Хлам и damon ада

Лукин Сергей

Старое. Hасобирал из кусков, что были набиты. _________________________________________________________

ПОШИВ ЧЕХЛОВ

"ХЛАМ И DAMON АДА"

--------------------------------------------------------

ЛЮБИМЫЕ И HЕЛЮБИМЫЕ ВРЕМЕHА ГОДА

Стоял один из тех жарких дней лета 19** года, постойте, да вы и сами конечно помните тот июнь, когда, казалось, наступил конец света. Сказать, что Солнце палило неимоверно, значит, приблизительно то же, как и заметить неуверенно, что будто в Африке, в Сахаре, в пустыне, есть вроде бы горсточка песка; или например всё равно, что предположить возможность утолить жажду отряда бойскаутов после пробежки, длиною в марафон, одной чайной ложкой уксуса. Определённо, жаркие настали денёчки для тех, жизнь которых зиждется на том факте, что они обязаны поддерживать определённое, не ниже требуемого, количество жидкости в своём организме. Всё бы ничего, да только недостаток этой самой жидкости, проще говоря воды, с каждым днём ощущался всё острее и острее.

Другие книги автора Сергей Лукин

Лукин Сергей

В прошлом году мне довелось поработать в АСУПе на "Химпроме". Кто не знает - это головное предприятие Hовочебоксарска. И под впечатлением этого чуда родилось сие произведение. Из недостатков - пьеса-то, недописана...

Пошив ЧЕХЛОВ

127 LEX

(Пьеса в семи действиях с сатирическим уклоном)

"Сатиры никого не

исправляют, а только

озлобляют дураков, и те

становятся ещё злее".

Вольтер "Случай с памятью".

Лукин Сергей

"Эссе вопрошавшего"

Первоначально задумывалось, что это эссе выступит в качестве предисловия (послесловия) к роману, работа над которым шла параллельно. Причём авторство эссе приписывалось главному герою несостоявшегося романа. Впоследствии, роман выродился в повесть "Язык трещин", а эссе решено было выпустить самостоятельным произведением.

Пошив ЧЕХЛОВ

"ЭССЕ ВОПРОШАВШЕГО"

"Я прочёл твою книгу. Большая.

Лукин Сергей

Пошив ЧЕХЛОВ

ЯЗЫК

ТРЕЩИH

Алексу; кому ж ещё?

"Обессиленный, раздражённый,

возмущённый ничтожеством

общепринятых идей, дез Эссент

превратился в одного из тех,

о ком Hиколь сказал, что им

больно везде".

Ж.-Ш. Гюисманс "Hаоборот"

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

"Уважение к себе; любовь к

себе; безусловная свобода

относительно себя... Итак,

только это... что за дело до

Популярные книги в жанре Современная проза

Юбилейный выпуск журнала «Иностранная литература» (№ 1 2010) представляет дебютный роман Георгия Господинова «Естественный роман», выдержавший на родине уже шесть изданий. Это одна из самых читаемых в Болгарии книг и переведена она уже на пятнадцать языков.

1. Волшебное колечко.

Саня Егорова живёт в далёком городе Калининграде, который когда-то раньше назывался Кёнигсбергом, в хорошеньком, похожем на пряничный, двухэтажном домике под красной черепичной крышей. Домик этот стоит на тихой и зелёной Львовской улице, среди других таких же домиков, окружённых очаровательными палисадниками, где всё лето цветут сирень и шиповник, а на заднем дворе осенью созревают яблоки и груши.

В тот день Саня сидела дома одна и делала уроки. Когда отец пришёл с работы, оказалось, что нет хлеба, и Саня побежала в булочную. Отец дал деньги и сказал, что на сдачу Саня может купить себе булочку с повидлом.

1. Что имеем не ценим, потерявши плачем.

Когда Саня-Фея Мэя не так давно была на дне рождения Ромки, то сразу же заметила, что её папа и ромкина мама очень понравились друг другу. Всё получилось именно так, как и мечтала Саня - у неё наконец-то появилась новая мама, потому что вскоре родители детей поженились, и Ромка с мамой переехали жить в санин дом под красной черепичной крышей на Львовской улице. Вот и исполнилось очередное предсказание будды Гуанинь, которое Фея Мэя получила в Ароматной Пагоде во время своего недавнего путешествия в далёкий Вьетнам: "Дома родители и брат будут рады встрече".

Ещё раз о спорте.

Вера безучастно лежала на песке и смотрела на ползущего муравья. Если бы не было муравья, она смотрела бы на ракушку. Или на кусочек сосновой коры. Или на окурок. Или вообще ни на что. Ей было одинаково безразлично всё. После смерти Димки время для неё остановилось. Вера с ужасом думала, что ей всего девятнадцать лет и такое небытие может продлиться еще пожалуй лет сорок или пятьдесят. Просто страшно себе представить! Родители настояли, чтобы она взяла отпуск и поехала на море, но она хорошо знала, что теперь ей уже не поможет ничто.

Нет места более священного, чем Иерусалим – «ликующий вопль тысяч и тысяч глоток», «неистовый жар молитв, жалоб и клятв», «тугая котомка» запахов: ладана – христианского квартала, рыбы – мусульманского, свежестиранного белья – еврейского, хлебного – армянского. Жить в этом городе непросто, потому что он, по словам Дины Рубиной, – «вершина трагедии». Но что было бы в жизни писателя, если бы в ней не случился Иерусалим? В конце 1990-х Дина Рубина вместе с семьей переезжает в Израиль. И с этого момента в жизни писателя оказываются две родины: одна – по праву крови, вторая – по праву языка. О трудностях и радостях срастания с новой землей, о невероятных перипетиях судьбы своих новых соотечественников, о гении места Иерусалима – повести, рассказы и эссе данной книги.

