другие книги автора Павел Васильевич Кузьменко

Нет для человека приятнее занятия, чем посудачить о чужих романах, изменах и незаконных страстях. Особенно если дело касается персон известных. С древних времен слухи, сплетни о том кто на ком женился и кто с кем и кому изменил были оборотной стороной биографии любой знаменитости. Чаще всего официальные биографы стыдливо обиходили стороной все животрепещущие вопросы. В итоге, многие талантливые люди походят в них на неких бесполых идеальных существ. Но на самом деле они стаже ревновали, изменяли, предавали и страдали как и самые обычные люди…

Самые яркие и скандальные любовные треугольники русской истории собраны в этой книге. Поэт Некрасов соблазнил жену издателя Панаева, но никто не знает один ли он присвоил 85 тысяч рублей серебром или вместе с возлюбленной. А Зинаида Гиппиус и ее муж Дмитрий Мережковский только раз поцеловались — гораздо крепче их связала страсть к одному человеку — Дмитрию Философову. ОГПУ виновно в смерти Маяковского или его ценный сотрудник — Лиля Брик?

Павел КУЗЬМЕНКО

АХИЛЛ

На зеленом, еще не очень вытоптанном холме близ моря сооружали погребальный костер из целых кипарисовых стволов. По углам ставили расписные амфоры с вином и маслом. У жертвенника резали быков, коней и баранов. Великие вожди Агамемнон, Одиссей, Менелай и Аякс возлагали на последнее ложе мертвого Ахилла, непобедимейшего из героев. Плач и стенания разносились от моря до стана ахейцев.

У подножия холма стоял слепой Аэд и настраивал кифару, чтобы петь вечером на поминальном пиру и играх славословия могучему сыну Пелея и Фетиды, отныне покойному. Пока же Аэд был один. Прислушиваясь к доносимым ветром плачу женщин и хитроумной речи Одиссея на гражданской панихиде, он бормотал:

Пытаясь "закосить" от армии, несколько молодых москвичей укрываются в запутанных подземных лабиринтах пещеры, о которой ходят легенды в среде московских днггеров. И попадают в эпицентр бессмысленной братоубийственной войны, которая ведется в уродливом и нереальном мире, который никогда не видел солнечного света, но до краев переполнен ненавистью. В мире, в котором несколько десятилетий назад в результате научного эксперимента, поставленного ради Великой Победы, остановилось само Время.

Павел КУЗЬМЕНКО

Флуктуация

Пес-рыцарь Адальберт фон Цубербиллер получил специальной дубиной по голове и упал с лошади на коварное ледяное покрывище. При этом он успел подумать: о гнусные штеттинские халтурщики! Не шлем, а консервная банка, клянусь святым Онуфрием! Потом на него всей своей бронированной тушей села подраненная рыцарская кобыла, и Адальберт опять подумал: прощай, любимая Марта и очаровательные белокурые близняшки Брунгильдочка и Ригондочка, и замечательное поместье в 10 тысяч квадратных локтей на берегу хладноструйной реки. Сразу после этого треснул весенний лед, и черная вода Чудского озера растворила смертельную пасть.

Сборник, который вы держите в руках, - дань памяти замечательному американскому писателю и большому другу нашей страны Роберту Шекли (1928-2005). Его книги стали для отечественных фантастов настоящей литературной академией, в которой учат писательскому мастерству, тонкой иронии, безудержной фантазии и особому взгляду на мир.Фантастические рассказы, собранные в эту книгу, - не подражание произведениям мэтра. Это своеобразные дипломные работы, созданные писателями, окончившими «академию Шекли».

Павел КУЗЬМЕНКО

Экспериментум круцис

Сергею Семеновичу Колтунову, в недалеком прошлом кандидату биологических наук, исполнилось три дня. Этого срока вполне хватило, чтобы перестать недоумевать и смириться с фактом, что в новой жизни, после перевоплощения, С. С. Колтунов - мухомор. Обыкновенный мухомор с красной пятнистой шляпкой. Деться некуда - пришлось привыкать к новому состоянию и даже находить в том новые удовольствия. Осталась только легкая досада от того, что он так и не успел убедить коллегу Игоря Ивановича Брыкина в правильности основной позиции колтуновской диссертации, ее краеугольном камне, а именно в том, что подвид лосей, обитающий в их заповеднике, совершенно не питается пластинчатыми грибами, но только губчатыми разнообразит свой стол.

Павел Кузьменко

МУНДИАЛЬ

Второй раз на грешную поверхность я ступил, поднявшись со станции андеграунда "Ковент гарден" на одноименную площадь "Метрополитен сквер гарден".

