Хорошую историю жалко обрывать (интервью)

Юрий БРАЙДЕР, Николай ЧАДОВИЧ

"ХОРОШУЮ ИСТОРИЮ ЖАЛКО ОБРЫВАТЬ"

На вопросы читателей отвечают известные белорусские писатели Юрий Брайдер и Николай Чадович

- Обычно соавторам задают вопрос - как вы пишете вместе... Позвольте вас спросить, а почему вы пишете вместе? Неужели поодиночке не получается? (Ю. Калачев, Барнаул)

- Во-первых, вопрос поставлен неправильно. Так ведь можно спросить любого писателя: а почему ты пишешь один, а не в соавторстве? Творчество - штука настолько тонкая, что результат трудно предсказать - вне зависимости от того, сколько людей работают над "продуктом". А во-вторых, именно в фантастике, как нам представляется, наиболее плодотворно работать вдвоем: когда создаешь воображаемые миры, одному трудно уследить за логикой, непротиворечивостью, да и просто за всеми сюжетными линиями. Тут как раз и проще ловить друг у друга противоречия и несообразности. Неудивительно, что в эпоху так называемого Золотого века нашей фантастики почти все лучшие фантасты работали в соавторстве - братья Стругацкие, Войскунский и Лукодьянов, Альтов и Журавлева, Емцев и Парнов и т.д. Ну и, в-третьих, так сложилось, что мы всегда пишем вместе - это судьба, а от судьбы не уйдешь.

Другие книги автора Николай Трофимович Чадович

ДЭВИД БРИН. ДЕЛО ПРАКТИКИ

Модель мира, придуманная Д. Брином, удивит даже самых искушенных знатоков фантастики.

Дж. Дж. ХЕМРИ. ЕСЛИ ЛЕГОНЬКО ПОДТОЛКНУТЬ…

Отправляемые на Марс исследовательские аппараты гибнут один за другим. В чем причина? Вы не поверите…

Василий ГОЛОВАЧЕВ. НЕВЫКЛЮЧЕННЫЙ

Героя рассказа постигает странная форма амнезии: из его памяти исчезают книги, знаменитые актеры, исторические персонажи и целые государства.

Фред САБЕРХАГЕН. ОБМЕН РОЛЯМИ

«Наш» агент отправляется в Лондон XIX века, чтобы нейтрализовать вражеского андроида, угрожающего будущему всего человечества.

Бен БОВА. ВОПРОС

Ни одна угроза инопланетян не смогла бы привести человечество в такое смятение, как это мирное предложение…

Эдуард ГЕВОРКЯН, Николай ЮТАНОВ. НИЩИЕ ДУХОМ НЕ СМОТРЯТ НА ЗВЕЗДЫ

Грозит ли нам вырождение, если мы забудем о космической миссии человечества?

Михаил ЮГОВ. ЭЛЕМЕНТАРНО, ВАТСОН?

О феномене Шерлока Холмса рассуждает психолог.

ВЛ.ГАКОВ. ВОСХОЖДЕНИЕ ДЭВИДА БРИНА

Знаменитый фантаст до сих пор сожалеет, что не стал ученым или инженером.

БАНК ИДЕЙ

Фзнтезийная задача оказалась неожиданно трудной для участников традиционного конкурса.

Юрий БРАЙДЕР, Николай ЧАДОВИЧ. «ХОРОШУЮ ИСТОРИЮ ЖАЛКО ОБРЫВАТЬ»

На вопросы читателей отвечают известные белорусские писатели Юрий Брайдер и Николай Чадович.

ПОЛЕМИКА

У читателя есть претензии к нашему автору… У автора — к читателю!

КУРСОР

Что еще новенького в мире фантастики?

РЕЦЕНЗИИ

Что еще новенького в книжном море?

ПЕРСОНАЛИИ

Специально для любителей подробностей.

Знаете ли вы, как нужно правильно сражаться с демонами и бесами, стремящимися прорваться в наш мир из самой преисподней? Только не улыбайтесь, думая, что эти знания вам никогда не пригодятся. И радуйтесь представившейся возможности их приобрести – ведь если бы ими был заранее вооружен бывший спортсмен, а ныне тихий алкоголик Федор Синяков, когда отправился выручать угодившего в дисбат сына, то ему пришлось бы гораздо легче…Но неутомимый Федор Андреевич, завязав с пьянкой и вспомнив изрядно позабытые навыки боевых единоборств, при помощи юной ведьмочки Дарьи и ее сурового братца, комбата Дария, и так нанес ощутимый урон планам распоясавшейся нечисти и стоящих за ней таинственных Сил…

Странствия по мультивселенной привели Артема в странный город Дит, где все живут в страхе перед пришельцами Изнанки. Мир сотрясают страшные катаклизмы, вырывающие куски мира, заменяя их кусками из прошлого и будущего планеты. Мир, оказывающийся родиной Предвечнцых? Фениксов, отправивших Артема по Тропе?

