Хозяйка Талеи

Века прошли с той поры, когда взбесившаяся природа и отвернувшиеся от человечества боги разрушили прежнюю цивилизацию. Лишенные доступа к магическим технологиям, люди стремительно деградировали, скатываясь в варварство. Одним из немногих спокойных мест стала Талея. Великий правитель этого герцогства сумел удержать власть над землями, а его потомки расширили границы своих владений и сейчас правят сильнейшей страной ойкумены. В число их подданных входят и восставшие — ночные охотники, кровососы, верные палачи и убийцы.

Однако королевская власть слабеет. Феодалы погрязли в междоусобицах, на престол воссел бездарный правитель, поднимают голову религиозные культы. Селеста, глава восставших, чувствует приход неизбежных перемен…

Отрывок из произведения:

Комната, погруженная в тишину, будто хранила эхо только что отзвучавшего голоса. Хрустальные переливы тихого шепота, казалось, навеки застыли в вечной тьме, еле разгоняемой пляшущим танцем огонька в камине. Это место давно не знало солнечного света. С тех пор как древние строители закончили свою работу и ушли, сюда редко спускались люди, если же приходили, то ненадолго. Потом нужда в нем отпала, и помещение забыли, оставив на долгие годы в полной власти крыс и мокриц.

Другие книги автора Роман Г. Артемьев

За все надо платить. За возможность достойно жить – потом и кровью, за силу и ловкость – болью в натруженных мышцах и временем, за власть и славу часто расплачиваются душой. Что отдаст человечество за возможность стать чем-то большим? Не слишком ли велика окажется цена? Выживет ли род людской, столкнувшись с совершенно отличным от своего разумом?

Герой книги не хотел ни богатства, ни власти, ни силы. Он просто жил, как живут обычные люди. Случайная встреча с враждебными чужаками нарушила привычное существование, заставив принимать решения, еще вчера казавшиеся слишком сложными. Теперь он, к собственному удивлению, воин. Впрочем, враждебны ли пришельцы? И кто опаснее – убивающие людей чужаки или люди, волей судьбы получившие часть чуждых способностей?

Наконец-то закончил. Осталось просмотреть весь текст, внести правки по полученным комментариям и можно отправлять в издательство. Спасибо всем, кто ждал.

Мир, из которого ушла магия. Люди, превратившиеся в нелюдь. Разрушенная цивилизация и обычный человек, наш современник, попавший в чужое тело волей то ли богов, то ли экстрасенса-неудачника. Что его ждет? Дневки в канализациях, страх не проснуться – вечером, безумие, ежеминутно подтачивающее сознание, угасающие эмоции, ненависть живых…

Если весь мир против тебя – меняй правила игры. Найди верных друзей, построй дом и заставь судьбу подчиниться. Пусть не сразу, пусть медленно, как червь, но ты должен двигаться только вперед.

Вот уже две тысячи лет, как их считают подонками. Отбросами приличного общества, незнакомыми со словом «честь», нарушившими древние законы собственной расы. И считают во многом справедливо — ведь эльфы, воздевшие стяги Тьмы, действительно живут не по тем правилам, что являются единственно верными для их светлых братьев. Зато они побеждают там, где пасуют остальные. Дроу, беловолосые демоны, с первых столкновений становятся для врагов символом ужаса, смерти и боли. Но так ли верно все, что о них рассказывают? Разве может смысл жизни разумного существа заключаться в вечной войне? Наверное, нет.

Отец — воин, мать — шаманка, дочь — жрица богини. Триста лет истории Темного Леса, показанные на примере жизни обычной семьи.

Горьки плоды войны. Человечество, разделившееся на людей и псионов; мир, едва оправившийся после Вторжения чужаков…

Казалось, что развитие целительства и совершенствование пси-технологий позволит нашей цивилизации измениться и окрепнуть. Однако теперь, после утраты общего врага, старая вражда народов вернулась в мир, а появление людей со сверхспособностями радует далеко не всех. И по улицам крупных городов ходят таинственные существа, одержимые идеей истребить всех псионов на планете. Настали тяжелые времена, времена, заставившие вновь взяться за оружие в борьбе с новым, коварным и безжалостным врагом: таинственной третьей силой.

— Святая Церковь очистила Ниелгамон триста лет назад. Всем казалось, что проклятый город навсегда перестал осквернять взоры Всевышнего, братья-ревнители хорошо потрудились. Сначала уничтожили магическую защиту, наложив святое проклятие на окружающие земли, затем снесли все постройки Истинной Яростью, а под конец наложили Печать Перехода. Живые существа после такого выжить не могут, поэтому про город забыли. Слухи гласили, что в городе спал какой-то демон, но он никак себя не проявил. Поэтому святые воины оставили предупреждающие знаки, что земля подвергнута очищению, и сочли свой долг выполненным. Однако теперь нам кажется, что Коллегия Ревнителей поторопилась с выводами.