В воздухе плыла взвесь сумерек. Фонари, светофоры и царапающие блики рекламы выкладывались в форме проклятия. Меня никто не ждал, хотя и никто особенно не протестовал. И одно небо, одно и то же небо над огромным городом что-то, кажется, обещало непугающее, небезысходное. В небо я всегда глядел умиротворяясь, и вам советую.

Павел Кузьменко

ЗАРЕ НАВСТРЕЧУ

И вот уже третий год подряд космический звездолет "Заре навстречу" настойчиво удалялся от Солнца. За это время романтическая надпись по его левому борту несколько поистерлась от столкновений с метеоритами, астероидами, мусором и прочей небесной мелочью, различались лишь отдельные буквы: "За...е...в...ечу", что несколько напоминало "Изувечу" и, во всяком случае, не обещало ничего хорошего. В космосе, как говорит опыт, нужно быть готовым ко всему.

Популярные книги в жанре Научная фантастика

На экране появилась яркая надпись: «6 часов 30 минут. Пора вставать», тут же продублированная громким равнодушным голосом прямо в ухо. Джон поморщился, нехотя сел на кровати, зевнул, глядя на экран, и начал медленно спускаться по лесенке со своего третьего яруса. Экраны на обоих нижних ярусах были еще темными - жена и сын вставали позднее.

Джон ступил на пол, и его экран тут же погас. Он протиснулся вначале в ванную, затем на кухню. Чашка кофе уже дымилась на выдвижном столике кухонного автомата. Джон высосал горячую, горьковатую и абсолютно невкусную жидкость, сплюнул осадок в предупредительно поднявшуюся навстречу раковину-плевку и боком-боком выбрался в коридор. Пора было одеваться и идти на работу.

Как говорит сам автор, идея этого рассказа пришла к нему в машине, когда он слушал прогноз погоды: что, если эти меняющие друг друга цифры были бы не градусами, а годами?Добро пожаловать в мир, где поворачивая ручку кондиционера, ты меняешь не температуру в комнате, а год, в котором ты живёшь…© leonka

Любой вам скажет, кого ни спроси, если он не закоснел в привычке смотреть одни и те же программы по одним и тем же каналам на одном и том же языке из одной и той же страны изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год… На чем я остановился? Ах да. Любой настоящий знаток и ценитель, чутко следящий за новинками стереовидения, скажет вам: истинная сила СВ в его неуловимости, постоянной изменчивости, вечном движении. Только вы подумали, что напали на нечто стоящее, и плюхнулись в кресло с кружкой пива в руке, как передача тускнеет, и вы остаетесь в дураках, увязнув в остатках некогда живого и яркого зрелища. Люди слабые скрипят зубами, пьют пиво и стараются не принимать этого близко к сердцу. Сильные же люди скрипят зубами, вскакивают и начинают переключать каналы. Они знают - гений СВ где-то здесь, он не умирает. Он только переходит из одного места в другое. И сильный не удовольствуется малым, он преодолеет все и найдет настоящую жемчужину. Но как легко, однако, забывается, что и эта передача может вскорости измениться. Да вы и сами не прочь забыть об этом ее свойстве, забыть и поселиться в ней навсегда.

Проснувшись, Артур отодвинул заслонку и снова залюбовался черным бархатом неба, на котором драгоценными камнями сверкали знакомые созвездия. Он впервые был в космосе. До этого парень только следил завистливым взглядом, как другие счастливчики взмывают прямо в синее небо.

Космодром компании был огромен, и десятки ракет каждый день стартовали и садились на нём.

Артур помогал отцу готовить корабли к запуску. В свободное время он мог часами наблюдать, как прогревает дюзы пузатая коммерческая «Матильда» или как резво стартует его любимица, гоночная ракета «Бристоль». Для беспечных пассажиров, гуськом поднимающихся по трапу, все ракеты были, наверно, одинаковыми. Артур же, все детство проведший на космодроме, различал планетолёты не хуже, чем хохлатка различает своих цыплят.

Под монолетом тянулись ковыльные просторы, застывшие волны заповедной степи. Впереди, прямо по курсу, угадывался синий лес, тяготеющий, судя по карте, к Днепру. Изредка под аппаратом неторопливо проплывало озерцо, окаймленное камышами.

Полтора часа назад Забара был еще на испытательном полигоне Зеленого городка. Даже не верится… Не верится, что впереди – несколько дней отдыха, и море, и пальмы, и яхта-амфибия, и…

Забара живо представил себя шагающим по пышной весенней земле. Вокруг степные маки и васильки, затерянные в море разнотравья, голова кружится от горчащего аромата молодого ковыля. Пожалуй, на обратном пути он опустится здесь, надо только точку нанести на карту. Искупается в озерце, вырежет камышовую дудку.