Содержание:

Ю. Брайдер, Н. Чадович. Бастионы Дита (роман), стр. 5-358

Ю. Брайдер, Н. Чадович. Мёртвая вода (рассказ), стр. 359-404

Ю. Брайдер, Н. Чадович. Опасное лекарство (рассказ), стр. 405-434

Ю. Брайдер, Н. Чадович. Планета Энунда (рассказ), стр. 435-454

После травмы у милиционера Кулькова ослабло зрение, но чрезвычайно обострилось обоняние. Он стал различать тончайшие запахи. Вначале эта его новая способность доставляла ему множество неприятностей, но затем он свыкся с ней и даже научился её использовать.

Ватага — так называют себя люди из провинциального городка Талашевска, объединенные общим желанием выжить в кошмаре страшного катаклизма, где смешались все времена и страны. Путешествуя из мира в мир, герои доходят и до вожделенного Эдема, оказавшегося на самом деле не таким уж райским местечком, и до Будетляндии, обитатели которой перешагнули в счастливый двадцать второй век, но, полностью лишив себя агрессивности, оказались беззащитны даже перед дикими кочевниками. И повсюду преследуют ватагу главные силы зла — коварные и безжалостные аггелы, и жестоким схваткам с ними не видно конца.

Популярные книги в жанре Публицистика

Дамы и господа, «Спутник и Погром» продолжает писать о Донбасской войне — завершив публикацию цикла статей «Крепость Славянск» об обороне легендарного города весной и летом 2014 года, наш штатный военный историк Евгений Норин (известный вам, прежде всего, по материалам о Первой мировой), представляет вашему вниманию двухсерийный боевик о чудовищном по современным меркам сражении под небольшим городком Иловайском, что в окрестностях Донецка, где в августе и начале сентября силы ДНР зашили значительную группу украинских войск в так называемый «котел», который после длительных боев был ликвидирован. Противостояние в Иловайске является, вероятно, не только самым ожесточенным и кровопролитным эпизодом Донбасской войны, но и самым резонансным — известное обращение Владимира Путина к ополченцам 29 августа об открытии «гуманитарного коридора» для украинских военных и «добровольцев» относится именно к Иловайской битве.

В тексте ниже мы постарались описать события августа-сентября 2014 года максимально отстраненно, вне какой-либо идеологической повестки, рассматривая бои при Иловайске исключительно как эпизод войны во всем его развитии и динамике.

«Плод разгоряченного воображения юного Шиллера, еще не знавшего ни драматического искусства, ни света, ни людей, несмотря на блистательные красоты, всегда довольно чудовищный, дается на русской сцене – в сокращенном виде!..»

«Я нашел такую перетасовку целых партий и лиц, что до сих пор не могу ориентироваться или опознаться, – не могу даже отыскать до сих пор многих моих приятелей. Некоторые из них, которых я отыскивал долу, очутились горе, на высоте недосягаемой, – некоторые, на которых я смотрел до сих пор как на своего брата-прапорщика, теперь глядят почти генералами, так что вселяют даже нечто вроде страха и робости. Вкусы переменились значительно. Что прежде претило, то уже не претит…»

«В некоем царстве, в тридесятом государстве жил-был военный госпиталь, что говорится, процветал. Больных в приходе было очень много, и больные мерли исправно и быстро, но память об них не вдруг умирала, и еще долго после смерти они продолжали жить в расходных книгах аптекаря и эконома, – даже нередко, по предписанию доктора, переводились в разряд „слабосильных“, то есть требующих для себя пищи более укрепительной – более ценной…»

«Недоразумениями, сказали мы, обставлен каждый шаг путешественника по России. Недоразумения пестрым роем вьются около него и в то время когда он скачет в почтовой русской телеге, и когда плывет по русским рекам в выписанном из Англии пароходе, одним словом – всюду и всякий раз, как приходится ему, столичному жителю, соприкасаться с губернскою, уездною и сельскою жизнью, переноситься из одних слоев атмосферы в другие, из высших в низшие и обратно, и свои теоретические выводы и умозаключения поверять о правду русской действительности…»