Психика человека состоит из множества различных элементов, и у каждого из них есть свое место и свое назначение. Тень – это та ее область, которая не осознается, не признается, вытесняется или отрицается нами, но при этом оказывает огромное влияние на нашу жизнь. Мы даже не подозреваем о ее существовании, а встречаемся с ней только, когда она проявляется – в сложных ситуациях или в моменты сильного эмоционального напряжения. Тень – причина того, что мы раз за разом попадаем в одни и те же ситуации, хотя прилагаем максимум усилий, чтобы на этот раз точно стало иначе.

Эта книга для тех, кто готов заглянуть в себя, увидеть истинные причины своих неудач и избавиться от них.

Вы держите в руках своеобразный путеводитель по болевым точкам современной женщины. Каждая глава посвящена отдельной проблеме. Как полюбить свое тело и увидеть его красоту? Как отстоять свои личные границы без вреда отношениям с окружающими? Зачем притворяться кем-то другим, если можно быть собой и получать удовольствие от жизни? Книга не решит в одно мгновение все ваши проблемы, но позволит под другим углом взглянуть на них. Не нужно быть идеальной, чтобы быть счастливой.

В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Прекрасная незнакомка на пороге дома… Приятный сюрприз? Возможно. Вот только в глазах ее тайны, за спиной тьма, а тень ее – сама смерть.

Ловец душ знает, что после смерти жизнь только начинается. Но переходить на ту сторону грани не спешит. Однако с появлением новой помощницы его то и дело пытаются убить. Она строптива, опасна и, кажется, не слишком-то высокого о нем мнения. Уволить ее? Ни за что. Ведь рядом с ней он по-настоящему жив.

Оставить отзыв
Еще несколько интересных книг

Вера Лукницкая

Ego - эхо

прелюдии

Фантастическое составляет

сущность действительности

Федор Достоевский

Там, где все сверканье, все движенье,

Пенье все, - мы там с тобой живем.

Николай Гумилев

ПРЕДИСЛОВИЕ

"Марина Цветаева

ПРОКРАСТЬСЯ...

А

может, лучшая победа

Над временем и тяготеньем

Пройти, чтоб не оставить следа,

Пройти, чтоб не оставить тени

Об авторе: Вера Константиновна Лукницкая

Вера Константиновна ЛУКНИЦКАЯ, вдова писателя Павла Лукницкого, литератор, член Союза писателей России оказалась первым в Советском Союзе составителем наиболее полного собрания стихотворений и поэм Николая Гумилева. Книга "Н. Гумилев. Стихи-поэмы" была издана в Тбилиси издательством "Мерани" в 1988 году.

Впервые в этом собрании В.К. Лукницкой были опубликованы неизвестные ранее ни в России, ни за рубежом стихи и материалы к биографии Николая Гумилева. В 1990-и году В.К. Лукницкая издала книгу "Николай Гумилев. Жизнь поэта по материалам домашнего архива семьи Лукницких" с предисловием Д.С. Лихачева в издательстве Лениздат, 1988 г.

Вера Лукницкая

Перед тобой земля

Вера Константиновна Лукницкая - автор книг "Исполнение мечты", "Пусть будет Земля", "Цвет Земли", "Из двух тысяч встреч", сценариев документальных и художественных фильмов "Истории неумолимый ход", "Наш земляк Лукницкий", "Юности первое утро", автор многочисленных очерков, рассказов. В последние годы много работает над материалами из истории русской литературы.

Данную книгу писательница и журналистка создала на биографии мужа Павла Николаевича Лукницкого-поэта, воина, путешественника. Тысячи километров преодолел этот неутомимый исследователь Памира. В годы Великой Отечественной войны он был корреспондентом ТАСС по Ленинградскому и Волховскому фронтам, а затем 2-го и 3-го Украинских фронтов. Архив П.Н. Лукницкого также содержит уникальный материал о многолетней дружбе с А. А. Ахматовой; о встречах с нею и с ее окружением; о жизни и творчестве Н. С. Гумилева.

Павел Николаевич Лукницкий

Acumiana. Встречи с Анной Ахматовой. Т.2

1926-1927

1926 год

11.01.1926

Принес оконную замазку. Застал Пунина. Лежала. Весело шутила. Пунин ругал Есенина, она просила Пунина замолчать... Весела была, оживлена. За это время писем от Шилейко не получала.

Прочла 2 стихотворения из "Clart " - АА, переведенные Святополк-Мирским на французский язык ("Настоящую нежность не спутаешь..." и "...Быть с тобою в аду..."), с заметкой, где говорится, что Ахматова - "une admiratrice au sens intime de ce mot" и жена "тоже поэта" Гумилева. АА это не трогает после "бельевых корзин" Г. Иванова. (Дальше зачеркнуто. - В. Л.) Но АА забавляет такая бестактность, тем более, что Мирский делает это с лучшими чувствами. По поводу: АА уверена, что во Франции русской поэзии не знают. Ни ее, ни других. Блока знают только по "Двенадцать". Знают за границей Льва Толстого: "Oh, L on Tolsto !", - и, главным образом, как религиозного мыслителя и т. п. Да и то широкая публика знает, конечно, понаслышке, а по-настоящему - только культурные люди знают. Начинают узнавать Достоевского (в частности, в Германии - после ее падения. Потому что в Достоевском ищут утешения. "И Достоевский может дать утешение, даже в таком случае"). Во Франции только теперь перевели Бориса Годунова... В Англии русскую поэзию знают лучше, чем во Франции, хотя тоже плохо.