Традиционно люди считают себя венцом эволюции. Единственными существами, получившими разум. А если кое-кто придерживается другого мнения? Причем по обоим пунктам?

Желание некоего мага обрести покорного и сильного раба исковеркало судьбу героя этой книги. Теперь бывшему человеку приходится жить среди нелюди, отчаянно сражаясь за место в новом мире, с трудом постигая чуждые обычаи и законы. Заключенный договор накрепко связал существо, не успевшее получить от создателя название, и клан лисиц-оборотней, лишившихся дома. Они помогут ему отомстить… И, быть может, подскажут – стоит ли жить дальше.

Это сборник рассказов с сайта автора на январь 2016 года

Популярные книги в жанре Фэнтези

Во дворце было тихо. Сквозь витражи узких окон, достающих почти до свода парадной залы, пробивались цветные солнечные зайчики. Они беззвучно суетились на полу из полированного камня, временами то исчезая, то появляясь снова.

Олли Виндибур задумчиво прохаживался взад-вперед, почему-то стараясь не наступать на блики. Мысли были не слишком веселые, как, впрочем, и воспоминания. После того, как погиб старый Брю, прошло почти полгода, а боль от этой потери все не хотела затихать.

Огонек самокрутки вспыхнул, осветив морщинистое лицо старого Юстаса. Дрожащий язычок пламени отразился в выпученном левом глазу, пустом и бледно-сером, как сваренное вкрутую яйцо.

— Ах ты зараза! — Юстас дунул на цигарку.

Обрывок тлеющей бумаги оторвался и, подхваченный ветром, закружился над маслянисто-черной водой реки. В ответ на противоположном берегу мигнул кормовой фонарь угольной баржи.

— За это я и ненавижу Кьеркегора, — сказал Юстас. — Не горит — не теплится, только махорку зря переводим.

— Три миллиона жизней — это плата за независимость?! — взревел телевизор.

Грегори поморщился. Чертова реклама.

— ДА! — экран источал плазменное сияние и религиозную харизму. — За независимость от лишнего веса! Сертифицированные продукты марки Реунион…

Где же этот проклятый пульт? Грегори залез под стол целиком, вытянул руку. Мурр. Пальцы уткнулись в теплое и мягкое.

Грегори просунул руку под брюхо кота и дотянулся до пульта.

Разверни пакет, там овощи и вино.

Купи сыра.

Французского рокфора с едким раздражающим запахом.

С мягким влажным вкусом.

Ешь.

Пей вино.

Би-Джей Блазковиц открывает глаза и думает: ма-за-фа-кер. Вот так, с русским акцентом. Или со славянским. Его папа приехал из какой-то славянской страны, так что теперь стальное жесткое «р» и это «мазафа-керрр» отдает привкусом родины. Которую он, само собой, никогда не видел. Да и в этот раз, похоже, не увидит. Би-Джей говорит: Боже правый, спаси и сохрани. Выуживает из ворота куртки крестик и целует. Его церковь — это восточная церковь, на кресте голый мужик, раскинувший руки в последнем «прости». У человека длинное тощее тело, ноги, пробитые одним римским гвоздем (хотя это как раз по-еврейски, католики прибивают двумя) и острое измученное лицо. То есть, лица почти не разобрать — оно сделано грубо, едва намечено — и именно поэтому Би-Джей его отчетливо видит. Босоногий Богосын смотрит на Би-Джея сквозь вспышки разрывов, сквозь гул двигателей С-47, сквозь скрежет и скрип дюралюминиевой обшивки, сквозь сопение и пердеж парашютно-десантников. Глаза у человека голубые и спокойные. Держи крепче свою задницу, капрал, — говорит человек. Разрывы звучат один за другим. Когда Би-Джей цепляет взглядом окно, там виден острый луч прожектора, несколько других С-47 и сотни разрывов в воздухе. Ну, может десятки. Хрен его знает.

Старый город стоял на старой реке: Висцезан-на-Элде.

Прежде море было ближе. Торговля была прибыльнее. Город торговал лесом с гор: бревна сплавляли по реке к причалам, где перегружали на баржи. Топляк сбивался на отмелях, появлялись новые мелкие протоки, их берега заболачивались. Потом с болот налетели мелкие враги — гудящие москиты и принесли с собой лихорадку.

Лес кончился. Невысокие холмы с каждым годом становились ниже, наносы — выше, болота зарастали кустарником, и маленький Корианф южнее по побережью, на речушке Илц, выстроил свои причалы и перехватил торговлю. Там торговали вяленой рыбой, коврами и цветными тканями, кованой бронзой и кожей, амулетами, винами, зерном и пивом с солнечного Востока.

Роджер Желязны, Роберт Силверберг, Клиффорд Саймак… мастера классической англоязычной фантастики вообще отличались умением «играть» жанрами и создавать из них поистине «гремучие» смеси.