«Содержание пиесы Пикара, впрочем презабавное, слишком скудно для комедии в пять актов; его было бы достаточно для водевиля или маленькой комедии в стихах; это веселая шутка, довольно игриво исполненная, но чрезвычайно растянутая сочинителем и прекрасно переведенная покойным А. И. Писаревым. Пиеса вообще была разыграна довольно удачно; молодого адвоката, вместо г. Мочалова, играл г. Ленский недурно…»

«Желая сколько-нибудь пособить объяснению некоторых малопонятных слов, выражений и названий в книге: «Урядник сокольничья пути», относящихся к соколиной охоте с хищными птицами, ныне приходящей в совершенное забвение, я предлагаю мои примечания на вышесказанную книгу и расскажу все, что знаю о соколиной охоте понаслышке от старых охотников и – как самовидец…»

«На лестные отзывы о моей книге, появившиеся в «Москвитянине», «Современнике», московских и петербургских «Ведомостях», я могу отвечать только благодарностью, но замечания охотника я должен или принять, или опровергнуть и потому спешу отвечать почтенному рецензенту-охотнику, напечатавшему в 8-м № «Москвитянина» свой благосклонный отзыв о моих «Записках ружейного охотника»: все его замечания принимаю с благодарностью, но считаю за нужное прибавить несколько объяснений и возражений…»

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Петр Евсеевич Брайко

Партизанский комиссар

Документальная повесть

Рецензенты:

И. Я. Жученко, кандидат исторических наук,

И. Г. Старинов, кандидат технических наук.

В работе над книгой принимала участие

Оксана Семеновна Калиненко

В документальной повести Героя Советского Союза, бывшего командира полка в прославленном соединении С. А. Ковпака, рассказывается об одном из организаторов партизанского движения на Украине в годы Великой Отечественной войны против немецко-фашистских захватчиков - легендарном комиссаре партизанского соединения Герое Советского Союза Семене Васильевиче Рудневе, о его боевых делах во время рейдов по тылам врага. Автор показывает С. В. Руднева как человека большой души, стойкого бойца ленинской партии, талантливого воспитателя молодежи.

Б.Брайнина

Человечность нового мира

Все, как всегда, в рабочем порядке: стопы книг, аккуратно сложенные листы бумаги, карандаши и ручки, зеленоватый свет лампы.

Федин показывает мне только что полученные переводы романа "Города и годы" из Испании, Италии, Японии, Вьетнама, Монголии*. Он проводит ладонью по суперобложкам книг, будто пожимает руки зарубежным друзьям.

______________

* Роман "Города и годы" переведен на двадцать иностранных языков, на многих из них он издавался неоднократно.

Поппи З. Брайт

Вкус полыни

- За сокровища и удовольствия могилы, - сказал мой друг Луис и поднял бокал абсента в пьяном благословении.

- За похоронные лилии, - ответил я, - и упокоенные бледные кости.

Абсент ожёг мне горло своим ароматом - запахом мяты, запахом лакрицы, запахом распада. Полсотни бутылок запретного ныне зелья, извлечённые из семейного склепа в Новом Орлеане, стали одной из приятнейших наших находок. Перетащить их все оттуда было нелегко, но с того момента, как мы научились ценить вкус полыни, опьянение зелёным напитком не покидало нас, и кое-что ещё оставалось на будущее. Череп лежавшего рядом главы семейства мы тоже прихватили с собой; теперь он был заточён в бархатной темнице нашего музея.

Куpт Бpанденбуpгеp

Русская м@фия

Санкт-Петеpбуpг - главный гоpод pусских хакеpов. Они взламывают все - даже компьютеpы "Майкpософт".

Половина пятого вечеpа, на улице уже темно. Сеpгей, по пpозвищу Скиллеp, сидит за pулем своей стаpой "Лады". Мы едем по длинным плохо освещенным улицам, мимо нас течет поток людей, пpобиpающихся сквозь снежные сугpобы домой. Hазвания улиц отсутствуют, табличек с номеpами домов и кваpтиp тоже нет. Задние двоpы в это вpемя дня пустуют. За обледенелыми стеклами окон не видно ни души. В момент, когда Скиллеp уже совсем было собpался повеpнуть домой, пеpед нами неожиданно выpосла нужная нам фигуpа. Аpкеной, он же Алекс Смиpнов.