Его звали Ян Тайли, и он был человеком, который убил за улыбку. Во всяком случае, он сам так себя называл, и никто не расспрашивал, почему – некоторые считали его сумасшедшим, а остальным было недосуг. Мало ли, что он имеет в виду – многие ведь говорят, что способны убить за улыбку. Любимой, матери или ребёнка. Только вот одно дело – быть способным, а убивать – совсем другое.

И потом, есть ведь ещё разница – кого.

И есть разница – за чью.

Оказывается, что машина времени была изобретена не один раз - в разные времена и в разных странах. Но упоминаний об этих изобретениях на страницах истории нет. Почему? Ответ на эту вопрос дает Владимир Малов в своей повести «Открытие Америки».© dukeПовесть из сборника "Фантастика 2009"

Космос Аластера Рейнольдса – «британского Хайнлайна» – не ласков к тем, кто расселился по нему за несколько столетий, преодолев земную гравитацию. Здесь бушуют «звездные войны» между непримиримыми фракциями, на которые раскололось человечество. Здесь плавящая чума – мутация наномеханизмов-вирусов – привела в полнейший упадок высокотехнологичную колонию, достигшую благодаря этим же вирусам невероятного процветания. Здесь подстерегают добычу пиратские корабли с экипажами из генетически измененных животных, а торговцы-ультранавты – люди, добровольно превратившиеся в киборгов, – охотно возьмутся добыть для богатого сноба-коллекционера живое инопланетное чудовище…

Тринадцать мастерски написанных повестей и рассказов, тринадцать новых фрагментов гигантской таинственной мозаики, имя которой – «Пространство Откровения».

Большинство произведений, вошедших в эту книгу, на русском языке публикуются впервые.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Кузьмин А. Г.

Откуда есть пошла Русская земля. Века VI-X. Кн. 1.

ПРЕДИСЛОВИЕ

"Откуда есть пошла Русская земля?" Почти тысячу лет назад этим вопросом задался один из первых летописцев, составляя "Повести временных (т. е. минувших) лет". Летописец жил в Киеве, отождествлял себя с потомками издавна проживавшего здесь племени полян, которых и считал собственно "русью"*. Он пересказал предания о том, как теснимые волохами славяне, и в их числе поляне-русь, покинули Норик - римскую провинцию, расположенную между верховьями Дравы и Дунаем по соседству с Паннонией (нынешняя Западная Венгрия). Славяне разошлись по разным землям и обосновались на новых местах. Поляне-русь при этом заняли лесостепную область в Среднем Поднепровье. Когда это было, летописец не знал. Не пояснил он и того, кто такие волохи, поскольку современники его и так знали, о ком идет речь.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Откуда есть пошла Русская земля. Века VI-X. Кн. 2.

"Откуда Русская земля стала есть?" Именно этими словами древнейший летописец определил важнейший в его понимании рубеж: устроение Русской земли, создание Древнерусского государства на Днепре.

Со школьной скамьи в нашем сознании откладывается противоречивый образ "государства". Мы помним, что государство - это "машина угнетения", что оно инструмент в руках господствующего класса, и народу постоянно приходится воевать за то, что у него некогда было и утратилось с его возникновением: свободу, равенство. Но обычно одновременно с государством складывается и народность, народ как таковой. Наши симпатии всегда на стороне народа, борющегося за свои права в рамках государства, и мы неизменно солидарны с ним, когда он, защищая это государство, борется с каким-нибудь иноземным вторжением.

Александр Кузьмин

Проигрыш чемпиона

Шлюз барокамеры за мной закрылся. Включились объективы внутреннего обзора и микрофоны звуковой связи. В операторской было светло и тихо.

- Привет, громила Масс.

Динамики долго не издавали ни звука, слышался лишь легкий фон.

- Чего молчишь-то? Как дела? - спросил я обычно разговорчивого Масса.

Он ответил вяло: - Так себе...

Правильно делают, вводя этим роботам эмоциональный комплекс, благодаря ему нам легче работать.

Евгений Кузьмин

Вступительная статья

к сборнику романов Э.С.Гарднера

Творчество выдающегося американского мастера детективного жанра Эрла Стенли Гарднера (1889-1971) у нас еще не так хорошо исследовано, как, скажем, творчество Агаты Кристи или Жоржа Сименона. Между тем, книги Гарднера, переведенные более чем на 30 языков, очень популярны во многих странах мира, а в Никарагуа в честь главного персонажа романов Перри Мейсона была даже выпущена почтовая марка.