Однако многогранность таланта Л. Спрэга де Кампа, «выпущенного» в большую литературу Д. Кэмпбеллом и ставшего популярным уже в конце 1940-х, потрясает даже в контексте подобных сопоставлений. «Традиционная» научная фантастика и «альтернативная история», «путешествия во времени» и продолжения «конан-варварского» цикла, фэнтези, иронические фэнтези и произведения, в которых традиции научной фантастики и фэнтези переплетены причудливо и тесно, — литературному дару Спрэга де Кампа, в 1978 году удостоенного звания Великого мастера, подвластно было ВСЕ…

Перед вами один из лучших циклов писателя, романы «Королева Замбы», «Поиски Зеи», «Башня Занида».

Дорога неровной лентой уносилась за горизонт.   Размеренно и тихо звучал двигатель тягача международных перевозок. Скрывая в своей кабине сердце этого трейлера - того, кто управляет им и ведет в нужную точку мира. Облокотившись на руль и уставившись в ленту дороги, Файл впал в свои размышления.  Вот уже в который раз его оставляют без выходных, а что говорить об отпуске? Пока есть бардак в базе, где он приписан, ни о каком отпуске и разговора-то не может и быть. Хотя он неоднократно и напоминал о нем. Да что толку! Ответ всегда звучит один и тот же: подожди, еще один рейс, потерпи немного.     

«…Во время Второй Великой Войны Райленд, недавно получивший лук и колчан стрелка, сражался против демонов в союзе с горцами, несколько раз был ранен, но вновь присоединялся к одному из отрядов. Несколько лет спустя он дал клятву верности барону Эмри, а после его женитьбы на герцогине Верциллинской был произведен в следопыты — элиту имперских войск. И теперь он должен был доказать, что достоин столь высокого знания, должен оправдать доверие Императора…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Здесь кофе бывает трех видов – сладкий, средний и несладкий. Здесь жених не догадывается, что приехал на собственную свадьбу. Здесь нельзя предсказывать погоду и строить планы даже на ближайшие пять минут. И здесь есть всё, кроме чужих людей и одиночества. Это роман о дружбе и верности, терпении и прощении, радости и горе, о времени и судьбе.

В 1911 году богач и ценитель прекрасного Николай Зосимов решает во что бы то ни стало заполучить в свою коллекцию «Джоконду» – самую известную картину Леонардо да Винчи. Беда только в том, что картина не продается: она выставлена в Лувре и является национальным достоянием Франции. Но разве это препятствие для страстного коллекционера? Конечно, нет! Зосимов нанимает виртуозного мошенника Михаила Голицына и приказывает ему выкрасть шедевр. Голицын прибывает в Париж, долго и тщательно готовится, а когда во всеоружии заявляется в Лувр, обнаруживает, что кто-то его опередил: «Джоконда» похищена буквально несколько часов назад…

В книге излагаются результаты разысканий автора по истории русской агиографии ХIV—XVI вв., касающиеся малоизученных или спорных проблем этого важного направления исследования культуры Русского Средневековья. Разделы располагаются в хронологическом порядке.

Ранняя московская агиография рассматривается в Главе I. Акцент сделан на вопросах атрибуции и датировки различных редакций Жития митрополита Петра и Жития митрополита Алексия.

Две главы (вторая и восьмая) посвящены сюжетам, связанным со Сказаниями о чудесах от чудотворных икон. Повесть о Темир–Аксаке является частью популярного цикла рассказов о чудесах от Владимирской иконы Божией Матери и повествует о походе завоевателя Тимура на Русь в 1395 г. Несмотря на то, что Повесть давно является предметом изучения, в научной литературе высказаны различные, порой взаимоисключающие точки зрения на происхождение редакций и их датировку. В настоящей работе с помощью стилистического анализа выявлен первоначальный вариант Повести и определен его автор, каковым оказался известный писатель–агиограф и историк Епифаний Премудрый. Памятник публикуется нами по древнейшему выявленному списку из собрания Н. П. Лихачева. Определяется происхождение также последующих редакций XV в., важнейшие из которых я атрибутирую Пахомию Логофету. В Приложении издается текст Пахомиевской редакции по Софийскому списку № 1389.

С.А.Зеньковский. Русское Старообрядчество. Духовные движения семнадцатого века

Приводится по изданию: Зеньковский С. Русское старообрядчество: Духовные движения XVII века. Mьnch., 1970. (Forum Slav.; T. 21); 1995

Автор, основываясь на документальном материале, исследует причины, приведшие к разделению единой Церкви на никониан и староверов, а также последствия этого разделения для Русской Православной Церкви и России.

В эту книгу вошел полный текст знаменитой работы известного историка и филолога, профессора университета Вандербилта Сергея Александровича Зеньковского. Русский читатель знаком только с первым томом этого исследования, опубликованным при жизни автора. Второй том - XVII-XIX века - остался незавершенным и был подготовлен к печати уже после кончины Сергея Александровича.